Глава II. Германское направление работы МИ-6



Операции в 1939-1941 гг.

 

Говоря о вкладе британских спецслужб в победу над Германией во Второй Мировой войне, самым известным и важным достижением стала расшифровка немецкой шифровальной машины «Энигма», которая представляла собой комплекс электромеханических роторных шифровальных устройств, используемых в первой половине XX века. Изначально их применяли в основном в коммерческих структурах, однако вскоре из-за своего простого устройства и в то же время надёжного способа шифровки «Энигма» стала активно использоваться нацистской Германией в военных целях. Принцип работы этой шифровальной машины заключался в следующем. Она состояла из клавиатуры с 26-ю буквами латинского алфавита, регистра на 26 лампочек с буквами, коммутационной панели, батареи на 4,5 вольт, кодирующей системы в виде роторов с шифровальными дисками, из которых было 3‒4 основных и до восьми дополнительных. С помощью роторов, на которые были нанесены буквы алфавита, диски крутились с разными регулируемыми скоростями. Поэтому одна и та же буква исходного сообщения могла каждый раз по-разному трансформироваться. Главной хитростью был отражатель ‒ неподвижный ротор, который, получив сигнал от вращающихся роторов, посылал его обратно. Таким образом, в 3-хроторной машине сигнал преобразовывался 7 раз, предоставляя миллионы различных вариантов шифровки[50]. Поэтому немцы считали «Энигму» неуязвимой.

Как мы уже упоминали выше, первыми, кто сумел взломать «Энигму» еще в начале 1930-х гг. были польские декодировщики. Этот факт привёл к тому, что к 1939 г. машина была усовершенствована немцами. Поэтому поляки были вынуждены поделиться своими данными с британцами, так как сами не имели подходящего оборудования[51]. Британский криптоаналитик Первой Мировой войны Д. Нокс организовал в Блетчли-парк «Отдел изучения Энигмы», куда помимо него вошли Э. Кендрик, П. Твинн, а затем А. Тьюринг и Г. Уэлчман[52]. Благодаря используемому методу дешифровки на основе открытых текстов (cribs, как их называли в Блетчли-парк) уже в 1939 г. Тьюринг спроектировал криптоаналитическую машину, впоследствии усовершенствованную Уэлчманом, известную как «Бомба Тьюринга» (реже ‒ «Бомба Тьюринга/Уэлчмана). В результате анализа более семнадцати тысяч возможных позиций с помощью «Бомбы» было установлено положение колёс внутри «Энигмы», исходные позиции роторов. Тем самым был сужен круг возможных вариантов замены исходного символа[53]. Первую «Бомбу» привели в действие в первой половине 1940 года, и вскоре число машин увеличилось до нескольких сотен[54]. Код «Энигмы» был взломан. Однако на протяжении войны немцы несколько раз изменяли, усложняли шифровальную систему. Только благодаря захвату британским флотом нескольких немецких подводных лодок удалось заполучить новые экземпляры «Энигмы» и взломать их.

Но одновременно с расшифровкой «Энигмы» первостепенной задачей было сохранение этого факта в тайне. После первых успехов «Бомбы Тьюринга» все расшифрованные в Блетчли-Парк сообщения передавались под кодовым словом «Бонифаций»[55]. С 1941 г. сокрытие истинного источника информации переросло в масштабную операцию союзников под названием «Ультра», принятым МИ-6. «Ультра» включала в себя информацию, полученную не только через «Энигму», но и через взлом других шифровальных устройств стран «оси». К 1942 году ежедневно дешифровщики читали до трёх тысяч закодированных немецких сообщений[56]. В рамках «Ультра» проводились ложные операции по дезинформации противника. Помимо этого, дешифровщики обнаруживали местонахождение германских субмарин. Эта информация позволяла адмиралтейству отводить суда от опасных районов, и поэтому потери во флоте снизились[57]. Таким образом, на протяжении всей Второй мировой войны немецкое руководство было убеждено в сохранности кода «Энигмы». Именно этот факт говорит об эффективности работы британских спецслужб и об их существенном вкладе в победу над нацистской Германией. 

Операции в 1941- 1943 гг.

 

Первая крупная операция по стратегической дезинформации противника была проведена в 1942 году в североафриканском театре военных действий. Британские войска вместе с американскими готовили операцию по высадке в Северной Африке, где войсками противника командовал немецкий фельдмаршал Эрвин Роммель. Эта операция, получившая название «Факел», завершилась капитуляцией немецких и итальянских войск. Главным образом такой успех был обусловлен деятельностью британской разведки по подготовке к операции. Английский двойной агент несколько месяцев снабжал немецкую военную разведку (Абвер), а затем непосредственно штаб Роммеля ложными данными о мобилизации британских войск. А благодаря данным «Ультра» британское руководство убеждалось, что немцы принимают поставляемые им данные за чистую монету. Таким образом, высадка союзников в Северной Африке стала для нацистов неожиданной, что в значительной степени способствовало победе британских войск[58].

Ввиду дальнейших событий можно сказать, что операция «Факел» стала своеобразным подспорьем для будущих операций антигитлеровской коалиции. Так, известная «Сицилийская операция» или «Хаски» по высадке союзников в Италии летом 1943 года была осуществлена именно североафриканскими войсками. Но главным для нас в этом процессе является оригинальный отвлекающий манёвр, предпринятый британской разведкой. Это была операция «Мясной фарш» (Mincemeat), во главе которой стояли британские агенты Ч. Холмондель, Ю. Монтагю и Я. Флеминг. Заключалась она в следующем: труп бездомного был переодет в форму британского майора и выброшен с борта корабля у берегов Испании вместе с кейсом, в котором находились «секретные документы». В этих бумагах была ложная информация о планах союзников высадиться на Сардинии. Получив эту ложную информацию, Гитлер, несмотря на убеждения Муссолини, не сомневался в её достоверности. Поэтому число войск, отправленных на оборону Сардинии, было увеличено вдвое[59]. Более того, даже после начала вторжения на Сицилию немецкое главнокомандование ожидало высадки союзников в Сардинии. В очередной раз, когда Гитлер осознал свой промах, было уже поздно[60]. Так операция «Мясной фарш» стала блестяще спланированной и проведённой операцией. Благодаря одному из главных организаторов, офицеру военной разведки Ювену Монтагю, который написал книгу с подробным описанием процессов подготовки и проведения, операция стала известна всему миру как история о «человеке, которого никогда не было»[61].

В июле 1940 г., после оккупации Франции Германией, в структуре британской разведки появилось новое подразделение. Управление специальными операциями (Special Operations Executive), входившее в МИ-6, оно заменило собой одну из секций, о которой мы уже упоминали ранее – Section-D. Оно было создано для поддержки движения Сопротивления в оккупированных европейских странах. Управление поддерживало связь с группами сопротивления через радио и периодически засылало на оккупированные территории своих агентов для проведения акций саботажа и шпионажа[62]. Сперва необходимость существования SOE оспаривалась сотрудниками СИС, так как задачи Управления были смежными с задачами Секретной Разведывательной Службы. Но со временем успешные совместные операции доказали эффективность работы Управления. Так, например, во время Второй Мировой войны совместными силами SIS и SOE было проведено более ста разведывательных операций на территории Норвегии. Главными целями британских спецслужб в этом регионе был сбор информации о передвижении немецких военных кораблей вдоль норвежского побережья[63]. Самым масштабным был комплекс операций под кодовым названием «Эпсилон», связанный с германскими разработками атомной бомбы. В 1943 г. на одной гидроэлектростанции в южной части Норвегии была организована акция саботажа, в ходе которой предприятие, производившее необходимый компонент для атомной бомбы – тяжёлую воду – было уничтожено[64]. Позже в 1945 г. были задержаны десять немецких учёных, работавших над ядерным оружием для Германии.

Что касается сотрудничества Управления специальных операций с силами Сопротивления в Европе, то самой значительной и известной операцией стало покушение на Рейнхарда Гейдриха, который был крупным политическим деятелем Третьего Рейха и одним из виновников массовых немецких операций по уничтожению евреев. В 1941 г. он был назначен Гитлером протектором Богемии и Моравии – части оккупированных территорий Чехословакии, превращённых Третьим Рейхом в зависимое государственное образование. Заняв этот пост, Гейдрих начал проводить массовые репрессии участников чешского движения Сопротивления[65].

Два чешских агента Сопротивления Йозев Габчик и Ян Кубиш прошли подготовку Управления специальных операций в Лондоне. Покушение состоялось 27 мая 1942 года. Гейдрих скончался на следующий день от ранений, полученных после взрыва бомбы в его машине[66]. Задача была выполнена, но смерть Гейдриха повлекла за собой большие потери мирного населения, когда немцы искали людей, причастных к покушению. Поэтому, на мой взгляд, данную операцию нельзя назвать успешной. Более подробный анализ результатов содержится в третьей главе работы.

 

Операции в 1944-1945 гг.

 

Своеобразной кульминацией мероприятий по дезинформации можно назвать операцию «Fortitude» («Стойкость духа»), подготовившей почву для успешной высадки союзников в Нормандии. «Фортитьюд» разрабатывалась с декабря 1943 г. и была завершена непосредственно в «день Д» 6 июня 1944 г. За это время были сфабрикованы два войсковых объединения, расположенных в Великобритании и якобы ориентированных на северное направление в Норвегию и южное – Па-де-Кале. Как и в «Мясном фарше», главной целью британских спецслужб было обмануть ожидания германского руководства о районе высадки союзных войск. В конечном итоге, Верховное командование Германии было убеждено, что в качестве главного стратегического пункта союзники рассматривают район Кале. Туда и были направлены основные немецкие танковые дивизии[67]. Дезинформация была передана германскому руководству британским двойным агентом «Гарбо», который также играл ключевую роль в упомянутой операции «Факел». 

После высадки союзных войск в Нормандии агентам SOE стало легче сотрудничать с участниками Сопротивления. Их следующей целью была танковая дивизия СС «Рейх», которая направлялась к берегам Нормандии, чтобы помешать союзным войскам закрепиться на этой территории. Агенты британской разведки смогли заменить топливо во всех железнодорожных вагонах дивизии на абразивную смазку, предназначенную для обработки поверхности металлов. Таким образом, дивизия прибыла на место не в полном составе и с задержкой на 17 дней. К тому времени, союзные войска уже прочно закрепились во Франции[68].

В 1944 г. Управлением специальных операций был подготовлен план покушения на Гитлера, получивший название «Фоксли» (Foxley). Британские спецслужбы, разумеется, были не первыми, кто планировал убийство фюрера, и изначально предполагалось сделать это как можно раньше. Рассматривались варианты подрывной деятельности (свести поезд с рельсов) и отравления. Но вся информация о передвижениях Гитлера была недоступна, а для того, чтобы подсыпать яд, нужен был агент в ближайших кругах Гитлера. Финальный план заключался в том, чтобы снайпер застрелил Гитлера в его резиденции в Бергхофе[69]. Этот план одобрил сам премьер-министр Уинстон Черчилль, но у него было много противников в этом вопросе среди союзников и в структурах самой разведки. На тот момент поражение Германии уже представлялось неизбежным, в связи с чем высказывались опасения, что в случае смерти Гитлера его место может занять более талантливый руководитель и тем самым, возможно, продлить войну. Помимо этого печальный опыт операции «Антропоид» с его последствиями убийства Рейнхарда Гейдриха внушал опасения, что убийство фюрера приведёт к ещё большим потерям и ожесточению немцев[70].

 

 


Дата добавления: 2018-02-15; просмотров: 229; Мы поможем в написании вашей работы!






Мы поможем в написании ваших работ!