ОЗЕРО ОГНЕННОЕ ГОРЯЩЕЕ (ОТКР. 19:20) 19 страница
Они направились к «Эглантерии». По пути встретили Джулию и увели с собой.
Избит и арестован
1
«Эглантерия» закрылась до пяти вечера, когда Роуз намеревалась предложить посетителям легкий ужин, в основном то, что оставалось после обеда. Она готовила картофельный салат и одним глазом смотрела телевизор, когда в дверь постучали. Пришли Джекки Уэттингтон, Эрни Кэлверт и Джулия Шамуэй. Роуз пересекла пустой зал, вытирая руки о фартук, открыла дверь. Корги Горас трусил у ноги Джулии, с ушками торчком, дружески улыбаясь. Роуз пригласила их войти, убедилась, что табличка «ЗАКРЫТО» на месте, потом заперла за ними дверь.
– Спасибо, – поблагодарила ее Джекки.
– Не за что. Я, кстати, хотела повидаться с тобой.
– Мы пришли ради этого, – указала Джекки на телевизор. – Я была у Эрни, а Джулию мы встретили по пути. Она сидела напротив пожарища, скорбела об утрате.
– Я не скорбела, – покачала головой Джулия. – Мы с Горасом думали, как выпустить газету после городского собрания. Она будет маленькая, в две странички, но все равно газета. Я решила, что обязательно ее выпущу.
Роуз глянула на телевизор. На экране красивая молодая женщина смотрела прямо в объектив. Под ней на бегущей строке повторялась фраза: «СЕГОДНЯШНЯЯ СЪЕМКА, С РАЗРЕШЕНИЯ ЭЙ‑БИ‑СИ». Тут же что‑то грохнуло, в небе расцвел огненный шар. К этому моменту камера уже не смотрела на женщину. Оператор снимал падающие на землю обломки авиалайнера «Эр Айленд».
– Это всего лишь повтор съемки катастрофы. – На лице Роуз не читалось никакого интереса. – Если вы не видели раньше, конечно же, посмотрите. Джекки, утром я виделась с Барбарой. Отнесла ему сандвичи, и мне разрешили спуститься в подвал, где камеры. Меня сопровождал Мелвин Сирлс.
– Тебе повезло, – фыркнула Джекки.
– Как он? – спросила Джулия. – В порядке?
– Выглядит как страх Господний, но, думаю, да. Он сказал… может, мне стоит передать это только тебе, Джекки?
– Что бы там ни было, думаю, ты можешь говорить в присутствии Эрни и Джулии.
Роуз задумалась над ее словами лишь на мгновение. Если она не могла доверять Эрни Кэлверту и Джулии Шамуэй, то кто вообще заслуживал доверия?
– Он сказал, что я должна поговорить с тобой. Помириться, как будто мы ссорились. Он просил передать тебе, что я хорошая.
Джекки повернулась к Эрни и Джулии. Роуз показалось, что она задала вопрос и получила ответ.
– Если Барби так говорит, значит, так оно и есть. – Эрни энергично кивнул. – Дорогая, вечером мы проводим небольшую встречу. В доме Пайпер. Это в каком‑то смысле секрет…
– Во всех смыслах, – поправила его Джулия. – И с учетом того, как развиваются события в городе, ему бы лучше остаться секретом.
– Если я правильно понимаю, о чем пойдет речь, то я с вами. – Роуз понизила голос: – Но не Энсон. Он носит одну из этих чертовых синих нарукавных повязок.
В этот самый момент на экране появилась заставка «ЭКСТРЕННЫЙ ВЫПУСК НОВОСТЕЙ СИ‑ЭН‑ЭН», сопровождаемая раздражающим музыкальным отрывком, которым канал предварял каждый новый материал о Куполе. Роуз ожидала увидеть Андерсона Купера или своего любимого Вольфи – оба теперь базировались в Касл‑Роке, но на экране появилась Барбара Старр, пентагоновский корреспондент канала. Она стояла около палаточного городка передовой армейской базы в Харлоу.
– Дон, Кайра… полковник Джеймс Оу Кокс, специальный уполномоченный Пентагона с того самого момента, как в субботу возникла эта гигантская загадочная преграда, именуемая Куполом, собирается выступить перед прессой, всего лишь второй раз с начала кризиса. Тему репортерам объявили только что, и она, конечно же, привлечет внимание десятков тысяч американцев, близкие которых проживают в отрезанном городке Честерс‑Милл. Нам сообщили… – Она послушала, что ей говорили по наушнику. – А вот и полковник Кокс.
Четверо в ресторане, которые смотрели телевизор, расположившись на высоких стульях у стойки, наблюдали за сменой картинки: включилась камера внутри большой палатки. Примерно сорок репортеров сидели на складных стульях, еще больше стояли за их спинами. Многие тихонько переговаривались между собой. В дальнем конце палатки находилось наскоро сооруженное возвышение. На нем стояла трибуна, уставленная микрофонами, с американскими флагами по бокам. За трибуной белел экран.
– Очень профессионально для полевых условий, – пробормотал Эрни.
– Я думаю, это домашняя заготовка, – заметила Джекки. Она вспоминала разговор с Коксом. «Мы со своей стороны приложим все силы для того, чтобы осложнить Ренни жизнь».
На левой стене палатки откинулся полог, и в нее вошел невысокий подтянутый мужчина с седеющими волосами. Пружинистым шагом направился к возвышению. Никто не удосужился снабдить платформу с трибуной парой ступеней или хотя бы ящиком, чтобы встать на него, но ожидаемый всеми оратор прекрасно без этого обошелся. Легко запрыгнул на возвышение, даже не сбавив шага. На пресс‑конференцию он пришел в простой полевой форме цвета хаки. Если его и награждали государственными наградами, орденские планки отсутствовали. Имелась лишь нашивка с надписью «П‑К ДЖ. КОКС». Никаких бумажек в руках он не держал. Репортеры разом притихли, и Кокс одарил их легкой улыбкой.
– Этому парню следует постоянно проводить конференции, – прокомментировала Джулия. – Он хорошо смотрится.
– Помолчи, Джулия, – вырвалось у Роуз.
– Дамы и господа, спасибо, что пришли, – начал Кокс. – Я сделаю короткое сообщение, а потом отвечу на несколько вопросов. Ситуация, связанная с городом Честерс‑Милл и тем, что мы называем Куполом, такова: город по‑прежнему отрезан, мы по‑прежнему понятия не имеем, по какой причине возник Купол и каким образом, и пока нам не удалось пробить этот барьер. Вы бы обязательно узнали, если б удалось. Лучшие ученые Америки – лучшие во всем мире – занимаются этой проблемой, и мы рассматриваем несколько возможных вариантов ее решения. Не спрашивайте меня о них, потому что в этот раз никаких ответов вы не получите. – Репортеры недовольно загудели. Кокс им не мешал. Под ним Си‑эн‑эн высветила фразу: «НА ЭТОТ РАЗ НИКАКИХ ОТВЕТОВ». Когда ропот смолк, Кокс продолжил: – Как вам известно, мы ввели карантинную зону вокруг Купола, сначала в милю, в воскресенье расширили ее до двух миль, во вторник – до четырех. Для этого имелись веские причины, и самая важная из них состоит в том, что Купол опасен для людей с вживленными приборами, такими, скажем, как кардиостимулятор. Вторая причина – мы полагали, что энергетическое поле, создающее Купол, может оказывать на человека некое вредное воздействие, о котором нам пока неизвестно.
– Вы говорите о радиации, полковник? – спросил кто‑то.
Кокс заморозил его взглядом, а когда посчитал, что репортер получил должную выволочку (не Вольфи, удовлетворенно отметила Роуз, а какой‑то лысеющий япповатый парень из «Фокс ньюс»), продолжил:
– Теперь мы уверены, что вредного воздействия это силовое поле не оказывает, во всяком случае, за короткое время, а потому запланировали провести в пятницу, двадцать седьмого октября, послезавтра, День встреч у Купола.
После такого заявления Кокса, понятное дело, закидали вопросами. Полковник подождал, пока репортеры не выдохнутся, а когда их словесный напор ослабел, взял с полочки трибуны пульт дистанционного управления и нажал на кнопку. Фотография высокого разрешения (по мнению Джулии, гораздо лучшего качества, чем те, что загружались с сайта «Гугл‑Земля») появилась на белом экране. Она показывала Милл и оба города, расположенных южнее, Моттон и Касл‑Рок. Кокс отложил пульт и взял лазерную указку.
Строка под ним поменялась: «ПЯТНИЦА ОБЬЯВЛЕНА ДНЕМ ВСТРЕЧ У КУПАЛА».
Джулия улыбнулась. Кокс подловил Си‑эн‑эн: в спешке они забыли подключить к ленте опцию «Проверка орфографии».
– Мы уверены, что сможем принять и доставить к Куполу тысячу двести гостей, – продолжил Кокс твердым голосом. – Это будут только близкие родственники… и мы все надеемся и молимся, что второй такой встречи не потребуется. Места сбора – здесь, на территории ярмарки в Касл‑Роке, и здесь, на автодроме «Оксфорд плейнс». – Луч высветил оба указанных места. – Мы предоставим две дюжины автобусов, по двенадцать там и там. Автобусы нам одолжат шесть близлежащих школьных округов, которые отменят в этот день занятия, чтобы помочь нам в организации Дня встреч, за что мы выражаем им искреннюю признательность. Двадцать пятый автобус, для прессы, будет стоять у магазина «Приманка и рыболовные снасти Шайнера» в Моттоне. – Сухо добавил: – Поскольку там продается и спиртное, большинство из вас, как я понимаю, знают, где он расположен. Сопровождать прессу будет одна, повторяю, только одна передвижная телевизионная станция. Так что картинка, дамы и господа, окажется у всех одинаковая, а того, кто будет ее предоставлять, определит лотерея.
Репортеры застонали, но не так чтобы громко.
– В автобусе для прессы сорок восемь мест, и, очевидно, здесь собрались сотни представителей средств массовой информации со всего мира…
– Тысячи! – крикнул седовласый мужчина, и репортеры рассмеялись.
– Я рад, что кому‑то весело, – с горечью прокомментировал Эрни Кэлверт.
Кокс позволил себе улыбнуться.
– Поправка принимается, мистер Грегори. Места будут распределяться по новостным агентствам – телевизионные компании, Рейтер, ТАСС, АП и так далее, а агентства вольны сами выбирать своих представителей.
– Пусть от Си‑эн‑эн поедет Вольфи, это все, что мне нужно! – воскликнула Роуз.
Репортеры оживленно переговаривались.
– Позволите продолжить? – спросил Кокс. – И те из вас, кто посылает эсэмэски, будьте любезны это прекратить.
– О‑о‑о, – протянула Джекки. – Мне нравятся мужчины, которые умеют убеждать.
– Конечно же, вы помните, что привело вас сюда? Вели бы вы себя так, если б случился пожар на шахте или люди находились под обрушившимися после землетрясения домами?
В палатке воцарилась тишина, похожая на ту, что возникает на уроке четвертого класса, когда учитель наконец‑то выходит из себя. Он действительно умеет убеждать , подумала Джулия и всем сердцем пожелала, чтобы Кокс перенесся сюда, под Купол, и взял управление городом в свои руки. Но разумеется, если бы свиньи имели крылья, бекон мог бы летать.
– Ваша работа, дамы и господа, состоит из двух частей: во‑первых, вы должны помочь нам донести до всех информацию о Дне встреч, а во‑вторых, сделать все, чтобы День встреч у Купола прошел без инцидентов.
Си‑эн‑эн вновь сменила строку: «ПРЕССА ДОЛЖНА ПОМОЧЬ ГОСТЯМ В ПЯТНИЦУ».
– Меньше всего мы хотим, чтобы лавина родственников со всей страны хлынула в Мэн. В непосредственной близости от Купола сейчас находятся порядка десяти тысяч родственников тех, кого он отрезал. Отели, мотели и кемпинги забиты до отказа. Родственникам в других частях страны вы должны дать знать ясно и четко: «Если вы не здесь – не приезжайте». Тем, кто приедет, не только не дадут пропуск на День встреч, но и завернут на блокпостах, расположенных здесь, здесь, здесь и здесь. – Он высветил Льюистон, Обурн, Норт‑Уиндэм и Конуэй, штат Нью‑Хэмпшир. – Родственники, которые уже находятся в этих местах, должны зарегистрироваться у уполномоченных офицеров, которых они найдут на ярмарке и автодроме. Если вы собираетесь прямо сейчас прыгнуть в машину и мчаться туда, не делайте этого. У нас не белая распродажа[36] в универмаге «Файленс», и если вы окажетесь первыми в очереди, то ничего не выиграете. Участников будут выбирать с помощью лотереи, для которой вам следует зарегистрироваться. Те, кто хочет участвовать в Дне встреч, должны приехать к регистраторам с двумя фотографиями, такими же, как на удостоверении личности. Мы попытаемся отдавать преимущество тем, у кого в Честерс‑Милле двое и более родственников, но я этого не гарантирую. И хочу сразу предупредить: если в пятницу вы появитесь, чтобы сесть в автобус без пропуска или с поддельным пропуском, если вы будете мешать проведению нашей операции, вас арестуют. Не заставляйте меня доказывать это на практике. Посадка в автобусы в пятницу утром начнется в восемь ноль‑ноль. Если не возникнет никаких помех, вам удастся провести с вашими близкими как минимум четыре часа, может, и больше. Устроите затор, и процесс с нашей стороны Купола замедлится. Последние автобусы уедут от Купола в семнадцать ноль‑ноль.
– Где будет происходить встреча?! – крикнула какая‑то женщина.
– Я как раз подхожу к этому, Андреа. – Кокс взял пульт и увеличил шоссе номер 119 и прилегающую к нему территорию.
Джекки это место знала прекрасно. Именно здесь едва не сломала нос о Купол. Она видела крыши дома Динсморов, хозяйственных построек, коровников.
– Это блошиный рынок со стороны Моттона. – Кокс нацелил на карту огонек указки. – Автобусы припаркуются здесь. Родственники выйдут из автобусов и пешком направятся к Куполу. С обеих сторон шоссе – поле, места хватит для всех. Все обломки к пятнице уберут.
– Как близко к Куполу позволят подходить людям? – спросил мужской голос.
Кокс вновь повернулся лицом к камере, отвечая потенциальным участникам Дня встреч. Роуз могла представить себе надежду и страх, которые сейчас испытывали эти люди – они смотрели трансляцию в барах и мотелях, слушали по автомобильным радиоприемникам.
– Гостям будет разрешено находиться на расстоянии двух ярдов от Купола. Мы полагаем, что это безопасно, хотя не даем никаких гарантий. Это не аттракцион парка развлечений, безопасность которого можно проверить. Людям с вживленными электронными устройствами следует держаться подальше. И они сами должны позаботиться об этом. Мы не можем проверять каждого на предмет наличия шрама от установки кардиостимулятора. Гости также оставят в автобусах все электронные устройства, включая айподы, мобильники, коммуникаторы. Репортеры с микрофонами и камерами не должны подходить к Куполу. Там место только гостям, и то, что будет происходить между ними и их близкими по другую сторону Купола, никого не должно касаться. Я уверен, что все сработает, если вы нам в этом поможете. Выражаясь терминологией «Звездного пути», помогите нам это сделать. – Он опустил указку. – А теперь я отвечу на несколько вопросов. Только на несколько. Мистер Блитцер.
Роуз просияла. Подняла чашку с кофе и отсалютовала экрану телевизора:
– Хорошо выглядишь, Вольфи! Можешь есть крекеры в моей кровати, когда пожелаешь.
– Полковник Кокс, есть ли планы провести пресс‑конференцию с городскими чиновниками? Как мы понимаем, сейчас там всем заправляет второй член городского управления Джеймс Ренни. Что делается в этом направлении?
– Мы прилагаем максимум усилий для того, чтобы провести такую пресс‑конференцию с мистером Ренни и другими городскими чиновниками, которые захотят принять в ней участие. Если все пойдет по намеченному плану, она состоится в полдень.
Эти слова удостоились взрыва аплодисментов. Репортеры обожали пресс‑конференции. Выше они ставили только одно: застукать высокопоставленного политика в постели с высокооплачиваемой проституткой.
– В идеале прессуху лучше всего провести прямо на шоссе, чтобы городские чиновники, кем бы они ни были, стояли со своей стороны Купола, а вы, дамы и господа, со своей.
Радостные крики. Журналистам нравились визуальные эффекты.
– Мистер Холт, – указал Кокс.
Лестер Холт[37] вскочил с места:
– Есть ли у вас уверенность, что мистер Ренни придет на пресс‑конференцию? Я спрашиваю потому, что проходила информация о его финансовых махинациях, а также о том, что генеральный прокурор штата Мэн ведет расследование его преступной деятельности.
– Я об этом слышал. Но не готов комментировать данную информацию, хотя, возможно, у мистера Ренни такое желание и возникнет. – Кокс помолчал, губы чуть изогнулись в подобии улыбки. – У меня бы на его месте возникло.
– Рита Брейвер, Си‑би‑эс. Это правда, что Дейл Барбара, человек, которого вы рекомендовали в администраторы Честерс‑Милла, арестован за убийство? Что полиция Честерс‑Милла видит в нем серийного убийцу?
Полнейшее молчание прессы. Репортеры превратились в уши, ловящие каждый звук. Четыре человека, сидящие у стойки в «Эглантерии», – тоже.
– Это правда. – Репортеры зашептались. – Но у нас нет возможности удостовериться в справедливости обвинений или проверить улики, доказывающие вину Дейла Барбары. И располагаем мы только болтовней по телефону и Интернету, то есть пользуемся теми же источниками информации, что и вы, дамы и господа. Но Дейл Барбара – офицер‑орденоносец. Его никогда ни за что не арестовывали. Я знаю его много лет и поручился за него перед президентом. Если исходить из того, что мне известно на текущий момент, у меня нет причин считать, что я допустил ошибку.
– Рей Суарес, Пи‑би‑эс. Вы верите, что обвинения против капитана Барбары, теперь полковника Барбары, могут быть политически мотивированы? Что Джеймс Ренни мог посадить его в тюрьму, чтобы не позволить взять власть в городе, как приказал президент?
А ведь все затеяно ради второй половины этого шоу, осознала Джулия. Кокс превратил новостную прессу в «Голос Америки», а мы – люди, отгороженные Берлинской стеной . И пришла в телячий восторг.
– Если в пятницу у вас появится шанс задать вопрос члену городского управления Ренни, конечно же, спросите его об этом. – Кокс говорил с ледяным спокойствием. – Дамы и господа, это все, что я хотел вам сказать.
Он вышел из палатки той же пружинистой походкой и скрылся за пологом, прежде чем собравшиеся журналисты начали выкрикивать вопросы.
– Супер, – пробормотал Эрни.
– Это точно, – согласилась Джулия.
Роуз выключила телевизор. Она просто сияла.
– А в котором часу встреча? Я только рада, что полковник Кокс все это сказал, но Барби не поздоровится.
2
Барби узнал о пресс‑конференции Кокса со слов спустившегося в подвал красномордого Мануэля Ортеги. Ортега, ранее наемный рабочий Олдена Динсмора, теперь носил синюю футболку с длинными рукавами, полицейский жетон, который выглядел самодельным, и револьвер сорок пятого калибра на втором ремне, застегнутом ниже на бедрах, что придавало Ортеге сходство с гангстером. Барби знал его как тихого парня с редеющими волосами и обгоревшей на солнце кожей, предпочитающего заказывать завтрак в обед – оладьи, бекон, глазунья, которую незадолго до готовности переворачивают желтками вниз, – и говорить о коровах. Особенно он сокрушался, что мистер Динсмор не хочет покупать коров «опоясанной» галловейской породы[38]. Мануэль Ортега был янки до мозга костей, несмотря на имя и фамилию, и его отличал суховатый юмор. Барби он всегда нравился.
Но в подвал спустился другой Мануэль, начисто лишенный привычного юмора. Последние новости, с которыми он пришел, Мануэль прокричал сквозь прутья решетки, разбавляя слова брызжущей слюной. Его лицо буквально излучало ярость.
– Ни слова о том, что твои армейские жетоны нашли в руке бедной девочки, ни единого гребаного слова! А потом этот солдафон принялся обвинять во всех смертных грехах Джима Ренни, который держит Милл на плаву после того, что произошло. Сам! Голыми руками и на живую нитку!
– Успокойся, Мануэль.
– Я тебе патрульный Ортега, гондон!
– Хорошо. Патрульный Ортега. – Барби сидел на койке и думал, как это просто для Ортеги – достать из кобуры старенький «скофилд» и начать стрелять. – Я – здесь, Ренни – там. И я уверен: все у него хорошо.
Дата добавления: 2021-01-21; просмотров: 51; Мы поможем в написании вашей работы! |
Мы поможем в написании ваших работ!