История возникновения и развития института необходимой обороны.



 

Из пяти обстоятельств, исключающих преступность деяния, предусмотренных новым Уголовным кодексом Республики Молдова, необходимая оборона стоит на первом месте. Институт необходимой обороны – один из древнейших институтов уголовного права. Он присущ всем законодательствам на всех этапах развития. Необходимая оборона как акт человеческого поведения основывается на инстинкте живых существ защищать себя от опасности. В ответ на угрозу человек пытается противодействовать ей или нейтрализовать ее. Регулированием необходимой обороны государство закрепляет естественное неотчуждаемое право граждан на защиту от нападений других лиц. Право обороны не даруется властью, а признается и санкционируется ею. Государство делится своим правом на пресечение злодеяний с гражданами. Такое положение вещей – следствие исторического развития данного института.

В догосударственном обществе защита жизни, имущества и чести могла осуществляться только членами того рода или племени, к которому принадлежит или принадлежал пострадавший. Как правило, собрание свободных членов рода как орган «правительственной власти» и главное судебное учреждение решало споры, рассматривало жалобы, санкционировало кровную месть. Обычай кровной мести существовал с незапамятных времен у всех народов. Несмотря на различия в формах осуществления и способах мести, свойственных разным племенам, общим являлось убеждение в том, что без мести нет вечного покоя убитому или пострадавшему. Возникнув как средство самозащиты, кровная месть надолго переживет эпоху и условия, сделавшие ее необходимой. Первые законодательные памятники всех народов вначале лишь облагораживали практику мести обидчику, сложившуюся на основе древних обычаев. Законы царя Вавилона Хамурапи (XVIII в. до н. э.) в основе уголовно-правовых воззрений содержали идею талиона: наказание есть возмездие за вину, и поэтому оно должно быть равным преступлению. В древнееврейском Второзаконии эта идея выражена так: «И да не сжалится глаз твой: жизнь за жизнь, око за око, зуб за зуб, рука за руку». Принцип талиона в значительной мере ограничил практику кровной мести, которая порой не имела границ. Суть принципа талиона была: сотвори не более того, что сделано тебе, ослабь врага настолько, насколько он ослабил тебя, твой род, твое племя[30]. Индийские Законы Ману (I в. до н. э.) постепенно отходят от него. Артхашастра гласит: «Человеку, который искалечил другого человека, не только отрезают ту же часть тела, но также отрезают руку. Если его преступление привело к потере работником руки или глаза, то его осуждают на смерть»[31]. В законах Ману впервые можно найти нормы, похожие на современный институт необходимой обороны. «Всякий может без колебания убить нападающего на него (с преступной целью) убийцу, будь то его учитель, дитя, старик или сведущий в Ведах брахман. Убиение человека, решившегося на убийство публично или тайно, никогда не делает виновным в убийстве. Это ярость в борьбе с яростью»[32]. Законы Ману позволяли защищать и имущество. Вор, застигнутый на месте преступления, мог быть убит на месте[33]. Если обратиться к истории румынского государства и права, то, по свидетельствам древнегреческих историков, гето-дакийское государство (I в. до н. э. – 106 г. н. э.) в области уголовного права так же знало кровную месть и принцип талиона, особенно в случаях причинения телесных повреждений[34]. 106 - 271/275 гг. н. э. – период существования на территории бывшего гето-дакийского государства римской провинции Дакия. Как следствие, помимо местного, как правило неписаного права, на данной территории применяется писаное римское право классического периода. В римском праве уже «Законы XII таблиц» (V в. до н. э.) давали гражданам право самостоятельного реагирования на посягательство на них самих и, особенно, на их собственность. Разрешалось убить ночного вора. Кроме того, разрешалось убить вора, совершившего кражу днем и оказавшего вооруженное сопротивление при поимке[35]. В Древнем Риме необходимая оборона признавалась естественным правом, присущим каждому человеку. Интересно, что римское право уже тогда проводило различие между «самопомощью» (самозащитой) и «самоуправством». И если самозащита была дозволена в любом случае, то самоуправство было запрещено[36].

Понятие о праве необходимой обороны в средневековом законодательстве существенно отличается от взглядов древнеримских юристов на необходимую оборону. Сильно поляризированная классовая структура средневекового общества обуславливала различный подход к определению права на защиту принадлежащего представителям разных страт общества. Знать и духовенство обладали практически неограниченными правами по отношению к остальным членам общества. Любое же посягательство со стороны последних, даже устное выражение недовольства, могло быть пресечено строжайшими мерами, в том числе калечением, клеймением, смертью. Считалось, что право собственности господина простирается на личность его крестьянина, его жену, детей. Господин был волен обезглавить его, если хотел[37]. Средневековое законодательство окончательно отходит от применения кровной мести и принципа талиона, во многом под влиянием христианства. Лишь ранние средневековые источники еще допускают их. Так Саллическая правда(V – VI вв.) допускает кровную месть лишь если преступник настолько беден, что не может собрать денег для уплаты штрафа[38]. При этом варварские правды (Саллическая, Рипуарская, Бургундская, др.) признают необходимую оборону. Право необходимой обороны прослеживается и в более поздних средневековых правовых источниках – Каролине(1532г.), Терезиане(1768г.). Каролина допускала неограниченную необходимую оборону жизни, чести и имущества: «Кто для спасения своего тела, своей жизни противопоставляет защиту, при которой убивает нападающего, тот ни перед кем не отвечает»[39]. Исследователи средневекового права румынских государств так же утверждают, что сильное влияние церкви на жизнь общества обусловило полное изживание и отсутствие института самосуда. Он вытесняется институтом договоренности, а затем официальной юстицией[40].

    1812-1917гг. – на территории нашего государства действует законодательство Российской Империи. С 1845г. в области уголовного права для Бессарабии используется XV-й том «Свода законов Российской Империи» (1832г.)[41]. Этот правовой акт признавал необходимую оборону законной для своей личной защиты и для защиты других как при посягательстве на жизнь и здоровье, так и на целомудрие женщин. Она допускалась также и для защиты имущества против воров и разбойников, но при этом оборонявшийся должен был поставить в известность о последствиях обороны соседей и местное начальство. Оборона признавалась правомерной в случаях, когда она была равнозначна нападению и своевременна. Применять оружие разрешалось только при вооруженном нападении или, когда нападающий был сильнее и, когда нападение совершалось наедине и при том с опасностью для жизни.[42] Следующим законодательным актом, регулирующим вопросы уголовного права, было Уложение о наказаниях уголовных и исправительных 1845 года. В нем была предусмотрена ответственность за превышение пределов необходимой обороны, которое понималось как «всякий напрасный, сделанный нападающему уже после отвращения от его грозившей опасности, вред» и оговаривалось, что применяться она могла лишь при невозможности прибегнуть к защите местного или ближайшего начальства[43].

    1917-1940гг. – на части территории нынешней Республики Молдова действует законодательство Румынии. В области уголовного права регулирование осуществляется Уголовными кодексами Румынии 1864г. и 1937г. С 12 октября 1924г. на территории бывшей МАССР, и со 2 августа 1940г. на всей территории современной Республики Молдова (тогда МССР) начинает действовать законодательство СССР. Правоотношения в области необходимой обороны регулируются Основными началами уголовного законодательства СССР и союзных республик 1924г., УК УССР 1922г, УК УССР 1927г.[44], Основами уголовного законодательства Союза ССР и союзных республик 1958 г., УК МССР 1961г. Первоначальный текст ст. 9 Основных начал 1924г. исключал уголовную ответственность лиц, совершивших деяние, предусмотренное уголовным законом, в состоянии необходимой обороны против посягательств на советскую власть, революционный порядок, либо на личность и права обороняющегося или другого лица. В последствии было исключено наличие необходимой обороны против посягательств на            революционный порядок из числа обстоятельств, освобождающих от              уголовной ответственности. Изменение ст.9 произведено потому, что наличие такой широкой формулировки в законе могло дать кому-нибудь повод к совершению беззаконий, к нарушению уголовного закона под предлогом борьбы с незначительными нарушениями революционного порядка, вплоть до мелких нарушений правил уличного движения[45]. Основы 1958 г.[46] (ст.13) и вслед за ними УК МССР 1961г.(ст. 13) дают определение необходимой обороны как не являющегося преступлением действия, хотя и подпадающего под признаки деяния, предусмотренного Особенной частью данного кодекса, но совершенного в состоянии необходимой обороны, то есть при защите интересов государства, общественных интересов, личности или прав обороняющегося или другого лица от общественно опасного посягательства путем причинения посягающему вреда, если при этом не было допущено превышения пределов необходимой обороны. Кроме того, на протяжении всего этого периода Пленумом Верховного Суда СССР принимались постановления, содержавшие толкование норм данного института и руководящие начала по их применению[47].

    Ст. 36 нового УК РМ значительно шире по содержанию, чем ст. 13 УК РМ 1961 г.:

1) Не является преступлением деяние, предусмотренное уголовным законом, совершенное в состоянии необходимой обороны.

2)В состоянии необходимой обороны признается лицо, совершающее деяние с целью отражения прямого, немедленного, материального и реального нападения, направленного против него, другого лица или против общественных интересов и представляющего крайнюю опасность для личности или прав обороняющегося либо для общественных интересов.

3) Признается действовавшим в целях необходимой обороны лицо, совершившее действия, предусмотренные частью 2, для воспрепятствования проникновения в жилое или иное помещение, сопровождающегося опасным для жизни и здоровья насилием, либо угрозой такого насилия.

 

    Таким образом, необходимая оборона – это правомерная защита охраняемых законом личных или общественных интересов от общественно опасных посягательств путем причинения вреда нападающему[48].      

    Право на необходимую оборону вытекает из естественного права человека на жизнь. Конституция РМ гарантирует каждому человеку право на жизнь, физическую и психическую неприкосновенность(ст.24), свободу и личную неприкосновенность(ст.25), неприкосновенность интимной, семейной, частной жизни(ст.28), неприкосновенность жилища(ст.30) и собственности(ст.46). В обеспечение этих и иных прав гарантируется право на защиту со стороны государства и право самостоятельного реагирования законными способами на нарушение своих прав(ст.26). Аналогичные предписания содержатся в международных правовых актах по правам человека. Всеобщая декларация прав человека(ст.12) и Международный пакт по гражданским и политическим правам(ст.17) провозглашают: «Никто не может подвергаться произвольному или незаконному вмешательству в его личную и семейную жизнь, произвольным или незаконным посягательствам на неприкосновенность его жилища или тайну его корреспонденции или незаконным посягательствам на его честь и репутацию. Каждый человек имеет право на защиту от такого вмешательства или таких посягательств»[49]. Ст.26 Конституции РМ гласит: «Каждый человек имеет право самостоятельно реагировать законными способами на нарушение своих прав и свобод». Это означает, что право на необходимую оборону принадлежит всем, как гражданам, так и иностранцам, и лицам без гражданства. Исходя из положений Конституции, необходимая оборона – это право, а не обязанность граждан. Норма о необходимой обороне является по сути диспозитивной т.е. содержит такие правила поведения, которые действуют лишь постольку, поскольку участники общественных отношений не установили для себя в этих отношениях иных правил поведения[50]. Использование диспозитивного метода регулирования вообще не характерно для уголовного права. Большинство уголовно-правовых норм являются императивными. Они содержат категорические предписания и не могут быть изменены участниками конкретных общественных отношений. Специфика института необходимой обороны состоит в том, что он не обязывает граждан активно защищать нарушаемые интересы. Указанные лица могут ограничиться обращением за помощью к государственным органам, иным лицам. Одновременно, никто не может упрекнуть обороняющегося в том, что он причинил вред посягающему, хотя можно было бы сохранить свои права путем бегства, создания препятствий на пути нападающего, укрытия в помещениях. Взгляды на необходимую оборону лишь как на субсидарный институт в борьбе с преступностью наряду с деятельностью государственных органов имеют исторические корни и до сих пор встречаются в законодательстве некоторых зарубежных стран. Так, в Российской Империи Уложение о наказаниях уголовных и исправительных 1845 г допускало оборону лишь тогда, когда нельзя было прибегнуть к помощи ближайшего начальства. В некоторых штатах современных США лицо только тогда может предпринять разумные шаги для защиты себя от физического вреда, когда оно подверглось незаконному нападению со стороны другого и если для своей защиты оно не имеет возможности прибегнуть к закону[51]. Французское законодательство не допускает необходимую оборону при защите собственности, если лицо имело возможность не причинять вреда нападающему, а обратиться к правоохранительным органам[52]. В первоначальном варианте проекта УК РМ 2002г. статья о необходимой обороне включала ч. 3 следующего содержания: «Все граждане в равной мере имеют право на необходимую оборону независимо от профессиональной или иной специальной подготовки или занимаемой должности. Это право принадлежит лицу независимо от возможности обратиться за помощью к другим лицам или государственным властям»[53]. По неясным причинам данная часть была исключена из окончательного текста закона. Между тем на практике право на необходимую оборону при возможности избежать посягательства порой подвергается сомнению, особенно если среди нападающих оказываются несовершеннолетние или невменяемые. Дабы разрешить этот вопрос было бы целесообразно, по моему мнению, закрепить данное положение в новом УК РМ (по такому пути, например, пошли законодатели некоторых стран СНГ – ч. 2 ст. 37 УК России[54]; ч. 2 ст. 36 УК Украины[55]).

    В отдельных случаях необходимая оборона является не только правом, но и обязанностью, вытекающей из служебных полномочий работников полиции, таможенных органов, военнослужащих и др. Так, ч.1 п. 1 ст. 12 Закона Республики Молдова «О полиции»[56] устанавливает обязанность полиции «принимать меры по защите жизни, здоровья, чести, достоинства и имущества граждан, если им угрожают противоправные действия или иная опасность». Уклонение указанных лиц от противодействия посягательству расценивается как бездействие власти и влечёт уголовную ответственность в соответствии со ст. 370 УК РМ 2002 г. Другим примером может служить обязанность часовых, охраняющих важные государственные и военные объекты, препятствовать совершению общественно опасных посягательств в отношении них. В противном случае они подлежат ответственности за нарушение уставных правил караульной службы (ст. 374 УК РМ 2002 г.). Интересен вопрос об обязанности применения необходимой обороны частными детективами и охранниками. Ч.2 ст.6 закона Республики Молдова «О частной детективной и охранной деятельности»[57] закрепляет право указанных лиц оказывать услуги по защите жизни и здоровья людей, охране имущества физических лиц, территорий, зданий, помещений, охране и сопровождению ценных грузов, личного имущества. Дальнейший анализ упомянутого закона, позволяет заключить, что для работников частных детективных и охранных служб необходимая оборона является не только правом, но и обязанностью. Так, п. а) ч.1 ст.7 предписывает лицам, имеющим лицензию на предоставление сыскных и охранных услуг, строить свои отношения с клиентами на договорной основе. Ст.8 указанного закона отмечает «обязанность» профессионально и добросовестно выполнять условия заключенных договоров об оказании услуг. В юридической литературе существует мнение, что непринятие вышеперечисленными лицами в случае посягательства охранных мер является нарушением не юридической обязанности осуществить необходимую оборону, а нарушением закона или служебных обязанностей, что и влечет применение к ним дисциплинарного или уголовного наказания[58]. Однако, такое противопоставление не может быть оправдано ни теоретическими, ни практическими соображениями. В указанных случаях обязанность необходимой обороны основывается на специальных нормах права, поэтому ее невыполнение есть одновременно и нарушение закона[59].

    Необходимая оборона – это, как правило, активное противодействие посягательству. В литературе зачастую подвергалась сомнению возможность необходимой обороны путем бездействия. Ст.36 УК 2002г. наконец поставила точку в этом вопросе. Споры же возникали ввиду несогласия теоретиков уголовного права с редакцией ст. 13 УК РМ 1961г., прямо указывавшей, что «не является преступлением действие, совершенное в состоянии необходимой обороны». При этом практика свидетельствовала, что защита возможна и при пассивном поведении обороняющегося. Например: сторож зверофермы, заметив ночью, что на ферму проникли лица для похищения пушных зверей, не предупреждает злоумышленников, что на ферме находится медведь.[60] Новый УК РМ 2002г. закрепил в норме о необходимой обороне понятие деяние, которое, как известно, включает в себя как действие, так и бездействие (см.: ст. 14 УК).

Необходимая оборона – это средство борьбы с общественно опасными посягательствами. Поэтому она, как и пресекательная деятельность правоохранительных органов, признается общественно полезной. По закону причинение вреда посягающему лицу не признается преступлением, что исключает не только наказание, но и само преследование, уголовную ответственность. По этому вопросу в науке разногласий нет. И.И.Слуцкий считал, что поведение лица, действующего в состоянии необходимой обороны, общественно полезно и правомерно[61]. Аналогичное мнение выражает И.М.Макарь[62]. Ю.В.Баулин определяет необходимую оборону как обстоятельство исключающее такие признаки преступления как общественная опасность и уголовная противоправность деяния[63]. Социально полезной деятельностью объявляется необходимая оборона в комментарии к новому Уголовному кодексу РМ под ред. А.Барбэнягрэ[64]. Эта идея так же последовательно воспроизводится в уголовном законодательстве, правда, с небольшим перерывом(1924-1958гг.) - Основы уголовного законодательства 1958г. указывали, что действия, совершенные при необходимой обороне, вообще не являются преступлениями, в то время как Основные начала 1924 г. устанавливали лишь, что в подобных случаях не применяется уголовное наказание.

Необходимая оборона – это поле конкуренции правоохраняемых благ, принадлежащих с одной стороны посягателю, а с другой – защищающемуся лицу. Спасаемое посредством оборонительных действий благо живет за счет и при условии ущемления или разрушения интересов посягающего[65]. Государство при этом должно выступать гарантом интересов обеих сторон, несмотря на то, что одна из них характеризуется негативно, нарушает предписанный законом порядок, совершая противоправное посягательство на права и интересы другого лица. Оно должно установить определенные рамки для оборонительных действий, чтобы причиненный вред был свободным от пристрастий и мести, что может лишить деяние защищающегося лица общественной полезности. В этих целях теория и судебная практика выработали ряд условий, относящихся как к посягательству так и к защите от него, которые, по сути, и выступают в качестве обстоятельств правомерности совершения действий, предусмотренных ст. 36 УК РМ. Детальное рассмотрение этих условий предлагается в гл. 2 данной работы.

 

Итак, необходимая оборона – это традиционный, сложившийся на протяжении длительного исторического развития институт Общей части Уголовного права, присущий законодательствам многих государств, имеющий своей целью защиту прав и интересов граждан от общественно опасных посягательств путем самостоятельного противодействия сопряженного с причинением вреда посягающему лицу, которое признается государством правомерным, общественно полезным и поощряется как важное средство борьбы с преступностью.

 

 


Дата добавления: 2019-07-15; просмотров: 65;