Действительно безопасный секс



Основное качество всех нечеловечных типов строя психики — эмоциональная зависимость субъекта от обстоятельств, связанных как с культурно-социальными факторами, так и с его собственными инстинктами, будь они нормальными или извращенными.

Половые инстинкты действительно являются «основным инстинктом» при рассмотрении жизни биологического вида в целом, а не жизни отдельно рассматриваемой особи. Удовлетворение их позывов исключительно нормальным путем без каких-либо отказов и извращений, что большей частью и имеет место в биосфере, неизбежно ведёт к избыточному по отношению к емкости экологической ниши размножению популяций и гибели лишних особей во внутривидовой конкуренции, от голода, болезней, а также в результате жизненной активности хищных видов и т.п. При этом «Человек разумный» представляет собой чуть ли не единственный в биосфере вид, которому не свойственны брачные сезоны, в которые происходит зачатие новых поколений.

Это обстоятельство при глобальном масштабе рассмотрения еще более усугубляет проблему сдерживания размножения человекообразия в условиях цивилизованной жизни с высоким уровнем защищенности особи цивилизацией, а в масштабах личных приводит к тому, что индивид на протяжении большей части его жизни, и всего общественно активного его периода, испытывает давление инстинктивных позывов на свою психику.

Последнее касается подавляющего большинства как мужчин, так и женщин; как импотентов, так и «гигантов секса»; как чувственных, так и фригидных; как тех, кто не может сдержаться, так и тех, кто может сдержаться; и даже гермафродиты и кастраты с раннего детства (как сообщают некоторые источники) испытывают какие-то психологические проблемы, обусловленные их двуполостью или “бесполостью” (соответ­ственно). Хотя характер инстинктивного давления на психику у каждой из названных и не названных подгрупп, у каждого индивида персонально во многом своеобразен и отличен от опыта других, но почти каждому взрослому ныне есть, что вспомнить на тему давления инстинктов на его психику.

Итог всем этим страданиям на темы сексуальной неудовлетворенности подводится в высказываниях, подобных следующему: «Кто с любовью не знаеться, тот горя не знае…»[267], «Любовь зла…» и т.п. Последние высказывания по существу выражают извращенное миропонимание, сложившееся в человекообразии:

Злы — страсти[268], будь они вызваны инстинктами непосредственно или опосредованно через культурные оболочки, созданные при цивилизованном образе жизни человекообразия.

 Любовь, будучи совокупностью совершенства[269], содержит основания и цели в себе самой, и потому она невыразима в словах, но её приход отчасти подобен приятной нежности прикосновения к чистому телу воздуха в теплый солнечный день на природе с едва уловимым ветерком. Страсти же вяжут по рукам и ногам, перетягивают душу перемычками подобно ниткам, перетягивающим сосиски в связке, отделяя их друг от друга, и завязывая связку сосисок в узел. Они искажают чувства и деятельность интеллекта. Любовь, приходя, освобождает от привязанностей, при этом одни — разнородно-поработительские — отношения между людьми безвозвратно рвутся, а другие — созидательные по отношению к благому — обретают новое качество радости.

В нынешней же цивилизации «любовью» называют всё, что ни попадя, но что Любовью не является. Все жаждут Любви, страдают от её отсутствия и разгула замещающих и подменяющих её страстей, и после того как пережгут в себе всё, — тупеют, доходя до состояния говорящей “биомашины”, что-то умеющей делать в той или иной сфере жизни общества.

Чтобы избежать разгула страстей и пережигания ими в людях всего, цивилизация так или иначе на протяжении всей истории занимается решением проблемы разрядки давления половых инстинктов. Были и есть публичные дома, блуд супругов, теперь выдвигаются разнородные доктрины «безопасного секса», пропагандируется тантрические практики древнего Востока (и прошлых погибших цивилизаций), пропагандируется мужской и женский онанизм, легализуются другие, прежде наказуемые половые извращения[270]. При этом из рассмотрения общества, из учебных курсов умышленно выводится явление телегонии, и мало кто из участников и сторонников разрядки давления инстинктов на психику в «безопасном сексе» и прочих удовольствиях задумывается о том, какое духовное и хромосомное наследие они формируют своим потомкам, и как те будут расхлебывать все эти создаваемые ими проблемы.

Тем не менее это — не безысходная ситуация, обрекающая людей либо на вырождение в течение нескольких поколений в «безопасном сексе» вследствие телегонии и формирующейся под её воздействием внутренне конфликтной и ущербной генетики и, в частности, духовного наследия; либо на пережигание себя и окружающих в пламени страстей и извращений, при дальнейшем росте технической и биополевой энерговооруженности потенциальных самоубийц, которые способны прихватить с собой и многих окружающих, чтобы отомстить всему миру за свою неудачную «любовь».

Альтернативой способу существования цивилизации на основе страстей (нет благородных страстей, в силу того, что всякая страсть ограничивает, и тем самым искажает чувственность и работу интеллекта) является истинная Любовь. Истинная Любовь достигается только при человечном строе психики.

В Коране сказано: «Нет принуждения в религии. Уже ясно отличился прямой путь от заблуждения» (сура 2:257). И излагается исповедание веры, принуждения к которой быть не может и которая предлагается для исповедания всем людям (сура 112 полностью):

ОЧИЩЕНИЕ (ВЕРЫ)

Во имя Бога милостивого, милосердного.

 

 1(1). Скажи: “Он — Бог — единый,

 2(2). Бог вечный;

 3(3). Он не родил и не был рожден,

 4(4). и нет никого, равного Ему!”

 

Смысл приведенной суры отрицает материалистический атеизм, многобожие и пантеизм (включая и вероучения Востока как самобытные, так и унаследованные от прошлой глобальной цивилизации), отрицает никейский символ веры. Но с этим — ясно выраженным смыслом — каждый должен согласиться либо отвергнуть его сам, по совести и разумению.

И провозглашая это, Коран действительно мало говорит о Любви, в чём Ислам упрекают и христиане, и прочие «гуманисты». Но говорить о Любви тем, кто её не несёт в себе, бессмысленно в силу того, что для этого в языках нет слов, а тем, кто уже несёт — нет необходимости. Но Коран говорит кратко и главное о том, что необходимо, чтобы Любовь воцарилась в душах людей и, как следствие, на Земле:

«94(93). Всякий, кто в небесах и на земле, приходит к Милосердному только как раб; (94). Он перечислил их и сосчитал счетом.

95(95). И все они придут к Нему в день Воскресения поодиночке.

96(96). Поистине, те, кто уверовал и творил добрые дела, — им Милосердный дарует Любовь» (сура 19, Мария).

То есть после того, как Вы приходите к убеждению, что своего у Вас — только грехи и отдаете себя Богу не из боязни ада или вожделения рая, что есть разновидности своекорыстия и эгоизма; а отдаете себя Богу из стремления не отягощать своими грехами жизнь окружающих и потомков, то, если Вы искренне доверяете свою жизнь и посмертное бытие Богу, и непреклонно начинаете творить добро по совести, Бог поведёт Вас и дарует Вам Свою Любовь, которая освободит Вас от привязанностей и страстей, и которую Вы сможете пронести через всю жизнь, одаривая ею, в свою очередь, Мир. И жизнь Ваша будет протекать в непосредственном исповедимом Вами диалоге с Богом о Вашей жизни и жизни вообще в Его Промысле, как Он это и обещал:

«2:182(186). А когда спрашивают тебя рабы Мои обо Мне, то ведь Я — близок, отвечаю призыву зовущего, когда он позовет Меня. Пусть же они отвечают Мне и пусть уверуют в Меня, — может быть, они пойдут прямо!»

Он найдет язык, понятный Вам, чтобы вести диалог с Вами: не закрывайте только глаза и не затыкайте уши, не отрекайтесь от разума, чтобы не отвергнуть Его, когда Он обратится к Вам. И исполняйте известное Вам дóлжное, стремясь опередить друг друга в добрых делах, а Бог добавит к тому, что вы исполняете, еще и лучшее, и неисповедимое для Вас в Его Промысле придёт к Вам как нежданное чудо.

Тем не менее, если в поведение человека врывается не переосмысленная порочная по сути своей информация, свойственная его памяти, человек может совершить ошибку и, сотворив что-то дурное во внутреннем или внешнем мире, выпасть из состояния Любви на более или менее продолжительное время. Но ему самому то состояние, в которое он скатился из-за ошибки, будет омерзительным до такой степени, что он приложит все свои силы, чтобы вернуть в себя Любовь, без каких-либо к тому внешних понуканий.

 

И вследствие такого рода специфических свойств Любви и «нелюбви», реально в мире люди развиваются двояко: либо под воздействием внешних обстоятельств, которые их в конце концов уничтожают либо приводят к Любви; либо под воздействием горящей в них Любви. Поверьте, второе лучше. Кроме того, в отличие от страстей и порождаемых ими привязанностей, Любовь не искажает чувственности человека и его интеллектуально-рассудочной деятельности.

И потому каждый, если он не отталкивает Божье водительство, способен перейти к человечному строю психики, несущему Любовь, и освобождающему от пут страстей. Вседержитель безошибочен в Своих действиях и осознание этого факта в даруемой Им Любви обеспечивает эмоциональную самодостаточность всякого человека в любом возрасте вне зависимости от его пола и складывающихся жизненный обстоятельств.

Человек суть носитель человечного строя психики — по предопределению Божиему — Его наместник на Земле:

«И вот, сказал Господь твой ангелам: “Я установлю на Земле наместника.” Они сказали: “Разве Ты установишь на ней того, кто будет там производить нечестие и проливать кровь, а мы возносим Тебе хвалу и святим Тебя? Он сказал: “Поистине, Я знаю то, чего вы не знаете!”» (Коран, 2:28).

Человечный строй психики от всех прочих типов строя психики отличается тем, что, пребывая в русле Промысла и будучи носителем дарованной Богом Любви, всякий обретает положительную эмоциональную самодостаточность, не зависящую от стечения жизненных обстоятельств.

Соответственно влечение к сексу без цели зачатия, рождения и воспитания Человека, влечение к разрядке половых инстинктов в извращениях или необходимость ухода от давления инстинктов в мир наркотического дурмана представляют собой неоспоримые выражения пребывания субъекта при нечеловечных типах строя психики.

При человечном строе психики, в силу положительной эмоциональной самодостаточности индивида вне зависимости от пола, секс перестает быть средством эмоциональной разрядки и подзарядки, а каждое совокупление имеет целью зачатие Человека — наместника Божиего на Земле — и потому представляет собой священнодейство, которое вследствие обусловленности целью рождения и воспитания Человека не может осуществляться походя в ритмике “безопасного секса”, ограниченного только потенцией партнеров и свободным временем. То есть, если человек осознает, что он или его избранник не готов к священнодейству зачатия наместника Божиего на Земле, к его рождению и воспитанию, то совокупление не состоится. Не осознавать этого, будучи верующим Богу, он не может, и это является проявлением в обществе регуляции численности человечества Свыше в русле Промысла

Это порождает качественно иные взаимоотношения мужчин и женщин, в которых секс перестает быть фактором, непосредственно определяющим качество их взаимоотношений или через культурные оболочки. При нечеловечных же типах строя психики, инстинктивно обусловлено, что для взрослых привлекателен сам процесс совокупления, а беременность, которая может последовать за совокуплением, — сопутствующий эффект. О генетическом же наследии возможных потомков — хромосомном и духовном — при нечеловечных типах строя психики мало кто думает.

Что в результате такого беззаботного бездумья может происходить и в действительности происходит, дает пример, приводимый в одном из жизнеописаний Иоанна Кронштадского, почитаемого святым никонианской ветвью русского библейского Православия.

Как-то во время проповеди к нему обратилась молодая пара с просьбой об исцелении их больного от рождения ребенка. Иоанн задал встречный вопрос: «Помнят ли они когда зачали этого ребёнка?» — и тут же дал на него ответ: «В страстную пятницу», — родители не возразили.

То есть зачатие произошло в тот день недели, когда по библейскому вероучению христианских церквей, признающих истинность пророчества Исаии и отвергающих кораническое Откровение, раскрывающее смысл пророчества Соломона, христиане должны благоговейно вспоминать о подвиге самопожертвования и крестной смерти Христа Спасителя. Тем более они обязаны были об этом помнить в последнюю пятницу перед христианской пасхой. Иоанн ничего не мог поделать, кроме как объяснить причину несчастья, хотя традиция помнит Иоанна Кронштадского и как чудотворца… Родители наказали себя сами за свое лицемерное исповедание и нестойкость в вере переживаниями за здоровье своего ребенка, который по их же вине получил ярко выразившееся тяжелое генетическое наследие (о дальнейшей судьбе ребенка нам ничего неизвестно).

В нашем понимании происшедшего, обусловленном признанием Коранического Откровения и истинности пророчества Соломона, это — реакция эгрегора ложной веры, имевшая место в пределах Божьего попущения, хотя мы понимаем, что у библейски-православно верующих и неверующих на сей счет будут иные мнения.

Но так или иначе, признавая духовный (биополевой) и религиозный аспект жизни людей, человек обязан задумываться о том, какое наследие он получил от своих предков, в какой направленности и как его преобразует он сам на протяжении всей своей жизни, и какую генетику (хромосомную и духовное наследие) он передаст последующим поколениями, включая и своих прямых потомков по плоти и духу; а также он должен задумываться и о том, что он передаст потомкам в русле преемственности культурных достижений. Если он об этом не думает, то он — не человек: «Те, кто не испытывает стыда, уже не люди»[271]; «Если ты человек, не называй человеком того, кто не заботится о судьбе своего народа»[272].

И как показывает приведенный пример из практики Иоанна Кронштадского, освящение церковью таинство брака — это одно, а зачатие наместника Божиего при человечном строе психики это — другое.

Освящение брака каким-либо ритуалом — по существу магия потому, что вера Богу и обрядоверие — разные сути, которые не всегда совпадают, а тем более редко совпадают в толпо-“элитарном” обществе, построенном на извращении Откровений. Поэтому ритуальное действо вовсе не снимает с супругов обязанности преодолеть проблематику их генетического наследия каждого из них, и духовного прежде всего; не снимает обязанности не создавать в своих личных отношениях и в делах общественной жизни генетического груза для своих потомков; не снимает обязанности ответить себе самому на вопрос, каким дóлжно быть человеку; не снимает обязанности постараться искренне без лицемерия осуществить этот идеал в себе самом и воспитать в соответствии с ним детей и внуков, помогая им исправлять ошибки, допущенные старшими поколениями.

То есть вне зависимости от ритуальных и прочих обстоятельств мы не можем миновать необходимости выявить идеал человечного строя психики и осуществить его в себе самих, какое бы генетическое наследие ни получил каждый из нас. Соответственно, насколько мы продвигаемся в этом направлении — настолько мы освобождаем от дурного наследия жизнь наших родных потомков и всех потомков в преемственности культуры.

При этом в нормальной человечной культуре воспитание должно быть таковым, чтобы всякая личность приходила к человечному строю психики к 13 — 14 годам. Только при таком воспитании пробуждение половых инстинктов встретит уже состоявшийся человек, вследствие чего личность не будет им подневольна ни в открытой форме, ни под камуфляжем оболочек, развитых в культуре человекообразия на основе нечеловечных типов строя психики.

Пока же цивилизация живет в человекообразии. При этом ранние браки в семьях, где нет особо проблемного генетического наследия, передают от поколения к поколению мало изменяющееся однообразное генетическое наследие, большей частью воспроизводя в преемственности поколений носителей нечеловечных типов строя психики, которые не являются наместниками Божиими на Земле.

Ранние браки носителей проблемного генетического наследия, тем более межэтнические и межрасовые браки, в которых зачатие происходит при нечеловечных типах строя психики, обрекают потомков на преодоление возможно еще более усугублённого их генетического наследия. С задачей такого рода преодоления в порочной культуре, не получив праведного воспитания, успешно справляются далеко не все, чем создают множество проблем «нормальным» носителям нечеловечных типов строя психики, просто не обремененным внутренне конфликтным и порочным информационным хромосомным и духовным приданым.

Расовые доктрины, сложившиеся к настоящему времени, поощряют плодовитость «нормальных»; выражают боязнь и ненависть к «ненор­маль­ным», которых «нормальные» сами же не пожелали, не сумели, зачать, выносить, родить, вскормить и воспитать так, как это дóлжно человекам. И тем самым расовые доктрины, унаследованные от прошлого, направлены на консервацию нынешнего порочного образа жизни цивилизации в человекообразии. Повышенное внимание их сторонники уделяют костям, преимущественно мертвым, ископаемым костям, но не жизни духа человека, определяющего всё в дальнейшей судьбе как личностей, так и народов, человеческих рас, вне зависимости от того, кого, чем, и как отяготили или благословили предки.

И это так, хотя ничто не говорит о том, что межэтнический или межрасовый брак на основе Любви, зачатие, вынашивание, роды вскармливание и воспитание при человечном строе психики обоих супругов — противоестественны и обрекают человечество на вырождение и гибель. Но всё, что известно из истории, из биологии, из психологии говорит о том, что именно поддержание прежнего образа жизни цивилизации человекообразия, живущего разнородными страстями, ведёт человечество к погибели, а не к преображению в человечность.

О люди! Воистину, Мы создали вас мужчинами и женщинами, сделали вас <разными> народами и племенами, чтобы вы узнали друг друга (А не для того, чтобы каждый из вас презирал других). Ведь самый уважаемый Богом среди вас тот, кто самый праведный. Поистине, Бог — знающий, сведущий! (Коран, 49:13).

17 апреля — 4 мая 2000 г.
Уточнения: 12 мая 2000 г.,
 28, 29 мая 2000 г.


Приложения

1. Один вождь — другому “вождю”

Великий Вождь из Вашингтона извещает, что желает купить нашу землю. Великий Вождь также посылает нам весть дружбы и доброй воли.

Он очень добр, ибо мы знаем, что наша дружба — слишком малая плата за его расположение. Однако мы обдумаем Ваше предложение, ибо понимаем, что если не продадим землю, бледнолицый придет с ружьями и отберет её силой.

Как вы сможете купить небо или тепло земли? Эта мысль нам непонятна. Если мы не распоряжаемся свежестью воздуха и всплесками воды, то как вы можете купить их у нас?

Для моего народа каждая пядь этой земли священна. Каждая сверкающая сосновая шишка, каждый песчаный берег, каждый клочок туман в темном лесу, каждая поляна и каждая жужжащая мошка — все они святы для памяти и чувств моего народа. Сок, текущий в стволах деревьев, несет в себе память краснокожих.

Вступив на путь среди звезд, усопшие бледнолицые забывают страну своего рождения. Наши усопшие никогда не забывают этой прекрасной земли, ибо она — мать краснокожих. Мы — часть этой земли, и она часть нас самих. Душистые цветы — наши сестры, олень, конь, большой орел — наши братья. Горные вершины, сочные луга, теплое тело мустанга и человек — все они одна семья.

Когда Великий вождь из Вашингтона говорит, что хочет купить у нас землю, он требует от нас слишком многого. Великий вождь извещает, что он оставит нам место, чтобы мы жили в удобстве. Он станет нам отцом, а мы станем его детьми. Но всё не так просто, ибо для нас эта земля — священна.

Эта сверкающая вода, текущая в ручьях и реках, — не просто вода, а кровь наших предков. Если мы продадим вам землю, вы должны помнить, что она священна. Вы должны учить своих детей тому, что она священна, и любой призрачный отблеск в чистых водах озер повествует о делах жизни и памяти моего народа. Журчание воды — это голос отца моего народа. Реки — наши братья, они утоляют нашу жажду. Реки переносят наши каноэ и кормят наших детей. Если мы продадим вам землю, вы должны помнить и учить ваших детей, что реки — наши братья и ваши братья; и впредь вы должны относиться к рекам с той же добротой, с какой относитесь к своему брату.

Краснокожий всегда отступал перед идущим вперед бледнолицым, как горный туман отступает перед утренним солнцем. Но прах наших отцов свят. Их могилы — священные места, и потому эти холмы, деревья и участки земли стали для нас святыми. Мы знаем, что бледнолицый не принимает наших мыслей. Для него один участок земли ничем не отличается от другого, ибо он — чужак, который приходит ночью и берет от земли всё, что захочет. Для него земля не брат, а враг, и он идет вперед, покоряя её. Он оставляет могилы отцов позади, но это его не заботит. Он похищает землю у своих детей, но это его не заботит. Он забывает о могилах отцов и о правах своих детей. Он относится к своей матери-земле и к своему брату-небу как к вещам, которые можно купить, ограбить и продать, как овцу или яркие бусы. Его жадность пожирает землю и оставляет за собой пустыню.

Я не понимаю… Наши мысли отличны от ваших. Зрелище ваших городов — боль для взора краснокожего. Возможно, что так происходит потому, что краснокожие — дикари, и они многого не понимают. В городах бледнолицего нет тишины. В них нет такого места, где можно послушать, как весной распускаются почки, как шелестят крылья насекомых. Возможно, что я просто дикарь и многого не понимаю. Мне кажется, что шум только оскорбляет слух. Разве это жизнь, если человек не может расслышать одинокий крик блуждающего огонька или ночной спор лягушек у пруда? Я — краснокожий, я многого не понимаю. Индейцы предпочитают мягкое звучание ветра над водами пруда, запах этого ветра, омытого полуденным дождем и пропитанного ароматом сосновой смолы.

Для краснокожего воздух — сокровище, ибо одним (им) дышит все живое: и зверь, и дерево, и человек дышат одним дыханием. Бледнолицый не замечает воздуха, которым дышит. Он не ощущает зловония, как человек, который умирает уже много дней. Но если мы продадим вам свою землю, вы должны помнить, что для нас воздух — сокровище, что воздух делится своим духом со всем живым. Тот ветер, который вдохнул дыхание в наших дедов, принимает их последний вздох. И этому ветру предстоит наполнить духом жизни наших детей. Если мы продадим вам свою землю, вы должны держаться в стороне от неё и относиться к ней как священной, как к тому месту, куда даже бледнолицый сможет прийти, чтобы ощутить вкус ветра, сладкий от луговых цветов.

Мы обдумаем ваше предложение купить нашу землю. Если мы решим принять его, я поставлю одно условие: бледнолицый должен относиться к животным этой земли как к своим братьям. Я — дикарь, я не могу думать иначе. Я видел тысячи мертвых бизонов в прериях — их оставил бледнолицый, стрелявший из проходившего мимо поезда. Я — дикарь, и я не могу понять, как дымящийся железный конь может быть важнее бизона, которого мы убиваем, только оказавшись на краю гибели. Что будет с человеком, если не станет зверей? Если все звери погибнут, люди умрут от полного одиночества духа. Чтобы ни случилось с животными, это случается и с человеком. Всё взаимосвязано.

Вы должны учить своих детей тому, что земля у их ног — прах наших предков. Тогда они будут почитать эту землю и рассказывать своим детям, что в земле кроются жизни нашего рода. Учите своих детей тому, чему учим своих детей мы, а мы говорим им, что земля — наша мать. Что бы ни случилось с землей, это случается и с её детьми. Когда человек плюет на землю, он плюет в самого себя.

Вот что мы знаем: не земля принадлежит человеку, а человек принадлежит земле. Вот что мы знаем: всё в мире взаимосвязано, как кровь, которая объединяет целый род. Всё взаимосвязано. Чтобы ни случалось с землей, это случается и с её детьми. Не человек плетёт паутину жизни — он лишь одна нить в ней. Если он делает что-то с паутиной, то делает это и самим собой.

И всё же мы обдумаем ваше предложение уйти в ту резервацию, которую вы приготовили для моего народа. Мы будем жить в стороне от вас, мы будем жить спокойно. Не так уж важно, где мы проведем остаток своих дней. Наши дети уже видели своих отцов униженными поражением. Наши воины уже ощутили стыд. После поражения их жизнь обернулась праздностью, и они губят свои тела сладкой пищей и крепкими напитками. Не так уж важно, где мы проведем остаток своих дней. Их осталось не так много. Лишь несколько часов, всего несколько зим, и не останется ни одного сына великих племен, которые когда-то так любили эту землю и которые сейчас скитаются малыми группами в лесах. Никто не сможет оплакивать тот народ, который когда-то был столь же могуч и полон надежд, как ваш. Зачем же мне оплакивать смерть своего народа? Племя — это всего лишь люди, ничего больше. Люди приходят и уходят как морские волны.

Даже бледнолицый, чей Бог идет рядом и говорит с ним, как друг, не может избежать всеобщей судьбы. В конце концов, быть может, мы еще станем братьями — посмотрим. Но мы знаем нечто такое, что бледнолицему предстоит когда-нибудь узнать: у нас с вами один Бог. Сейчас вы считаете, что владеете своим Богом точно так же, как хотите овладеть нашей землей, но это не так. Он — Бог всех людей и равно сострадает и краснокожим, и бледнолицым. Для Него эта земля — сокровище, и причинять вред этой земле означает поднимать руку на её Творца. Бледнолицые тоже уйдут, хотя быть может позже, чем остальные племена. Продолжайте пачкать свое ложе, и однажды ночью вы задохнетесь в собственных отбросах. Но в своей гибели вы будет ярко пылать, объятые пламенем мощи Бога, который привел вас на эти земли и по некой особой причине наделил вас господством над этой землей и над краснокожими.

Для нас такая судьба — загадка, ибо мы не понимаем, зачем нужно убивать бизонов, зачем приручать диких лошадей, зачем нарушать таинственные думы леса тяжелым запахом толпы людей, зачем пятнать склоны холмов говорящими проводами.

Где заросли? Их нет. Где орёл? Его нет. Почему нужно прощаться с быстрым пони и охотой? Это — конец жизни и начало выживания[273].

Мы обдумаем ваше предложение купить нашу землю. Если мы согласимся, то будем в безопасности в обещанной вами резервации. Так мы сможем прожить короткий остаток своих дней так, как захочется нам. Когда с этой земли исчезнет последний краснокожий, а памятью о нём будет только тень облака, парящего над прерией, в этих берегах и лесах по-прежнему сохранится дух моего народа, ибо он любит эту землю, как новорожденный любит сердцебиение своей матери[274]. Если мы продадим вам эту землю, любите её так, как любили её мы. Заботьтесь о ней так, как заботились о ней мы. Сохраните в своей памяти вид этой земли, какой она была, когда вы забрали её. И всеми своими силами, всеми своими мыслями, всем сердцем сберегите её для своих детей — и любите её так… как Бог любит всех нас.

Мы знаем одно: у нас с вами один Бог. Для Него эта земля — сокровище. Даже бледнолицем не избежать всеобщей судьбы. В конце концов мы еще можем стать братьями. Посмотрим.

*         *
*

Цитировано по книге: Теун Марез “Учение толтеков. Том 3. Туманы знания драконов” (Киев, Москва, издательство «София», 1998 г.), стр. 15 — 19. В ней же сообщается, что это — речь индейского вождя Сиэтла, с которой он выступил в 1854 г., как может быть понято из контекста, при завершении войны, в результате которой бело-еврейские расисты грубой силой утвердили господство своего сумасбродства на Северо-Американском континенте.

Как показала дальнейшая история, бело-еврейские расисты не вняли просьбам и предостережению Сиэтла и отождествили Божье попущение им с Божьим благословением на геноцид и разрушение биоценозов. Вследствие этого неправого отождествления попущения им с благословением их: им предстоит пожать убийственные плоды своей самонадеянности и отсебятины; дикари они, а не Сиэтл.

Отечественным западникам и их противникам — патриархальным традиционалистам (прежде всего, библейски православным славянофилам) — предостережение Сиэтла, предшествующие и последующие события в жизни индейского населения Америки — еще один повод призадуматься о будущих судьбах России и остального человечества и о своей настоящей и возможной роли в них.


Дата добавления: 2018-02-15; просмотров: 178; Мы поможем в написании вашей работы!






Мы поможем в написании ваших работ!