Духовно-нравственная характеристика...




7


 


исповедание того, что никому никогда не растратить того со­кровища, какое заключил Господь в душу нашу» (22, 42).

И если образ Божий дан человеческой личности, то богопо-добие задано, достижение его является основным смыслом жизни человека в Православии.

Православное учение о человеке подразумевает, что вне Бога, вне веяния Духа заболевает и искажается человеческая природа, человек не может остаться в себе самом, он призван стать тем, кем он не был, призван стяжать богоподобие. Если этого нет, человек не только не развивается, он разрушается. Отсюда в Православии призыв к святости, то есть к возраста­нию до уровня богоподобия.

Свобода нравственного самоопределения человека явля­ется важнейшим условием достижения человеком богоподо­бия. «Свобода — это способность личности к творческому ста­новлению в границах тех возможностей, которые определены Богом» (1, 106). Благодаря дарованной Богом свободе чело­век не подчинен закону необходимости окончательно. «Он ви­новник своего становления, так как обладает свободой. В его власти изменять и направлять процесс своего формирования и развития. Он сам является причиной своего состояния. Пользуясь даром свободы, человек сообщает смысл процессу своего становления, предпочитая тот или иной закон существо­вания...» (1, 106).

Учение о первородном грехе помогает понять человека в его реальной жизни, в его судьбе. «Греховность, конечно, проник­ла во весь состав человека, во все его функции, отчего созда­лась в человеке, в его глубине коренная двойственность, доб­ро в человеке так неисследимо сплелось со злом ...» (22, 40).

Наличная природа живущего человека повреждена перво­родным грехом. Первородный грех подобен болезни, парази­тирующей на той природе, в которой она существует. Право­славное видение человека динамично — человек не может ос­таться самим собой в силу поврежденное™ грехом своего ес­тества. Не преодолевая последствий грехопадения, человек перестает быть человеком. Отсюда и признание православной антропологией отсутствия изначальной гармонии в человеке. «В падшем человеке трудно узнать первозданного, нелегко согласиться, что есть в нем образ Божий, "ибо где Богоподо­бие души? Где не подлежащее страданию тело? Где вечность


жизни? Человек смертен, страстен, скорогибнущ, по душе и телу расположен ко всякому роду страстей". Богоподобие вид­но только в преуспевших — в них снова просиявает подобие Божественных красот. И по ним можно разгадать первоздан­ный закон человеческой жизни — закон иерархической строй­ности» (Флоровский Г.В. Восточные отцы IV в. М., 1991, с. 163). Восстановление богоподобия в человеке обусловлено выпол­нением Божественных заповедей, данных человечеству. Испол­нение заповеданного Богом ведет человека к жизни, тогда как за нарушением заповеди следует помрачение и смерть разу­ма, а затем и самого человека — и духовного, и телесного. Со­временный богослов Амфилохий (Радович) называет заповедь указателем на пути человека к Богу, призывом к согласованию свободы и воли человека с совершенной Божественной волей, что делает человека целостным и сущностным. С одной сторо­ны, «нет ничего более соприродного человеческой природе, чем Божественная заповедь; ею раскрывается человеческая природа, и добродетель, то есть "живот по Богу и в Боге", ста­новится единственным естественным и нормальным способом человеческого существования. Добродетель, как плод испол­ненной заповеди и как уподобление Богу, представляет собой внутренний ритм человеческой жизни и роста». С другой сто­роны, исполнению заповедей препятствует падшесть, повреж-денность грехом. Следовательно, исполнение заповедей и стя­жание добродетели тяжелы и мучительны лишь в той мере, в какой человеческая природа порабощена противоестествен­ным состоянием. Таким образом, божественные заповеди яв­ляются онтологическим законом существования человеческой личности, нарушение этого закона усугубляет порабощенность человеческой природы грехом.

Слово «грех» (по-гречески «amartia») означает промах. Грех, как отклонение, заблуждение, падение, мешает человеку ис­полнить истинную цель его жизни. Процесс преодоления гре­ха и исключения его из личной жизни кладет начало спасению.

При каких условиях возможно спасение человека? Како­ва роль человеческой свободы в устроении спасения? На эти вопросы православное догматическое богословие отвечает следующим образом: при условии направленности челове­ческой воли к Богу и свободном открытии сердца к приня­тию благодати возможно спасение (41, 200). «Господь гово-


Дата добавления: 2018-05-09; просмотров: 145; ЗАКАЗАТЬ РАБОТУ