О ТОМ, КАК РЕНАР ВСТРЕТИЛ РЫБАКОВ И ДОБЫЛ И НА СВОЮ ДОЛЮ СЕЛЕДОК И УГРЕЙ
Это приключение случилось, господа, в то время, когда зима вступила уже в свои права и все запасы в семье Ренара уже истощились. Большая нужда наступила: нечего было есть, нечего купить, нечего продать. Выгнала эта беда лиса на дорогу; пробрался он придорожными кустами и лег на берегу реки у самого моста: авось, мол, пройдет или проедет кто мимо, и будет чем поживиться. Ждал он добрый час и вот наконец видит на дороге воз с рыбой, а мужики идут и разговаривают. И понял Ренар из их беседы, что рыбаки, отправившись на лов, целую неделю не возвращались на берег, – так много рыбы пригнало в море западным ветром, и что теперь они везли ее в город продавать. Много товару было на возу: были там и корзины с миногами, и ящики с угрями, и много маленькой рыбы в кулях и бочонках. Выскочил Ренар из своей засады, почуяв добычу, забежал перед кустами и лег на дороге, притворившись мертвым. Лежал он там с закрытыми глазами, с оскаленными зубами, затаив дух, ну – околел, да и только! Кому бы пришло в голову такое притворство!
Увидали мужики лиса, подошли, потолковали, взяли его за хвост, со всех сторон осмотрели и решили взять его на воз.
– Славная шкура у лисы, можно продать ее за четыре, не то даже и за пять серебряных су, а то так и себе либо жене пригодится! – сказал старший из них.
На том и решили – бросили лиса на воз, а сами пошли, рассуждая о ценах на рыбу, на меха и хлеб, о хозяйстве и всяких домашних делах. Слушая их, Ренар открыл осторожно корзину, где было, пожалуй, больше трех десятков сельдей, – съел их под шумок с большим аппетитом и, выбрав другую большую корзину, где было много угрей, прогрыз в ней отверстие и, просунувшись в него, выпрыгнул из телеги, ловко унося на шее всю корзину с угрями. Как выпрыгнул он, – сказать не умею, а как не побоялся он замарать около рыбы свою шубу, – и подавно! Однако один из мужиков пошел посмотреть еще раз на подобранного лиса. Глядь–поглядь – ни лиса, ни угрей, и корзина с сельдями – пустая! Догадались тут мужики, что попались в ловушку, стали искать лиса по дороге, думая: не уйдет он далеко с такою ношей. Куда там! Станет он их дожидаться! Пробрался лис кустами в лес, в свою нору, где ждала его мадам Ришё – верная его подруга и два его сына: Персехэ и
Малебранш[3]. Побежали они навстречу отцу, в восторге от его нового костюма – корзины с угрями, и, впустив его, после обычных объятий крепко–накрепко заперли дверь.
О ТОМ, КАК РЕНАР ПОВЕЛ СВОЕГО КУМА ЛОВИТЬ УГРЕЙ
И стряпня же поднялась у Ренара! – связывали рыбу, жарили, варили; угрей резали на кусочки, нанизывая на нитки, и развешивали коптить над очагом, иных солили впрок, часть отобрали к обеду. Все были заняты, все были в духе и все веселились. И вот голодный Изегрим, прогуливаясь и ища, чем бы поживиться, проходил мимо замка Ренара, заметил дым и почуял вкусный запах. Подошел он к окошку и стал смотреть сквозь ставни и разглядел угрей, висевших над очагом. Как быть? Попросить Ренара поделиться с ним? – Знал он, что лис останется глух к его просьбе. Войти с угрозой? – Но дверь заперта очень крепко, и никто его не впустит. Наконец решился он постучаться. Стучал, стучал, – никто не отворяет.
– Отвори, кум! – кричит волк. – Отвори: принес я тебе кучу новостей!
Ничего не отвечал ему лис, сразу поняв, в чем дело. Удивился волк, что никто не отзывается, но запах рыбы так был привлекателен, что он продолжал стучать все громче и громче. Наконец Ренар спросил, кто стучит.
– Свои, – ответил волк.
– Кто свои?
– Твой дядя и кум! Отвори, прошу тебя; очень нужно!
– Потерпи, пожалуйста, пока монахи не отобедают и не уберут со стола.
– Откуда взялись у тебя монахи?
– Да я поступил к ним на службу.
– Будто бы? Что–то это странно! Но если это так, то дай мне чего–нибудь поесть с их стола, – я умираю с голода!
– Надо их попросить. Но что я скажу, если они меня спросят, не пришел ли ты, чтобы вступить к ним на службу?
– Скажи, что я готов им служить!
– Но это будет неправда! А я не могу обманывать их.
– Почему же неправда?
– Не можешь ты браться за это, так как, обещав, ты должен будешь поклясться никогда не есть мяса!
– Что же вы–то едите?
– Сыр, молоко, рыбу; мы ловим здесь же неподалеку жирных и больших угрей.
– Хорошо, я не стану есть мяса, если вы мне покажете, где вы ловите рыбу.
– Нельзя показать, пока ты не принят на службу.
Видит волк, что никак не попасть ему в дом лиса, и стал просить, чтобы тот вынес ему чего–нибудь поесть. Подошел Ренар к очагу, взял два куска угря, один сам съел, а другой отнес волку и просунул ему в щель, говоря: «Жаль, что не пришел раньше, а теперь ничего не осталось, – все съели монахи!» Съел волк, и захотелось ему еще поесть такого сладкого кушанья. И стал он просить Ренара показать, где водится такая чудесная штука. Выбежал лис из норы и побежал вперед, а волку закричал, чтобы тот шел следом. Так дошли они до рыбного садка.
Дело было ночью перед Рождеством, в то время, когда христиане солят ветчину и готовятся к праздникам. На небе звезды так и горели; мороз был жестокий, и сажалка совсем замерзла, – осталась одна только прорубь, у которой мужики оставили ведро.
– Где же тут ловят? – спросил с удивлением волк.
– А вот погоди.
Дошли они до проруби, привязал лис ведро к волчьему хвосту.
– Опусти, – говорит он волку, – хвост в воду и подожди, пока рыба в ведро наберется, – тогда и тащи! Мы всегда так ловим.
Послушался Изегрим, сел на льдину и опустил хвост в прорубь. Сел и лис поодаль и тоже делает вид, что рыбу ловит. Прошло немало времени, и стал волчий хвост примерзать ко льду. Хотел было вытащить его из воды Изегрим, но лис отсоветовал. Прошел час, другой. Говорит лис волку:
– Ну, теперь нам пора убираться подобру–поздорову, а то рассветает: придет хозяин садка, – пожалуй, нам будет плохо!
Волк хотел подняться – не тут–то было! Хвост не пускает.
– Ну, прощай, кум! – закричал лис, убегая. – Долго сидел ты, видно, больно ты жаден! Вот теперь и кайся!
Тут бы волку рвануться сильней да удрать, хотя бы потеряв десятка три волос, а он ни с места! Кончилось тем, что один охотник, возвращаясь с охоты, увидал его и забил тревогу. Собрались люди и выпустили собак. Стал тут волк метаться, да что поделаешь? В то время как он едва успевал огрызаться от собак, прибежал хозяин с топором и ударил его сзади, да так неловко, что отрубил только хвост. Изегрим словно того и ждал, – почувствовав свободу, кинулся в лес и удрал со всех ног! С этого дня пустая ссора волка с лисом превратилась в ожесточенную войну.
Дата добавления: 2018-10-26; просмотров: 176; Мы поможем в написании вашей работы! |
Мы поможем в написании ваших работ!