Эволюция приказной системы в XVII в.
Приказное управление, происходившее от временных личных приказов – поручений государя тому или иному лицу, сохранило отчасти эту особенность до конца своего существования. Это определило теснейшую взаимосвязь деятельности приказных учреждений с прямыми распоряжениями верховной власти. Приказы, непосредственно проводившие в жизнь распоряжения верховной власти, были наделены одновременно правом законодательной инициативы, а также исполнительными и судебными функциями. Активное и постоянное общение между верховной властью и центральными властными органами приводило к тому, что в основе деятельности приказов лежали не столько четко определенные юридические нормы, сколько волеизъявление государя, приобретавшее в подавляющем большинстве случаев силу прецедента. Важность прецедента в приказной деятельности диктовала особую форму ведения делопроизводства в московских приказах. В XVI в. вполне уже сложились две основных формы делопроизводственного оформления приказных документов: столбцы и книги. Активная делопроизводственная работа, проводившаяся в приказах, требовала наличия квалифицированных специалистов. Основной штат московских приказов состоял из дьяков и подьячих. Учитывая вышеизложенное, мы определяем приказы как центральные органы власти Московского государства XVI – начала XVIII вв., действовавшие в тесной взаимосвязи с верховной властью, наделенные законодательными, исполнительными, судебными функциями, руководствовавшиеся в своей деятельности принципом прецедента, создавшие особую (столбцово – книжную) систему делопроизводства и опиравшиеся на штат профессиональных делопроизводителей (дьяков и подьячих).
Ядро приказной системы управления сложилось в Московском государстве в течение XVI в. Формирование приказов диктовалось не заранее сформулированным планом, а насущными проблемами государства, поэтому этот процесс протекал вполне целесообразно. Зародышем системы приказов были органы дворцового управления (Большой дворец и Казна), которые выполняли в равной степени и общегосударственные функции ввиду принципиальной нерасчлененности для той эпохи понятий «государство» и «вотчина», «дворцовое» и «государственное». Из недр дворцовых учреждений в течение XVI столетия выкристаллизовывались приказы государственно-управленческой компетенции. Особое место в процессе оформления приказного управления принадлежит второй половине царствования Ивана Грозного, когда областной принцип управления был почти повсеместно заменен отраслевым, были созданы многие ключевые приказы Московского царства. Завершение оформления ядра приказной системы пришлось на время правления Бориса Годунова, когда, в частности, в самостоятельные финансовые ведомства выделились приказы – четверти.
В эпоху Смуты начала XVII в. приказная система вступила вполне сложившейся в составе двух с половиной десятков самостоятельных учреждений. Вопреки распространенному в историографии тезису, система центральных правительственных органов вовсе не была уничтожена потрясениями Смутного времени. Существенных перемен в системе государственных приказов не наблюдается: за полтора десятилетия Смуты было упразднено четыре приказа (Нижегородская четь, Новый Земский двор, Рязанский и Дмитровский судные приказы); функции упраздненных ведомств были переданы в ведение приказов с аналогичной компетенцией. За те же годы было создано лишь два новых приказа: Казачий и Кабацкий, образование которых было ответом на изменившиеся в ходе Смуты социально-экономические реалии. Для решения экстраординарных, но непродолжительных по времени проблем, требовавших государственного вмешательства, создавались не приказы, а временные приказные комиссии, которые распускались по мере того, как породившая их ситуация теряла остроту. Приказная система продемонстрировала в годы Смуты прочность и пластичность, продолжая работать даже в самые тяжелые для страны моменты.
Перемены в системе дворцовых и патриарших приказов в годы Смуты оказались еще менее существенными. В дворцовых ведомствах происходило лишь постепенное перераспределение функций. Дворцовые учреждения, ранее, в XVI в., находившиеся под контролем казначеев, выделяясь из Казны, переходили в ведение дворецких. Такова была, в частности, судьба Аптекарской, Оружейной, Мастерской и Серебряной палат. Это, однако, не означает падения роли Казенного приказа, который оставался важным финансовым учреждением и продолжал контролировать ведомства печатника, таможенное дело и денежную чеканку. Не претерпела существенных перемен и сложившаяся к концу XVI в. система патриарших приказов. Состоявшая из трех ведомств – патриарших Дворцового, Разрядного (Судного) и Казенного приказов, она благополучно пережила период «междупатриаршества». Тезис о создании или воссоздании патриарших приказов по окончании Смуты патриархом Филаретом не находит подтверждения.
В начале XVII в. приказная система была вполне обеспечена опытными административными кадрами. Одновременно в столичных приказах несло службу чуть менее полусотни дьяков. В большинстве своем они имели солидный опыт службы в приказных учреждениях и начинали свой карьерный путь в качестве подьячих. Бурные события Смутного времени не принесли больших перемен в персональный состав столичного дьячества: сменявшие друг друга на московском престоле государи проводили в целом весьма взвешенную кадровую политику, предпочитая пользоваться услугами опытных приказных управленцев, служивших их предшественникам. Приток «новых лиц» в высший слой приказной администрации не был большим и даже в наиболее сложные моменты кризиса не превышал 40% от общей численности дьяков столичных приказов.
Приказные дьяки начала XVII в. в большинстве своем были связаны со служилыми людьми по отечеству не только приобретаемым на государевой службе статусом, но и самим социальным происхождениям. По подсчетам диссертанта, выходцами из среды служилого люда были около 90% дьяков эпохи Смуты. В меньшей степени представлены среди них представители торгового люда и духовенства. Как представители служилого сословия, дьяки московских приказов имели право владеть и владели вотчинами и поместьями, отбывали сословные повинности (в частности, должны были выставлять в военные походы людей в соответствии с размером своих земельных владений). Вместе с тем крайняя малочисленность приказных служащих (вместе с подьячими столичных приказов их насчитывалось около 600 человек), отсутствие зависимости места дьяков в приказной системе от выслуги лет, их активное перемещение из приказа в приказ – все это дает основания сомневаться в правомочности использования в их отношении искусственного термина «бюрократия». Более адекватным представляется определять приказных дьяков и подьячих XVI – XVII вв. термином, порожденным их эпохой - «приказные люди».
Дата добавления: 2021-01-21; просмотров: 332; Мы поможем в написании вашей работы! |
Мы поможем в написании ваших работ!