Становление Секретной разведывательной службы. Структура и руководящие органы МИ-6



 

Британская разведывательная служба неоднократно подвергалась реструктуризации, прежде чем приобрела тот облик, в котором не только действовала в годы Второй Мировой войны, но и продолжает работать сегодня. Руководители разведки сталкивались со множеством проблем, требующих чёткого «распределения ролей» между органами разведки. Чтобы лучше понять, почему разведывательная служба Великобритании в итоге приобрела свою нынешнюю форму, я считаю необходимым кратко рассмотреть основные этапы реформирования разведки с момента её создания.

Само основание Секретной разведывательной службы Великобритании представляется интересным событием, учитывая факт, что ему предшествовала настоящая «шпионская лихорадка»[21], распространившаяся в британском обществе в начале XX века. Авторитетные люди, как, например, полковник военной контрразведки Дж. Эдмондс, подозревали о масштабной деятельности германской разведки на территории Великобритании, но не могли представить тому доказательств. Однако благодаря книгам и публикациям известного писателя У. Ле Ке и некоторых других народ Великобритании начал сомневаться в безопасности своей страны[22]. Именно общественные настроения побудили правительство создать подкомитет обороны империи в составе членов военного министерства, Адмиралтейства, министерства внутренних дел, министерства иностранных дел и казначейства для решения вопроса об усовершенствовании существующей разведывательной системы[23].

Само слово «шпионаж» вызывало негативные ассоциации, он понимался как что-то бесчестное, неблагородное. Поэтому правительство находилось в затруднительном положении. С одной стороны, в условиях гонки военно-морских вооружений Великобритании было необходимо получать достоверную информацию о военных возможностях Германии. С другой ‒ правительство не могло подвергать себя опасности быть напрямую связанным со шпионажем. Поэтому членами комитета было принято решение о создании отдельного органа, занимающегося вопросами шпионажа и контрразведки и обеспечивающего секретность этой деятельности. 28 апреля 1909 г. подкомитет, на этот раз под председательством постоянного заместителя министра иностранных дел Ч. Гардинга представил совершенно секретный доклад о создании Секретного Разведывательного Бюро (Secret Service Bureau), которое будет тесно сотрудничать с адмиралтейством, военным министерством и министерством внутренних дел[24]. Члены комитета сформулировали основные принципы работы Бюро, которые на тот момент носили рекомендационный характер.

Однако, как пишет историк К. Джеффри, эти принципы действуют и в современном британском разведывательном сообществе. Бюро было призвано стать своеобразным мостом между Адмиралтейством, военным министерством и иностранными шпионами, готовыми продать британскому правительству информацию. Агенты Бюро, посланные в разные части Великобритании, должны были поддерживать контакт с полицией, сообщая информацию о характере и масштабах шпионской деятельности, проводимой агентами германской разведки на территории Великобритании. (Но окончательное решение установило приоритетным направлением деятельности Бюро именно внешнюю разведку). Также оно служило промежуточным пунктом связи между посланным в другую страну агентом и Адмиралтейством и военным министерством. Бюро предлагали расположить в Брюсселе, чтобы агенты направляли свои отчёты туда, а не напрямую в Великобританию, что могло вызвать подозрения[25]. Главный принцип работы нового органа заключался в его совершенной секретности, что обеспечивало бы отсутствие любых доказательств причастности правительства к шпионской деятельности.

Секретное Разведывательное Бюро как единый орган в итоге просуществовало всего год до 21 октября 1910 г., когда было принято решение о разграничении внутренней и внешней разведывательной деятельности, то есть контрразведки и шпионажа. Тогда были заложены основы будущих Службы безопасности (Security Service) и Секретной разведывательной службы (Secret Intelligence Service), ставших впоследствии известными как МИ-5 и МИ-6. Бюро за своё недолгое существование мобилизовало оперативные силы и средства и стало первым шагом на пути подготовки внутренней и внешней разведки к предстоящей войне[26].

По предложению военного министерства Службу безопасности возглавил капитан В. Келл, а на пост главы зарубежной разведки от Адмиралтейства был выдвинут капитан М. Смит-Камминг. Таким образом, Камминг назначался ответственным за внешнюю военную и военно-морскую разведывательную деятельность. Отдел под руководством Камминга действовал в соответствии с принципами, провозглашёнными при создании Секретного разведывательного бюро.

На тот момент система разведывательной работы была довольно сложной. Секретная служба стала частью департамента военной разведки (Military Intelligence), подконтрольной военному министерству, и обозначалась аббревиатурой «МИ-1(с)». Штабы внешней разведки находились во многих нейтральных странах (Бельгии, Нидерландах, Люксембурге и т.д.), среди которых индийский штаб был наиболее самостоятельным. В Лондоне все подразделения находились в одном здании военного министерства, что было весьма неудобным, так как ни один документ не мог быть отправлен или получен напрямую, ведь военное министерство официально не имело дел с разведкой. Поэтому с момента чёткого разграничения обязанностей между департаментами Камминг стал настаивать на большей самостоятельности своего отдела для более эффективной работы. Он добился разрешения на отдельный офис Секретной разведывательной службы, который стал действовать под прикрытием почтовой службы. В последующие годы организация «Си» (как неофициально называли внешнюю разведку) неоднократно переезжала, пока не обосновалась в 1926 г. в районе центрального лондонского парка Сент-Джеймс[27]. 

В 1918 г. к работе отдела Камминга подключилось Министерство иностранных дел. Однако Первая Мировая война показала, что существовавшая иерархическая система снижает эффективность разведки. Поэтому с конца войны начинается процесс реструктуризации и конкретизации задач внешней разведки. Появились функциональные подразделения: военно-морская, авиационная, экономическая секции и т.п. Такое разграничение обязанностей привело к тому, что фактически эти секции стали подразделениями армии, флота и авиации[28], что в свою очередь сняло «нагрузку» с отделения Камминга и в дальнейшем привело к специализации СИС на политической разведке. А в 1921 году было принято решение о том, что военное министерство и адмиралтейство будет получать не всю, а только самую необходимую информацию, поступающую от СИС через Форин офис, что привело к окончательному дистанцированию Секретной разведывательной службы от этих министерств. В это время официально было принята аббревиатура «СИС» (Secret Intelligence Service), хотя обозначение «МИ-1(с)» было всё ещё распространено и употреблялось вплоть до начала Второй Мировой войны, когда стали использовать современную аббревиатуру «МИ-6»[29].

В последние годы жизни Камминга структура СИС непрерывно трансформировалась. Главным нововведением было обеспечение официального прикрытия для штабов СИС за границей. По предложению Камминга было принято решение о создании Службы паспортного контроля, что позволило британским агентам спокойно работать по всему миру[30]. Также при Камминге по настоянию директора была реорганизована структура департаментов, существующие секции за границей были перегруппированы по географическому принципу. Этот процесс перегруппировки секций продолжился при новом начальнике СИС адмирале Хью Синклере, который предложил создать «Циркулирующие секции». Реформирование продолжалось на протяжении всего межвоенного периода.

В итоге к началу Второй Мировой войны в 1939 году в структуру СИС входило восемь географических секций (G-Sections)[31], действовавших в Европе, на Ближнем и Дальнем Востоке, в Северной и Южной Америке, за каждую из которых отвечал назначенный Главным штабом СИС инспектор по техническому надзору[32]. G-Sections организовывали работу зарубежных штабов СИС, в то время как другая составная часть ‒ C-Sections (Циркулирующие секции) ‒ отвечала за снабжение агентов всем необходимым[33]. Их было восемь: Политическая, Воздушная, Военно-морская, Военная, Контрразведки, Секретных ресурсов (экономико-индустриальная), Финансов и Коммуникаций. Кроме того, существовали две отдельные секции: Section N, отвечавшая за разбор дипломатической переписки, и Section D ‒ диверсионная секция для проведения тайных политических диверсий во время войны[34].

Стоит также обязательно отметить, что в 1919 году была создана «Правительственная Школа Кодов и Шифров» (GS & CS), которая через семь лет была объединена с СИС под руководством Синклера[35]. Штаб GS & CS в 1938 году переехал Блетчли-парк, где в годы Второй Мировой войны специалисты по декодированию смогли раскрыть принцип работы немецкой шифровальной машины «Энигма».

В меняющихся условиях войны секции Секретной разведывательной службы могли претерпевать различные трансформации, однако их суть оставалась неизменной, поскольку каждый отдел выполнял установленные в довоенные годы функции. Единственным, что изменилось в самом начале Второй Мировой войны, было руководство. В ноябре 1939 г. Х. Синклер умер, и главой разведки стал его бывший заместитель Стюарт Мензис.

Направления деятельности

 

Итак, к 1930-м гг. сеть внешней разведки Великобритании значительно расширилась. «Станции» СИС действовали по всему миру. В Европе штабы СИС находились в Осло, Стокгольме, Копенгагене, Хельсинки, Риге, Гааге, Варшаве, Праге, Бухаресте, Будапеште, Риме, Софии, Афинах, Берне, Брюсселе, Париже, Вене и Берлине. В Азии инфраструктура СИС располагалась в Шанхае, Гонконге, Японии, на Цейлоне. В ближневосточных, средиземноморских и арабских государствах: в Алжире, Стамбуле, Каире, Дамаске, Багдаде, Тегеране, Адене, Иерусалиме, Адис-Абебе, на Кипре и Мальте. Несколько штабов действовало за Атлантическим океаном: в Нью-Йорке, Мехико, Гондурасе, Панаме, Тринидаде, Рио-де-Жанейро, Буэнос-Айресе, на Бермудских островах. 

Британское правительство долгое время не воспринимало Германию как серьёзную угрозу, рассматривая её укрепление как «противовес» Франции. Однако распространение и укрепление нацистской идеологии на германской территории приводило к кризисам во внешних интересах Великобритании. Так из-за покровительства англичан над гонимыми евреями в подмандатной Великобритании Палестине вспыхнуло арабское восстание 1936-1939 гг. На штаб СИС в Иерусалиме возлагались задачи по сотрудничеству с правительствами соседствующих стран (лучший информационный канал был «настроен» с правительством Ирака) и контролю уровня миграции евреев и их передвижением через Дарданеллы[36]. Помимо этого британская внешняя разведка столкнулась с кризисами во время второй итало-эфиопской войны и испанской гражданской войны. Однако в этих конфликтах Великобритания принимала участия лишь косвенно, станции СИС на Мальте и в Испании были не способны эффективно работать при малом финансировании и не могли противодействовать распространению нацистского влияния[37].

В начале 1930-х гг. силы внешней разведки ещё были направлены на борьбу с коммунистической угрозой, появившейся в 1917 г[38]. В межвоенный период противодействие СССР осуществляли в основном военные, но немалую роль играла Правительственная Школа Кодов и Шифров, которая с момента своего создания в 1919 году перехватывала советские радиограммы, телеграфные сообщения, занималась вскрытием дипломатической переписки. С помощью полученной информации пресекались попытки со стороны Советской России экспортировать революционные настроения в другие государства и в частности в Великобританию. В 1930-е гг. в ее составе появились новые секции: военно-морская, армейская и военно-воздушная[39]. До Второй Мировой войны работа «школы» была не столь эффективна, но метод проб и ошибок в межвоенный период позволил усовершенствовать систему, что в дальнейшем привело к победе британских спецслужб в борьбе с германскими криптосистемами.

Во второй половине 1930-х годов МИ-5 ещё активно действовала против советских агентов на своей территории, силы же внешней разведки уже были переориентированы с СССР на страны «оси»: главным образом, Германию, а также Италию и Японию. В связи со сближением Гитлера и Муссолини регион Средиземноморья стал центральным в деятельности внешних разведывательных сил. Существенным для СИС было получение достоверной информации о сосредоточениях военно-морского флота, о береговой охране, авиации, состоянии аэродромов и военных объектов[40]. Велась политическая, военная, промышленная, радио- разведка, разведка в области пропаганды ‒ то есть по всем направлениям, чему способствовало увеличение финансирования. Британские спецслужбы активно вели пропагандистскую и диверсионную деятельность в аннексированных Германией Чехословакии, Австрии и в странах Южной и Юго-Восточной Европы, находящихся под угрозой оккупации[41]. Действовали как «легальные», так и «нелегальные» резидентуры, речь о чём пойдёт в следующем параграфе. Под предлогом заинтересованности в конфликте между Францией и СССР в 1936-1937 гг. британские авиационные силы активно сотрудничали с немецкими, при этом настоящей целью была разведка о состоянии германской авиации.

В эти же годы британские криптоаналитики столкнулись с проблемой дешифровки новой системы, применяемой немцами и японцами. В довоенный период больше достижений в работе по взлому кодовой системы уже упоминавшейся «Энигмы» было у польских и французских специалистов. Однако со стартом операции «Ультра» вскоре после начала войны именно британские специалисты добились серьезных успехов, что будет подробно рассмотрено в следующей главе.

Большую роль в получении информации сыграло сотрудничество британской разведки с французскими спецслужбами. К совместной работе в 1920-х Великобританию и Францию побудила коммунистическая угроза, а в середине 1930-х страны стали очень тесно сотрудничать по германскому вопросу. Обе стороны делились информацией о германской военной разведке (Abwehr) и службе безопасности (Shutzstaffel), а также об используемых ими методах, пропаганде нацистского режима и завербованных агентах на территориях других государств[42].

Таким образом, долгие годы, работая на советском направлении, британское правительство только в середине 30-х гг. ХХ в. осознало острую необходимость борьбы с распространением нацистской идеологии. С 1935 г. и до конца войны основной задачей СИС стало противодействие странам «оси» под эгидой Гитлера. На германское направление были пущены все силы британской внешней разведки, поэтому именно это направление будет подробно рассматриваться в этой работе.

 

Методы работы

 

Итак, выяснив главные цели Секретной разведывательной службы накануне Второй Мировой войны, теперь стоит рассмотреть методы, используемые британской внешней разведкой в своей работе на основном, германском, направлении.

Специализацией СИС была агентурная разведка, действующая на легальном и нелегальном уровнях. К первому относились станции СИС в других государствах, действующие под прикрытием офисов паспортного контроля. Говоря о нелегальных резидентурах, стоит отметить созданную в 1936 году Организацию «Z» под руководством полковника Клода Дэнси. Организация не являлась официальной частью секретной службы, являясь закрытой даже в структуре самой МИ-6 и действуя в качестве подстраховки в связи с усилением контрразведки противника. Используя бизнес-прикрытие, эта шпионская сеть действовала самостоятельно, не пересекаясь с другими станциями СИС. Организация «Z» доказала свою эффективность, когда с началом войны в сентябре 1939 года агентурная сеть на одной из главных площадок деятельности британской разведки, в Гааге, была ликвидирована усилиями сотрудников гестапо. Но тайная полиция не подозревала об агентах Дэнси, поэтому МИ-6 продолжила свою работу, предоставляя оперативную информацию и на протяжении всей Второй Мировой войны[43]. 

Вести разведку непосредственно на территории противника было очень сложно, поэтому большую роль играли двойные агенты. Так до августа 1938 года главным источником информации по политическим вопросам Германии был У. де Ропп, отправленный в 1920 г. в Берлин в качестве агента внешней разведки Великобритании. Де Ропп смог установить тесный контакт с нацистским правительством, в частности с самим Гитлером. Благодаря ему британские спецслужбы получали достоверную информацию о состоянии военно-воздушных сил Германии (Luftwaffe). Однако после аншлюса Австрии усилился надзор гестапо за иностранцами, и Де Ропп был передислоцирован в Швейцарию, после чего его работа уже не представляла большой ценности для главного офиса СИС[44]. 

Сведения о развитии  германских ВВС были очень важны, и после де Роппа информацию предоставлял агент СИС, К. Крюгер, который также занимался шпионажем в области военно-морского флота, а затем глава станции внешней разведки в Берлине Ф. Фоли, которому удалось установить тесный контакт с гестапо благодаря антикоммунистическому сотрудничеству. Более того в 1938-1939 годах он помог многим евреем бежать из Германии, снабдив их поддельными документами. С 1941 года он стал работать в Норвегии, откуда продолжал вести разведывательную деятельность, занимаясь перевербовкой немецких агентов[45].

В 1938 г. в качестве ещё одной меры по подготовке к надвигающейся войне в структуру МИ-6 была введена новая секция, о которой мы упоминали выше. Section-D специализировалась на диверсии. Но в начале работы главной её задачей было не практическое проведение диверсионных операций, но подготовка к ним. Изучались методы и средства проведения саботажа, способы вербовки иностранных агентов и распространения пропаганды[46].

К 1938 г. диверсионную деятельность на территории Германии предполагалось проводить через существующие антиправительственные организации, одиночных агентов в среде рабочих и распространение слухов[47]. В 1940 г. по инициативе У. Черчилля диверсионная секция СИС была объединена с созданными в том же году исследовательским бюро военного министерства (MI-R) и с секцией пропаганды министерства иностранных дел (Electra House) в единый орган ‒ Управление специальных операций (Special Operations Executive, SOE).  Целью Управления было способствование саботажу и подрывной деятельности на территории, оккупированной противником, и создание команды специально обученных людей для помощи коренным группам сопротивления[48].

Согласно воспоминаниям бывшего сотрудника британской военно-морской разведки Д. Маклахлана[49], с началом Второй Мировой войны задачи агентов по степени важности собранной информации определялись следующим образом: совершенно секретной и наиболее важной была информация, полученная через дешифровку перехваченных сообщений противника, а также из военных документов; затем шло определение координат местоположения военных единиц противника с расшифровкой аэрофотоснимков и передаваемых радиосигналов; после этого информация, полученная от дружественных организаций, допрос военнопленных и прослушивание их разговоров между собой; далее шёл анализ характера радиосвязи и открытых сообщений противника и официальных источников, данных нейтральных стран. Завершало список информация, выясненная двойными агентами, что автор объясняет «общим и стратегическим характером» полученных таким образом сведений. Маклахлан описал задачи агентов военно-морской разведки, но очевидно, что по такому плану в общих чертах действовали агенты всех направлений. 


Дата добавления: 2018-02-15; просмотров: 196;