Проблемные вопросы уголовно-правовой охраны половой неприкосновенности несовершеннолетних



 

Особое внимание, с нашей точки зрения, следует уделить вопросам определения понятий половой неприкосновенности для необходимости усиления уголовной ответственности за посягательства на несовершеннолетних, разграничивая квалифицирующие составы по определенным возрастам. Следует рассмотреть вопрос о невозможности условно-досрочного освобождения виновного лица, совершившего сексуальные действия в отношении несовершеннолетнего, а также применения иных мер, направленных на невозможность совершения данным лицом аналогичных преступлений.
Эффективность предложенных мер должна обеспечивать половую неприкосновенность несовершеннолетних. Необходимые изменения должны представлять собой взвешенные изменения, вносимые вУголовный кодекс Российской Федерации (далее - УК РФ), которые не идут вразрез с системой российского уголовного права, а также общими принципами российского и международного законодательства.
Мы считаем не совсем удачными изменения, внесенные в УК РФ <1>, которые имеют непосредственное отношение к усилению уголовной ответственности за сексуальные посягательства в отношении несовершеннолетних. Цель, поставленная в основу изменения законодательства, достигнута не была.
Рассмотрев отдельные положения соответствующих статей УК РФ, а также некоторые вопросы их правоприменения, необходимо выделить следующее:
1. Объектом сексуальных посягательств, совершаемых в отношении несовершеннолетних, принято считать половую неприкосновенность, а в отношении взрослых граждан - половую свободу. Половую неприкосновенность обычно рассматривают как понятие, изолированно сформулированное в недрах уголовно-правовой науки исключительно для описания объекта насильственного сексуального посягательства на несовершеннолетних. Из этого следует, что такой запрет основывается больше на каких-то сверхобъективных критериях, что и выражено в самом понятии половой неприкосновенности, а не на насущной потребности обеспечить нормальное физическое и психическое развитие несовершеннолетних.
Данное положение противоречит конституционным принципам, касающимся личной свободы и неприкосновенности. Если рассматривать половую свободу и половую неприкосновенность как неотъемлемые составляющие, то обозначенная традиция представляет собой лишь узкие отраслевые толкования, формализацию понятий в ущерб современным правовым ценностям.
Разделение половой свободы и половой неприкосновенности в уголовном праве искусственно и не согласуется с трактовкой этих понятий в Конституции РФ, где в ст. 22 свобода и неприкосновенность закреплены как единое личное право. Половая свобода и половая неприкосновенность являются однородными и взаимосвязанными правовыми категориями, неразрывными элементами одного права.
Обоснованность таких квалифицирующих признаков, как несовершеннолетие потерпевшего от насильственного полового преступления, определила основные направления некоторых научных позиций. Если потерпевшим от полового преступления является несовершеннолетний, то обязательным дополнительным объектом является его нормальное психическое и физическое развитие. При этом обязательным объектом всегда будет являться половая неприкосновенность, а с 16 лет и половая свобода. Совершение преступления в отношении несовершеннолетнего всегда обладает повышенной общественной опасностью не только потому, что несовершеннолетний не способен в должной мере защитить себя, хотя это тоже необходимо учитывать, но и потому, что это крайне негативно характеризует виновное лицо.
2. Какой возраст законодательно определен в качестве легального для начала половой жизни? Для раскрытия данного вопроса следует ориентироваться на ст. 13 СК РФ, которая установила общий брачный возраст - 18 лет. Это определяет право органов местного самоуправления разрешать вступление в брак при наличии уважительных причин до достижения этого возраста, но не ранее 16 лет.
Поправками, внесенными в ст. 131, 132 УК РФ, устанавливающими ответственность за сексуальные посягательства на несовершеннолетних, был исключен признак заведомости. Этот признак имеет долгую историю в российском уголовном законодательстве. Проблема его квалификации решалась по-разному, ведь в законе он отсутствовал, а в судебной практике и науке был разработан. Так, Постановление Пленума ВС СССР от 25 марта 1964 г. N 2 указывало на необходимость вменения данного признака лицу, которое "знало или допускало, что совершает насильственный половой акт с несовершеннолетней" <3>. Уже тогда данное толкование породило немало споров в литературе. Предполагалось даже, что данное Постановление неосновательно расширило состав преступления, введя понятие "неосторожное изнасилование несовершеннолетней" <4>. Однако не стоит исчерпывать субъективную сторону исключительно формами вины, здесь надо разграничивать форму вины по отношению как к деянию, так и к суждению виновного лица о личности потерпевшего лица: умысел охватывает и суждения виновного относительно потерпевшего (в такой категории, как направленность умысла). Но данный компонент субъективной стороны не характеризуется умыслом или неосторожностью, а характеризуется в уголовном праве качеством заведомости. Указанная позиция Верховного Суда СССР отражена и в Постановлении Пленума ВС РФ от 22 апреля 1992 г. N 4 <5>, где также присутствовала формулировка "виновный знал или допускал". В связи с этим А.П. Дьяченко отмечал то обстоятельство, что "малолетний или несовершеннолетний возраст потерпевшей - вовсе не последствие преступного деяния по отношению к субъекту, которому возможно вменение вины по неосторожности, а предусмотренное законом необходимое и особо квалифицирующее обстоятельство, характеризующие потерпевшую". Так, неприемлемость позиции ВС РФ аргументировалась необоснованным включением в состав насильственного полового преступления элементов неосторожной формы вины, что противоречит самой сущности такого преступления.
Повышенной общественной опасностью обладают преступления, совершенные в отношении лиц, не достигших четырнадцатилетнего возраста, и особой общественной опасностью - в отношении лиц, не достигших двенадцатилетнего возраста. Данные преступления наносят малолетним необратимые разрушения как здоровому физическому состоянию, так и нормальному психическому развитию. Поскольку малолетний особо чувствительно воспринимает и оценивает происходящие с ним события, которые имеют огромное значение для формирующейся модели его сексуального поведения, став жертвой сексуального посягательства, он не сможет избежать в будущем проблем с психикой. УК РФ установил за подобные действия более строгое наказание по сравнению с основным составом преступления.
Разразившийся в 2007 - 2008 гг. во многих районах России шквал сексуальных преступлений в отношении малолетних поставил перед законодателем первоочередную задачу принять соответствующие изменения о криминализации данных деяний. В Федеральном законе от 27.07.2009 N 215-ФЗ данная необходимость была устранена, и в ст. 134 УК РФ были внесены ч. 2 - деяния, совершенные с лицом, не достигшим четырнадцатилетнего возраста, ч. 3 - деяния, совершенные с лицом, не достигшим двенадцатилетнего возраста, ч. 4 - деяния, предусмотренные частями второй или третьей настоящей статьи, совершенные группой лиц, группой лиц по предварительному сговору или организованной группой.
Выделение данных квалифицирующих признаков было обусловлено высокой общественной опасностью вышеописанных преступлений. Хотя деяния совершаются без насилия, несовершеннолетний возраст, в силу психофизического развития личности, не дает возможности осознанно, в полной мере распорядиться своим правом на половую свободу.
Стоит отметить положительную сторону данных изменений УК РФ. Санкции ч. 2, 3, 4 ст. 134 УК РФ находятся в прямой зависимости от характера и степени общественной опасности. Максимальное наказание предусмотрено в виде лишения свободы на срок семь, пятнадцать и двадцать лет соответственно, что соответствует основополагающим принципам уголовного права.
Открытым, с нашей точки зрения, остается наличие признака "заведомости" в данных составах. Это может, как и в отношении ст. 131, 132 УК РФ, вызывать определенные трудности не только при установлении формы вины, о чем было сказано выше, но и в правоприменительной практике, что затруднит выполнение первоочередной задачи наказания - восстановления социальной справедливости. Определение заведомого знания лица о возрасте потерпевшего имеет под собой огромные трудности, так как в большинстве случаев невозможно точно определить, могло ли лицо знать или допускать, что совершает половой акт с несовершеннолетним (малолетним), в связи с быстрым физиологическим развитием современной молодежи, а также неуемным стремлением малолетних к эмансипации. Считаем, что исключение признака "заведомости" в диспозициях ч. 1, 2, 3 ст. 134 УК РФ полностью исключит возможность избежать уголовную ответственность лицам, совершившим половое сношение и иные действия сексуального характера с лицом, не достигшим шестнадцати, четырнадцати и двенадцати лет соответственно.
В заключение можно отметить, что охрана прав несовершеннолетних, относящихся к обеспечению их нормального физического и психического развития, требует особой бдительности со стороны государства в лице законодателя. Многие вопросы, в том числе затронутые в нашей статье, должны найти свое однозначное решение не только в новых редакциях УК РФ, которое должно быть целиком и полностью подчинено сформулированной цели приоритетной охраны половой неприкосновенности несовершеннолетних, но и в практике их применения.

 


Дата добавления: 2018-02-15; просмотров: 518;