За нарушением любого из этих правил следует наказание, характер которого определяется Доминантом.



Ну ни фига себе.

– «Недопустимые действия»? – спрашиваю.

– Да. Что ты не будешь делать, что я не буду делать, нам надо заранее договориться.

– Брать деньги за одежду… как-то неправильно. – Я не могу избавиться от слова «проститутка», которое вертится у меня в голове.

– Я хочу тратить на тебя деньги, давай я буду покупать тебе кое-какие вещи. Мне может потребоваться, чтобы ты сопровождала меня на кое-какие мероприятия, и надо, чтобы ты была хорошо одета. Твоя зарплата, когда ты найдешь работу, не позволит тебе покупать ту одежду, в которой я хочу тебя видеть.

– Но я должна буду носить ее, только когда я с тобой?

– Да, только со мной.

– Хорошо.

Буду считать, что это форма.

– Зачем заниматься спортом четыре раза в неделю?

– Анастейша, я хочу, чтобы ты была гибкой, сильной и выносливой. Поверь, тебе надо тренироваться.

– Но не четыре же раза в неделю? Может, хотя бы три?

– Четыре.

– Я думала, мы договариваемся.

Он поджимает губы.

– Ладно, мисс Стил. Еще одно справедливое замечание. Три раза в неделю по часу и один раз – полчаса?

– Три дня, три часа. Очевидно, когда я буду у тебя, физическая нагрузка мне обеспечена.

Он злорадно улыбается, и, по-моему, в его глазах я читаю облегчение.

– Да, правда. Ладно, договорились. Ты точно не хочешь пойти на практику в мою компанию? Ты хороший переговорщик.

– Нет. Мне кажется, это плохая мысль. – Я просматриваю правила. Эпиляция воском? Где? Всего тела? Бр-р!

– Теперь – какие действия недопустимы. Это для меня. – Он протягивает мне еще один листок.

Недопустимые действия:

Действия, включающие игру с огнем.

Действия, включающие мочеиспускание или дефекацию.

Действия с использованием иголок, ножей, включающие порезы, проколы, а также кровь.

Действия с использованием гинекологических медицинских инструментов.

Действия с участием детей или животных.

Действия, которые могут оставить на коже неизгладимые следы.

Игры с дыханием.

Действия, подразумевающие контакт тела с электрическим током (как прямым, так и переменным) или огнем.

Фу! Он не решился произнести такое вслух. Конечно, это разумно и, честно говоря, необходимо… Ведь в здравом уме никто на такое не пойдет. Но меня начинает подташнивать.

– Ты хочешь что-нибудь добавить? – спрашивает Кристиан мягко.

Черт! Даже не знаю. Я совершенно растеряна.

– Есть что-то, чего бы ты делать не хотела?

– Не знаю.

– Что значит «не знаю»?

Я ерзаю от смущения и кусаю губу.

– Я никогда ничего такого не делала.

– Ну, когда ты занималась сексом, было ли что-то такое, что тебе не нравилось?

Впервые за долгое время я краснею.

– Говори прямо, Анастейша. Мы должны быть честными друг с другом, иначе ничего не получится.

Я молча смотрю на свои сплетенные пальцы.

– Скажи мне! – командует он.

– Ну… Я никогда не занималась сексом, поэтому я не знаю. – Мой голос звучит тихо-тихо.

Кристиан в ужасе смотрит на меня, раскрыв рот.

– Никогда? – шепчет он.

Я качаю головой.

– Ты… девственница? – с трудом произносит он.

Я киваю и снова краснею. Кристиан закрывает глаза и, как мне кажется, считает до десяти. Когда он снова их открывает, его взгляд мечет громы и молнии.

– Какого черта ты не сказала мне раньше?!

Глава 8

Кристиан запускает в волосы обе руки и меряет шагами кабинет – он взбешен, а не просто рассержен. Его обычное стальное самообладание, похоже, дало трещину.

– Я не понимаю, почему ты мне не сказала, – выговаривает он мне.

– Да как-то речи об этом не заходило. А у меня нет привычки рассказывать всем и каждому подробности своей личной жизни. Мы ведь почти незнакомы. – Я разглядываю свои руки. Почему я чувствую себя виноватой? Почему он так взбесился? Я кидаю на него осторожный взгляд.

– Ну, теперь тебе известно обо мне гораздо больше, – огрызается он, и его губы сжимаются в тонкую линию. – Я знал, что ты неопытна, но девственница!.. – Он произносит это как ругательство. – Черт, Ана, и я тебе все показывал… – Он испускает стон. – Господи, прости меня. А ты когда-нибудь целовалась, если не считать того раза со мной?

– Конечно, целовалась. – Я стараюсь казаться оскорбленной. Ну… пару раз.

– И милый молодой человек не вскружил тебе голову? Не понимаю! Тебе двадцать один год. Почти двадцать два. Ты красавица. – Он опять ерошит волосы.

«Красавица». Я вспыхиваю от удовольствия. Кристиан Грей считает меня красивой. Снова утыкаюсь взглядом в сплетенные пальцы рук, чтобы скрыть глупую ухмылку. Наверное, у него близорукость, – поднимает сомнамбулическую голову мое подсознание. Где оно было, когда я так в нем нуждалась?

– И ты на полном серьезе обсуждаешь, что я собираюсь делать, когда у тебя совершенно нет опыта? – Он хмурится. – Ты не хотела секса? Объясни мне, пожалуйста.

Я пожимаю плечами.

– Ну, не знаю, как-то ни с кем до этого не доходило. – Только с тобой. А ты оказался чудовищем. – Почему ты сердишься на меня? – почти шепотом спрашиваю я.

– Я сержусь не на тебя, я сержусь на себя. Я-то думал… – Кристиан вздыхает. Он проницательно смотрит на меня, затем качает головой. – Ты хочешь уйти?

– Нет, если ты не хочешь, чтобы я ушла, – отвечаю я. О нет… Я не хочу уходить

– Конечно, нет. Мне приятно, что ты со мной. – Он хмурится и смотрит на часы. – Уже поздно… Ты снова кусаешь губу, – говорит Кристиан хрипло и смотрит на меня оценивающе.

– Прости.

– Не извиняйся. Просто я тоже хочу укусить ее. Сильно.

Я ловлю ртом воздух… Зачем он говорит такое, если не хочет, чтобы я заводилась?

– Иди ко мне, – произносит он.

– Что?

– Мы исправим ситуацию, прямо сейчас.

– В каком смысле? Какую ситуацию?

– Твою. Ана, я хочу заняться с тобой любовью.

– О!


Дата добавления: 2018-02-18; просмотров: 233;