С ПОПУТНЫМ ВЕТРОМ – К ДАТСКИМ БЕРЕГАМ 26 страница
– Клянусь Богом, рыцарь! – крикнул он, приблизясь к нам. – Это ты опрокинул мой шатер!
Услыхал это сопровождавший меня рыцарь и, с досадою повернув коня, поскакал ему навстречу. Но в стычке копье моего спутника переломилось, и враг ранил его смертельно и, повернув коня, ускакал.
Кончив рассказ, дама опять зарыдала.
– Ничего, – сказал ей Персиваль, тронутый ее горем, – вы не вернете его и не поможете себе слезами. Сядьте лучше на своего мула и проводите меня к шатру этого рыцаря.
– Прекрасный рыцарь, – отвечала ему дама, – не ездите туда: рыцарь так силен, что, если нападет на вас, убьет без пощады.
Но Персиваль поклялся душою отца своего, что не остановится ни на минуту, пока не найдет рыцаря и не убедится, действительно ли он так силен, как уверяла его дама.
Он помог ей сесть на мула, и они поехали к шатру. Уже издали услыхали они, как веселились и радовались там молодые девушки. Но как только увидали они Персиваля, шумная радость их сменилась столь же громкими стенаниями, и они стали упрашивать его уехать поскорее, потому что господин их убьет его, если увидит здесь. Но Персиваль не обращал внимания на их слова.
Но вот явился карла верхом на старой кляче и с хлыстом в руке. Стегнув Персиваля по шлему, он сказал:
– Убирайся вон из шатра моего господина!
Потом, стегнув и даму по спине и по рукам, он повернул свою клячу и выехал из шатра. Рассердился Персиваль и, ударив карлу копьем в спину между лопаток, сбросил наземь, но не убил. Карла же, поспешно вскочив на ноги, побежал к своей лошади, восклицая: «Дорого же заплатишь ты мне за это!» – и скрылся из виду. Но не прошло и минуты, как он уже вернулся в сопровождении прекрасно вооруженного рыцаря.
– Сэр Персиваль, вот тот, кто убил моего господина! – в ужасе воскликнула приехавшая с Персивалем дама.
Увидев рыцаря, Персиваль выехал к нему навстречу.
– Клянусь Богом, рыцарь, ты изуродовал моего карлу, силой ворвавшись в мою палатку, и, если я не заставлю тебя раскаяться в этом, карла мой вправе будет сказать, что он служил плохому господину.
Но Персиваль, не отвечая ни слова, поскакал ему навстречу. Произошла отчаянная стычка. Оба воина были прекрасно вооружены, и оба отлично владели оружием. Бились они сначала на конях, потом пешие, и с таким упорством, что оба удивлялись силе друг друга. Однако в конце концов Персиваль победил, сорвал с рыцаря шлем и уже готов был отсечь ему голову, когда рыцарь запросил пощады. Услыхав это, отпустил его Персиваль, но под условием, что тот проводит спутницу Персиваля ко двору короля Артура, передаст ее королю с рук на руки и заявит, что побежден Персивалем и является пленником короля.
Расставшись с рыцарем и с дамою, Персиваль отправился один своею дорогою, моля Бога вразумить его и указать ему путь и послать более покойный ночлег, чем в прошлую ночь.
Рыцарь же верой и правдой исполнил возложенное на него поручение, и Артур, вместо того чтобы посадить его в темницу, с честью принял его к своему столу.
Между тем Персиваль, погруженный в глубокую думу, ехал по дороге, пока не увидал башню, показавшуюся ему большой и красивой. Обрадовавшись надежде на хороший ночлег, поспешил он повернуть в ту сторону коня. Подъехав ближе, увидел он прекраснейший в мире замок. При его приближении подъемный мост опустился сам собою и двери замка отворились. Сильно удивленный, въехал он во двор замка и, сойдя с коня, привязал его к кольцу при входе в залу. Но никого не встретил он в зале – ни мужчин, ни женщин. Он вошел в соседнюю комнату, но и там никого не было.
– Господи Боже, пол посыпан свежим песком, очевидно, тут только что были люди, а между тем нигде никого нет!
Снова вернулся он в залу и увидал у окна серебряную шахматную доску и на ней шахматы из слоновой кости в полном порядке, как бы установленные для игры. Взял он одну из фигур, посмотрел на нее и опять поставил, подвинув вперед, как бы делая ход, и вдруг с противоположной стороны тоже двинулась вперед фигура для ответного хода. Пораженный Персиваль продолжил играть, и три раза кряду получил мат.
– Клянусь Богом! – воскликнул он. – Я, кажется, недурно–таки играю в эту игру!
И, собрав шахматы в полу своего платья, он подошел к окну, собираясь выбросить их за окошко в воду, чтобы впредь не удалось им опять посрамить какого–нибудь рыцаря. Но в ту минуту, как уж он готов был выпустить их из рук, над ним из окна башни высунулась молодая девушка и крикнула ему:
– Клянусь Богом, прекрасный рыцарь, вы затеяли дурное дело, задумав бросить в воду мои шахматы!
– Я не брошу их, сударыня, если вы спуститесь ко мне.
Сначала молодая девушка отказалась было, но потом, видя, что Персиваль собирается привести в исполнение свою угрозу, согласилась. Тогда Персиваль подошел к доске и, расставляя шахматы, уронил одну фигуру на пол, которая, к удивлению его, подскочила сама собою и вернулась на свое место.
В эту минуту в комнату вошла хозяйка замка в сопровождении десяти молодых девушек и четырех слуг, которые поспешили помочь Персивалю снять военные доспехи и оружие. Молодая девушка была так прекрасна, что Персиваль сейчас же признался ей в любви и стал просить ее взаимности.
– Прекрасный рыцарь, – отвечала ему молодая девушка, – прежде надо мне знать, такой же ли мастер вы на дело, как и на слова, а потому вы тогда только заслужите мою любовь и я сделаю вас властелином этого замка, когда вы исполните мое поручение. – И она продолжала: – Знайте, прекрасный рыцарь, что в этом лесу живет белый олень. Убейте его и принесите мне его голову. Я одолжу вам мою охотничью собаку – как только спустите вы ее на землю, она сейчас же побежит по следу оленя, а вы скачите тогда за ней во весь опор.
На ночь Персивалю приготовили великолепнейшую постель, но спал он плохо и всю ночь думал о владетельнице замка и о ее поручении. Наутро он встал с зарею, вооружился и приказал слуге подать коня. Провожать его вышла сама прекрасная дама и дала ему собаку, которую она очень любила и потому поручила беречь ее. Персиваль обещал, что доставит собаку домой в целости, взял ее к себе на лошадь, простился и тронулся в путь. Въехав в лес, он спустил собаку, которая тотчас же побежала по следу и скоро настигла в кустах оленя и, бросившись на него, повисла на нем.
Персиваль, полный радости, соскочил с коня и отрубил оленю голову. Пока был он этим занят, появилась какая–то старуха, подхватила собаку и хотела было скрыться в лесу, но Персиваль, спохватившись, нагнал ее и схватил за руку:
– Сударыня, отдайте мне добром мою собаку, потому что нехорошо поступаете вы, утащив ее исподтишка.
Но вероломная старуха только оглянулась и сказала:
– Напрасно остановил ты меня, рыцарь, тем более что неизвестно еще, твоя ли это собака. Я знаю больше, чем ты думаешь, и передам собаку тому, кому она принадлежит; ты же не имеешь на нее никакого права.
Рассердился Персиваль и сказал старухе:
– Отдайте лучше добром: не отдадите – возьму силой.
– Прекрасный рыцарь, – отвечала ему старуха, – сила не право, и, конечно, можешь ты употребить против старой женщины силу, но если ты сделаешь то, о чем я тебя попрошу, то я отдам тебе собаку по доброй воле.
– Говорите же, что должен я сделать, – ответствовал сэр Персиваль.
– Впереди на дороге увидишь ты могилу, – заговорила старуха, – ты подойдешь к ней и скажешь: «Вероломный человек был тот, кто здесь погребен!» И когда ты сделаешь это, я отдам тебе собаку.
– От этого я ничего не потеряю, – сказал Персиваль. Затем подошел он к могиле, но не успел он проговорить этих слов, как увидал неизвестно откуда взявшегося рыцаря в черных доспехах на черном коне, скакавшего на него во весь опор. Испугался Персиваль при виде его, поднял руку, осенил себя крестным знамением и снова набрался духу и храбрости. Поскакал он навстречу рыцарю, и произошла между ними ужаснейшая стычка. Бились они и копьями, и мечами, и на конях, и пешие, а пока они бились, выехал из лесу другой рыцарь в полном вооружении, схватил голову оленя и собаку, которую все еще держала старуха, и молча ускакал назад в лес. Видел это Персиваль и очень огорчился, однако не мог он преследовать его, ибо бился с черным рыцарем.
Но сила и храбрость Персиваля словно еще возросли, и он так стремительно напал на врага, что тот не выдержал и повернул назад к могиле, которая раскрылась перед ним и поглотила его. Персиваль чуть было не бросился следом за ним, но не успел, потому что могила закрылась над черным рыцарем так стремительно, что кругом осыпалась земля. Подивился этому Персиваль, подошел к могиле, трижды окликнул рыцаря, но не получил ответа.
Вернулся тогда Персиваль к своему коню и поскакал в погоню за тем рыцарем, что похитил у него голову оленя и собаку, и поклялся, что не остановится, пока не найдет его. Долго странствовал он по лесам, и много случилось с ним в лесу приключений, о которых теперь не пойдет речь, и в конце концов, сам того не зная, приехал он к дому своего отца, тому дому, где он родился, и въехал во двор. На дворе увидала его служанка, бросилась к нему, ухватила за стремена и стала упрашивать войти в дом. Согласился Персиваль, и она помогла ему снять оружие. Навстречу ему вышла и сама хозяйка дома, и была она его родная сестра, которая не узнала его, потому что давно уже они расстались. Ввела она его в дом и усадила на лучшее место, а сама села напротив и стала плакать. Персиваль, видя ее слезы, огорчился и спросил, о чем она плачет. И рас–сказала она тогда, что оплакивает брата своего, Персиваля, мальчиком отправившегося ко двору короля Артура после смерти отца их, Алена Толстого. Между тем в лесу этом ожидало его столько опасностей, говорила она, что он, конечно, успел бы сто раз погибнуть, прежде чем добрался до двора короля Артура.
– Знайте, прекрасный рыцарь, – продолжала она, – что мать моя умерла от горя и я теперь живу здесь в этом лесу совсем одна с двумя слугами и молодою девушкой, моей племянницей. И каждый раз, видя здесь рыцаря, не могу я удержаться от слез, вспоминая о своем брате, и не было еще никого, кто бы походил на него так, как вы, так что, увидя вас, я подумала, что это он.
Услыхав о смерти матери, Персиваль так огорчился, что сначала не в силах был произнести ни слова.
– Прекрасная сестра, – заговорил он наконец, – знай, что я брат твой Персиваль, отправившийся мальчиком ко двору короля Артура.
Услыхав это, сестра его бросилась к нему на шею, и оба они не могли нарадоваться нежданной встрече. Не хотелось сестре отпускать Персиваля, и стала она уговаривать его отказаться от своего предприятия и остаться жить с нею в доме его отца. Но Персиваль твердо стоял на своем.
Видя, что он непреклонен, заплакала она и сказала:
– Прекрасный брат! Исполни, по крайней мере, хоть то, о чем я попрошу тебя! Я хочу, чтобы ты поехал со мною в дом моего дяди – отшельника. Он один из сыновей Брона и родной брат отца нашего Алена и живет всего лишь в полумиле отсюда. Ты покаешься перед ним в вине своей перед матерью, которая умерла от горя в разлуке с тобою, а он оделит тебя своими советами.
Обрадовался Персиваль и сказал, что очень охотно поедет с сестрою к своему дяде.
Когда подъехали они с сестрою к низенькому дому отшельника, слуга отпер им дверь, и Персиваль с сестрою, сойдя с коней, вошли в дом.
– Добрый дядя, – обратилась к отшельнику сестра Персиваля, – это Персиваль, мой брат, который так давно уехал ко двору короля Артура.
Услыхав это, святой человек обрадовался, подошел к Персивалю, нежно обнял его и спросил:
– О племянник мой Персиваль, побывал ли ты уже в доме моего отца, хранителя сосуда Грааля?
Персиваль отвечал, что он там еще не был, и отшельник продолжал:
– Прекрасный племянник, знай, что тебе суждено после него стать хранителем чудодейственного сосуда Грааля. Только грех твой перед матерью помешал тебе до сих пор найти жилище Брона. Теперь же могу я дать тебе два совета: избегай убивать рыцарей и остерегайся греха, и будешь ты тем непорочным и доблестным рыцарем, которого Господь избрал Себе слугою.
– Да будет воля Божия, если Он избрал меня на служение Ему, – отвечал Персиваль.
Всю ночь провел Персиваль у отшельника и все утро, пока не отслушал обедни. После обедни, как только отшельник снял с себя облачение, Персиваль подошел к нему, глубоко ему поклонился и просил отпустить его на поиски Брона.
– Поклонись от меня отцу моему, Брону, если найдешь его, – сказал ему на прощание отшельник.
Поспешно пустился Персиваль в обратный путь вместе со своею сестрою, которая была очень довольна свиданием его с отшельником.
В то время как проезжали они дорогой мимо того креста, где Персиваль часто игрывал ребенком, когда жил еще в доме своей матери, появился прекрасно вооруженный рыцарь на коне и во весь опор поскакал на них, восклицая:
– Клянусь Богом, рыцарь, я не позволю тебе провожать свою даму, если ты не возьмешь своего права с бою!
Персиваль слышал эти слова, но продолжал путь, не обращая на них никакого внимания, и рыцарь опять воскликнул:
– Клянусь Богом, рыцарь, если ты не повернешь коня, я тебя убью!
Персиваль слышал и это, но ничего не отвечал: он так глубоко задумался о своем деле, что даже и не заметил, что тот кричал. И рыцарь, почувствовав к нему презрение, гордо направил на него своего коня, держа наготове копье, чтобы сразить им Персиваля, и ранил бы его, если бы сестра его не воскликнула:
– Берегись, прекрасный брат мой, этот рыцарь убьет тебя!
Удивился Персиваль, когда заметил наконец рыцаря; он так был погружен в думу о своем деле и о молодой девушке, одолжившей ему свою охотничью собаку, что не обратил никакого внимания на рыцаря. Но при словах сестры он повернул к нему лошадь и поскакал на него. Завязалась битва, и дело кончилось тем, что Персиваль выбил его из седла, и рыцарь при падении убился до смерти. Очень огорчился Персиваль, увидя это:
– Ах, рыцарь, рано же заставил ты меня нарушить завет моего дяди, но, видит Бог, нечего мне было делать: ты сам был так безумен, что первый напал на меня.
Потом вернулся он к сестре, захватив с собою лошадь рыцаря. Сестра его тоже была глубоко огорчена при виде убитого. Вскоре подъехали они к своему дому и сошли с коней. Слуги приняли их и поставили в конюшню и немало дивились вновь приведенной лошади. Когда Персиваль снял с себя доспехи, он сел с сестрою за стол и подкрепился обедом, а потом лег отдохнуть, потому что совсем не спал всю прошлую ночь. Проснувшись, он потребовал доспехи и стал вооружаться. Видя это, сестра его опечалилась.
– Персиваль, прекрасный брат мой, – сказала она, – неужели опять собираешься ты уехать без меня и оставить меня одну здесь, в этом лесу?
– Прекрасная сестра, – отвечал ей Персиваль, – знай, что я вернусь к тебе, как только удастся мне исполнить свое дело.
И, несмотря на ее горе, Персиваль со слезами простился с нею и тронулся в путь.
Ехал он целый день, не встретив на пути своем никакого приключения, и, не найдя на ночь пристанища, остался ночевать в лесу, пустив коня пастись на сочную и густую траву, а сам не спал всю ночь, наблюдая за ним. Едва забрезжила на небе заря, как он уже поднялся и все утро ехал лесом, слушая птиц, что распевали здесь так громко и весело. Около полудня увидел он светлый ручей, протекавший свежим зеленым лугом. На лугу был расставлен роскошный шатер, и Персиваль направил в ту сторону коня, желая дать ему напиться. Но в ту же минуту из шатра выскочил рыцарь, прекрасно вооруженный, и крикнул ему:
– Клянусь Богом, рыцарь, не к добру собрался ты поить свою лошадь в моем ручье: придется тебе за это биться со мною!
С этими словами он занес над ним свое копье. Начали они биться и наносить друг другу удары копьями, но кольчуги их были так крепки, что копья только ломались. Однако в стычке Персиваль так сильно толкнул рыцаря, что тот не усидел на коне и упал прямо в воду, причем даже шлем слетел с его головы. Не захотел Персиваль, конный, биться против пешего, сошел он с коня и снова напал на рыцаря. Но тот был так ошеломлен его натиском, что не мог сопротивляться и запросил пощады. И Персиваль поклялся душою покойного отца, что не даст рыцарю пощады, если не скажет тот, кто он такой и почему запрещает поить лошадей в своем ручье. И рыцарь отвечал:
– Я скажу тебе это: знай же, что я рыцарь Урбан и в рыцари посвятил меня сам король Артур. Как только посвятил он меня в рыцари, пустился я странствовать по всей стране в поисках приключений, и при помощи Божией ни разу не встретил я еще рыцаря, которого не превзошел бы в умении владеть оружием. Один раз ночью проезжал я этим лесом, и шел такой сильный дождь с громом и молнией и вообще была такая ужасная погода, что мне казалось – само небо разверзалось надо мною, и я не видел ни зги. Вдруг при блеске молнии лошадь моя так понесла, что я не мог ее удержать, и в ту же минуту увидел пред собою молодую девушку на коне, ехавшую очень скоро. При виде ее я сдержал коня и поехал следом и наконец въехал за нею в один из прекраснейших замков в мире. Тут лишь, увидя меня, она повернула ко мне навстречу и радушно предложила остановиться в замке на ночлег. Это настолько ободрило меня, что я стал просить ее любви. Она отвечала, что охотно полюбит меня, если я соглашусь остаться там, куда она меня приведет. Итак, поместился я у этого ручья, замок же находится позади моего шатра, но он ни для кого не видим, кроме меня и моей дамы. Много уже рыцарей победил я, и если бы удалось мне удержаться здесь семь лет, то я оказался бы лучшим рыцарем на свете. До срока же этого оставалось мне всего лишь семь дней. Но Господь решил иначе. Теперь ты можешь остаться здесь вместо меня, и если продержишься здесь год, то тебя признают первым из рыцарей нашего времени.
– Друг мой, – отвечал ему Персиваль, – знай, что я здесь не останусь, как не останусь нигде, куда бы ни привела меня судьба.
В то время как Персиваль разговаривал с рыцарем, защищавшим Опасный Ручей, послышался страшный шум – казалось, лес провалился в пропасть, из которой поднялись облака черного дыма. Среди этого мрака раздался громовой горестный голос:
– Да будешь проклят ты, Персиваль, причинивший нам такое никогда еще не испытанное горе! И если бы только было это в нашей власти, тебе никогда не удалось бы найти то, чего ты лишился. Поспеши же, Урбан, или ты совсем утратишь мою любовь!
Услыхав голос, рыцарь очень огорчился, залился слезами и без чувств упал перед Персивалем, который был несказанно удивлен всем увиденным и поспешил осенить себя крестом. В то же время рыцарь пришел в себя, поспешно побежал к своей лошади и хотел было вскочить на нее, но Персиваль, нагнав его, удержал и сказал:
– Клянусь Богом, рыцарь, не уйдешь ты, пока не объяснишь мне этого чуда.
Тут снова послышался тот же голос:
– Поспеши же, Урбан, или ты утратишь меня!
Урбан опять рванулся к лошади, но Персиваль крепко держал его и поклялся душою своего отца, что не отпустит рыцаря ни за что, пока тот не скажет ему, что это такое. И рыцарь более сотни раз восклицал:
– Ради Бога, отпусти меня, рыцарь, ты сделаешь доброе дело!
Тут Персиваль заметил, что появилось такое множество птиц, что, казалось, они заслонили небо: большие, со страшными клювами, очень черные, они, казалось, старались окружить Персиваля и выклевать ему глаза сквозь отверстия шлема. Рыцарь же при виде прилетевших птиц ободрился, взял свой щит и меч и с яростью напал на Персиваля. Увидя это, Персиваль вознегодовал:
Дата добавления: 2018-10-26; просмотров: 139; Мы поможем в написании вашей работы! |
Мы поможем в написании ваших работ!