Памятник комсомольцам-подпольщикам
Восстановление парка после
Великой Отечественной Войны
(желтым отмечены фотографии для фотопортфеля, а также некоторые вопросы, для разрешения которых требуется консультация научных сотрудников, либо доступ к определенным источникам информации, что представляется невозможным до выхода на работу)
В дневнике С.Н. Балаевой было вписано стихотворение:
1944г. Фронт.
…В молчаньи мы выбрались из хаоса развалин
И по крутым ступеням взошли на башню…
Знакомый с детства парк лежал под нами
И казался почти нетронутым….
Виднелся парапет кваренгиевой террасы
И только статуй на ней не видно было.
Шум войны уже ушел отсюда
И не слышно было ни стука пулемета
Ни свиста летящей мины, ни грохота разрывов,
Было тихо. Так тихо, как бывает лишь во сне
Или на поле боя, когда на время смолкнет бой….
В январе 1944 года парк лишь на первый взгляд или взгляд с башен дворца казался нетронутым, на самом же деле он действительно был местом боя: с вырубленными деревьями, взорванными мостами, разрушенными павильонами, уничтоженными при создании оборонительных укреплений газонами, изрытый воронками от снарядов и траншеями. Смолкли бои за освобождение Гатчины, начинался новый бой за возрождение ансамбля.
Парк еще в первые месяцы войны подвергался нападению с воздуха и артобстрелам. 15 августа на плац перед дворцом буквально в 10-12 метрах от крыльца, (то есть прямо на том месте, где мы сейчас находимся) упала первая бомба. Снаряд весом в 1 тонну образовал воронку глубиной в 8 метров (для сравнения высота потолков в парадных залах 6 метров) (ФОТО, см. материалы Кирпичниковой)
Это было только начало. Всю вторую половину августа и сентябрь шел обстрел тяжелой артиллерии через дворец. Бомбы падали на плацу, в парке, во дворах каре, было несколько прямых попаданий во дворец.
Почти сразу после освобождения сотрудники Гатчинского дворца приступили к разборке завалов и расчистке территории.
Вскоре плац, всегда бывший местом проведения парадов и других торжественных мероприятий, снова стал выполнять свою роль.
К 9 мая 1945 года украсили фасад дворца, обновили зелень на могилах (тогда еще на плацу находилось братское захоронение красноармейцев, погибших во время Гражданской войны, впоследствии оно было перенесено на городское кладбище на ул. Солодухина) На плацу перед дворцом были митинг и гуляние, а 17 июня 1945 состоялось торжественное открытие парка, и вечером на плацу были устроены танцы, а на балконе Белого зала играл оркестр. Зеленые тенистые аллеи наполнились движением голосами, музыкой и смехом, среди гуляющих было много ленинградцев, приехавших отдохнуть и полюбоваться чарующими картинами наших парков – писали газеты День этот был ясный, солнечный, все прошло удачно, весело, у всех создалось впечатление праздника, а основные гуляния прошли в придворцовых садах.
Голландские сады (ФОТО вид на дворец со стороны голландских садов, 1944)
Голландские сады были разбиты при Павле Петровиче и получили свое название за схожесть с голландскими садами, украшавшимися тюльпанами, символом Голландии, и другими цветами. Позже, в 19 веке, в Нижнем Голландском саду были высажены кусты сирени, которую любила супруга императора Александра III Мария Федоровна. Планировка Голландских садов с прямыми дорожками, газонами и голландскими (?) тюльпанами была восстановлена в 70-х годах. В результате с территории Нижнего сада были убраны кусты сирени, расчищены дорожки Верхнего сада. Это было началом большого и очень важного пути.
В то время Дворцовый парк имел статус «Парка культуры и отдыха», поэтому одной из главных задач для сотрудников тогда было восстановить статус парка как музея-заповедника. Была начата работа по подготовке документации и восстановлению музейных объектов: исторической планировке целого ряда районов. В результате парку вернули статус музейного. И появилась возможность финансирования в таком направлении. Но эта кропотливая работа ведется до сих пор. Статус музея-заповедника, а не просто городского парка, нацеливает сотрудников сохранять его исторический облик, восстанавливать утраченное, реставрировать пострадавшее.
В VXIII веке для украшения Голландских садов Павлом I была специально заказана скульптура итальянских мастеров. В начале Великой Отечественной войны скульптура была укрыта деревянными щитами и оставлена в Нижнем Голландском саду на своем месте. Четыре статуи с незначительными утратами пережили войну. Исключением стал Сатир, от него остался только торс (проверить у научн. сотрудника версию про прямое попадание бомбы). (фото: материалы хранителя скульптуры, статья о реставрации) Уже в наше время, в конце XX-начале XXI веков, эти чудом уцелевшие произведения XVIII века периодически подвергались нападениям и разрушениям современных вандалов. В итоге, в целях сохранности, статуи пришлось убрать в хранилище музея, где они и находились до недавнего времени. Только в 2014 году завершилась реставрация и воссоздание утраченных частей четырех статуй Голландских садов. После чего было произведено их копирование в натуральную величину. Чтобы история не повторилась, и подлинная статуя вновь не стала объектом разрушения, решено было выставить в Саду копии скульптур. Оригиналы находятся в стенах музея.
(Балаева, 12 мая 1944 в голландском саду найдены куски разбитой статуи Аполлона – какого, откуда?)
Собственный сад
После освобождения Гатчины работы в парке начались именно с расчистки Собственного сада.
Он был создан при Павле Петровиче для отдыха императорской семьи. Здесь можно было увидеть все затеи регулярных садов – деревья с кронами правильной геометрической формы, прямые лучи дорожек, галереи - берсо, увитые зеленью, скульптуру итальянской работы.
В центре на круглой площадке – статуя Флоры, окруженная гермами. В 1941 году гермы были закрыты для сохранения деревянными щитами, внутрь которых был насыпан песок, а статуя Флоры была захоронена рядом со своим пьедесталом. Тогда же в земле Собственного сада были захоронены в ящиках произведения искусства из Гатчинского дворца: античные бюсты из Белого зала (Антиной и Каракалла), бюст Николая I, бронза (часы, стенники, канделябры). Уже в 1944 году они были подняты, открыты гермы, статуя Флоры вновь заняла свое место. (ФОТО установка статуи, архив ГМЗ)
К лету 1945 года Собственный сад вновь принял практически довоенный вид: устроены клумбы, подстрижены шпалеры. В день открытия парка Собственный сад был в центре торжеств. На площадке собственного Сада играл духовой оркестр, на террасе Павла I состоялся концерт самодеятельности.
Вскоре из Собственного сада будет расчищен ход на башню, куда будут водить экскурсии. (При разборке завалов будет обнаружен неразряженный снаряд). Терраса Павла I в Собственном саду будет использоваться как читальня, а на площадке Собственного сада даже одно время стояли шезлонги, они имели успех у публики, но вскоре их уберут как несоответствующие духу времени.
В саду регулярно проходили экскурсии. Иногда случались и ляпсусы. Так, однажды, как раз во время визита проверяющего из Ленгорисполкома, экскурсовод С. И. Филипповская перелезла в Собственный сад через забор. После этого случая было велено его открыть и поставить охрану.
В 1951 году надежды на восстановление дворца как музея рухнули, он был передан военно-морскому ведомству. В сентябре 1951 года сотрудники дворца (по иронии судьбы практически ровно через десять лет после того, как им впервые пришлось оставить Гатчинский дворец) в последний раз сфотографировались в Собственном садике. «Сдаём дворец вместе с Собственным садом, скульптурой в нем. Возможно, Собственный сад удастся вернуть», – запишет в своем дневнике научный сотрудник и экскурсовод Елизавета Александровна Фаас.
Состояние Собственного сада в ведении Военного ведомства вызывало сильное беспокойство сотрудников музея, но сделать было ничего невозможно, так как Сад не являлся музейным объектом, а был практически секретной, закрытой территорией. Так продолжалось до тех пор, пока в голову музейным сотрудниикам не пришло решение проблемы: сотрудник дворца И. А. Алаберг был устроен на ¼ ставки сторожем в Собственный сад в Военное Ведомство, и смог, таким образом, обеспечить должный уход.
В 1968 году главным хранителем парка стала А.С. Ёлкина, которая после тщательной подготовки развернула в 80-х годах обширную работу по восстановлению исторической планировки Собственного сада, и он вновь принял облик конца XVIII века.
Так парк медленно, но все же начинал вновь принимать тот вид, который он когда-то имел.
Карпин пруд
В 2017 году возродили еще одну традицию времен Павла I: в Карпин пруд запустили 400 карпов до 2 кг весом каждый. Считается, что карпов разводили в пруду еще первые владельцы Гатчинского дворца. Потому за водоемом и закрепилось подобное название. Заняв Гатчинский дворец, революционные матросы закидали пруд гранатами и уничтожили карпов. А ведь на протяжении всей своей дореволюционной истории пруд был излюбленным местом царской рыбалки (впрочем, и в наше время через день после запуска рыбы на берегах пруда радостно собрались гатчинские рыбаки, пришлось бдительной охране отстаивать стоящую на балансе рыбу). Кормили карпов в царское время, приманивая звуком колокольчика. Эту традицию тоже пытаются восстановить: каждый день примерно в полдень на берег Карпина пруда приходит сотрудник парка с ведром специального рыбного комбикорма, кидает корм в воду и звонит в колокольчик, но пока результата нет: карпы учатся.(что сейчас? получилось?)
Пруд соединяется с озером Белым протоком-каскадом, над которым в XVIII веке был перекинут Карпин мост. Во время ВОВ этот район и район Адмиралтейства за ним сильно страдали от обстрелов. Уже в конце августа 1941 упавшая на спуск Карпиного пруда бомба срезала насыпь, ведущую на мост. В 1944 году отступавшие захватчики Гатчины взорвали практически все крупные мосты парка, и Карпин мост не стал исключением. При воссоздании реставраторы использовали елизаветинский изестняк и таллинский доломит. Их цвет очень близок местным известнякам, которые применялись при постройке в то время. Строительные работы и благоустройство территории были завершены в 1993 году.
ЛОГИЧЕСКИЙ ПЕРЕХОД: через известняк на фасадах (узнать подробнее).
ИОРДАНСКИЙ ФАСАД (ФОТО иорданского фасада дворца, после 1944 (Макаров, Петров Гатчина, оригинал - архив ГМЗ)
На этой известной фотографии – Северный фасад Гатчинского дворца. Так он выглядел после освобождения Гатчины. Выходит он на Серебряный луг, получивший название из-за близости к Серебряному озеру.
Эта территория в 1944 была богата на находки, к сожалению, в основном печальные: были обнаружены черепки ваз Китайского фарфора, найдена разбитая на куски мраморная статуя Эрота, по-видимому, выброшенная из окна дворца.
Здесь, как и в Собственном саду и на плацу, в 1941 году сотрудники дворца захоранивали скульптуру. На Серебряном лугу были зарыты статуи, украшавшие Иорданский фасад дворца, 3 статуи из Греческой галереи и скульптура Белого зала – «Египтянка» и «Египтянин». Все они были подняты на поверхность уже сентябре 1944 года, после освобождения Гатчины, тогда обнаружилось, что скульптуры потускнели, с них сошла полировка, но несмотря на незначительные поломки, они были целы.
Пережил войну и старый дуб-солитер (в путеводителе - пострадал ?) В XVIII веке для получения широкой кроны и массивного ствола высаживали сразу несколько молодых деревьев, которые впоследствии срастались друг с другом. Таким образом, был выращен и этот дуб. Сейчас это одно из старейших деревьев в парке, ему более 230 лет, однако до сих пор его живописная крона зеленеет каждую весну. Так было и в июне 1945, когда состоялось торжественное открытие парка. К этому дню С.Н. Балаева с сотрудниками подготовила парковый этикетаж – таблички рядом с достопримечательностями парка. Что интересно, был сделан и дендрологический этикетаж (то есть табличками отмечались наиболее примечательные с точки зрения истории (?) или биологии растения), появилась такая табличка и у дуба-солитер. (единственная в нашем парке на сегодняшний момент) (ФОТО таблички у дуба, архив ГМЗ)
В августе 1941 года артиллерия была поставлена в парке (карта М. Кирпичниковой. Где стояла артиллерия, оригинал есть?).
Зеленый массив
С. Н. Балаева постоянно сообщает в своих дневниках о сброшенных в парке бомбах. В результате артобстрелов и бомбардировок с воздуха парк сильно поредел, множество деревьев было вырублено на создание дзотов и блиндажей, повсюду зияли воронки, траншеи и канавы. Особенно много погибших деревьев было в районе Кухонного каре и по дороге к Лесной Оранжерее (то есть той части, где мы сейчас находимся). 9 сентября, именно в тот день, когда музейным сотрудникам пришлось оставить Гатчину, один из снарядов повредил башню Кухонного каре, другой взорвался у столетнего дуба под окнами Чесменской галереи (фашисткая артиллерия вела в этот день интенсивный обстрел города и района дворца).
Летом 1945 была начата и закончена осенью 1946 инвентаризация (сложный термин, заменить на «перепись»?) зеленого массива .
Война уничтожила в парке около 7000 деревьев. Ровно столько же остались здоровы. К сожалению, большая часть (ок 60%,более 9000) деревьев , насчитывающихся в тот момент в парке (16238 шт.) были больны или находились в угрожающем состоянии. И цифра эта увеличивалась с каждым годом. «Парк редеет», – с болью отмечала Балаева.
В последующие года приходилось убирать сотни деревьев, получивших осколочные травмы. Такие деревья слабели, хирели, погибали, не могли противостоять заболеваниям и сильным ветрам. В 1948 году на Гатчину обрушился ураган. Он сломал в парке 362 дерева и повредил крышу на Павильоне Венера. Как потом выяснилось, 90% упавших деревьев были повреждены в военное время осколками снарядов, а вполне здоровых среди упавших во время урагана было всего несколько штук. И даже в 70х гг. при выявлении короедных и сухостойных деревьев, во время спиливания часто выходила из строя бензопила. Она натыкалась на осколки снарядов военного времени, застрявшие в стволах деревьев, что сначала ослабляло их, а потом и приводило к их преждевременной гибели.
Учитывая такие потери необходимо было восстанавливать зеленый фонд. И восстановление началось еще 1945 году. Парк пополнялся ежегодно молодыми деревьями. За первые послевоенные 12 лет было высажено около 12000 деревьев (11896, если быть точным). Каким образом это происходило тогда? Поначалу при обходе парка искали участки, где поднимался хороший самосев – клены, ясень, они становились хорошим посадочным материалом через 4-5 лет. А в 1949 году (в кв. №1?) был заложен свой древесный питомник.
Позже, в 60-е годы была проведена (Елкина) подеревная инвентаризация, каждое дерево было пронумеровано. На сегодняшниий момент каждое дерево в парке – такой же экспонат, как и, например, скульптура. Поэтому даже по поводу сухостойного дерева или дерева, пораженного болезнями, музей не имеет права принять единоличное решение. На снос каждого дерева необходимо получить разрешение КГИОП
На данный момент посадочный материал поступает из (Откуда поступает посадочный материал сейчас? – узнать у Алексеевой О.Н.)….но для того, чтобы высадить любое дерево, даже в качестве замены погибшего , необходимо создавать проект, что, конечно, требует и денег, и времени.
Посади дерево в парке.(материал по устному разговору, требует утверждения и проверки Алексеевой О.Н,)
Наряду с восстановлением зеленого массива постепенно шло восстановление исторической планировки парка.
Графин
Район парка, где мы остановились, имеет регулярную планировку. Его очертания на плане напоминают графин, что и дало ему соответствующее название. Горлышко графина направлено к воде Белого озера, а внутри графина еще в XVIII веке была создана сеть дорожек, где были устроены игровые затеи, качели и карусели. С игровой площадки открывался прекрасный вид на Павильон Венеры.
Павильон Венеры, который мы видим на противоположном берегу озера, один из наиболее ярких символов Гатчинского парка. Легенда гласит, что во время заграничного путешествия по Европе цесаревич Павел Петрович увидел эту парковую затею и пожелал, чтобы нечто похожее появилось в его любимой Гатчине, что и было осуществлено.
В годы ВОВ подлинный Павильон XVIII века, находившийся на виду, в ежедневно обстреливаемом парке, уцелел, а вместе с ним уцелел и огромный плафон «Триумф Венеры», который оставался в Павильоне (в тех условиях плафоны невозможно было эвакуировать, теперь в Павильоне единственный на данный момент подлинный плафон того времени, находящийся на своем историческом месте). И все же, памятнику требовалась реставрация: значительные повреждения получили паркет, росписи стен и живописный плафон. Стены и колонны были пробиты осколками артиллерийских снарядов (в целом, процент поражения оценивался как двадцать процентов). Сотрудниками музея была проведена подготовка к реставрации павильона в 1947 году (судьба реставрации?).
Тем не менее павильон активно использовался и украшал досуг посетителей - летом там находилась Читальня и устраивались небольшие выставки. (Читальня в Павильоне Венера, фото, есть Макаров Петров, стр287архив ГМЗ)
В мае 1963 года в Павильоне Венеры произошел локальный пожар, но уже к 1965 году павильон был восстановлен. (Уточнить Ирины Эдуардовны про 2000 чел. в день). В 2006-м (?,когда началась) прекрасный памятник был подожжен с воды, в результате пожара, он пострадал и внутри, в том числе от воды, которой тушили пожар – она лилась на драгоценный плафон. В результате открытие Павильона отсрочилось еще на три года – реставрация была закончена в 2010 г.
В отличие от пережившего все невзгоды павильона Венеры, Турецкая беседка, возведенная у дна графина, не сохранилась
У дна графина при Императоре Павле I был возведен шатер, носивший название Турецкой Палатки. Позже, XIX веке, сильно обветшавшее сооружение было разобрано и на его месте возвели трельяжную беседку, которая и просуществовала в парке до начала 1920х гг. Следы первоначальной планировки этого района еще сохранялись после войны и мысль о ее восстановлении возникала неоднократно.
В 1968 году хранителем Гатчинского парка стала легендарная А.С. Елкина, которой наш музей во многом обязан своим существованием (фото?). На тот момент парк числился среди рядовых парков культуры и отдыха. Целью Аделаиды Сергеевны стало сохранение парка именно как памятника ландшафтной архитектуры 18 века. Делом это было нелегким, но все же ей удалось перевести парк в музейную категорию.
Первым делом было необходимо провести геодезические работы. Аделаида Сергеевна привлекла специалистов института имени Докучаева и так называемых общественников – интеллигентов крупнейших заводов Гатчины, которые работали на добровольных началах в свои выходные дни. Раскопали тогда и планировку Графина. Для начала здесь пришлось разобрать солидный деревянный танцевальный зал. Одним из важных достижений А.С. Елкиной было устранение в парке сооружений, не относящихся к его историческому наследию. Всякого рода самодельные веранды, сараюшки в самых прекрасных панорамах и на видовых осях заслоняли совершенство парковых картин. Дело было нелегким, как говорила Аделаида Сергеевна: «по каждому сараю всегда находили объяснение, почему именно его надо оставить и почему без него никак нельзя полноценно отдыхать трудящимся».
Но постепенно из первого пейзажного парка России исчезали и домик для моржей, и кафе, и странного вида киоск, в котором продавали горячительное, и спортивные площадки на территории Ботанических садов.
Пустовавший павильон( фото ? архив ГМЗ),правда, успел еще послужить делу восстановления парка: именно в нем какое-то время хранились найденные аквалангистами на дне Белого озера статуи с Террасы пристани вместе с фрагментами самой террасы. (история со статуями, книга Ёлкиной С.104-110)
Вскоре был вскрыт весь затейливый рисунок дорог и площадок, обнаруженный под слоем дерна. (чертеж планировки района - проект турецкой палатки) Была возрождена кружевная сеть дорог и газонов, образующих форму графина. Особенно красива была эта композиция сразу после реставрации района, когда взошла и укоренилась на фигурных площадках газонная трава. Реставраторы засеяли газоны не просто газонными семенами, а растениями, максимально приближенными к истории. «И травы цвели друг за другом от снега до снега», – писала А.С. Ёлкина в своих воспоминаниях.
Лесная оранжерея
Дорога, идущая от дворца к Ферме, приводит к Лесной Оранжерее. Н. Е. Лансере называл её «первоклассным сооружением» и отмечал, что оранжерея и по своей внешности, и по стилю напоминает постройки XVIII века во Франции или Англии. Построена она была в 1794-1796 годах на месте старой оранжереи орловских времён. Имя создателя точно неизвестно; предполагается, что это мог быть Винченцо Бренна. В оранжерее выращивались декоративные и тропические растения, в том числе лавровые деревья. После постройки оранжереи садовым мастером Джеймсом Хаккетом был перепланирован окружающий участок парка; вырыт сохранившийся и поныне овальный пруд. Западнее Лесной оранжереи в 19 в. сформировался комплекс из ещё девяти оранжерей, занявший площадь почти в 10 гектаров. Там же находились жилой корпус и службы.
Мирная, без происшествий жизнь оранжереи продолжалась вплоть до начала Великой Отечественной войны. С. Н. Балаева писала в своем дневнике, что в августе 1941 г. в Лесной оранжерее разместили красноармейцев, для ночлега которых были выделены коврики. В период немецкой оккупации Гатчины оранжерея была сожжена захватчиками, а пристройка с задней стороны полуразрушена.
В августе 1945г. обмерами здания занимались студенты-практиканты Академии Художеств. В первое послевоенное десятилетие неоднократно поднимались вопросы о восстановлении Оранжереи и её использовании. В декабре 1950 г. директором ГДМ А. Г. Демидовым ставился вопрос о реставрации Лесной оранжереи в качестве павильона-читальни, в 1951 г. обсуждался проект обустройства в ней пионерлагеря, затем Дирекции парка на двух этажах, в 1955 г. − кинолектория. Этим планам не суждено было воплотиться в жизнь. С. Н. Балаева отмечала, что подобные проекты отклоняли из-за того, что Оранжерея находилась в глухой части парка. С тех пор здание законсервировано…
Амфитеатр
За лесной Оранжереей, приблизительно на половине расстояния между Дворцом и Фермой, располагается Амфитеатр – сооружение, не имеющее аналогов в русском паркостроительстве XVIII века. «Русский Леонардо», архитектор Н. А. Львов действительно создал здесь, на ровном месте, подобие древнеримского амфитеатра – арену, окруженную высоких земляным валом. Создавался Амфитеатр в последние годы XVIII в., одновременно с Приоратским дворцом, и, по задумке Львова, предназначался для «каруселей» - театрализованных зрелищ, внешне напоминающих рыцарский турнир. В письмах Львова он также назывался «Крепостным строением» или «Земляной крепостью». Земляной вал прорезают 2 прохода и 2 проезда на арену. В районе проездов вал укреплен подпорными стенами из пудостского камня. На верхние места амфитеатра ведут также 8 каменных лестниц. Местами для зрителей служили дерновые скамьи, уступами спускавшиеся к арене. Однако, строительство Амфитеатра не было закончено из-за преждевременной гибели императора. По проекту 1798 г. предполагалось также засадить вал по верху густой шпалерой из лип, в просветах которой находились бы статуи на пьедесталах пудостского камня. Эти пьедесталы так и стоят до сих пор на четырех встроенных в земляной вал площадках. Лестницы планировалось украсить золочеными вазами, а саму арену – плоскими чашами-курильницами. В стенах проездов сохранились металлические пятники, на которые должны были быть навешаны ворота с золоченными вензелями Павла I. Так и недостроенный, Амфитеатр постепенно пришёл в упадок: дерновые скамьи осыпались, на валу выросли деревья.
В первые послевоенные годы разрабатывались проекты восстановления Амфитеатра. Так, в октябре 1950 г. этим занимался архитектор Л. К. Абрамов. Весной 1952 года С. Н. Балаева и её коллеги производили обмеры сооружения, составляли архитектурно-реставрационное задание. Летом того же года Амфитеатр обследовался Э. А. Тихановской для определения кладки земляных уступов на внутреннем откосе. В то время рассматривался проект создания в Амфитеатре детского городка, но и он не был реализован. С тех пор никаких серьёзных работ не проводилось, и это интереснейшее сооружение продолжает ждать реставраторов.
Тем не менее, Амфитеатр не всегда пустынен в наши дни. Здесь проходят представления во время фестивалей «Ночь Света в Гатчине», джазовые концерты и др. мероприятия, что напоминает о его первоначальном предназначении для театральных зрелищ, пусть и не всегда рыцарских. (проверить, все ли корректно)
Колонна Орла
Недалеко от Амфитеатра, близ дороги, на насыпном холме возвышается Колонна Орла – старейшее из сохранившихся сооружений парка. Легкая, стройная колонна из каррарского мрамора на четырехугольном постаменте белого сибирского мрамора увенчана фигурой Орла, входившего в родовой герб первого владельца дворца и парка – Григория Орлова. Проект колонны принадлежал Антонио Ринальди. Изготовлена она была в мастерских Исаакиевского собора и привезена в Гатчину в 1770 г. вместе с базой и капителью на 77 лошадях. В 1859-1860 гг. обветшавшая колонна была разобрана и фактически воссоздана из нового мрамора. Впоследствии, колонна повреждалась в 1917 г. и во время Великой Отечественной войны. Основной удар на себя принимал орёл – в революционные годы ему отбили выстрелами голову и крылья, после Войны он вовсе напоминал бесформенный кусок мрамора.(фото?) В ходе реставрации 1972 года скульптор А. В. Головкин выполнил мраморную копию фигуры Орла и гипсовую отливку с неё, которая и была водружена на вершину колонны. Вандалы, однако, продолжали покушаться на фигуру вплоть до начала XXI в. Сейчас колонна вновь отреставрирована.
Павильон Орла
Обратив свой взгляд от Колонны Орла на восток, в сторону Белого озера, мы увидим в конце просеки Павильон Орла, возведенный, предположительно, В. Бренной в 1793-96 гг. Пять пар колонн из серого с прожилками мрамора поставлены полукругом на высоких постаментах. Позади них – глухая стена с полукуполом, украшенным кессонами.
Первоначально павильон назывался «Темпль», от французского temple – храм. Именно так назывались цитадели рыцарского ордена тамплиеров, а Павел Петрович был большим поклонником рыцарской культуры. До войны на полукруглой колоннаде павильона находилось изображение коронованного одноглавого орла, держащего щит с вензелем Павла.
В годы Великой Отечественной войны павильон серьёзно пострадал из-за взрыва возле него фугасной бомбы. Комиссия по расследованию злодеяний фашистских захватчиков в своем акте отметила, что «павильон Орла разрушен на 50%»: повреждена почти вся колоннада, две колонны были сброшены в озеро, обвалился антаблемент; полукупол и стены были изрешечены осколками снарядов, разбилась скульптура орла (ее фрагменты находятся сейчас в запасниках музея)
В первое десятилетие после войны производили работы по консервации и укреплению, решался вопрос реставрации павильона, восстановление которого началось только в 1969 г., с приходом в Гатчинский парк А. С. Ёлкиной.
Проект восстановления был создан архитектором А. Н. Наумовой. Со дна были подняты уцелевшие фрагменты колонн, но их было недостаточно, поэтому были поставлены новые блоки из Рускеалы. Не обошлось без курьёза: мрамор для Павильона отвезли в пушкинские мастерские каменотёсов, где их обработали и благополучно пустили на реставрацию памятника Ланскому. Поиск материала пришлось проводить заново…8 В 1972 г. реставрация Павильона завершилась, но орёл на него так и не вернулся – тогда, возможно, по идеологическим причинам. В наши дни Павильон законсервирован, он ждёт повторной реставрации.
Недалеко от колонны Орла находятся Сильвийские ворота, за которыми после ВОВ был устроен мемориал в память о 25 комсомольцах-подпольщиках.
Памятник комсомольцам-подпольщикам
Остановись и слушай в удивленьи
На миг установившуюся тишь.
Торжественное, строгое мгновенье,
Как будто рядом с вечностью стоишь,
Как будто жизнь предстала в новом свете,
И ты увидел ясно у воды,
Заросшие травою два десятилетья,
В грядущее широкие следы.
Они здесь шли под шелком небосвода
В последний свой,
недолгий, смертный путь
В июньский день сорок второго года,
Чтоб навсегда в бессмертие шагнуть.
Стихотворение написано в 1968г. ко дню открытия памятника, у которого мы с вами находимся.
Появлению этого памятника предшествовала трагедия.
13 сентября 1941 года началась оккупация Гатчины (Красногвардейска). В этот день наши воинские части с тяжёлым сердцем покидали наш прекрасный город-музей, город дворцов и парков.
А с другой стороны в Гатчину уже входили немецкие войска. Началась 866-дневная оккупация города со всеми её неотъемлемыми чертами: голодом, унижениями, заложниками, казнями, избиениями и пытками, которые сопровождали население города ежедневно.
Некоторые девушки, их были единицы, начинали заводить романы или просто флиртовать с немецкими солдатами и офицерами, в надежде получить лишний кусок хлеба.
Поэтому не трудно представить себе, как смотрели на таких девушек обычные жители, попавшие добровольно или волею судьбы в оккупацию.
Вот среди таких девушек и была замечена Надя Фёдорова. Обаятельная, с озорной улыбкой, заводила молодёжных компаний. До войны она выступала в местном драмкружке им. Некрасова и многие ей пророчили артистическое будущее (Фото).
Никто бы и подумать не мог, что эта кокетка, проводящая не мало времени среди немецких офицеров и работавшая кладовщицей на немецком аэродроме, собирала ценную информацию и передавала её в Ленинград.
Немцев не смутило, что Надя и её подруги были комсомолками. А Надя тем временем посещала различные мероприятия, где можно было завести нужные знакомства с немцами и используя своё обаяние выведывала всё новую и новую полезную информацию (Фото).
Кто знает, возможно среди этих гуляющих на празднике девушек есть Надя Фёдорова
Вскоре немцы заметили, что советская авиация бомбовые удары наносит всё точнее и точнее.
Активизировалась работы немецких провокаторов среди местного населения. Но, на след отважных комсомольцев-подпольщиков сразу выйти не удалось.
По рассказам ленинградского писателя-документалиста Н.В. Мосолова в феврале 1942 года оперативный дежурный Балтийского флота сообщил Командующему, что получил сообщение от радиста с оккупированной территории о скоплении эшелонов с техникой и боеприпасами на железнодорожной станции Гатчина.
Сообщал наш агент "Перепёлка", а это был позывной Нади Фёдоровой. В конце же радиограммы открытым текстом подпись "Прощайте. Надя с аэродрома".
Стало понятно, что если агент говорит открытым текстом, то он идёт на самопожертвование оценив масштабы предполагаемых немецких потерь на железнодорожной станции Гатчина.
Через час 19-ая отдельная артиллерийская батарея моряков обрушила на гатчинский железнодорожный узел такой мощный огонь, что немцам удалось восстановить движение на этом участке только через неделю.
Однако, в этот раз всё каким-то чудом обошлось, и Надя продолжила свою опасную работу.
Помимо передачи данных Надя и еще несколько комсомольцев-подпольщиков участвовали в подготовке побега военнопленных из лагеря ДУЛАГ-154 с трофейным оружием, которое группа должна была похитить у немцев.
Это была очень дерзкая затея. Для совершения этой акции требовались дополнительные новые участники.
На беду решение привлечь людей со стороны стоило срыва операции и жизни комсомольцам-подпольщикам.
Так получилось, что к данной акции была привлечена профессиональная воровка, Вера Воронцова, которая была заранее завербована немцами для борьбы с подпольем.
Всю группу, планирующую данную акцию арестовали, зверски пытали и 30 июня 1942 года расстреляли у стены парка близ Сильвийских ворот.
Всего было расстреляно 25 человек. Почти все комсомольцы. Ребята и девушки были так избиты и истерзаны, что многих перед казнью было не узнать. Похоронены герои были там же, у стены.
В 1963 году пионеры школы №4 призвали к сбору средств на сооружение памятника в парке "Сильвия" на месте расстрела 25 героев-антифашистов. 31 мая 1963 года, в день открытия мемориальной доски в честь 25 героев, в парке "Сильвия" состоялся пионерский парад. На месте гибели героев пионеры дали торжественную клятву свято чтить память борцов за народное счастье.
Сбор средств и строительство памятника - это долгая история: памятник поначалу был задуман иначе: предполагали поставить на площади нечто грандиозное, монументальное. Но потом было выбрано это место в парке у Сильвийской стены, недалеко от места расстрела. И стало ясно: чтобы не нарушать общей гармонии, памятник должен быть более простым, скромным.
Открытие памятника 25 гатчинским комсомольцам-подпольщикам, погибшим от рук гитлеровских палачей, состоялось через 5 лет, 24 октября 1968 года
Над памятником работал Алексей Алексеевич Королюк, известный скульптор. Работал он с архитектором В.С.Васильковским. Создавать памятник скульпторам помог кузнец Кирилл Васильев, вместе с учеником - архитектором-художником Смирновым (это над окончательным памятником?)
К старой стене выступом была пристроена новая из таллинского известняка. На ней выбито 25 фамилий героев. на фризе надпись "Памяти героически павших 30 августа 1942 года 25-ти гатчинских комсомольцев-подпольщиков".
Стену украшают два кованных венка из железа, необычных венка. В правом верхнем углу - ветка плачущей ивы. Это скорбь, грусть. Второй венок овальной формы. Не лавр и дуб, а декоративное растение с большим цветами составляют его. Среди листьев - шипы. Ведь борьба их была славной, но трудной, трагической. Перед стеной высажены алые цветы. Это бессмертие. Рядом - склоненная девушка. Тонкая, юная. У нее впереди светлое будущее и от имени всего грядущего она благодарит за жизнь, за счастье. В руке она держит ветку с большими цветами. Среди листьев - шипы. Значит, по первому призыву все лучшее будет отдано Родине.
Со временем сошла позолота с имен героев – подпольщиков, но каждый год в мае, июне и сентябре у памятка алеют свежие красные гвоздики.
Не будем и мы забывать об этой традиции. (если получается – возложение цветов)
Памятник героям-комсомольцам получил новое продолжение своей идеи в 80-х гг. 2 октября 1987 г. "Гатчинская Правда" опубликовала заметку-призыв "Музей ждет единомышленников",в которой говорилось: "Гатчинцы, кому дорог наш город, его история, кто имеет в своих домашних архивах материалы военной биографии гатчинского комсомола, просим оказать помощь новому музею, посвященному подвигу 25 героев-подпольщиков, обращаться в отдел учащейся молодежи Гатчинского горкома ВЛКСМ..."
Музей был создан и 26.01.1989 г. торжественно открыт. Этот момент сфотографировал Б.И.Куликов (фото?).
Экспозиция музея расположилась в домике-сторожке возле Сильвийских ворот, но просуществовала недолго. Перестроечное время уничтожило музей. Бесхозная сторожка выгорела, заколочены двери и окна.
Варианты логического перехода (в зависимости от желания и наличия времени)
1. В XVIII веке гость, проходя через Сильвийские ворота, неожиданно попадал из пейзажного парка в регулярный: с газонами, боскетами, сложной системой дорожек и садовых затей. Следы этой старой, регулярной планировки Сильвии сотрудники музея обнаружили летом 1950 г., доказав, что она не осталась проектом, а была выполнена в натуре. Однако, восстановление Сильвии как регулярного парка сочли слишком трудоёмким, требующим замены почти 90 % насаждений и огромного труда по последующему уходу. Поэтому сегодня от былой планировки можно увидеть лишь тройную аллею, обсаженную елями. Центральная аллея выводит к реке Колпанке, на берегу которой расположены здания Фермы и Птичника.
2. В стихотворных строках, которые мы услышали в начале остановки речь шла о реке, которая является природным украшением Сильвии. На берег этой реки мы сейчас отправляемся.
Птичник
Еще во времена Григория Орлова на берегу реки Пильной, в дальней части Гатчинского парка, был построен небольшой дом. В нем разводили фазанов для господского стола.
С переездом в 1797 году из Царского Села “разных рыб и птиц” встал вопрос о строительстве нового помещения. Проект нового дома для птиц разработал Андреян Захаров. Архитектор учел тот факт, что на противоположном берегу реки уже стояла Ферма и спроектировал здание, создавшее единый архитектурный ансамбль. Первые два десятилетия Птичник активно использовался по назначению. В нем выращивали лебедей, павлинов и других экзотических птиц для украшения парка, а фазанов, уток, кур – для нужд царской кухни.
В дальнейшем, вплоть до середины XIX столетия, здание находилось в заброшенном состоянии. Грунтовые воды подмыли фундамент, по стенам пошли трещины, кровля частично обрушилась. В 1844 году здание полностью разобрали и перестроили под руководством архитектора Алексея Байкова.
В годы Войны Птичник получил незначительные повреждения. В первые годы после неё он находился в ведении военных, а в 1949 г. передан музейщикам.
В Птичнике до начала 1980-х гг. размещалась администрация Дворца-музея и парка, а также реставрационные мастерские. Именно здесь, в Птичнике, и работала первые годы А.С. Ёлкина. В своих воспоминаниях она описывала путь от Черных ворот (фото), через которые вы сегодня сможете покинуть наш парк, до Птичника, где находилось её место работы. Здесь же, в Птичнике, разбирая бумаги, которые планировалось сдать, как макулатуру, она обнаружила дневники С.Н. Балаевой, ставшие важнейшим источником для создания нашей экскурсии. В 1983 году Птичник сгорел во время случайного пожара. Внешне его отреставрировали к 1987 г. и даже сделали крышу. Однако, было неясно, что с ним делать дальше, поэтому здание законсервировали, заложив двери и окна обыкновенным красным кирпичом. Позднее кто-то унес и кирпич, и ж/б плиты перекрытий, не говоря о крыше.
Администрация переехала во Дворец, но ряд отделов продолжал оставаться на Ферме. По воспоминаниям почетного работника ГМЗ И.Я. Жилиной, руководителям отделов порой приходилось по нескольку раз за день перемещаться от дворца до Фермы и обратно, так как бухгалтерия оставалась в этой части комплекса. Новая страница в истории Фермы открылась уже в XXI веке, когда из административно-хозяйственных задворок она не только стала превращаться в оригинальное музейно-выставочное пространство, но и отчасти возвратилась к своим первоначальным функциям, задуманным императором Павлом I.
Ферма
Вход с изнанки от колодца.
В 2013 году в нашем музее был организован отдел «Сильвия», и началось возрождение Дворцовой фермы. Заведующей отдела все эти годы является Тамара Федоровна Паршкова (фото). Сложно оценить по достоинству личный вклад этого человека в возрождение дворцового парка. Уже много лет Тамара Федоровна трудится на благо людей в сфере культуры. В коллектив Гатчинского дворца она пришла в 1985 году на должность экскурсовода, и, по ее воспоминаниям, особая атмосфера и всеобщее желание скорейшего возрождения дворцово-паркового ансамбля заряжали его работников необыкновенным энтузиазмом. В настоящее время работы по реставрации комплекса Фермы продолжаются под её руководством. Во время прогулки по Ферме мы сможем познакомиться не только с возрожденными постройками и новыми экспонатами, но и с такими её обитателями, как куры, страусы, козы, ослики, кролики.
Кстати, именно с кроликов (фото Константина Евгеньевича с первыми кроликами?) началась история заселения животными фермы в наше время. Кроликов подарили. Сотрудники долго не решались рассказать руководителю о появлении животных. Опасались отказа. Но все сложилось как нельзя лучше. К слову, именно Тамару Федоровну мы благодарим за материал, которым хотим поделиться далее, для удобства осмотра прошу пройти за мной, если кто устал, прошу, присаживайтесь.
У скамейки. Итак, судьба здания Фермы противоречива и, отчасти, трагична. Животные содержались здесь еще в начале 19 в., при чём скот здесь «был достоин внимания из-за своей дородности». Рядом с этим замечательным стойлом Императрица имела несколько просто оформленных комнат, где амфитеатром были выставлены большие вазы японского фарфора, предназначенные для молочной лавки.
Во время Великой Отечественной войны и оккупации Гатчины здания Фермы пострадали, но существенных разрушений не было. Что здесь находилось во время оккупации, сведений нет. После освобождения города в 1944 году Ферма использовалась военными и была заселена работниками КЭЧ (квартирно-эксплуатационная часть). Весной 1944 года сотрудниками музея был совершён обход парка, и обнаружилось, что из-за отсутствия охраны, разрушения увеличивались. Вдоль Сильвийской стены были огороды. Состояние памятника в 1944 году определялось так: здание разрушено на 30%, кровля ветхая, требует ремонта на 40%. Оконные переплёты и дверные рамы местами отсутствуют. Полы подгнили и требуют капитального ремонта; водопровод, канализация и электросеть не действует. Со стороны подсобного хозяйства охраны и противопожарных средств нет. После войны комплекс зданий Фермы использовался воинской частью в качестве «животноводческого хозяйства», но эксплуатировался варварски. 31 января 1948 года комиссия, осматривающая здание, обнаружила в Круглом зале хлев, а в боковом помещении, где было расположено общежитие рабочих - телёнка. К весне того же года ситуация не поменялась, правда в жилых помещениях ещё появился поросенок. В центральном кухонном зале, с частично сохранившейся декоративной отделкой XVIII века, устроили коровник…
Ценой больших усилий сотрудников дворца-музея к маю 1949 года скот из помещений Фермы был выведен, а вот комнаты, занимаемые военнослужащими под жильё, не были освобождены. И только письмо к секретарю Ленинградского горкома партии Андрианову сотрудников музея, дало возможность ликвидировать подсобное хозяйство и освободить Ферму, вернув её дворцу. (фото)
25 августа 1949 года представители Дворца-музея приняли в своё ведение комплекс Фермы, в который входили здания коровника и телятника с пристройкой-свинарником, ледником и Павильоном над колодцем (ступени которого были разрушены, а сам колодец засыпан), Силосной башней, деревянными навесами и жилым домом, в котором находилось 4 квартиры. Ферма была принята прямо с жильцами.
Благодаря тому, что по договорённости с местными городскими организациями в зданиях Фермы в первых числах октября 1950 года должна была устраиваться временная сельско-хозяйственная выставка, провели мелкий косметический ремонт. В послевоенные годы было трудно с финансированием учреждений культуры и, поэтому, здания часто сдавали в аренду. Несколько предложений было и по зданиям Фермы. Но 19 ноября 1951 года, в связи с передачей Гатчинского дворца училищу, дирекция музея переехала Птичник, а на Ферме и в будках расселились рабочие. Дирекция вынуждена была срочно приступить к частичному восстановлению бывшего коровника под общежитие рабочих, проживающих во дворце, и просила разрешения произвести внутреннюю перепланировку по своим соображениям. (фото) 1953 год ознаменовался восстановительными работами – рядом с Фермой высаживают деревья, но главное - началась реставрация Купольного зала. В частности, художниками О. Ю. Педаясом, В. В. Зверевым и другими была воссоздана по сохранившимся фрагментам роспись купола. В 1955 году начинает готовится план экспозиции Купольного зала. На Ферму были перевезены щиты паркета Павильона Венеры и расставлены в Зелёной комнате, а в следующем году открылась выставка «Охотничье оружие». В 1970-е годы за один месяц на выставке побывало свыше шести тысяч посетителей, было проведено 220 экскурсий и консультаций.
Павильон Фермы стал использоваться под административные помещения отдела эксплуатации парков и других служб. Зимой здесь выдавали лыжи и коньки, работал каток. (Фото) В самом здании Фермы была школа фигурного катания. В зале для занятий были установлены зеркала и станок. В большом зале южной анфилады был спортивный зал со шведскими стенками. Можно сказать, что в эти годы на территории Фермы была сосредоточена спортивная и культурная жизнь города. В 1971 году сотрудниками музея А. С. Ёлкиной и В. В. Фёдоровой была организована выставка графических работ Ленинградских художников и посвящалась 28-й годовщине со дня снятия блокады Ленинграда (1972 год). Для выставки Анна Ивановна Зеленова – директор Павловского дворца-музея, личность поистине легендарная – даже передала из Павловска коробку музейных тапок. (фото)
В 1983 году и администрация музея переселилась на Ферму, а ещё через два года, когда Дворец вновь открыл свои двери для посетителей, администрация перебралась в него. С Фермы перевозили музейные предметы, полученные из Павловска: упакованные крупногабаритные картины бережно, на тележках, перевозили по парку Сильвия и по дорожкам Дворцового парка. В 1988 г. задумались о реставрации всего комплекса Фермы. Вскоре был готов проект, но он не был осуществлен, так как это были трудные годы для страны и финансирования не хватало. Постройки на Ферме опять стали сдавать в аренду. Так, одно время здание каменной Фермы занимало предприятие «Талосто». В здании появились холодильники, вокруг – машины. (фото) В большой деревянной постройке разместился конноспортивный клуб «Форвард».. Лошади находились и в деревянной пристройке каменного телятника. Так как здание красилось известью в белый цвет, его стали называть «Белой конюшней». (фото)
К идее реставрации комплекса вернулись в 2012 году, когда директором музея стал В. Ю. Панкратов. По его инициативе была создана комиссия, которая осмотрела Ферму, была сделана фотофиксация. Комиссия пришла к выводу, что Ферму срочно надо спасать. Новый отдел «Сильвия» начал подготовку документов к реставрации и проведение необходимых работ по сохранению объекта. В состав отдела вошли трое рабочих, которые начали свою деятельность с расчистки территории, которая была в полном запустении. В предыдущие годы на ней складировали всё ненужное: камни, металлолом, старые машины с аттракционов, тяжёлые станки, трубы. Еще одна задача, которую сотрудники музея поставили перед собой, начиная работу над комплексом – создать условия для сотрудников отдела. Для этого были проведены ремонтные работы в леднике. Это единственное здание, в котором был действующий водопровод и канализация. Была отремонтирована система отопления, здание удалось прогреть с помощью воздушной пушки и сегодня в здании временно находится офисная часть отдела. Хотя проблемы были решены не все. Подвал когда-то заполнялся льдом, которого хватало на целый год. Лёд постепенно таял, и вода по водооттоку уходила к реке. Сегодня подвал весной заполняется талой водой. В настоящее время в подвале поставлен насос для откачки воды. В соответствии с концепцией возрождения комплекса предполагается частичное воссоздание дворцового фермерского хозяйства, освоение новых, нетрадиционных для художественно-исторического музея, пространств, с целью сохранения целого пласта «уходящей» культуры, сбор, хранение и популяризация материала по теме ведения фермерского придворцового хозяйства XIX века, достоверное освещение его особенностей.
В результате проведённого конкурса на составление проекта, выиграла группа НИИ «Спецпроектреставрация». За время подготовки проектной документации, силами сотрудников музея был расчищен частично колодец, который был засыпан полностью. В городе существует легенда, что в колодец сбрасывали тела расстрелянных людей в годы войны, но никаких останков обнаружено не было.
Проведены работы по расчистке территории вокруг Фермы. В этом помогали жители города – устраивались субботники, для участников которых были проведены экскурсии в исторические залы главного здания. В Круглом зале, обладающем хорошей акустикой, состоялись небольшие импровизированные концерты. Частично была отремонтирована крыша основного каменного здания для предотвращения протечек. В этом помог В. Ю. Панкратов, который к этому времени стал Председателем Комитета по культуре г. Санкт – Петербурга. Был проведен ряд работ по Белой конюшне: нижние сгнившие венцы пришлось частично заменить. Сегодня в этом здании находятся куры, козы, кролики. Для их содержания была заменена воздуховодная труба, сделан новый тамбур, установлена печь для подогрева зимой. Научными сотрудниками музея и проводится дальнейшая работа по сбору предметов для экспозиции. Собранные предметы решено использовать для открытия экспозиции в трёх залах Фермы, расчищенных и отмытых силами сотрудников отдела. Наиболее ценные предметы пока не могут быть выставлены, так как залы Фермы ещё не вполне соответствуют современным требованиям экспонирования: нет соответствующих отопления, освещения и т.д. − всё это появится только после полной реставрации здания. Однако, всё же было решено открыть павильон на летний сезон, ведь выросло целое поколение гатчинцев, которые никогда не были в этом историческом здании, к тому же интерес к Ферме повышается и у гостей города.
Пока ведутся работы внутри главного здания, пополняется и уличная экспозиция (фото). Прошу перейти поближе к экспозиции «Странные вещи».
Большая часть этих прдметов преподнесена в дар Дарители имеют возможность воочию наблюдать, как часть их семейной истории превращается в историю музея, историю людей, возрождающих для нас наследие прошлого. Прямо сейчас, дорогие гости, мы приглашаем вас, насладиться прогулкой по Ферме, объекту, придающему Гатчинскому парку особое очарование.
Заключение
Ферма, как и все то, что мы видели и обсудили сегодня, является результатом трудов многих поколений наших сотрудников. Сотрудников, о которых мы помним, которыми гордимся, которые являются для нас примером для подражания. И пусть нацистские захватчики нанесли Гатчине страшный урон, работники культуры одерживают победу за победой в собственной невидимой войне, войне с утратами!
Дата добавления: 2021-05-18; просмотров: 101; Мы поможем в написании вашей работы! |
Мы поможем в написании ваших работ!