Неужели никто не пытался заглянуть чуть дальше предстоящего сезона?
Планирование на длительную перспективу у отечественных компаний имелось. Государство также обнародовало проекты экономического развития. Тоже очень оптимистические. Однако с теми трудностям, которые подготовлялись в мировом масштабе, это никак не вязалось. Ожидания кризиса были (без ясных сроков), но все думали, что это будет кризис образца 2001 года, то есть очень мягкий, а главное – короткий. Из таких ожиданий, повсеместно распространенных, видно, что деловые элиты, эксперты и власть серьезных затруднений не ждали. По большому счету это значит, что экономисты неолиберальной школы, какие бы менеджерские посты они не занимали, на весь мир продемонстрировали, что процессов реальной экономики абсолютно не понимают.
Предвидеть кризис было возможно? Какие внешние факторы и характеристики работы компании могут рассматриваться как ключевые индикаторы кризиса?
О приближении мирового кризиса говорил целый ряд фактов. Производство росло в «новых промышленных странах», а главные рынки сохраняли объем потребления в основном за счет кредитования населения. В связи с постепенным выносом из «старых индустриальных стран» (США, ЕС, Японии) многих промышленных предприятий, происходило неуклонное снижение реальной заработной платы, усиливалась тенденция к неполной и нестабильной занятости. Поддержание спроса стимулировалось за счет кредитов, дешевых благодаря перенакоплению капитала. Уже экономический кризис 2001 года показал, что дальнейшее развитие этого противоречия приведет к большим проблемам.
В 2007 году кредитное поддержание потребления обернулось «народным дефолтом» в США. Миллионы семей оказались неспособны платить по ипотечным кредитам. Банки понесли колоссальные убытки. Как только это из предположения сделалось фактом, биржа среагировала падением. Механизмы поддержания потребительского рынка за счет кредитов рухнули. Для США начался большой кризис, остальной мир ощутил в тот момент большей частью лишь финансовые трудности. Все это нами прогнозировалось, но поверить в возможность такого сценария мало кто оказывался морально готов.
Главные сигналы распространения кризиса сегодня это даже не биржевые падения, а состояние потребительских рынков. Ситуация тут выглядит безрадостно по всему миру: инфляция понижает покупательную способность людей, заражая кризисом внутренне рынки. В России девальвация рубля и доллара уже нанесла мощный удар по «среднему классу». Проценты по кредитам у нас велики и людям все трудней регулярно вносить деньги. Отсюда и кризис ликвидности отечественных банков. Обострение этого противоречия скажется на всей экономике, на каждой сфере: от услуг до производства. Т.е. прямо ударит по компаниям, работающим на внутреннем рынке.
Другой индикатор – цена на нефть. Даже если она еще некоторое время удержится в районе $60, то все равно упадет вслед за понижением производства. Это незамедлительно еще больнее отразится на сырьевых корпорациях, у которых очень много долгов. Объем мировой торговли снижается, падают заказы. В Китае и других странах промышленной периферии останавливаются фабрики, разворачиваются массовые увольнения. Склады ломятся от непроданной продукции. Процесс уже затронул российскую металлургию, угольную отрасль. Цены на сырье падают. Кризис повсеместно переходит в фазу поражения индустрии. Но, не смотря на весь масштаб происходящего, это лишь начало падения.
И все-таки о предвидении. Мне интересна механика. Как проще всего можно было определить приближение мировой дестабилизации?
Самый легкий вариант прогнозирования текущего кризиса состоял в анализе общемирового биржевого роста. Как правило, крупный рост фондовых рынков отражает сокращение для капиталов возможностей вложить средства в реальный сектор. В 2006-2007 годах фондовые рынки активно шли вверх, особенно это было заметно в странах лидерах: Китае, России, Бразилии и Индии. Из наблюдения за биржевым ростом можно было уже в начале 2007 года заключить – кризис не за горами.
Вопрос способен прозвучать иронично в связи со всем у нас происходящим, но можете ли вы привести примеры российских или иностранных компаний, которые смогли предвидеть кризис и извлечь из него пользу? Подобное вообще возможно?
О выигравших в результате кризиса пока рано говорить. Считалось, что российские сырьевые корпорации выигрывают от дестабилизации мирового хозяйства. Это оказалось неверно. Теперь российские монополии в числе проигравших, хотя еще вчера их менеджмент грезил нездоровым оптимизмом. Однако это не означает, что крупный капитал от кризиса проиграет. Наоборот уровень монополизма в мире возрастет за счет поглощений. Однако поглощать, а не поглощаться будут фирмы, которых финансово поддержит государство. Роль государства в экономике стихийно возрастает. Без его помощи почти немыслимо для корпораций сохранять прежние позиции или захватывать новые рынки, поглощая вчерашних конкурентов.
Безусловно, в сфере биржевых спекуляций выигравшие уже существуют, дестабилизация фондовых рынков открывает для ряда игроков огромные перспективы. Но здесь еще будет многое меняться. Те, кто, предвидя цепочку первых обвалов, выиграл, сбросив акции на пике, могут прогореть на других спекуляциях. Ясно одно: биржи будут неустойчивы, на этом можно играть. Однако в этой игре победители легко могут стать проигравшими.
Дата добавления: 2018-02-15; просмотров: 449; Мы поможем в написании вашей работы! |
Мы поможем в написании ваших работ!