ТЕХНИКА ПРОПАГАНДЫ В МИРОВОЙ ВОЙНЕ 14 страница



Немецкий пропагандист особенно старался повлиять


124

на женщин этой организации. Журнал одного из заседаний Нью-ЙоркСкого бюро содержит следующее:

24 мая i<)if> г. Напечатана и скоро будет разослана брошюра Хэля «Ты не должен убивать». Собираемые дамами подписи к петиции в Конгресс дошли до 200 000, а со временем достигнут быть может и 600000. Дамы обратились за помощью в деле проведения кампании ко многим лицам, указанным Хэлем. Предполагается, что дамам будет предоставлено право обратиться с этой петицией к президенту и Кон­грессу, не дожидаясь всех подписей, для того чтобы послать ее в Ва-•шингтон, а подписи посылать дополнительно пачками по 10 000. Хэль сообщает, что его жена занята пропагандой против вывоза ло­шадей. Клоусен добивается, чтобы ему написали соответственно тро­гательный сценарий (история одной кобылы, когда-то артиллерийской лошади, убитой в Бельгии). (124)

Некоторые издания Вильяма Рандольфа Херста были собраны в 1915 г. воедино под заглавием «Будем докрови-тельствовать миру всего мира, а не войне всего мира». Мартин Ильзен доказывал в 1915 г. незаконность торговли боевыми припасами, а «Американская Лига независимости» распространила написанное Чарльзом Нэгелем положение q «Торговле'оружием и боевыми припасами». «Националь­ный Германо-Американский союз» опубликовал открытое письмо д-ра Чарльза Дж. Хекземера в «Комитет иностран­ных отношений» (Committee on foreign relations), в ко­тором эти пункты повторяются еще раз. «Американское общество правды» (оказывающее помощь ирландцам) пы­талось изобразить «Гибель американских финансов. Бри­танский нале? на наши ресурсы в 1915 г.».

Как правильно заметил германский посол Бернсторф, экономический вопрос неизбежно являлся центром тяжести активной пропаганды в Америке. Бернсторф отмечает лов­кость англичан в их урезывании американской торговли. Они ограничивали свободу торговли мало-по-малу и только тогда, когда им удавалось сделать запас предметов, подле­жащих объявлению запретными. Бернсторф замечает:

Характерно, что объявление хлопка безусловной контрабандой появилось в тот самый день, когда американская печать находилась! в состоянии большого возбуждения по случаю другого сообщения, заполнявшего все первые листы и руководящие статьи газет, между тем как сообщение об объявлении хлопка контрабандой было напе­чатано в таком месте, где его едва можно было заметить. (1аб)

Германцы образовали «Союз американцев для про­теста против признания хлопка контрабандой», но это


125

• принесло мало пользы. Самым ловким ходом германской про­паганды было провоцирование «захватов», что Бернсторф определяет как

попытку путем тщательного подстраивания отдельных случаев на деле показать основную несправедливость английских захватов и далеко заходящие последствия этого. Главнейшим фактом этого рода был случай с «Вильгельминой». Согласно главных принципов между­народных правил продукты питания являлись лишь условной контра­бандой. Их можно было ввозить в Германию, если они предназнача­лись для исключительного потребления гражданского населения. Но так как Англии удалось удержать экспортеров от всякой попытки отправлять в Германию продукты питания, — особенно в виду того, что нашему неприятелю были уже переданы громадные запасы, и он мало был заинтересован в такого рода погрузках, —- вопрос об этом никогда не был разрешен ясно. Поэтому г-н Альберт уговорил одну американскую фирму погрузить продукты питания для Германии на американский пароход «Вильгельмина», назначенный в Гамбург, приняв за кулисами весь £иск на себя (Альберт был германским аген­том по закупкам).

Этот план потерпел крушение, так как англичане, взяв названное судно в плен, объявили блокаду, и решение пере­стало иметь значение. Но другое судно задало англичанам задачу, разрешить которую все же оказался способным посланник Вальтер Хайнс Пэдж. «Dacia», судно, принадле­жавшее прежде Германии и переданное в начале войны на учет Америки, было снабжено командой и флагом, нагружено хлопком Брейтунгом из Маркетты на Мичи­гане и после широковещательных объявлений отплыло в Германию. Поднялся бы страшный скандал, если бы судно было захвачено англичанами, но по мысли Пэджа возмфк-ность взять его в плен была предоставлена французским военным судам V3TO прошло незаметно, и в Америке не воз­будило никаких криков. (126)

Иногда нейтральные страны могут быть втянуты в войну прямым подстрекательством. Иностранный пропагандист может пустить в обращение такие слова, как, например, произнесенные Рузвельтом, поддерживавшим союзников, и эти слова могут побудить к деятельности сторонников войны. В Италии чувство солидарности с союзниками было подстегнуто д'Аннунцио до взрыва. Это рассказано Томасом Нельсоном Пэджем, американским посланником в Италии с 1913 по 1919 год.

Уже несколько времени собирались открыть памятник Гарибальди и его «Тысяче» в Кварто, маленьком порте близ Генуи, откуда они


126

отплыли 5 мая пятьдесят пять лет назад для освобождения Сици­лии от иностранного ига и присоединения ее к королевству Италии. Большие приготовления делались для празднования годовщины того, что было одним из наиболее знаменательных событий в истории Италии.

На церемонии должны были присутствовать министры, — а по­том стало известно, что прибудут и король с королевой. По всей Ита­лии распространилось убеждение, что этим случаем воспользуются для того чтобы объявить о решении Италии занять место рядом со сражающимися во Франции «Силами Свободы» (Forces of Liberty) и объявить войну. И вдруг за два дня до'собьпъя^было получено из­вестие, что вследствие серьезности положения ни король, ни кабинет не будут присутствовать на открытии ...

Отсутствие короля и кабинета на торжестве в Кварто могло конечно несколько видоизменить его, но не в чрезмерной степени. Ора­тор данного случая, приехавший специально для этого из Франции, поэт и романист Габриэль д'Аннунцио произнес с громадным успехом речь, которая была скорее лирической рапсодией итальянских стрем­лений, чем исторической речью. Слова его падали на слушателей подготовленных к восприятию их, и были в сущности горящей голов­ней, брошенной в пороховой погреб. В эту ночь на улицах Генуи тол­пился народ, обоготворявший Гарибальди и оратора д'Аннунцио и требовавший войны. После этого движение продолжало усиливаться, и ничто не могло остановить его...

Оратор Кварто прибыл в Рим как бы победным шествием и в те­чение нескольких дней продолжал говорить, одержимый лирическим безумием, с балконов отелей или в театрах, обращаясь к возбужден­ной толпе, следовавшей за ним в состоянии экзальтации. 14-го он произ­нес речь в здании оперы, усиленно охранявшейся полицией, солда­тами и отрядом кавалерии для поддержания порядка и недопущения демонстраций перед министерствами и посольствами центральных государств. Демонстранты, не смогшее попасть в здание, устояли против всех попыток рассеять их, строя баррикады и разобрав стену, окружавшую соседний со зданием оперы свободный участок, чтобы пользоваться камнями как метательными снарядами, если бы солдаты проявили излишнюю энергию в попытках очистить улицы. (ш)

Когда симпатии нейтрального государства начинают как будто покидать ту из воюющих сторон, которая особенно старалась завоевать их, тогда пропагандисту приходится отойти на последние линии обороны.

Для того, чтобы поддержать в Соединенных Штатах пацифистское настроение, немцы проделали там "все,"что могли. В 1914 г. искренними пацифистами, которые надея­лись удержать Америку от участия в европейской зави­рухе, была основана «Американская Лига ограничения вооружения». Позднее эта лига развернулась в Американ­ский Союз против милитаризма», один из отделов которого сделался потом «Национальным бюро гражданских свобод».


127

Американский Союз против милитаризма организовал коллегиальную «Лигу антимилитаризма» и сотрудничал с бесчисленными «Союзами мира» и организациями «Хри­стианских социалистических братств». Американский «Нейтральный комитет конференций» (Neutral Conference Committee) был явлением случайным; цель его образования явствует из его названия.

Немцы старались конечно извлечь из существования этих обществ наибольшую пользу и с приближением 1917 года все более и более играли на вопросе о мире.

Немцы распространяли в Америке опасную с точки зре­ния союзников мысль о том, что союзники являлись кам­нем преткновения на пути к миру. Англичане естественно интересовались движением в пользу мира среди германцев, и сэр Эдвард Грэй сознается, что деятельность немцев, обра­щенная на то, чтобы свалить вину за продолжение войны на Антанту, была одним из их наиболее удачных ходов. (128)

Иногда бывает возможно посеять раздор между двумя нейтральными странами и этим связать им руки. Такова была цель одного довольно забавного случая с немецкой кинофильмой под заглавием «Patria». Это была картина, состоявшая из многих'серий, выходивших в течение десяти недель, по две серии в неделю. Картина эта была изгото­влена в 1916 году и стоила около 90 000 долларов. Когда она начала появляться, цель ее состояла в том, чтобы под­черкнуть необходимость подготовки к войне. Но к тому времени, как были закончены первые эпизоды, вся страна уже ухватилась за программу подготовки, и в тот момент животрепещущими оставались лишь ее антияпонские и антимексиканские штрихи. Картина показывала великие старания Японии победить Америку при помощи мекси­канцев. Главным злодеем являлся японский аристократ, находившийся на секретной службе японского импера­тора. Японские войска вторгаются в Калифорнию, совер­шая ужасные зверства. Картина была показана в первый раз в Нью-Йорке 9 января 1917 года. «New-Jork ameri-сап» и другие органы Херста описывали ее из недели в не­делю. Когда оказалось нужным изъять антияпонский эле­мент, то японские имена и письмена были заменены именами и надписями мексиканскими. Но эти мексиканцы остались на фильме облеченными в японскую форму. (129)


128

Когда в нейтральной стране проживает большое число граждан одной национальности с народом воюющей страны, то последней может притти на ум попытка вовлечь эти эле­менты в активную деятельность в ее пользу. Попавший в плен германский агент фон-дер-Гольц написал книгу «Мои приключения в качестве германского секретного агента в 1917 году»; книга эта доказывает, что немецкий пропаган­дист умеет создавать чрезвычайно искусные планы.

Существовало намерение дискредитировать немцев, живших в Америке, так, чтобы жестокости их соотечественников заставили их ринуться обратно в объятия германского правительства.

чМне случайно известно, что в течение первых двух лет войны мно­гие сообщения о покушениях в Канаде и об участии американских немцев в заговорах исходили из канцелярии капитана фон-Папена и его военных товарищей... Германии хотелось дать всему свету убе­дительные доказательства того, что все народы германского проис­хождения единодушно поддерживают ее. Поэтому-то были пущены слухи о невероятной деятельности немцев, — слухи о массовых сбо­рищах немцев в лесах, об аэропланах, про летающих'через Канаду, и т. п. А так как многие антигерманские газеты совершили необдуман­ный поступок, назвав американских немцев вероломными, Л герман­ские агенты использовали и раздули эти нападки для собственных

целей.

Но Германия зашла слишком далеко. Ее главные агенты, фон-Папен, Бой-эд и фон-Ринтелен, принявшиеся за это дело в январе 1915 года и осмелевшие от казавшегося им успеха их замыслив, стали небрежны в деле сохранения тайны и дерзки в своих затеях до такой степени, что при последнем проявлении своих талантов они выдали себя, —хотя быть может и ненамеренно. Результаты известны. Они принесли вред тем, что раскрытие их деятельности способствовало дальнейшему вовлечению германо-американцев в это дело. Однако благодаря таким разоблачениям глаза многих германо-амеряканцев открылись на истинный характер тех влияний, которым они подчи­нялись, и этим был нанесен смертельный удар худшим элементам германской пропаганды в Америке.*

ч

Рассказ фон-дер-Гольца не подтверждается каким-либо другим свидетельством, а свидетельство профессионального шпиона естественно кажется подозрительным. Есть осно­вание думать, что все это могло быть сфабриковано с целью восстановить германо-американцев против герман­ского .правительства, так беззастенчиво пытавшегося вы­дать их (к этому повидимому клонился последний из цитируемых абзацев). Но нельзя отрицать, что существуют

1 Выдержки со стр. 223 — 233


129

обстоятельства, при которых может иметь успех стратегия, подобная той, которую фон-дер-Гольц приписывает своим начальникам.

Контроль над междусоюзническими чувствами заклю­чается отчасти в том, чтобы поддерживать взаимную дружбу, но задача усиления дружеских отношений между странами воюющей и нейтральной может быть подчас обоюдоострой. То, что говорится в государстве, ведущем войну, о нейтральном государстве, может быть в последнем прочитано или переведено. Таким именно образом в крити­ческие дни 1915 года итальянцы были оскорблены замеча­нием французского общественного деятеля, что Италия ждет только того, «чтобы примчаться на помощь победи­телю». За мнениями воюющей страны нужно следить и на­правлять их соответствующим образом в интересах дружбы с «нейтральными».

Посланник Пэдж замечает, что

кабинет приказал цензору уничтожать — насколько это возможно в пределах осторожности — неблагоприятные для Соединенных Штатов сообщения. Он принял эти меры потому, что возбуждение общественного чувства против администрации непрестанно усиливав лось. О

Бисмарк пришел в бешенство, когда в 1871 году герман­скими военными властями было опубликовано сообщение, в котором говорилось, что снаряды попадали в знаменитые люксембургские сады. С целью уничтожать весь тот мате­риал, который мог быть использован за границей против Германии, он потребовал, чтобы ему представляли все последующие сообщения. Бисмарк положил предел печат­ной критике Германии относительно того, что английский флот снабжает Францию углем, боясь, чтобы такого рода оскорбления не повредили международным соглашениям.^31) Его старый государь был уравновешенным человеком, хорошо понимавшим значение нейтрального мнения, а по­тому Бисмарку часто удавалось поставить на своем, даже вопреки желаниям военных. *

1 Император Вильгельм I сделал интересную пометку на полях документа от 16 мая 1875 г. «Чтобы вести удачную войну, нужно, чтобы на стороне того, кто ее начал, были симпатии всех благородных людей и стран, и чтобы в того, кто несправедливо ее поддерживает,


130

До cert времени мы в своих рассуждениях касались главным образом вопроса о поддержании дружественных отношений. Проследим теперь вкратце некоторые из мето­дов, к которым прибегали главные из воюющих государств в соискании симпатий Америки.

Методы Германии сделались общественным достоянием
благодаря сенаторскому расследованию, произведенному
в 1918 — 1919 годах, а также благодаря запискам посла
Бернсторфа и других. Самое название докладов по этому
вопросу есть верх инсинуации; они носили заголовок:
«Интересы пивоварения и виноделия и германская больше­
вистская пропаганда» (132); отчет о них был представлен
в трех больших томах. Доклады эти начались только 27
сентября 1918 года, и в военной пропаганде они фигуриро­
вали мало. Февральские и апрельские доклады 1918 года
касались Национального германо-американского союза. (133)
Благодаря этим докладам одним выстрелом убивались
три зайца: пивовары, немцы и большевики.            •

Бывший германский государственный секретарь ко­лоний, Дернбург, был послан в начале войны в Америку для распространения германского займа. Американское правительство воздерживалось от снабжения деньгами той или иной стороны, вследствие чего оказалось невозможным добиться удовлетворительных результатов. Дернбург был кроме того агентом германского Красного креста и стал собирать деньги для этой деятельности. Он взял на себя также объяснение американскому обществу германской версии войны и основал в Нью-Йорке бюро печати. Мне­ния расходятся относительно того, прибыл ли он в Америку специально для это го, или же он увидел, что возвращение назад в Германию затруднительно, и потому развернул это дело, чтобы чем-1¥ибудь заняться. Ему помогало Нью-Йоркское бюро Клаусейа из акционерного о-ва «Hambourg-America Line», а после вступления в войну Японии к его штату присоединился переводчик генерального консульства в Иокогаме. Ежедневно выходили бюллетени германской

открыто бросали камнями. В этом крылся секрет энтузиазма 1870 г. Против того, кто несправедливо берется за оружие, всегда слышны открытые протесты; он никогда не найдет себе союзников, не найдет также и благожелательных нейтральных («neutres bienveillants»), да и вообще «нейтральных», — все будут против него».


131

осведомительной службы (Information Service), а потом деятельность бюро расширилась до изготовления брошюр. Для этого дела был приглашен Вильям Баярд Хэль. Позд­нее стали издаваться военные картины и рисунки, а также началась пропаганда при помощи кинофильм. Д-р Ме-кленбург и г-н Плаге были задержаны в Америке по до­роге из Японии и предложили свои услуги Дернбургу. Последний пользовался помощью избранной им комиссии, состоявшей из Альберта Гергардта, Фуэра и нескольких американских журналистов и дельцов. Они собирались один или два раза в месяц для совещаний о дальнейшей политике пропаганды. Дернбург оставался в этой стране до инцидента с Лузитанией, после чего он выступил с речью в Кливленде, оправдывая потопление судна тем, что оно везло оружие. Возмущение общества было так велико, что его необходимо было умилостивить жертвой, и Дерн­бург стал козлом отпущения. Ему пришлось уехать домой. После этого посол Бернсторф старался удержать немцев от слишком явной агитации в стране, предпочитая работать при помощи американцев.

Усердным сотрудником немцев был германо-американ-
ский союз, хорошо организованный в немецких «тверды-
'нях» — Ст. Луи, Чикаго, Цинцинати и Мельвоки. Там на­
ходились . бесчисленные немецкие клубы и общества.
<cKriegsbund» («военный союз») состоял из тех, кто служил
раньше в германской армии. Имелось несколько ветеранов
войны 1870 года. «Женевское общество» было специальной
организацией немецких лакеев. «Общества Тернера» и вся­
кого рода благотворительные организации преуспевали
в каждом немецком районе.                                •

Лютеранская церковь была твердым оплотом немцев, так как в\ Соединенных Штатах имелось 6 000 конгрегации, число членов которых доходило до трех миллионов. Часто служба производилась по-немецки, и многие из пасторов получили образование в Германии.

Германцы обращались ко всем народам с жалобой на союзников. Американское «Общество правды» (Truth So­ciety) являлось двигателем для возбуждения ирландцев. У евреев была неискоренимая антипатия к царизму, по­чему многие из них стояли за немцев. В их прессе часто встречались заметки в роде следующей:


132

Невозможно дружить с Николаем и не быть хулиганом. В дни Биконсфильда, когда Англия была далека от России, еврейских по­громов не устраивалось ни в отношении бедных, ни в отношении бога­тых. Теперь, когда Англия стала союзницей Николая, ей приходится делать то же, что делает Николай: она должна устраивать избиения и натравливать на евреев.

Когда началась война, я тотчас же поступил во французскую армию, но был очень удивлен, когда, прибыв в Лионский лагерь, увидел, что меня вместе со многими другими евреями поместили в полк, состоявший исключительно из преступников. Нас оскорбляли со всех сторон. Нам давали холодный черный кофе и сухой хлеб, а когда мы выражали протест, нам говорили, что мы — пархатые жиды и явились сюда только для того, чтобы есть. Я отказался есть и заболел. Когда я попросил сержанта отправить меня в госпиталь, он начал бить меня, и т. д.1


Дата добавления: 2018-06-27; просмотров: 251; Мы поможем в написании вашей работы!






Мы поможем в написании ваших работ!