Классификация преступлений против собственности как предпосылка дифференциации уголовной ответственности



 

Классификация преступлений — один из видов их градации с учетом различных критериев, способствующей установлению дифференцированной ответственности. По мнению А. П. Чугаева, научно обоснованная классификация деяний, предусмотренных уголовным законом, является базой исследования проблемы дифференциации уголовной ответственности[4].

В уголовно-правовой литературе отмечается также, что деление преступлений на виды как предпосылка дифференциации уголовной ответственности создает основу для построения санкций[5], служащих одним из важнейших средств дифференциации уголовной ответственности.

Преступления против собственности — это совокупность общественно опасных, уголовно-противоправных, виновных и уголовно наказуемых деяний, посягающих на собственность. Описание объективных и субъективных признаков составов названных преступлений дано в диспозициях статей гл. 21 Особенной части УК РФ. Это могут быть умышленные (как правило) и неосторожные, корыстные и некорыстные деяния, соединенные с завладением имуществом, а следовательно, с нарушением права владения, и не соединенные с таковым, т. е. характеризующиеся иными способами причинения собственнику или иному законному владельцу имущественного ущерба или создания угрозы причинения такого вреда.

Преступления против собственности — один из элементов системы, образованной преступлениями в сфере экономики. В этой системе преступлениям против собственности отведено первое место. Если же рассматривать всю Особенную часть Уголовного кодекса, то следует отметить, что преступления в сфере экономики помещены на второе место вслед за преступлениями против личности, В уголовно-правовой литературе бытует мнение, что расположение разделов и глав свидетельствует об общественной значимости охраняемых законом благ, интересов, отношений. Если сравнивать право собственности с правом на жизнь, правом на здоровье, то приоритетной ценностью является жизнь человека, следовательно, преступления против жизни занимают первое место в системе Особенной части УК РФ.

Однако существует и другой подход. Сравним месторасположение преступлений против собственности и преступлений против общественной безопасности, которым отведено третье место в системе Особенной части Уголовного кодекса, так как они помещены в разделе IX «Преступления против общественной безопасности и общественного порядка». Думается, утверждения типа «кража представляет большую общественную опасность, нежели терроризм, поскольку занимает более высокую ступень в иерархической лестнице составов преступлений, иными словами, названа раньше в УК», нельзя признать верными. Такое рассуждение не учитывает, в частности, особенностей уголовно-правовых санкций; максимальное наказание за особо квалифицированную кражу — 10 лет лишения свободы с конфискацией имущества, а за особо квалифицированный терроризм — 20 лет лишения свободы, что соответствующим образом говорит и об общественной опасности этих преступлений.

Законодатель по-разному подошел к расположению составов преступлений внутри главы Уголовного кодекса. При сравнении порядка расположения преступлений против личности и против собственности можно заметить, что он использовал два противоположных метода. Преступления против личности размещены в главе с учетом убывания их степени общественной опасности, преступления против собственности, наоборот, — с учетом возрастания таковой, ибо вначале названа кража, значительно позже — грабеж и разбой.

Противоречива позиция законодателя по вымогательству. С одной стороны, данный состав преступления помещен между разбоем и хищением предметов, имеющих особую ценность, иными словами - между двумя разновидностями хищений. Такое решение может привести к ошибочному выводу о признании вымогательства хищением. С другой стороны, применительно ко всем формам хищения (краже, мошенничеству, присвоению, растрате, грабежу и разбою) в законе назван особо квалифицирующий признак «совершение преступления лицом, ранее два или более раза судимым за хищение либо вымогательство». Это подчеркивает то, что вымогательство имеет много общего с хищением, но им не является. С.А. Елисеев по поводу месторасположения состава преступления «вымогательство» заметил, что статью, предусматривающую ответственность за него, следует разместить вслед за статьями о хищениях[6].

На наш взгляд, статья о вымогательстве должна находиться в Уголовном кодексе после статьи о разбое, так как оба названных состава преступления имеют много общего и по степени общественной опасности, и мотивационной направленности, и, что очень важно, по способу причинения вреда собственности: разбой и вымогательство — преступления, ставящие собственность в опасность причинения вреда. Поскольку состав преступления «хищение предметов, имеющих особую ценность», мы предлагаем выделить в новую главу Уголовного кодекса «Преступления против культурного наследия», постольку расположение состава преступления «вымогательство» вслед за разбоем не будет нарушать систему хищений. Подобный подход к месторасположению в уголовном законе вымогательства наблюдается в законодательстве ряда зарубежных стран, в частности, в Испании[7] и ФРГ[8].

В уголовно-правовой литературе можно встретить различные классификации преступлений против собственности, в качестве критериев избирают признаки объективной и субъективной сторон преступления. Например, В.В. Мальцев такими критериями называет способ совершения преступления и наличие (отсутствие) корыстной цели. С учетом названных признаков все преступления против собственности он делит на три вида: 1) хищения чужого имущества (деяния, предусмотренные ст. 158, 159, 160, 161, 162, 164 УК РФ); 2) корыстные преступления против собственности, не являющиеся хищениями (деяния, предусмотренные ст. 163, 165 УК РФ); 3) некорыстные преступления против собственности, связанные с неправомерным завладением, уничтожением или повреждением чужого имущества (деяния, предусмотренные ст. 166, 167, 168 УК РФ)[9]. Такая классификация выделяет хищение в особую группу, при определении которой автор не делает акцента на корыстной направленности этих преступлений. Конечно, все хищения — преступления корыстные, однако выделение отдельно корыстных преступлений, хотя и не являющихся хищениями, некорыстных преступлений и хищений свидетельствует о том, что, помимо корыстных и некорыстных преступлений против собственности, есть еще один вид преступлений, которые нельзя отнести ни к корыстным, ни к некорыстным преступлениям против собственности.

По мнению Ю.И. Ляпунова, все преступления против собственности с учетом особенностей проявления их объективных и субъективных свойств следует классифицировать на три подгруппы: 1) хищение чужого имущества: кража (ст. 158 УК РФ), мошенничество (ст. 159 УК РФ), присвоение или растрата (ст. 160 УК РФ), грабеж (ст. 161 УК РФ), разбой (ст. 162 УК РФ) и хищение предметов, имеющих особую ценность (ст. 164 УК РФ); 2) преступления, причиняющие (или могущие причинить) имущественный вред отношениям собственности: вымогательство (ст. 163 УК РФ), причинение имущественного ущерба путем обмана или злоупотребления доверием (ст. 165 УК РФ), неправомерное завладение автомобилем или иным транспортным средством без цели хищения (ст. 166 УК РФ); 3) уничтожение или повреждение имущества (ст. 167 и 168 УК РФ)[10]. Данная классификация не отражает специфики каждой из выделенных групп. Так, ко второй группе преступлений, причиняющих или могущих причинить имущественный вред отношениям собственности, с таким же успехом можно отнести преступления, объединенные в первую и третью группы. Указанные преступления имеют своим объектом собственность, поэтому причиняют или могут причинить вред отношениям собственности. Эта классификация основана на неверном выводе о том, что хищения и уничтожение или повреждение имущества не только не причиняют, но и не могут причинить имущественный вред отношениям собственности. Поэтому мы не можем разделить позицию Ю.И. Ляпунова.

Л.Д. Гаухман также подразделяет преступления против собственности на три группы. К первой группе, как и Ю.И. Ляпунов, он относит хищения, а к третьей — уничтожение или повреждение имущества. Во вторую группу Л.Д. Гаухман объединяет те же преступления, что и Ю.И. Ляпунов, но в отличие от него называет их «иными видами неправомерного завладения или пользования чужим имуществом». К ним исследователь относит вымогательство, причинение имущественного ущерба путем обмана или злоупотребления доверием и неправомерное завладение автомобилем или иным транспортным средством без цели хищения. Причисление к этой группе вымогательства представляется не совсем удачным, поскольку вымогательство является формальным составом преступления и признается оконченным в момент предъявления требования передачи чужого имущества, права на имущество или совершения других действий имущественного характера. Ни пользование, ни завладение не признаются обязательными признаками объективной стороны преступления «вымогательство». Завладение также отсутствует при причинении имущественного ущерба путем обмана или злоупотребления доверием. Ущерб имеет форму упущенной выгоды.

Наиболее приемлема, на наш взгляд, классификация, предложенная С.М. Кочои, подразделяющего преступления против собственности на корыстные и некорыстные. В свою очередь, среди корыстных преступлений он выделяет подгруппы хищений и корыстных преступлений против собственности, не содержащих признаков хищения, среди которых преступления, предусмотренные ст. 162, 163 и 165 УК РФ. Хищением С.М. Кочои признает кражу, мошенничество, присвоение или растрату, грабеж и хищение предметов, имеющих особую ценность. Группа некорыстных преступлений представлена угоном и уничтожением или повреждением чужого имущества[11].

Однако и эта классификация не лишена недочетов. Во-первых, нельзя согласиться с категоричным отрицанием того факта, что разбой — одна из форм хищения, хотя законодательное определение разбоя следует признать не совсем удачным. Разбой стал определяться как нападение с целью хищения чужого имущества в связи с принятием Закона РФ от 1 июля 1994 г, «О внесении изменений и дополнений в Уголовный кодекс РСФСР и Уголовно-процессуальный кодекс РСФСР». Это понятие сохранилось и в УК РФ 1996 г. До 1 июля 1994 г. под разбоем уголовный закон понимал нападение с целью завладения чужим имуществом. Если разбой не признавать хищением, то в случае фактического завладения имуществом требуется дополнительная квалификация содеянного, например как грабеж. Такая рекомендация по квалификации в уголовно-правовой литературе практически не встречается, в том числе и у авторов, отрицающих признание разбоя хищением[12].

Согласно действующему уголовному законодательству России, наиболее правильным представляется выделение разбоя в особую группу преступлений против собственности, ставящих собственность в опасность причинения вреда. К данной группе следует отнести и вымогательство.

А.А. Бакрадзе не последователен в своих суждениях относительно характера преступления «неправомерное завладение автомобилем или иным транспортным средством без цели хищения (угон)» с учетом его мотивационной направленности. Классифицируя преступления против собственности, автор относит угон к преступлениям некорыстным, однако анализ этого состава дает в своей работе в главе «Иные корыстные преступления против собственности»[13], что нелогично.

Принимая во внимание теоретические исследования по вопросу классификации преступлений против собственности, с учетом ряда корректировок эти преступления, на наш взгляд, следует подразделять, прежде всего, по мотивационной направленности на корыстные и некорыстные. К корыстным преступлениям относятся все формы и виды хищения, вымогательство, причинение имущественного ущерба путем обмана или злоупотребления доверием. Среди корыстных преступлений особый вид представляют корыстно-насильственные преступления. К их числу относятся; разбой, вымогательство, насильственный грабеж. Группа некорыстных преступлений против собственности представлена неправомерным завладением автомобилем или иным транспортным средством без цели хищения, умышленным уничтожением или повреждением имущества и уничтожением или повреждением имущества по неосторожности.

Корыстные преступления в зависимости от способа (соединенного с нарушением права владения и не соединенного с таковым) посягательства на право собственности или право законного владения делятся на хищения и иные корыстные преступления против собственности.

К хищению относятся кража, грабеж, разбой, мошенничество, присвоение или растрата, хищение предметов, имеющих особую ценность.

Иные корыстные преступления — это вымогательство и причинение имущественного ущерба путем обмана или злоупотребления доверием. Однако и хищения не всегда сопряжены с нарушением права владения. Такой особенностью обладает разбой. Завладение имуществом служит целью разбойного нападения. Для признания же разбоя оконченным фактического завладения имуществом не требуется. Завладение имуществом не является обязательным признаком объективной стороны и вымогательства. Оно признается оконченным в момент предъявления требования передачи имущества. Поэтому в зависимости от причинения вреда основному непосредственному объекту преступления все преступления против собственности следует подразделять на преступления, причинившие фактический ущерб собственности, и преступления, ставящие собственность в опасность причинения вреда. К последней группе относятся разбой и вымогательство.

Завладение транспортным средством, в отличие от хищения, характеризуется временным фактическим обладанием предметом при отсутствии цели обращения имущества в пользу виновного или других лиц. При угоне транспортного средства возможно временное его использование виновным или другими лицами[14].

В отличие от УК РСФСР 1960 г. (в редакции Закона РФ от 1 июля 1994 г.), действующий уголовный закон не содержит специальной нормы, которая предусматривала бы уголовную ответственность за неправомерное завладение чужим недвижимым имуществом. Законодатель осуществил декриминализацию присвоения найденного или случайно оказавшегося у виновного чужого имущества.

Таким образом, УК РФ 1996 г. закрепил новую систему преступлений против собственности, сохранив идею равной ответственности независимо от формы собственности.

Теоретический и практический интерес представляет степень восприятия Уголовным кодексом РФ идей Модельного Уголовного кодекса.

В Модельном Уголовном кодексе преступлениям против собственности посвящена глава 28 раздела XI «Преступления против собственности и порядка осуществления экономической деятельности». Система преступлений против собственности представлена следующим перечнем преступлений: кража (ст.240), присвоение или растрата (ст.241), хищение, совершенное путем злоупотребления служебным положением (ст.242), хищение, совершенное путем использования компьютерной техники (ст.243), мошенничество (ст.244), грабеж (ст.245), вымогательство (ст.246), разбой (ст.247), хищение предметов, имеющих особую ценность (ст.248), завладение автомобилем или иным ценным имуществом без цели хищения (ст. 249), причинение имущественного ущерба путем обмана, злоупотребления доверием или модификации компьютерной информации (ст.250), приобретение или сбыт имущества, добытого преступным путем (ст.251), умышленное уничтожение или повреждение имущества (ст,252) и неосторожное уничтожение или повреждение имущества (ст.253).

В отличие от Модельного Уголовного кодекса, Уголовный кодекс Российской Федерации не закрепил в качестве преступления хищение, совершенное путем использования компьютерной техники, а приобретение или сбыт имущества, заведомо добытого преступным путем, включил в систему преступлений в сфере экономической деятельности (ст. 175, гл.22). Хищение, совершенное путем злоупотребления служебным положением, в УК РФ не выделено в самостоятельный состав преступления, но, по сути, представлено в качестве квалифицирующего признака присвоения и растраты, в роли которого выступает специальный субъект преступления — лицо, использующее свое служебное положение (п. «в» ч.2 ст. 160 УК РФ).

В УК РФ предусмотрена уголовная ответственность за неправомерное завладение автомобилем или иным транспортным средством без цели хищения. Предмет завладения, по Модельному Уголовному кодексу, значительно шире. В его роли выступает не только автомобиль, но и иное ценное имущество, какое - не конкретизируется. Способом причинения имущественного ущерба, помимо названных в УК РФ обмана и злоупотребления доверием, по Модельному Уголовному кодексу является модификация компьютерной информации. Есть различия в квалифицирующих признаках. Например, в качестве одного из квалифицирующих признаков кражи, грабежа, разбоя Модельный УК называет использование виновным условий общественного бедствия. По действующему российскому уголовному закону совершение преступления в условиях общественного бедствия признается обстоятельством, отягчающим наказание[15].

Сравнительный анализ показал, что в Модельном Уголовном кодексе содержатся положения, которые не нашли реализации в действующем УК РФ.

Предложенная нами классификация преступлений против собственности, полагаем, будет способствовать более детальной дифференциации уголовной ответственности.

 


Дата добавления: 2019-07-15; просмотров: 20;