Темы и образы сатир Антиоха Кантемира и сатирическая традиция в русской литературе XVIII века.



Кантемир строит свои сатиры как монологи от первого лица.у него это - саморазоблачение отрицательных персонажей, в речах кото-рых возникают для читателя образы положительных героев, людей чести идобродетели, ревнителей просвещения и науки, врагов обскурантизма. Са-тиры Кантемира проникнуты твердым убеждением в познаваемости мира ичеловека, в ясности нравственных и общественных норм поведения. Кан-темир осознает себя проповедником общечеловеческой, универсальнойморали, во имя которой он высмеивает и осуждает все, что не выдерживаеткритики разума и нормального человеческого чувства. Теория прирожденной греховности человеческой природы замененау Кантемира локковским эмпиризмом с его теорией изначальной чистотыиндивидуального сознания, на котором воспитание уже пишет те или иныеслова - страсти, привычки наклонности. Живое многообразие характеров иотношений Кантемир хочет уложить в рамки определенной системы ин-теллектуальных страстей или однолинейных характеров. Но если при всем том отрицательные персонажи сатир вбирают в се-бя живые черты быта и нравов эпохи, иногда даже позволяют угадыватьсвои прототипы, то положительные человеческие образы сатир создаютсяв значительной степени только по контрасту с отрицательными и оказы-ваются идеальной схемой, без реального жизненного содержания. Это незначит, что сам по себе идеал Кантемира-сатирика был порожден толькофантазией поэта. За этим идеалом стояла идеология русского просвети-тельства, твердо усвоившего общую идею науки нового времени о челове-ке вообще, о норме естественного, натурального человека как всеобщем иединственном критерии общественного устройства и человеческой нравст-венности. Разрыв с литературной и идейной традицией допетровской Русибыл для Кантемира логическим выводом из убеждения в абсолютном пре-восходстве нового, созданного реформами, мировоззрения взамен старого,религиозно-домостроевского.    Как просветитель-рационалист, Кантемир был убежден в том, что«новая» наука нашла ключ ко всем тайнам мироздания, общественногоустройства и человеческой психологии. Поэтому «новую» литературу онхотел создать вне всяких связей идеологических и стилистических с лите-ратурой допетровской. Слово в его творчестве не должно было быть носителем ка-ких-либо новых, не общепонятных связей и представлений. Кантемир крайне скуп, осторожен в употреблении метафор итропов вообще, а когда он все-таки к ним обращается, то обязательно ихпоясняет в примечаниях. Так, оказываются нуждающимися в объяснении,по его мнению, такие метафоры, как «жители парнасски», «лезть на бу-мажные горы», «медное сердце», «короткий язык»; метонимии - «не сме-нит на Сенеку он фунт доброй пудры». Основной упор в сатирах был сделан Кантемиром на приближение к«простому разговору», т. е. на придании стиху интонационной гибкости иразнообразия живой речи. Поэтому Кантемир вслед за Феофаном Проко-повичем категорически настаивал на сохранении в стихах «переноса» - не-совпадения синтаксического и ритмического членения строки. В примеча-ниях он часто подкрепляет правомерность употребления того или иногооборота ссылкой на «простую речь». Однако живая речь и разговорные интонации у Кантемиратолько в самой незначительной степени индивидуализированы. Разницаощутима только между речью положительных и отрицательных персона-жей, а весь круг сатирических персонажей разговаривает примерно одина-ковым слогом, различие в который вносится только характером страстиили увлечения данного персонажа. Большею же частью сатирические об-разы даются в авторском монологе, обращенном к кому-либо из его дру-зей, чем и мотивируется разговорная форма сатиры. Общеобязательная, отвлеченная система «характеров» или «стра-стей», т. е. рационалистическая классификация индивидов, облекается унего в живую оболочку повседневного быта и нравов современного рус-ского общества. Жизненный материал не хочет подчиняться абстрактноопределенным страстям, и вместо «скупого» или «сплетника» в сатирахКантемира возникают образы людей определенного социального и имуще-ственного положения, связанных сложной сетью материальных, семейныхи всяких других отношений. Абстрактно-психологическое исследованиехарактеров превращается в изображение конкретных социальных отноше-ний, а нравственные уродства получают общественную и материальнуюмотивировку. Каждый персонаж кантемировской сатиры - говорит ли онсам или о нем говорит автор, - становится центром особого эпизода, с за-родышевым сюжетом и конфликтом. В сатиры Кантемира входит многое,что позднее, в эпоху более широкого развития поэзии русского классициз-ма, разошлось по различным жанрам. Синтезирование тематики в сатирах Кантемира оказалось возмож-ным потому, что за основу своей сатирической манеры он принял некийстилевой прием, до него в русской сатире неизвестный. Изложение собы-тий, характеристика персонажа от автора или монолог самого персонажаимеют обычно у Кантемира двойной смысл, двойное значение.       Каждое из утверждений Критона выражает его собственноеубеждение, его взгляд на науку, на ее место в жизни общества и человека,его понимание ценности знаний и образованности вообще. Одновременнов утверждениях Критона выражено прямое и недвусмысленное отно-шение к нему автора сатиры. Точка зрения Критона на науку прямо проти-воположна самым задушевным убеждениям сатирика. Конечно же,«врать», т. е. заблуждаться, ошибаться, неверно понимать, может толькочеловек, чуждый науке, знанию, лишенный какого-либо понимания прин-ципов истинного, логического, разумного мышления, которое в сочетаниис эмпирическим исследованием реального мира вещей может создать пра-вильное представление о мире и человеке, создать правильную модель ми-ра в сфере идей. Кантемир от себя не вставляет ни одного слова прямогоосуждения Критона. Он не называет его ни лицемером, ни ханжой, ни не-веждой, ни обскурантом. Самое сильное осуждение Критона содержится вего же собственных словах, в его манере судить о том, чего он не понимаети понять не может, в его привычке отвергать и порочить недоступные емузавоевания человеческого разума. Сатирик не оставляет героев сатир внеполя своего внимания, он все время с ними. Каждое их слово, каждаямысль, каждая явная глупость или нелепость содержат в себе совершенноочевидную авторскую оценку, а в конечном счете и оценку поведения ха-рактера персонажа в целом. Саморазоблачительные суждения персонажей сатир Кантемира стро-ятся часто как своего рода ложные антитезы, ложные потому, что правиль-ному, бесспорному, нейтральному тезису в этих суждениях обычно проти-востоит ложный антитезис.       с точки зрения сатирика, приводимое Критоном объяснение совершенно опровергает его же тезис:употребление кваса или отказ от него никак не могут служить доказатель-ством добропорядочности или развращенности. Для Критона же, убежден-ного сторонника сохранения внешней стороны допетровского уклада жиз-ни, отказ от кваса, «забвение» этого напитка есть признак полного развалаистинно христианского, благочестивого порядка русской жизни. Придаваятакое серьезное, принципиальное значение этому, совершенно ничтожно-му, с точки зрения сатирика, обстоятельству, Критон обнаруживает своемелкомыслие, ничтожность своих побуждений, скрытых под якобы серь-езными тревогами общественного содержания. Автор всегда со своим героем; все, что говорит Критон, выражаетотношение автора к нему, напоминает читателю о постоянном присутствииавтора, о том, что персонажи сатир представлены ему уже в определенномосвещении авторской мысли и авторского чувства. Комическое у Кантемира есть результат сознательно выра-женного авторского отношения к персонажу, - отношения подчеркнутого,настойчивого, беспрерывного, выраженного одновременно этически и эс-тетически.

Дата добавления: 2018-02-15; просмотров: 314; ЗАКАЗАТЬ РАБОТУ