Евхаристический канон в литургии Василия Великого
ЦИКЛ БЕСЕД 2 «ЛИТУРГИЯ»
ТЕМА 2.6 «Литургия Верных. Евхаристия»
ВОПРОСЫ (ПОДТЕМЫ):
1. Неделя прп. Иоанна Лествичника(четвертая Неделя Великого Поста) и ее Литургические смыслы.
Литургия верных. «Таинство Возношения», «Таинство Благодарения», «Таинство Воспоминания», «Таинство Святого Духа»
Ана́фора (евхаристический канон) – центральная молитва Божественной литургии; прошение к Богу совершить чудо преложения хлеба и вина в Тело и Кровь Христовы.
Свое название – «Анафора» (в переводе с греческого «возношение»), молитва получила оттого, что во время ее чтения священнослужители «возносят» (в определенные моменты даже в прямом смысле) Евхаристические Дары Богу Отцу (подробнее - https://azbyka.ru/anafora)
_____________________________________________________
Митр. Илларион Алфеев
ПРАВОСЛАВИЕ (избранные отрывки)
https://azbyka.ru/otechnik/Ilarion_Alfeev/pravoslavie-tom-2/3_3_1
Евхаристический канон в литургии Иоанна Златоуста
После окончания пения (или чтения) Символа веры возгласом диакона «Станем добре, станем со страхом, вонмем, святое возношение в мире приносити» и ответом хора «Милость мира, жертву хваления» начинается главная часть литургии – евхаристический канон, или анафора. Иногда эту часть литургии называют также эпиклезисом. Ее открывает диалог между предстоятелем (архиереем или священником) и народом (хором). Священник произносит формулу благословения, заимствованную из Послания апостола Павла: «Благодать Господа нашего Иисуса Христа, и любы Бога и Отца, и причастие Святаго Духа буди со всеми вами» (ср.: 2Кор. 13:13). Народ отвечает: «И со духом твоим». Далее следуют формулы, известные начиная с III века:
| Горé имеем сepдцa. – Имамы ко Господу – | Обратим сердца ввысь. – Обратим их к Господу |
| Благодарим Господа. – Достойно и праведно | Возблагодарим Господа. – Достойно и праведно |
В литургиях Василия Великого и Иоанна Златоуста мы имеем два разных текста евхаристического канона, – первый значительно длиннее последнего, – однако оба текста следуют одной и той же смысловой схеме. По содержанию в евхаристическом каноне можно выделить следующие части:
1) благодарение;
2) воспоминание Тайной Вечери, включая произнесение «установительных слов» Христа;
3) призывание Святого Духа и преложение Святых Даров;
4) поминовение святых, живых и усопших, молитва о Церкви.
Евхаристический канон – это та часть литургии, где наиболее ощутим урон, наносимый пониманию смысла службы обычаем читать молитвы тайно, а не во всеуслышание. Связный, цельный, логически завершенный, богатый по содержанию, глубоко трогательный и вдохновенный текст анафоры практически недоступен верующим, которые слышат из него лишь обрывочные придаточные предложения («победную песнь поюще, вопиюще, взывающе и глаголюще», «Твоя от Твоих Тебе приносяще» и т.д.). Евхаристический канон есть кульминация литургии, ее смысловая вершина: именно к ней ведет все предшествующее чинопоследование, включая проскомидию, антифоны, ектении, молитвы, чтения. С началом евхаристического канона наступает момент, когда верующий должен был бы наконец услышать самое главное, ради чего он пришел на службу: слова благодарения, обнимающие всю вселенную и всю историю человечества. Вместо этого он слышит протяжное пение хора (особенно протяжное, если совершается литургия Василия Великого), а молитву благодарения читает священник вполголоса в алтаре. Некоторые священники не считают нужным читать эту молитву даже вполголоса, а довольствуются тем, что пробегают ее глазами по Служебнику.
Каждый мирянин по-своему приспосабливается к данной ситуации. Наиболее «продвинутые» в церковном отношении прихожане изучают чинопоследование литургии во внебогослужебное время и, приходя на литургию, во время чтения священником анафоры повторяют ее слова про себя. Другие, зная лишь приблизительно содержание анафоры, в это время молятся своими словами под пение хора. Абсолютное же большинство прихожан не знают смысла евхаристической анафоры и даже, возможно, не представляют, что тексты, читаемые священником по Служебнику в алтаре, имеют отношение к ним, произносятся от их имени и являются – по крайней мере, должны являться – их молитвой.
---
БЛАГОДАРЕНИЕ составляет главное содержание евхаристической молитвы. Само греческое слово «евхаристия» означает не что иное, как «благодарение». В литургии Иоанна Златоуста первая часть евхаристической молитвы звучит так:
Достойно и праведно Тя пети, Тя благословити, Тя хвалити, Тя благодарити, Тебе покланятися на всяком месте владычествия Твоего: Ты бо еси Бог неизреченен, недоведом, невидим, непостижим, присно сый, такожде сый, Ты, и Единородный Твой Сын, и Дух Твой Святый: Ты от небытия в бытие нас привел еси, и отпадшыя возставил еси паки, и не отступил еси, вся творя, дондеже возвел еси, и Цapcтво Твое даровал еси будущее. О сих всех благодарим Тя, и Единороднаго Твоего Сына, и Духа Твоего Святаго, о всех, ихже вемы и ихже не вемы, явленных и неявленных благодеяниих бывших на нас. Благодарим Тя и о службе сей, юже от рук наших прияти изволил еси, аще и предстоят Тебе тысящи Архангелов и тьмы Ангелов, Херувимы и Серафимы, шестокрилатии, многоочитии, возвышающиися пернатии.
Достойно и праведно воспевать Тебя, благословлять Тебя, восхвалять Тебя, благодарить Тебя, поклоняться Тебе на всяком месте владычества Твоего. Ибо Ты Бог неизреченный, непознаваемый, невидимый, непостижимый, всегда сущий, остающийся одним и тем же, Ты и Единородный Твой Сын и Дух Твой Святой. Ты привел нас из небытия в бытие и, когда мы пали, снова нас на небо восстановил нас и не отступил от нас, совершая все (для нашего спасения), пока не возвел нас на небо и не даровал нам Твое будущее Царство. За все это мы благодарим Тебя и Единородного Твоего Сына и Святого Твоего Духа: за все благодеяния Твои к нам, о которых знаем и о которых не знаем, явные и тайные. Благодарим Тебя и за эту службу, которую Ты соизволил принять от рук наших, хотя и предстоят перед Тобой тысячи Архангелов и десятки тысяч Ангелов, Херувимы и Серафимы – шестикрылые, имеющие много очей, поднимающиеся на высоту, крылатые.
В этой молитве служение Богу представлено пятью глаголами: воспевать, благословлять, восхвалять, благодарить и поклоняться; каждый из них выражает определенный оттенок религиозного чувства. Бог описан четырьмя апофатическими эпитетами, подчеркивающими Его трансцендентность: неизреченный, неведомый, невидимый и непостижимый. Молитва обращена к Богу Отцу, но благодарение Отцу воздается вместе с Сыном и Святым Духом, так что молитва приобретает тринитарный характер. Благодарение людей присоединяется к хвале Ангелов. Упоминаются четыре ангельских чина (Архангелы, Ангелы, Херувимы и Серафимы), которые описываются при помощи четырех эпитетов (шестикрылые, многоокие, летающие, пернатые).
Чтение первой части евхаристической молитвы завершается возгласом, составляющим заключительную часть последней фразы: «Победную песнь поюще, вопиюще, взывающе и глаголюще». Народ (хор), в свою очередь, возглашает победную песнь: «Свят, Свят, Свят Господь Саваоф, исполнь небо и земля славы Твоея. Осанна в вышних. Благословен Грядый во имя Господне. Осанна в вышних». И ангельская песнь, и предшествующий ей возглас содержат прямую аллюзию на два библейских текста – пророчество Исаии и Откровение Иоанна Богослова. В первом случае описывается видение Господа, сидящего на Престоле; стоящие вокруг Него Серафимы взывают: Свят, Свят, Свят Господь Саваоф! вся земля полна славы Его (Ис. 6:1–3). Во втором случае говорится о четырех таинственных животных, которые прославляют Бога возглашением «Свят, Свят, Свят Господь Бог Вседержитель». В литургическом возгласе слово «поюще» относится к орлу, «вопиюще» – к тельцу, «взывающе» – ко льву, а «глаголюще» – к человеку (см.: Откр. 4:7–8). К ангельскому славословию в литургической «победной песни» добавлены слова из Евангелия от Иоанна, прозвучавшие из уст народа при Входе Господнем в Иерусалим: осанна! благословен грядущий во имя Господне (Ин. 12:13).
Таким образом, в сознании автора евхаристической молитвы совместились три события: видение ветхозаветным пророком Господа во славе, видение народом израильским Иисуса, грядущего на «вольную страсть», и апокалиптическое видение апостола, прозревающего в эсхатологическую реальность вечного Царства Божия. Прошлое, настоящее и будущее совмещены в едином благодарении.
Об этом совмещении временных перспектив свидетельствуют и слова: «Царство Твое даровал еси будущее». Объектом благодарности является вся история человечества от сотворения мира вплоть до эсхатологического Царства Божия, которое воспринимается не как ожидаемое, а как уже дарованное. Молящийся ощущает себя неотъемлемой частью этой истории, раскрывающейся как серия благодеяний Божиих, явных и тайных. Завершением истории будет и уже является Царство Божие, к которому верующие приобщаются через участие в литургии:
Характерно, – пишет архимандрит Киприан (Керн), – что воспоминание простирается на все времена, а не только на прошлое. В евхаристическом воспоминании стираются грани прошлого, настоящего и будущего. Евхаристическая словесная и бескровная служба вневременна, не подчинена законам нашего чувственного восприятия и нашей логики. Мы вспоминаем в нашей литургии и будущее.
ВОСПОМИНАНИЕ. Следующая часть молитвы посвящена воспоминанию Тайной Вечери, совершенной Спасителем вместе со Своими учениками:
С сими и мы блаженными силами, Владыко Человеколюбче, вопием и глаголем: Свят еси и Пресвят Ты и Единородный Твой Сын, и Дух Твой Святый: Свят еси и Пресвят, и великолепна слава Твоя, иже мир Твой тако возлюбил еси, якоже Сына Твоего Единороднаго дати, да всяк веруяй в Него не погибнет, но имать живот вечный: иже пришед, и все еже о нас смотрение исполнив, в нощь, в нюже предаяшеся, паче же Сам Себе предаяше за мирский живот, прием хлеб во святыя Своя и пречистыя и непорочныя руки, благодарив и благословив, освятив, преломив, даде святым Своим учеником и апостолом, рек: Приимите, ядите, сие есть Тело Мое, еже за вы ломимое, во оставление грехов. Подобие и чашу по вечери, глаголя: Пиите от нея вси, сия есть Кровь Моя Новаго Завета, яже за вы и за многия изливаемая во оставление грехов.
С этими блаженными силами, Человеколюбивый Владыка, и мы взываем и говорим: Свят и Сверхсвят Ты и Единородный Твой Сын и Дух Твой Святой; Свят и Сверхсвят, и великолепна слава Твоя. Ибо Ты так возлюбил мир, что отдал Сына Твоего Единородного, дабы всякий верующий в Него не погиб, но имел жизнь вечную. Он, придя и исполнив все, что было предначертано для нашего (спасения), в ночь, в которую был предан, скорее же, Сам Себя предал за жизнь мира, приняв хлеб в Свои святые, пречистые и непорочные руки, произнеся над ним благодарение, благословив, освятив и преломив его, раздал его Своим ученикам и апостолам, сказав: «Примите, ешьте, это Мое Тело, преломляемое за вас во оставление грехов». Подобным же образом и чашу после вечери, говоря: «Пейте из нее все, это Кровь Моя Нового Завета, которая за вас и за многих проливается во оставление грехов».
Молитва начинается прославлением святости и славы Божией. По отношению к Богу употреблен термин «Пресвятой», буквально «Всесвятой»; этот же термин в богослужебных текстах используется по отношению к Богородице. Далее почти буквально воспроизводятся слова Христа из Евангелия от Иоанна: так возлюбил Бог мир, что отдал Сына Своего Единородного, дабы всякий, верующий в Него, не погиб, но имел жизнь вечную (Ин. 3:16). Христос пришел для того, чтобы исполнить спасительный Промысл Бога Отца по отношению к человечеству («да все еже о нас смотрение исполнит»). Для этой цели Он был предан, или, скорее, Сам Себя предал за жизнь мира – ради того, чтобы человечество получило вечную жизнь.
Слова Христа «Приимите, ядите» и «Пийте от нея вси» являются частью евхаристической молитвы. Однако в течение многих веков, из-за того, что люди перестали слышать саму молитву, а слышали на литургии только эти слова, им стали придавать смысл «установительных» и «тайносовершительных». Якобы именно этими словами Христос установил Таинство Евхаристии и именно при произнесении священником этих слов хлеб и вино превращаются в Тело и Кровь Христа. Между тем после произнесения «установительных» слов молитва продолжается:
Поминающе убо спасительную сию заповедь, и вся, яже о нас бывшая: крест, гроб, тридневное воскресение, на небеса восхождение, одесную селение, Второе и славное паки Пришествие, Твоя от Твоих Тебе приносяще о всех и за вся, Тебе поем, Тебе благословим,Тебе благодарим, Господи, и молимтися, Боже наш.
Итак, вспоминая эту спасительную заповедь и все, что было ради нас, – крест, гроб, воскресение на третий день, восшествие на небеса, восседание одесную (Отца), Второе и славное Пришествие, – Твое от Твоего принося Тебе в соответствии со всем, (что Ты совершил ради нас), и благодаря всему (этому), мы воспеваем Тебя, благословляем Тебя, благодарим Тебя, Господи, и молимся Тебе, Боже наш.
Точный перевод слов «о всех и за вся» затруднителен. В обоих случаях указывает на неопределенное количество неодушевленных предметов («всё») и, следовательно, относится не к людям, а к благодеяниям Божиим, перечисленным в молитве анафоры (предлог «каш» в данном случае переводится как «по», «в соответствии с», а предлог – как «за» или «благодаря»).
Приведенная молитва в современной литургической практике поделена между священником и хором, причем священник читает часть ее (от слов «Поминающе убо») тайно, а другую часть («Твоя от Твоих Тебе приносяще о всех и за вся») возгласно, хор же допевает остальное («Тебе поем»). Обычай делить текст анафоры между священником и народом – весьма древний: он присутствует уже в наиболее ранних списках литургии Иоанна Златоуста. Этим как бы подчеркивается, что молитву произносит не только священник, но и весь народ, что молитва приносится Богу от лица всей общины. Подхватывая фразу, начатую священником, народ не вступает в диалог со священником, как это обычно бывает во время литургии, а вместе с ним участвует в диалоге с Богом.
Особого внимания заслуживают слова «Твоя от Твоих Тебе приносяще». Их смысл следующий: мы приносим Тебе Твои же дары. По словам Иринея Лионского, «мы приносим Ему то, что Его» (т.е. то, что принадлежит Ему). Все, что существует в мире, создано Богом. Человек ничего не может создать «из ничего», с нуля: он может только брать созданное Богом, привносить в это что-то свое и затем возвращать Богу в акте благодарения. Бог создал пшеницу и виноград, человек из этого изготовляет хлеб и вино; в Евхаристии он возвращает хлеб и вино Богу для того, чтобы Бог претворил их в Свои Тело и Кровь. Благодарение приносится за весь мир, который создан Богом и отдан в руки человека. Человек призван «возделывать» мир, быть соучастником Бога в творческом процессе и возвращать мир Богу в акте благодарения. В этом смысле Евхаристия является образом всей жизни человека, его жизненного призвания и предназначения. Об этом пишет современный православный богослов митрополит Каллист (Уэр):
Высшее призвание человека – священство. Это наша высшая привилегия как разумных существ, наделенных самосознанием и свободной волей, и в то же время как евхаристических существ, способных к обожению. Мы должны сознательно и благодарно возвращать мир Богу-Творцу как жертву хваления... Во-первых, мы говорим на литургии: «Твоя от Твоих». Мы приносим в жертву Богу лишь то, что Он Сам дал нам. Если бы Бог Своей свободной волей не подарил нам мир, нам нечего было бы жертвовать... В Божественной литургии истинным Приносящим жертву, единственным Первосвященником является Сам Христос, мы же, как священнослужители, так и прихожане, присутствующие при совершении Евхаристии, можем действовать как священники лишь в силу нашего соединения с Ним. Лишь Он служит литургию в собственном смысле слова. Мы можем лишь сослужить Ему... Во-вторых, в Божественной литургии мы говорим «приносяще» не в единственном, а во множественном числе. Принося жертву... мы действуем не в одиночку, а в союзе со всеми людьми, соединенные Богом. Мы не обособлены друг от друга, и наше благодарение общественно и соборно... В-третьих, принося жертву, мы сами являемся частью того, что жертвуем. Наше место как иереев мироздания внутри природы, а не над ней... В-четвертых, мы не кормчие и даже не управители хозяйством, мы всего лишь жрецы, приносители жертвы... Впрочем... мы, принося жертву, не просто возвращаем мир Богу таким, каким мы его получили, но трудом рук наших преображаем приносимое. В Евхаристии мы приносим в жертву Богу плоды земные не в изначальном виде, а обработанные человеческим искусством; мы приносим на алтарь не зерна пшеницы, а хлеб, не гроздья винограда, а вино. И подобное находим повсюду, во всей человеческой жизни.
ТАИНСТВО СВЯТОГО ДУХА. Наконец, в чинопоследовании литургии наступает момент преложения хлеба и вина в Тело и Кровь Христа:
Еще приносим Ти словесную сию и безкровную службу, и просим, и молим, и мили ся деем: низпосли Духа Твоего Святаго на ны и на предлежащия Дары сия и сотвори убо хлеб сей, честное Тело Христа Твоего, а еже в чаши сей, честную Кровь Христа Твоего, преложив Духом Твоим Святым, якоже быти причащающимся, во трезвение души, во оставление грехов, в приобщение Святаго Твоего Духа, во исполнение Царствия Небеснаго, в дерзновение еже к Тебе, не в суд или во осуждение.
Еще приносим Тебе эту словесную и бескровную службу и просим и умоляем: ниспошли Духа Твоего Святого на нас и на лежащие здесь эти Дары и сделай этот хлеб драгоценным Телом Христа Твоего, а то, что в чаше, драгоценной Кровью Христа Твоего, претворив (хлеб и вино) Духом Твоим Святым, дабы они были для причащающихся в трезвение души, в оставление грехов, в приобщение Святому Твоему Духу, в достижение полноты Царствия Небесного, в дерзновение по отношению к Тебе, не в суд или в осуждение.
Действие, которое Бог осуществляет по отношению к хлебу и вину при сошествии Святого Духа, обозначается глаголом «преложить», то есть изменить, превратить. Отсюда происходит термин «преложение», употребляемый в православной традиции для обозначения того качественного изменения, которое происходит с хлебом и вином на Евхаристии.
Характерно, что священник в молитве просит о том, чтобы Святой Дух сошел «на ны и на предлежащия Дары сия», то есть на всех участвующих в совершении Евхаристии (клириков и мирян) и на Святые Дары. Момент преложения Святых Даров мыслится как событие, имеющее отношение ко всей общине и к каждому ее члену. Святой Дух не только прелагает хлеб и вино в Тело и Кровь Христа, но и духовно обновляет верующих, делая их причастниками Божеского естества (2Пет. 1:4). И преложение Святых Даров не является самоцелью: оно совершается для того, чтобы верующие через Причастие приобщились Святого Духа, получили оставление грехов и Царство Небесное. Современный афонский монах пишет:
На Божественной литургии ничто не происходит механически, магически. В ней нет ничего неясного или темного, несмотря на то что она превышает человеческий разум. Поэтому на литургии ничто не остается «бесплотным». Все преподносится человеку как раздробляемый хлеб, как съедобная для него пища; все преподносится как изливаемая кровь, – кровь, которая бесшумно вливается в наши жизненные вены, сообщая нам жизнь и надежду.
Молитва анафоры представляет собой единый, непрерывный текст, состоящий из одного длинного предложения. На практике этот текст раздроблен на множество фрагментов, между которыми вставляются дополнительные тексты. В частности, в практике Русской Церкви после слов «и на предлежащия дары сия» молитва прерывается и читается тропарь третьего часа «Господи, Иже Пресвятаго Твоего Духа». Этот тропарь произносится трижды, чередуясь со стихами из 50-го псалма. Тропарь является поздней вставкой: в славянских Служебниках он впервые появился в XV веке, проникнув туда из греческих Служебников. Повсеместной практика чтения тропаря третьего часа перед преложением Святых Даров стала в Русской Церкви в XVI веке. На православном Востоке чтение тропаря было распространено с середины XV по середину XVIII века, но в конце XVIII века тропарь был из греческих Служебников изъят. В славянских же Служебниках, употребляемых в Русской Церкви, он сохраняется до сего дня.
Существует обширная литература о причинах появления этого тропаря в славянских Служебниках и о том, почему его присутствие в тексте литургии неуместно. Исследователи сходятся в том, что чтение тропаря, во-первых, прерывает молитву на полуфразе, искусственно деля ее на две части. Во-вторых, тропарь третьего часа обращен к Иисусу Христу, тогда как молитва анафоры адресована Богу Отцу. Когда вслед за обращением к Иисусу Христу о ниспослании Святого Духа священник произносит слова «и сотвори убо хлеб сей честное Тело Христа Твоего», возникает очевидная логическая неувязка, поскольку слова «Христа Твоего» могут быть обращены только к Отцу, но никак не к Самому Христу.
Очевидно, что исключение тропаря третьего часа из молитвы анафоры не повредило бы ее смыслу, а, наоборот, помогло бы воспринимать ее как связный текст. Если же тропарь должен быть сохранен, то его следовало бы читать перед словами «Еще приносим Ти словесную сию и бескровную службу». В таком случае тропарь не разрывал бы логическое течение анафоры столь резким и очевидным образом, как это происходит при существующей ныне практике.
ДОПОЛНИТЕЛЬНЫЙ МАТЕРИАЛ
Евхаристический канон в литургии Василия Великого
В литургии Василия Великого молитва анафоры значительно длиннее и богаче по содержанию, чем в литургии Иоанна Златоуста. Представляется важным последовательно рассмотреть эту молитву, поскольку в ней содержится квинтэссенция всего евхаристического богословия Восточной Церкви. Молитва начинается благодарением, обращенным к Богу Отцу:
Сый Владыко, Господи Боже Отче Вседержителю покланяемый! Достойно, яко воистину, и праведно, и лепо великолепию святыни Твоея, Тебе хвалити, Тебе пети, Тебе благословити, Тебе кланятися, Тебе благодарити, Тебе славити, Единаго воистину Сущаго Бога, и Тебе приносити сердцем сокрушенным и духом смирения словесную сию службу нашу, яко Ты еси даровавый нам познание Твоея истины, и кто доволен возглаголати силы Твоя, слышаны сотворити вся хвалы Твоя или поведати вся чудеса Твоя во всяко время?
Сущий Владыка, Господи Боже, Отец Вседержитель поклоняемый! Поистине достойно и справедливо и подобает великолепию Твоей святости восхвалять Тебя, воспевать Тебя, благословлять Тебя, поклоняться Тебе, благодарить Тебя, славить Тебя, Единого поистине Сущего Бога, и Тебе приносить в сокрушении сердца и смирении духа эту нашу словесную службу. Ибо Ты даровал нам познание истины Твоей. И кто способен изречь могущество Твое, возвестить хвалы Твои (Пс. 105:2) или поведать все чудеса Твои во всякое время?
Владыко всех, Господи небесе и земли и всея твари, видимыя же и невидимыя, Седяй на Престоле славы и призираяй бездны, безначальне, невидиме, непостижиме, неописанне, неизменне, Отче Господа нашего Иисуса Христа, Великаго Бога и Спасителя, Упования нашего, Иже есть образ Твоея благости, печать равнообразная, в Себе показуя Тя, Отца, Слово живое, Бог истинный, превечная Премудрость, Живот, Освящение, Сила, Свет истинный, Имже Дух Святый явися – Дух истины, сыноположения дарование, обручение будущаго наследия, начаток вечных благ, животворящая Сила, Источник освящения, от Него же вся тварь, словесная же и умная, укрепляема, Тебе служит и Тебе присносущное возсылает славословие, яко всяческая работна Тебе.
Владыка всего, Господи неба и земли и всего творения видимого и невидимого, Сидящий на Престоле славы и взирающий на бездны, безначальный, непостижимый, неограниченный, неизменяемый, Отец Господа нашего Иисуса Христа, Великого Бога и Спасителя, Упования нашего, Который есть образ Твоей благости, отпечаток, равный Первообразу, в Себе являющий Тебя, Отца; Бог истинный, предвечная Премудрость, Жизнь, Освящение, Сила, Свет истинный, через Которого явился Дух Святой – Дух истины, дар усыновления, залог будущего наследия, начаток вечных благ, животворящая Сила, Источник освящения, укрепляемая Которым, вся тварь, наделенная словом и разумом, Тебе служит и Тебе воссылает вечное славословие, ибо все подвластно Тебе.
Молитва соткана из библейских аллюзий, наполнена цитатами из псалмов, пророческих книг, посланий апостола Павла. Она имеет тринитарный характер и основана на перечислении имен Божиих, относящихся к трем Лицам Святой Троицы.
Первая часть молитвы сосредоточена на именах Бога Отца, Который назван Единым воистину Сущим, Владыкой, Вседержителем, Господом неба и земли и всего творения, видимого и невидимого, Отцом Господа Иисуса Христа. Бог Отец сидит на Престоле славы и взирает на бездны: этот поэтический образ заимствован из песни трех отроков в печи вавилонской (см.: Дан. 3:54).
Бог Отец описан в анафоре пятью апофатическими терминами: безначальный, невидимый, непостижимый, неописанный, неизменный. Термин «безначальный» использовался в ходе полемики с евномианством. Он имеет двоякий смысл: указывает на то, что Бог Отец ни от кого не рождается и не исходит (в этом смысле Сын и Дух не безначальны); термин также указывает на пребывание Бога вне времени, вне категорий начала и конца (в этом смысле «безначальными» являются также Сын и Дух). Бог Отец невидим для физических очей человека, не может быть постигнут человеческим умом, не имеет пределов в пространстве, Его естество не подлежит переменам. Все эти утверждения отражают классические христианские представления о естестве Божием и о свойствах Бога.
Имена Сына в анафоре Василия Великого заимствованы главным образом из посланий Павла и писаний Иоанна Богослова: Сын – Великий Бог и Спаситель (см.: Тит. 2:13), упование наше (см.: 1Тим. 1:1), образ благости Божией (ср.: 2Кор. 4:4; Кол. 1:15; Евр. 1:3). Сын есть «печать равнообразная» (ср.: Ин. 6:27), то есть образ Бога Отца, равный Ему. Сын в Себе показует Отца (см.: Ин. 14:9), Он есть Слово живое (см.: 1Ин. 1:1; Евр. 4:12), истинный Бог (см.: 1Ин. 5:20), Предвечная Премудрость Божия (см.: 1Кор. 2:7), Жизнь (см.: Ин. 14:6, 1:4), Освящение (см.: 1Кор. 1:30), Сила (см.: 1Кор. 1:24), Свет истинный (см.: Ин. 1:9).
Имена Святого Духа заимствованы из тех же источников: Он – Дух Истины (см.: Ин. 14:17), Дух усыновления (см.: Рим. 8:15), залог будущего наследия (см.: Еф. 1:14), начаток (ср.: Рим. 8:23) вечных благ, животворящая Сила (ср.: Ин. 6:63; 2Кор. 3:6), Источник освящения (ср.: 1Кор. 3:16–17). Святой Дух укрепляет все творение, наставляя словесные и умные существа, то есть Ангелов, воссылать Отцу присносущное (вечное) славословие.
Далее перечисляются встречающиеся в Библии имена девяти ангельских чинов (именно этот список ангельских чинов лег в основу трактата Дионисия Ареопагита «О небесной иерархии»):
Тебе бо хвалят Ангели, Архангели, Престоли, Господствия, Начала, Власти, Силы и многоочитии Херувими, Тебе предстоят окрест Серафими, шесть крил единому и шесть крил единому, и двема убо покрывают лица своя, двема же ноги, и двема летающе, взывают един ко другому, непрестанными усты, немолчными славословеньми.
Ибо Тебя восхваляют Ангелы, Архангелы, Престолы, Господства, Начала, Власти, Силы и многоокие Херувимы; вокруг Тебя предстоят Серафимы, у каждого из которых шесть крыльев: двумя они закрывают лица, двумя ноги, а при помощи двух они летают, взывая один к другому непрестанным голосом, неумолкающими славословиями.
В следующей части анафоры благодарение переходит в воспоминание, Евхаристия в анамнезис. Начинаясь с исповедания святости и благости Божией, молитва обращается к истории человечества, которая рассматривается как непрерывная цепь благодеяний Божиих:
С сими блаженными Силами, Влалыко Человеколюбче, и мы, грешнии, вопием и глаголем: Свят еси, яко воистину, и Пресвят, и несть меры великолепию святыни Твоея, и преподобен во всех делех Твоих, яко правдою и судом истинным вся навел еси на ны.
Вместе с этими блаженными Силами, Человеколюбивый Владыка, и мы, грешные, взываем и говорим: Ты поистине Свят и Сверхсвят, и нет меры великолепию Твоей святости, и праведен во всех делах Твоих, ибо по справедливости и истинному суду Ты все навел на нас.
---
Создав бо человека, персть взем от земли, и образом Твоим, Боже, почет, положил еси его в раи сладости, безсмертие жизни и наслаждение вечных благ, в соблюдение заповедей Твоих, обещав ему. Но преслушавша Тебе, истиннаго Бога, создавшаго его, и прелестию змиевою привлекшася, умерщвлена же своими прегрешеньми, изгнал еси его праведным Твоим судом, Боже, от рая в мир сей и отвратил еси в землю, от неяже взят бысть, устрояя ему пакибытия спасение в Самем Христе Твоем.
Ибо, взяв персть из земли, создав (из нее) человека и почтив его Твоим образом, Боже, Ты поместил его в раю наслаждения, обещав ему через соблюдение заповедей Твоих бессмертие жизни и наслаждение вечных благ. Когда же он ослушался Тебя, истинного Бога, создавшего его, польстился на обман змия и был умерщвлен своими прегрешениями, Ты по справедливому суду Твоему, Боже, изгнал его из рая в этот мир и возвратил в землю, из которой он был взят, устраивая ему спасение в Самом Христе Твоем.
---
Не бо отвратился еси создания Твоего в конец, еже сотворил еси, Блаже, ниже забыл еси дела рук Твоих, но посетил еси многообразне ради милосердия милости Твоея: пророки послал еси, сотворил еси силы святыми Твоими, в коемждо роде благоугодившими Тебе, глаголал еси нам усты раб Твоих пророков, предвозвещая нам хотящее быти спасение, закон дал еси в помощь, Ангелы поставил еси хранители.
Ты не отвернулся до конца от создания Твоего, которое сотворил, Благой, и не забыл изделие рук Твоих, но многообразно, по милосердию милости Твоей, посетил его: послал ему пророков, сотворил чудеса через святых Твоих, в каждом роду благоугождавших Тебе, говорил нам устами рабов Твоих, пророков, предвозвещая уготованное нам спасение, дал нам в помощь закон, поставил Ангелов хранителями.
Бог «преподобен», то есть благ, во всех Своих делах: все, что Он делает, является абсолютным добром. Бог – не виновник зла: допуская зло, привнесенное в мир грехом, Бог направляет зло к добрым последствиям. Все, что Бог посылает человеку, является следствием справедливости (правды) Божией и «истинного суда», то есть правосудия Божия. Когда человек нарушил заповедь в раю, он был изгнан из рая по справедливому приговору Бога. Однако в этом приговоре содержалось и благодеяние, ибо спасение и вечная жизнь были предуготованы Богом через Его Сына. Подготовкой к пришествию в мир Спасителя была вся ветхозаветная история, когда Бог посылал людям пророков, совершал чудеса через Своих святых, даровал людям закон, приставил к каждому человеку Ангела Хранителя. Завершением этой цепи благодеяний Божиих стало пришествие в мир Господа Спасителя:
Егда же прииде исполнение времен, глаголал еси нам Самем Сыном Твоим, Имже и веки сотворил еси, Иже Сый сияние славы Твоея и начертание Ипостаси Твоея, нося же вся глаголом силы Своея, не хищение непщева еже быти равен Тебе Богу и Отцу, но Бог Сый превечный, на земли явися и человеком споживе, и от Девы Святыя воплошься, истощи Себе, зрак раба прием, сообразен быв телу смирения нашего, да нас сообразны сотворит образу славы Своея.
Когда же пришла полнота времени, Ты говорил с нами через Самого Сына Твоего, через Которого и время сотворил, Который есть сияние славы Твоей и образ Ипостаси Твоей, Который держит все словом силы Своей. Он не почел хищением быть равным Тебе, Богу и Отцу, но, будучи Богом превечным, явился на земле и жил среди людей и, воплотившись от Святой Девы, истощил Себя, приняв образ раба, сделавшись подобным нашему уничиженному телу, чтобы нас сделать подобными образу славы Своей.
---
Понеже бо человеком грех вниде в мир, и грехом смерть, благоволи Единородный Твой Сын, Сый в недрех Тебе Бога и Отца, быв от Жены Святыя Богородицы и Приснодевы Марии, быв под законом, осудити грех во плоти Своей, да во Адаме умирающе, оживотворятся в Самем Христе Твоем.
Поскольку же через человека в мир вошел грех, а через грех смерть, соблаговолил Твой Единородный Сын, Сущий внутри Тебя, Бога и Отца, произойти от Женщины – Святой Богородицы и Приснодевы Марии, подчиниться закону, осудить грех в плоти Своей, дабы умирающие в Адаме оживотворились в Самом Христе Твоем.
И пожив в мире сем, дав повеления спасительная, отставив нас прелести идольския, приведе в познание Тебе истиннаго Бога и Отца, стяжав нас Себе люди избранны, царское священие, язык свят, и очистив водою и освятив Духом Святым, даде Себе измену смерти, в нейже держими бехом, продани под грехом; и сошел Крестом во ад, да исполнит Собою вся, разреши болезни смертныя; и воскрес в третий день и путь сотворив всякой плоти к воскресению еже из мертвых, зане не бяше мощно держиму быти тлением Начальнику жизни, бысть Начаток умерших, перворожден из мертвых, да будет Сам вся, во всех первенствуяй, и возшед на небеса, седе одесную величествия Твоего на высоких, Иже и приидет воздати комуждо по делом его.
И, пожив в этом мире, дав спасительные заповеди, освободив нас от обмана идолослужения, Он привел нас в познание Тебя, истинного Бога и Отца, приобретя нас для Себя как царственное священство, народ святой. И, очистив нас водою и освятив Духом Святым, Он отдал Себя вместо нас на смерть, которая властвовала над нами, проданными греху. И, сойдя после распятия в ад, дабы наполнить Собой все, Он разрушил муки смерти и воскрес на третий день, открыв путь к воскресению из мертвых для всякой плоти, ибо невозможно было тлению удержать Начальника жизни. Он стал начатком умерших, первородным из мертвых, чтобы Самому стать всем, первенствуя во всех. И, взойдя на небеса, Он сел одесную величества Твоего на высоте и придет воздать каждому по делам его.
Приведенная часть анафоры содержит последовательное изложение новозаветной христологии, основанное преимущественно на посланиях апостола Павла. По словам анафоры, когда пришла полнота времени (Гал. 4:4), Бог говорил нам в Сыне... через Которого и веки сотворил (Евр. 1:2). Сын Божий, будучи сияние славы и образ ипостаси Его, и держа все словом силы Своей (Евр. 1:3), не почитал хищением быть равным Богу и Отцу (Флп. 2:6), но, будучи превечным Богом, явился на земле и обращался среди людей (см.: Вар. 3:38). Он уничижил Себя Самого, приняв образ раба (Флп. 2:7), сделавшись сообразным уничиженному телу нашему, чтобы нас сделать сообразными образу славы Своей (см.: Флп. 3:21). Ибо поскольку грех вошел в мир, и грехом – смерть (Рим. 5:12), то Единородный Сын Божий, сущий в недрах Бога и Отца (Ин. 1:18), родившись от Жены (см.: Гал. 4:4) – Святой Богородицы и Приснодевы Марии, – подчинившись закону, осудил грех в Своей плоти (Рим. 8:3), чтобы, умерев в Адаме, мы ожили во Христе (см.: 1Кор. 15:22).
Сын Божий, говорится далее в молитве, пожил в мире сем, дал нам спасительные заповеди, освободил нас от поклонения ложным богам, привел в познание истинного Бога и Отца, сделав нас родом избранным, царственным священством, народом святым (см.: 1Пет. 2:9; ср.: Тит. 2:14). Очистив нас водой крещения (см.: Еф. 5:26) и освятив Святым Духом (см.: Рим. 15:16), Он отдал Себя для избавления нас от смерти (см.: Тит. 2:14), которой мы были порабощены через грех (см.: Рим. 7:13–14). Умерев на кресте, Он сошел во ад, чтобы наполнить собой все (см.: Еф. 4:10), расторг узы смерти (см.: Деян. 2:24) и воскрес в третий день (1Кор. 15:4), открыв всякой плоти путь к воскресению из мертвых. Смерти невозможно было удержать (см.: Деян. 2:24) Начальника жизни (см.: Деян. 3:15); поэтому Он стал начатком умерших (см.: 1Кор. 15:20), первенцем из мертвых, чтобы иметь... во всем первенство (Кол. 1:18). Взойдя на небеса, Он воссел одесную Престола величия на высоте (Евр. 1:3), и Он придет, чтобы воздать каждому по делам его (см.: Рим. 2:6).
В анафоре литургии Василия Великого есть слова и выражения, которые удивительным образом перекликаются с литературными трудами Василия. На это обратили внимание ученые, увидевшие в данном параллелизме подтверждение авторства Василия Великого. Вот одно из таких мест:
Какое слово может изобразить Божии дары? Они таковы по множеству, что превышают всякое число, так велики и важны, что достаточно и одного, чтобы обязать нас ко всякой благодарности Подателю... Бог сотворил человека по образу и подобию Божию, удостоив знания о Себе, украсив перед всеми животными даром слова, дав ему наслаждаться безмерными красотами рая, поставив его князем над всем, что на земле. И после того, как он, будучи обольщен змием, ниспал в грех, а через грех в смерть и во все, что достойно смерти, не презрел его, но сперва дал ему в помощь закон, для сохранения его и попечения о нем приставил Ангелов, для обличения порока и научения добродетели посылая пророков, порочные стремления пресекал угрозами, усердие к добрым делам возбуждал обетованиями.
Неоднократно на разных лицах для вразумления прочих показывал конец порока и от тех, которые при всех таковых пособиях пребывали в непокорности, не отвратился, потому что не были мы оставлены благостью Владыки и не прерывали любви Его к нам... но воззваны от смерти и снова оживотворены Иисусом Христом, у Которого и сам способ благодеяния еще более удивителен.
Ибо, будучи образом Божиим, Он не почитал хищением быть равным Богу; но уничижил Себя Самого, приняв образ раба (Флп. 2:6–7), воспринял на Себя наши немощи, понес болезни, был язвлен за нас, чтобы мы Его язвой исцелились (см.: Ис. 53:5), искупил нас от клятвы закона, сделавшись за нас клятвой (Гал. 3:13), претерпел позорнейшую смерть, чтобы нас возвести к славной жизни, и не удовольствовался тем одним, что оживил нас, мертвых, но еще даровал нам достоинство божества, вечные упокоения...
Общая тематика приведенного отрывка чрезвычайно близка анафоре литургии Василия Великого, некоторые выражения полностью идентичны, те же самые цитаты из посланий апостола Павла присутствуют в обоих текстах.
Молитва анафоры от изложения христологического учения Церкви переходит к воспоминанию Тайной Вечери:
Остави же нам воспоминания спасительнаго Своего страдания сия, яже предложихом, по Его заповедем. Хотя бо изыти на вольную, и приснопамятную, и животворящую Свою смерть, в нощь, в нюже предаяше Себе за живот мира, приемь Хлеб на святыя Своя и пречистыя руки, показав Тебе, Богу и Отцу, благодарив, благословив, освятив, преломив, даде святым Своим учеником и апостолом, рек: приимите: ядите, Сие есть тело Мое, еже за вы ломимое во оставление грехов. Подобне и Чашу от плода лознаго приемь, растворив, благодарив, благословив, освятив, даде святым Своим учеником и апостолом, рек: пийте от нея вси, Сия есть Кровь Моя Новаго Завета, яже за вы и за многи изливаемая во оставление грехов. Сие творите в Мое воспоминание; елижды бо аще ясте Хлеб сей и Чашу сию пиете, Мою смерть возвещаете, Мое воскресение исповедаете.
Он оставил нам эти воспоминания Своего спасительного страдания, совершаемые нами по Его заповеди. Ибо, желая пойти на добровольную, приснопамятную и животворящую смерть, в ночь, в которую Он предал Себя за жизнь мира, взяв хлеб в Свои святые и пречистые руки, показав Тебе, Богу и Отцу, вознеся благодарение, благословив, освятив и преломив его, Он дал его святым Своим ученикам и апостолам, говоря: «Примите, ешьте, это Мое Тело, преломляемое за вас, во оставление грехов». Подобным же образом взяв Чашу и растворив в ней плод виноградной лозы, возблагодарив, благословив, освятив его, дал святым Своим ученикам и апостолам, говоря: «Пейте из нее все, это Кровь Моя Нового Завета, которая за вас и за многих проливается во оставление грехов. Сие творите в Мое воспоминание, ибо всякий раз, когда вы едите этот Хлеб и пьете из этой Чаши, вы возвещаете Мою смерть, исповедаете Мое воскресение».
Поминающе убо, Владыко, и мы спасительная Его страдания, животворящий крест, тридневное погребение, еже из мертвых воскресение, еже на небеса возшествие, еже одесную Тебе, Бога и Отца, селение, и славное и страшное Его Второе Пришествие, Твоя от Твоих Тебе приносяще о всех и за вся, Тебе поем, Тебе благословим, Тебе благодарим, Господи, и молим Ти ся, Боже наш.
Итак, и мы, Владыка, вспоминая Его спасительные страдания, животворящий крест, тридневное погребение, воскресение из мертвых, восшествие на небеса, сидение одесную Тебя, Бога и Отца, и славное и страшное Второе Пришествие Его, принося Тебе Твое от Твоего обо всех и за все, Тебе воспеваем, Тебя благословляем, Тебя благодарим, Господи, и молимся Тебе, Боже наш.
В современной практике возгласно произносятся только выделенные курсивом слова; остальные священник произносит в алтаре тихо или про себя, а «Тебе поем» допевается хором. Не вполне понятно, почему «даде святым Своим учеником и апостолом, рек» на литургии Василия Великого произносится возгласно, тогда как аналогичные слова на литургии Иоанна Златоуста читаются тайно. Так или иначе, именно этот короткий обрывок фразы является единственным, что позволяет прихожанам, не слышащим чтение анафоры, понять, что читалась анафора Василия Великого, а не Иоанна Златоуста.
Произнеся «установительные» слова Христа, священник продолжает молитву, прося Бога о ниспослании Святого Духа на общину верующих и на Святые Дары:
Сего ради, Владыко Пресвятый, и мы, грешнии и недостойнии раби Твои, сподобльшиися служити святому жертвеннику Твоему, не ради правд наших, не бо сотворихом что благо на земли, но ради милости Твоея и щедрот Твоих, яже излиял еси богатно на ны, дерзающе приближаемся святому Твоему жертвеннику и, предложше вместообразная Святаго Тела и Крове Христа Твоего, Тебе молимся и Тебе призываем, Святе святых, благоволением Твоея благости, приити Духу Твоему Святому на ны и на предлежащия Дары сия, и благословити я, и освятити, и показати Хлеб убо Сей Самое Честное Тело Господа и Бога и Спаса нашего Иисуса Христа, Чашу же сию – Самую Честную Кровь Господа и Бога и Спаса нашего Иисуса Христа, излиянную за живот мира.
Поэтому, Владыка Пресвятой, и мы, грешные и недостойные рабы Твои, сподобившиеся служить святому Твоему жертвеннику не благодаря нашей праведности, ибо ничего доброго не сделали на земле, но по милости Твоей и милосердию Твоему, которые Ты щедро излил на нас, дерзая, приближаемся к святому Твоему жертвеннику и, предложив «вместообразные» Святого Тела и Крови Христа Твоего, Тебе молимся и Тебя призываем, Святой святых, чтобы, по благоволению Твоей благости, Дух Святой сошел на нас и на лежащие перед нами эти Дары и благословил их и освятил и явил этот хлеб самим драгоценным Телом Господа и Бога и Спасителя нашего Иисуса Христа, Чашу же эту – самой драгоценной Кровью Господа и Бога и Спасителя нашего Иисуса Христа, пролитой за жизнь мира.
Нас же всех, от единаго Хлеба и Чаши причащающихся, соедини друг ко другу во единаго Духа Святаго причастие, и ни единаго нас в суд или во осуждение сотвори причаститися Святаго Тела и Крове Христа Твоего.
Нас же всех, причащающихся от единого Хлеба и Чаши, соедини друг с другом в причастие одного Святого Духа и сделай, чтобы ни один из нас не причастился святого Тела и Крови Христа Твоего в суд или в осуждение.
В анафоре Василия Великого по отношению к Святым Дарам употреблено выражение «вместообразные Святаго Тела и Крови Христа». Термин «вместообразные» встречается применительно к Святым Дарам и в патристических источниках III–IV веков, в частности у Иринея Лионского, Ипполита Римского, Кирилла Иерусалимского, Григория Богослова, Макария Египетского.
Этот термин никоим образом не указывает на призрачный или символический характер преложения Святых Даров: напротив, он указывает на то, что хотя Святые Дары сохраняют вид, «образ» хлеба и вина, на самом деле они становятся Телом и Кровью Христа. Именно так термин «вместообразные» понимается Макарием Египетским: верующие причащаются видимого хлеба, но духовно вкушают Плоть Господню. В более поздний период термин стали объяснять как относящийся к Святым Дарам только до освящения. Иоанн Дамаскин, в частности, писал:
Хлеб и вино – не образы Тела и Крови Христовой, но самое обоженное Тело Господа, ибо Сам Господь сказал: «сие есть Тело Мое», а не образ тела; «сие есть Кровь Моя», а не образ Крови... Если же некоторые и называли хлеб и вино «вместообразными» Тела и Крови Господней, как, например, богоносный Василий в литургии, то называли так это приношение не по освящении, но до освящения.
Это же объяснение было повторено VII Вселенским Собором, а затем прозвучало на Ферраро-Флорентийском Соборе из уст святителя Марка Ефесского. По словам последнего, Святые Дары называются «вместообразными» до освящения, поскольку они «еще приносятся как образ некий и изображение».
Анафора литургии Василия Великого, как и анафора литургии Златоуста, представляет собой связный текст, в котором священник просит Бога благословить Святые Дары, освятить их и показать (то есть явить) хлеб Телом Христовым, а вино – Кровью Христовой, излитой за жизнь мира. На практике, однако, молитва прерывается на слове «показати», после чего читается тропарь третьего часа, затем диакон говорит «Благослови, Владыко, Святый Хлеб», и священник произносит «Хлеб убо сей – самое честное Тело». Таким образом, цельная фраза разбивается на две неполных фразы, причем слова «хлеб убо сей» превращаются из части молитвенного прошения в утверждение. Опять же разумнее было бы читать тропарь третьего часа, если уж его нельзя вовсе опустить, перед «Сего ради, Владыко Пресвятый», чтобы, по крайней мере, не разрушать смысл молитвы о преложении Святых Даров.
В современных русских Служебниках после «излиянную за живот мира» добавлены слова «преложив Духом Твоим Святым», взятые из анафоры Иоанна Златоуста. В древних греческих и русских Служебниках этой вставки не было, и в современных греческих Служебниках она отсутствует. Впервые ее появление в греческом Служебнике зафиксировано в XII веке, однако во всеобщее употребление она вошла в Греции лишь в середине XVI века. В Киеве она впервые появляется в киевских печатных Служебниках 1629 и 1639 годов, а в Москве – при Патриархе Никоне, в Служебнике 1655 года (старообрядцы до сего дня сохранили оригинальный текст). Возможно, причиной вставки было желание четко указать в анафоре Василия Великого тот момент, в который происходит преложение Святых Даров в Тело и Кровь Христа. Некоторые исследователи связывают распространение вставки со спорами о времени преложения Святых Даров (о них будет сказано ниже). Однако синтаксически слова «преложив Духом Твоим Святым» не вяжутся с прочим текстом молитвы. На это еще в XVIII веке указал преподобный Никодим Святогорец:
Священники, когда служат литургию святого Василия Великого, не должны в момент пресуществления и освящения Тайн говорить «преложив Духом Твоим Святым», ибо сие есть прибавка некоего невежды и дерзкого, который, противодействуя, как кажется, латинянам, взял слова сии из литургии Златоуста и вставил их в литургию Василия. Потому они ни в старых рукописных литургиях не обретаются, как мы исследовали, ни по синтаксису сии слова не имеют там места.
________________________________
Прот. Александр Шмеман.
ЕВХАРИСТИЯ. ТАИНСТВО ЦАРСТВА
Таинство Возношения, Таинство Благодарения, Таинство Воспоминания, Таинство Святого Духа (см. самостоятельно:
https://azbyka.ru/otechnik/Aleksandr_Shmeman/evharistija-tainstvo-tsarstva/)
______________________________
Дата добавления: 2018-04-15; просмотров: 1584; Мы поможем в написании вашей работы! |
Мы поможем в написании ваших работ!