Глава 2. Основания и условия прекращения уголовного дела в связи с примирением сторон 1 страница
Для прекращения уголовного дела в связи с примирением сторон необходимо наличие определенных условий и оснований.
Законодатель не дает определений понятий основания и условия прекращения уголовного дела, данные понятия различно толкуются и среди ученых.
С.И. Ожегов определяет основание как причину, достаточный повод, оправдывающий что-нибудь[46]. Под условием он понимает обстоятельство, от которого что-нибудь зависит[47].
Ряд авторов разграничивают понятия основание и условие [48].
Так, С.Г. Келина полагает, что условия представляют собой фактические обстоятельства, свидетельствующие о наличии оснований[49].
Другие авторы одни и те же обстоятельства называют и основаниями, и условиями, не проводя разграничения между этими понятиями[50].
Вместе с тем представляется необходимым разграничение оснований и условий прекращения уголовного дела, поскольку только при наличии определенных условий, предусмотренных законом, возможно применить конкретное основание прекращения уголовного дела.
По нашему мнению обоснованной является позиция В.В. Сверчкова, который считает, что из условий складывается конкретное нормативное основание, представляющее собой совокупность допустимых достаточных признаков (условий). При этом отсутствие хотя бы одного из условий в случае, если оно необходимо в связи с совершением конкретного преступного деяния, исключает применение соответствующего основания[51].
В теории нет единой классификации оснований прекращения уголовного дела и уголовного преследования.
Так в зависимости от полномочий компетентных органов по применению тех или иных норм о прекращении уголовного дела, уголовного преследования основания могут быть классифицированы на дискреционные и императивные (иногда именуются диспозитивными и императивными, обязательными или факультативными)[52]. К дискреционным основаниям относятся те, применение которых является правом, а не обязанностью компетентных органов. Правоприменитель может выбирать вариант поведения, принятия решения по своему усмотрению Дискреционные основания применяются, если дознаватель, следователь, прокурор, суд, исходя из фактических данных, сочтут возможным прекращение уголовного дела по данным основаниям (ст. 25 УПК РФ, а также ст. 28 УПК РФ). Императивные основания – основания, при наличии которых прекращение уголовного дела, уголовного преследования является обязанностью компетентных органов. Правоприменитель обязан прекратить уголовное дело, уголовное преследование, лишен права выбора вариантов решения (ч. 2 ст. 20 – прекращение уголовных дел частного обвинения в связи с примирением потерпевшего с обвиняемым, п. 1 – 6 ч. 1 ст. 24 (отсутствие события преступления; отсутствие в деянии состава преступления; истечение сроков давности уголовного преследования; смерть подозреваемого или обвиняемого, за исключением случаев, когда производство по уголовному делу необходимо для реабилитации умершего; отсутствие заявления потерпевшего, если уголовное дело может быть возбуждено не иначе как по его заявлению, за исключением случаев, предусмотренных ч. 4 ст. 20 УПК РФ; отсутствие заключения суда о наличии признаков преступления в действиях одного из лиц, указанных в п. 2 и 2.1 части первой статьи 448 УПК РФ, либо отсутствие согласия соответственно Совета Федерации, Государственной Думы, Конституционного Суда Российской Федерации, квалификационной коллегии судей на возбуждение уголовного дела или привлечение в качестве обвиняемого одного из лиц, указанных в п. 1 и 3 - 5 ч. 1 ст. 448 УПК РФ; ч. 1 ст. 239 УПК РФ - в случае отказа прокурора от обвинения в порядке, установленном ч. 7 ст. 246 УПК РФ, а также п. 3 - 6 ч. 1 ст. 27 УПК РФ: вследствие акта об амнистии; наличие в отношении подозреваемого или обвиняемого вступившего в законную силу приговора по тому же обвинению либо определения суда или постановления судьи о прекращении уголовного дела по тому же обвинению; наличие в отношении подозреваемого или обвиняемого неотмененного постановления органа дознания, следователя или прокурора о прекращении уголовного дела по тому же обвинению либо об отказе в возбуждении уголовного дела; отказ Государственной Думы Федерального Собрания Российской Федерации в даче согласия на лишение неприкосновенности Президента Российской Федерации, прекратившего исполнение своих полномочий, и (или) отказ Совета Федерации в лишении неприкосновенности данного лица).
В зависимости от правовых последствий, которые влечет прекращение уголовного дела для лица, в отношении которого оно прекращается, основания прекращения уголовного дела можно разделить на реабилитирующие (п. 1, п. 2, п. 5, п. 6 ч. 1 ст. 24, п. 1, 4, 5, 6 ч. 1 ст. 27 УПК РФ, ч. 1 ст. 239 УПК РФ (отказ государственного обвинителя от обвинения) и нереабилитирующие[53] (ч. 2 ст. 20, п. 3 и п. 4 ч. 1 ст. 24, ст. 25, п. 3 ч. 1 ст. 27 УПК РФ ст. 28 УПК РФ). Установление реабилитирующих оснований влечет обязательное прекращение уголовного дела. При наличии нереабилитирующих оснований компетентные органы не обязаны прекращать уголовное дело, это остается на их усмотрение. К реабилитирующим основаниям прекращения уголовного дела необходимо отнести и прекращение уголовного дела в случае недостижения лицом возраста уголовной ответственности. В УПК РФ данное основание не указано прямо как основание прекращения уголовного дела, вместе с тем в ч. 3 ст. 27 УПК РФ «Основания прекращения уголовного преследования» указано, что уголовное преследование в отношении лица, не достигшего к моменту совершения деяния, предусмотренного уголовным законом, возраста, с которого наступает уголовная ответственность, подлежит прекращению по основанию, указанному в п. 2 ч. 1 ст. 27 УПК РФ (отсутствие в деянии состава преступления).
Прекращение уголовного дела по нереабилитирующим основаниям не исключает неблагоприятных последствий для лица, в отношении которого дело было прекращено, не влечет у лица возникновение права на реабилитацию. Прекращение уголовного дела по нереабилитирующим основаниям хотя и предполагает освобождение лица от уголовной ответственности и наказания, но «расценивается правоприменительной практикой как основанная на материалах расследования констатация того, что лицо совершило деяние, содержащее признаки преступления»[54]. Вместе с тем прекращение уголовного дела по нереабилитирующим основаниям не подменяет собой приговор суда, не является актом, устанавливающим виновность обвиняемого. В этой связи ошибочным представляется мнение С.А. Филимонова, утверждающего, что основным критерием деления оснований прекращения уголовного дела и уголовного преследования на реабилитирующие и нереабилитирующие является лишь вывод о причастности или непричастности к преступлению лица, в отношении которого дело или уголовное преследование прекращены по нереабилитирующим основаниям, при этом при прекращении уголовного дела по нереабилитирующим основаниям лицо, в отношении которого дело прекращено, фактически признается виновным[55].
Некоторые авторы разделяют основания прекращения уголовного дела на субъективные – связанные с позитивным поведением обвиняемого (ст. 25, 28, 427 УПК РФ) и объективные – не связанные с поведением обвиняемого, а реализуемые исключительно в силу закона (п. 3 – 4 ст. 24, п. 3 ч. 1 ст.27 УПК РФ)[56].
Предложение разделить основания прекращения уголовного дела на материальные и процессуальные[57] представляется не совсем обоснованным, поскольку одни и те же основания получают свою регламентацию и в материальном, и процессуальном плане. Кроме того, такое разделение оснований порождает среди практических работников неверное суждение о возможности прекращения дела по нормам материального уголовного права, которые в реальности являются лишь материально-правовыми предпосылками процессуальных норм[58].
Далее рассмотрим условия и основания прекращения уголовного дела в связи с примирением сторон.
Прекращение уголовного дела в связи с примирением сторон возможно только в случае совершения преступления небольшой или средней тяжести. Согласно ч. 2 ст. 15 УК РФ преступлениями небольшой тяжести признаются умышленные и неосторожные деяния, за совершение которых максимальное наказание, предусмотренное УК РФ, не превышает трех лет лишения свободы. Ч. 3 ст. 15 УК РФ к преступлениям средней тяжести относит умышленные деяния, за совершение которых максимальное наказание, предусмотренное УК РФ, не превышает пяти лет лишения свободы, и неосторожные деяния, за совершение которых максимальное наказание, предусмотренное УК РФ, превышает три года лишения свободы. До внесения в 2003 году изменений в УК РФ существовало противоречие между уголовным и уголовно-процессуальным законом, поскольку ст. 76 УК РФ предусматривала освобождение от уголовной ответственности только лица, совершившего преступление небольшой тяжести, в то время как в ст.25 УПК РФ говорилось о прекращении уголовного дела в отношении лица, совершившего преступление как небольшой, так и средней тяжести. При рассмотрении уголовных дел правоприменитель в данном случае руководствовался нормами УПК РФ, поскольку он был принят и опубликован после принятия УК РФ, в силу чего его нормы предпочтительнее как более поздние по времени принятия[59]. Кроме того, предпочтение надлежало отдавать уголовно-процессуальному закону, поскольку он освобождал лицо от уголовной ответственности по более широкому кругу преступлений, следовательно, улучшал положение лица, совершившего преступление. Данные противоречия были устранены с принятием 8.12.2003 г. Федерального закона № 162-ФЗ «О внесении изменений и дополнений в Уголовный кодекс Российской Федерации».
В настоящее время высказываются мнения о возможности распространения нормы о прекращении уголовного дела в связи с примирением и на отдельные случаи совершения тяжких преступлений.
Так Е.Н. Лобова предлагает ст. 76 УК РФ изложить в следующей редакции: «Лицо, впервые совершившее преступление небольшой тяжести и средней тяжести, а несовершеннолетний – при совершении тяжкого преступления, может быть освобождено от уголовной ответственности, если оно примирилось с потерпевшим и загладило причиненный вред». Автор указывает, что данная поправка в законодательстве могла бы существенно изменить положение осужденных несовершеннолетних; это привело бы к декриминализации отдельных норм УК РФ и к экономии уголовно-правовой репрессии в отношении несовершеннолетних, совершивших преступления, не представляющие большой общественной опасности[60]. Свое предложение Е.Н. Лобова обосновывает тем, что личностные особенности несовершеннолетних, совершивших преступления, мотивируют их преступное поведение. Здесь преобладают в основном «детские» мотивы, базирующиеся на желании утвердить себя в глазах сверстников, стремление противопоставить себя другим и обществу в целом. Если мировоззренческая позиция личности несовершеннолетнего не меняется в течение определенного времени, то возникает глобальный социальный конфликт, ведущий к совершению тяжких преступлений. Здесь следует отметить влияние многих факторов: обострение семейных проблем на фоне нищеты и постоянной нужды; чрезмерная трудовая и бытовая занятость матерей, приводящая к неудовлетворительным условиям воспитания; слабая помощь родителям в деле педагогического надзора со стороны органов исполнительной власти; нехватка учреждений внешкольного воспитания; недостатки в работе правоохранительных органов в данной сфере и многое другое. Часто по преступлениям, обязательным признаком которых являются низменные побуждения, доминирующими мотивами поведения подростка оказываются не низменные, а иные побуждения. Такие распространенные преступления среди несовершеннолетних, как угон транспортных средств, кража, грабеж, сюда не подходят. Эти преступления совершаются несовершеннолетними в основном в группе лиц и существенно отличаются от преступлений, совершенных взрослыми людьми. Так, кражи, грабежи иногда мотивируются у подростков корыстными побуждениями в сочетании с мотивами озорства, стремлением утвердить себя в микросреде, желанием заполнить свободное время. Таким образом, если несовершеннолетними и их родителями возмещен вред потерпевшим, должно иметь место примирение сторон.
Позиция Е.Н. Лобовой представляется обоснованной, поскольку часто преступления несовершеннолетних носят ситуационный характер. Несовершеннолетние, не имеющие устойчивой антисоциальной направленности, зачастую совершают преступления под влиянием сиюминутного порыва либо какой-то конфликтной ситуации. В связи с этим во многих случаях для достижения целей уголовного судопроизводства нет необходимости привлечения несовершеннолетних, совершивших в том числе и тяжкие преступления, к уголовной ответственности. Представляется возможным освобождение от уголовной ответственности в связи с примирением сторон несовершеннолетних, совершивших преступление, предусмотренное ч. 3 ст. 158 УК РФ. Вместе с тем распространение данной нормы закона на преступления, совершенные с применением насилия, повлекшего причинение тяжкого вреда здоровью, либо смерть потерпевшего, не обоснованно, поскольку данные преступления имеют большую общественную опасность.
Подобное увеличение категории дел, по которым возможно прекращение уголовного дела в связи с примирением сторон, предусмотрено, например, Уголовным Кодексом Приднестровской Молдавской республики. Так, в ст. 75 Уголовного кодекса Приднестровской Молдавской республики, предусматривающей освобождение от уголовной ответственности в связи с примирением с потерпевшим в отношении лиц, впервые совершивших преступление небольшой или средней тяжести (преступления, наказания за которые не превышают 2 и 5 лет лишения свободы соответственно) категории дел, по которым от уголовной ответственности освобождается в связи с примирением сторон несовершеннолетний потерпевший, расширены. Несовершеннолетнее лицо, совершившее преступление, не связанное с причинением смерти или тяжкого вреда здоровью, за которое предусмотрено наказание до 7 (семи) лет лишения свободы, может быть освобождено от уголовной ответственности, если оно примирилось с потерпевшим, загладило причиненный потерпевшему вред и возместило судебные издержки, перечисленные в ст. 86 Уголовно-процессуального кодекса Приднестровской Молдавской Республики[61].
С учетом изложенного обоснованно будет внести изменения в ст. 25 УПК РФ, дополнив ее частью 2 следующего содержания: «суд, а также следователь с согласия руководителя следственного органа или дознаватель с согласия прокурора вправе на основании заявления потерпевшего или его законного представителя прекратить уголовное дело, уголовное преследование в отношении несовершеннолетнего, подозреваемого или обвиняемого в совершении преступления, не связанного с причинением смерти или тяжкого вреда здоровью, за которое предусмотрено наказание до 7 (семи) лет лишения свободы, в случаях, предусмотренных статьей 76 Уголовного кодекса Российской Федерации, если это лицо примирилось с потерпевшим и загладило причиненный ему вред».
В.В. Сверчков считает, что целесообразно в законе определить условие, согласно которому возможно примирение лица, совершившего преступное деяние, и потерпевшего, являющихся членами одной референтной группы, в частности, членами семьи, друзьями, «добрыми соседями», близкими сослуживцами, дружественными одноклассниками, вне зависимости от размера ущерба, причиненного насильственным преступлением. Он считает, что здесь примирение необходимо для того, чтобы спасти социальную группу от разрушения, если она того заслуживает и нуждается в этом. Примирение необходимо для дальнейшего неконфликтного существования вступивших в уголовное противоборство сторон (обвиняемого, его родных и близких, с одной стороны, и потерпевшего, его родных и близких – с другой)[62]. Однако в предлагаемых В.В. Сверчковым случаях прекращение уголовного дела в связи с примирением сторон может иметь негативные последствия, поскольку при насилии в семье менее слабый член семьи, подвергающийся насилию, под воздействием страха и других подобных мотивов, напишет заявление о прекращении дела в связи с примирением сторон, и будет продолжать подвергаться насилию, оставаясь беззащитным. То же может иметь место и в отношениях сослуживцев, когда подчиненный под страхом увольнения, каких-либо иных неблагоприятных действий со стороны лица, занимающего более высокую должность, напишет заявление о примирении, хотя самого по себе примирения не будет, права его не будут защищены, в коллективе он будет продолжать оставаться беззащитным. При таких обстоятельствах изменение закона, предоставление возможности прекращения уголовного дела в связи с примирением сторон лицам, относящимся к одной группе (семья, сослуживцы и т.п.), будет противоречить целям правосудия, сделает жертв преступлений незащищенными. Не случайно законодатель внес существенные дополнения в ч. 4 ст. 20 УПК РФ, указав «руководитель следственного органа, следователь, а также с согласия прокурора дознаватель возбуждают уголовное дело о любом преступлении, указанном в частях второй и третьей настоящей статьи, и при отсутствии заявления потерпевшего или его законного представителя, если данное преступление совершено в отношении лица, которое в силу зависимого или беспомощного состояния либо по иным причинам не может защищать свои права и законные интересы».
При проведении нами опроса практических работников 68%[63] опрошенных высказались против изменения законодательства в случаях, касающихся возможности прекращения уголовных дел в связи с примирением сторон по тяжким преступлениям, совершенным близкими родственниками потерпевшего.
В настоящее время дискуссионным является вопрос о прекращении уголовного дела в связи с примирением сторон в случае совершения преступлений, предусмотренных ч. 3, 4, 5 ст. 264 УК РФ. Большой резонанс вызывают факты прекращения уголовных дел такой категории по ст. 25 УПК РФ.
В феврале 2007 года было прекращено уголовное дело в отношении командира второго взвода юридического факультета Воронежского института МВД А.Е., который 13.11.2006 г., отпраздновав свой 27-й день рождения и будучи в состоянии сильного алкогольного опьянения, сел за руль автомобиля и помчался по проспекту Патриотов. Как раз в это время инспекторы ДПС проверяли документы у водителей нескольких автомобилей, стоявших на обочине. Там же находился командир третьего взвода первой роты ОБДАС ГИБДД старший лейтенант милиции В.У., которого и сбил А.Е., ехавший со скоростью 120 - 130 километров в час. Инспектор скончался через несколько минут. Уголовное дело было прекращено в связи с примирением сторон[64].
Депутат горсовета Белгорода В.С., находясь за рулем своего автомобиля, не справилась с управлением и выехала на встречную полосу, где совершила столкновение с Ford Focus. В результате одна из пассажирок иномарки – 23-летняя студентка – погибла на месте. Дело было прекращено в связи с примирением сторон. Потерпевшие сами обратились в следственные органы с соответствующим заявлением[65].
Сегодня у лица, совершившего преступление, предусмотренное ч. 3 ст. 264 УК РФ, есть правовая возможность компенсировать родственникам материальный ущерб и договориться, что они не будут иметь к нему претензий, закон не запрещает в этом случае прекратить уголовное дело в связи с примирением сторон.
Согласно данным Верховного Суда, только в 2009 г. по ст. 264 УК РФ были осуждены по первой части (причинение тяжкого вреда здоровью) 6151 человек. Из них свыше 5000 получили условные сроки, а в связи с примирением прекращено более 4000 дел. По ч. 2 той же статьи (причинение смерти по неосторожности) осуждены 4418 человек, из них условно – 2356 человек. В связи с примирением прекращено 1177 дел[66]. За 9 месяцев 2011 года в более чем 143 тысячах аварий погибло почти 19,5 тысячи человек. По данным Судебного департамента при Верховном суде РФ, за 6 месяцев 2011 года по ч. 1 ст. 264 УК РФ (ДТП с причинением тяжких повреждений) осуждено 2983 человека, освобождено в связи с примирением сторон 2452. По ч. 2 этой же статьи (то же самое в пьяном виде) осуждено 894 человека, освобождено 290. По ч. 3 ст. 264 УК РФ (ДТП со смертельным исходом) осуждены 1724 человека, 566 освобождены в связи с примирением сторон. По ч. 4 этой статьи (то же самое в пьяном виде) осужден 691 человек, освобождены в связи с примирением 41 человек. По ч. 5 (погибли двое и более) осуждены 303, освобождены в связи с примирением – 20[67]. Очевидная несоразмерность преступления и наказания в таких случаях побудила депутатов задуматься над проблемой примирения в случае смерти пострадавшего. Депутаты предлагают исключить возможность полюбовного договора в случаях, когда пострадавший погиб и ограничить возможность уйти от уголовной ответственности тем, кто совершил преступление, предусмотренное ч. 3 ст. 264 УК РФ[68].
Такой же позиции придерживается и А. Петров, полагающий, что при совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 264 УК РФ, в результате которого погиб человек, вред не может быть возмещен, т.к. человеческой жизни не может соответствовать никакая материальная оценка[69].
Преступления, предусмотренные ч. 3, 4, 5 ст. 264 УК РФ, имеют большую общественную опасность, вызывают большой общественный резонанс, поскольку результатом данного преступления является смерть человека. Если пострадавший в ДТП не погиб, то виновный может оплатить ему лечение, расходы на приобретение медикаментов, возместить моральный вред, и пострадавший сам в таком случае принимает решение о примирении с лицом, совершившим преступление. Если же человек погиб, то на каком основании его родственники принимают решение о примирении с лицом, совершившим преступление, почему они решают, прощать или не прощать виновного? В случае, если в результате дорожно-транспортного происшествия погиб человек, примирение состояться не может, поскольку лицо, пострадавшее от преступления, погибло.
Также по вышеперечисленным мотивам (невозможность компенсирования вреда в случае смерти человека, невозможность примирения, т.к. пострадавший погиб) необходимо исключить возможность прекращения уголовного дела в связи с примирением сторон и при совершении преступлений, предусмотренных ст. 106, 107, 108, 109, 110, ч. 3, 4, 5 ст. 264 УК РФ, результатами которых также является смерть человека.
В связи с вышеизложенным в ст. 25 УПК РФ необходимо внести изменения, указав, что «суд, а также следователь с согласия руководителя следственного органа или дознаватель с согласия прокурора вправе на основании заявления потерпевшего или его законного представителя прекратить уголовное дело, уголовное преследовавание в отношении лица, подозреваемого или обвиняемого в совершении преступления небольшой или средней тяжести, за исключением преступлений, предусмотренных ст. 106, 107, 108, 109, 110, ч. 3 ст. 264 УК РФ, в случаях, предусмотренных ст. 76 УК РФ, если это лицо примирилось с потерпевшим и загладило причиненный ему вред».
Таким образом, окончательный вариант анализируемой статьи может быть представлен в следующем виде: «Статья 25. Прекращение уголовного дела, уголовного преследования в связи с примирением сторон. Часть 1. Суд, а также следователь с согласия руководителя следственного органа или дознаватель с согласия прокурора вправе на основании заявления потерпевшего или его законного представителя прекратить уголовное дело, уголовное преследовавание в отношении лица, подозреваемого или обвиняемого в совершении преступления небольшой или средней тяжести, за исключением преступлений, предусмотренных ст.106, 107, 108, 109, 110, ч. 3, 4, 5 ст. 264 УК РФ, в случаях, предусмотренных статьей 76 Уголовного кодекса Российской Федерации, если это лицо примирилось с потерпевшим и загладило причиненный ему вред. Часть 2. Суд, а также следователь с согласия руководителя следственного органа или дознаватель с согласия прокурора вправе на основании заявления потерпевшего или его законного представителя прекратить уголовное дело, уголовное преследование в отношении несовершеннолетнего, подозреваемого или обвиняемого в совершении преступления, не связанного с причинением смерти или тяжкого вреда здоровью, за которое предусмотрено наказание до 7 (семи) лет лишения свободы, в случаях, предусмотренных статьей 76 Уголовного кодекса Российской Федерации, если это лицо примирилось с потерпевшим и загладило причиненный ему вред».
Спорным является и вопрос о возможности прекращения уголовного дела в связи с примирением сторон в случае, когда лицо обвиняется в совершении тяжкого преступления, а суд устанавливает в его действиях наличие состава преступления небольшой или средней тяжести.
Так, в обзоре судебной практики прекращения военными судами уголовных дел в связи с примирением с потерпевшим и деятельным раскаянием, утвержденном постановлением Президиума Верховного Суда РФ от 1.06.2005 г., приводится мнение судей Балтийского флотского военного суда, которые считают: лицо, обвиняемое в совершении тяжкого преступления, не может быть освобождено от уголовной ответственности в связи с примирением с потерпевшим даже в том случае, если суд установит, что фактически оно совершило преступление небольшой или средней тяжести, и переквалифицирует содеянное им на соответствующие статьи УК РФ, так как согласно ст. 25 УПК РФ уголовное дело может быть прекращено по этому основанию только в отношении лица, которое обвиняется (подозревается) в совершении преступления небольшой или средней тяжести. Ошибочным, например, посчитал флотский суд прекращение Черняховским гарнизонным военным судом в связи с примирением с потерпевшим уголовного дела в отношении сержанта С., действия которого были переквалифицированы с ч. 3 ст. 286 УК РФ на ч. 1 той же статьи. По мнению судей Северо-Кавказского окружного военного суда, уголовное дело по обвинению лица в совершении тяжкого преступления может быть прекращено в связи с примирением, если в ходе судебного разбирательства суд придет к выводу о необходимости переквалификации действий виновного на статью закона, предусматривающую ответственность за преступление небольшой или средней тяжести. Поэтому окружной суд признал обоснованным прекращение Грозненским гарнизонным военным судом в связи с примирением уголовного дела в отношении П., чьи действия судом были переквалифицированы с ч. 3 ст. 286 УК РФ на ч. 1 ст. 335 УК РФ. Представляется, что правильной является позиция судей Северо-Кавказского окружного военного суда, поскольку решение судом принимается по фактически установленному, а не по предъявленному обвинению. Более того, ссылка судей Балтийского флотского военного суда в обоснование своей позиции на то, что в ст. 25 УПК РФ названы только обвиняемый и подозреваемый, не может быть признана состоятельной также и потому, что согласно ч. 2 ст. 47 УПК РФ обвиняемый, сохраняя на всех стадиях уголовного судопроизводства предоставленные ему законом права, в том числе и право на прекращение уголовного дела в предусмотренных законом случаях, в зависимости от этих стадий лишь по-разному именуется и, в частности, после назначения судебного разбирательства уголовного дела, по которому он признан обвиняемым, называется подсудимым[70].
В настоящее время УК РФ предусматривает право суда изменить категорию преступления на менее тяжкую. Так, в соответствии с ч. 6 ст. 15 УК РФ с учетом фактических обстоятельств преступления и степени его общественной опасности суд вправе при наличии смягчающих наказание обстоятельств и при отсутствии отягчающих наказание обстоятельств изменить категорию преступления на менее тяжкую, но не более чем на одну категорию преступления при условии, что за совершение преступления, указанного в ч. 3 настоящей статьи, осужденному назначено наказание, не превышающее трех лет лишения свободы, или другое более мягкое наказание; за совершение преступления, указанного в ч. 4 настоящей статьи, осужденному назначено наказание, не превышающее пяти лет лишения свободы, или другое более мягкое наказание; за совершение преступления, указанного в ч. 5 настоящей статьи, осужденному назначено наказание, не превышающее семи лет лишения свободы. Однако данное право суда не порождает возможность прекращения уголовного дела по делам о тяжких и особо тяжких преступлениях, так как из текста статьи следует, что изменение категории дел возможно только в отношении осужденного, которому назначено определенное наказание.
В вышеуказанном обзоре разъясняется возможность прекращения уголовного дела в связи с примирением сторон в случае совершения «двухобъектного» преступления. Верховный Суд РФ указывает, что по делам о «двухобъектных» преступлениях, в которых преступное посягательство также осуществляется на иной защищаемый законом объект, по роду которого указанные преступления расположены в соответствующих главах УК РФ, а потерпевший при этом выступает лишь как дополнительное объективное проявление этого посягательства, невозможно достичь примирения с основным объектом, но и примирение с потерпевшим не устраняет вред, нанесенный этому основному объекту преступного посягательства, а значит, преступление в целом не теряет своей общественной опасности и уголовное дело в отношении лица, его совершившего, не может быть прекращено[71]. Подтверждается этот вывод и судебной практикой: уголовные дела в отношении лиц, совершивших преступления небольшой или средней тяжести, которые не посягают на права и интересы конкретных потерпевших, суды на основании ст. 25 УПК РФ практически не прекращают. Вместе с тем представляется, что если по делам о «двухобъектных» преступлениях посягательство на основной, приоритетный объект в силу малозначительности может быть признано формальным, а с потерпевшим достигнуто примирение, то и они также могут быть прекращены в связи с примирением с потерпевшим. Данное решение суд должен мотивировать в постановлении. В связи с этим 4 окружной военный суд обоснованно признал правильным прекращение на основании ст. 25 УПК РФ уголовного дела в отношении майора В., обвинявшегося в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст. 334 УК РФ, поскольку помимо наличия других необходимых для этого условий по делу было установлено, что преступление он совершил из ложно понятых интересов службы, каких-либо последствий в виде вреда здоровью потерпевшего в результате нанесенных им последнему побоев не наступило, обвиняемый по военной службе характеризовался исключительно положительно, в содеянном чистосердечно раскаялся, добровольно возместил потерпевшему моральный вред[72].
Дата добавления: 2016-01-05; просмотров: 35; Мы поможем в написании вашей работы! |
Мы поможем в написании ваших работ!