Тема в когнитивной психологии 59 страница



Что же представляет собой тот реаль­ный процесс, который связывает оба по­люса противоположности объективного и субъективного и который, таким образом, определяет то, отражается ли окружающая действительность в психике изучаемого нами субъекта — животного или челове­ка — и какова та конкретная форма, в который это отражение осуществляется? Что, иначе говоря, создает необходимость психического отражения объективной дей­ствительности? Ответ на этот вопрос выра­жен в известном положении В. И. Ленина о том, что “человек не мог бы биологичес­ки приспособиться к среде, если бы его ощу­щения не давали ему объективно-правиль­ного представления о ней”1. Необходимость ощущения, и при этом ощущения, дающе­го правильное отражение действительнос­ти, лежит, следовательно, в условиях и тре­бованиях самой жизни, т.е. в тех процессах, которые реально связывают человека с окружающей его действительностью. Рав­ным образом и то, в какой форме и как

1 Ленин В. И. Поли. собр. соч. Т. 18. С. 185.

2 Маркс К., Энгельс Ф. Соч. Т. 20. С. 546.


именно отражается соответствующий пред­мет действительности в сознании челове­ка, зависит опять-таки от того, каков про­цесс, связывающий человека с этой действительностью, какова его реальная жизнь, иначе говоря, каково его бытие.

Эти положения, правильность которых с очевидностью выступает, когда мы имеем дело с человеческим сознанием, с не мень­шей ясностью выступает, как мы увидим, и в том случае, когда мы имеем дело с про­цессами отражения действительности в их зачаточных формах — у животных.

Итак, для того чтобы раскрыть необхо­димость возникновения психики, ее даль­нейшего развития и изменения, следует ис­ходить не из особенностей взятой самой по себе организации субъекта и не из взя­той самой по себе, т. е. в отрыве от субъек­та, действительности, составляющей окру­жающую его среду, но из анализа того процесса, который реально связывает их между собой. А этот процесс и есть не что иное, как процесс жизни. Нам нужно ис­ходить, следовательно, из анализа самой жизни.

Правильность этого подхода к изуче­нию возникновения психики и ее разви­тия явствует еще и из другого.

Мы рассматриваем психику как свой­ство материи. Но всякое свойство раскры­вает себя в определенной форме движения материи, в определенной форме взаимодей­ствия. Изучение какого-нибудь свойства и есть изучение соответствующего взаи­модействия.

"Взаимодействие — вот первое, что выступает перед нами, когда мы рассмат­риваем движущуюся материю... Так ес­тествознанием подтверждается то..., что взаимодействие является истинной causa finalis [конечной причиной] вещей. Мы не можем пойти дальше познания этого вза­имодействия именно потому, что позади его нечего больше познавать"2.

Так же ли решается этот вопрос и при­менительно к психике? Или, может быть, психика есть некое исключительное, “над-природное" свойство, которое никогда и ни в каком реальном взаимодействии не мо­жет обнаружить своего истинного лица, как это думают психологи-идеалисты?


304


Марксизм и на этот вопрос дает совершен-но ясный ответ. “То, что Гегель называет взаимодействием, есть органическое тело, которое поэтому и образует переход к со-знанию...”1, — говорил далее Энгельс.

Что же в таком случае представляет собой процесс взаимодействия, в котором раскрывает себя то высшее свойство мате-рии, которое мы называем психикой? Это определенная форма жизненных процессов. Если бы не существовало перехода живот­ных к более сложным формам жизни, то не существовало бы и психики, ибо психика есть именно продукт усложнения жизни. И, наоборот, если бы психика не возникала на определенной ступени развития материи, то невозможны были бы и те сложные жиз-ненные процессы, необходимым условием которых является способность психическо-го отражения субъектом окружающей его предметной действительности.

Итак, основной вывод, который мы мо-жем сделать, заключается в том, что для решения вопроса о возникновении психи­ки мы должны начинать с анализа тех ус­ловий жизни и того процесса взаимодей­ствия, который ее порождает. Но такими условиями могут быть только условия жизни, а таким процессом — только сам материальный жизненный процесс.

Психика возникает на определенной ступени развития жизни не случайно, а необходимо, т. е. закономерно. В чем же заключается необходимость ее возникно-вения? Ясно, что если психика не есть толь-ко чисто субъективное явление, не только “эпифеномен” объективных процессов, но представляет собой свойство, имеющее ре-альное значение в жизни, то необходимость ее возникновения определяется развити­ем самой жизни, более сложные условия которой требуют от организмов способно-сти отражения объективной действитель-ности в форме простейших ощущений. Психика не просто “прибавляется” к жиз-ненным функциям организмов, но, возни­кая в ходе их развития, дает начало каче-ственно новой высшей форме жизни — жизни, связанной с психикой, со способно-стью отражения действительности.

Значит, для того чтобы раскрыть про-цесс перехода от живой, но еще не обла-


дающей психикой материи к материи жи­вой и вместе с тем обладающей психи­кой, требуется исходить не из самих по себе внутренних субъективных состояний в их отделенности от жизнедеятельности субъекта и не из поведения, рассматрива-емого в отрыве от психики или лишь как то, “через что изучаются” психические со-стояния и процессы, но нужно исходить из действительного единства психики и деятельности субъекта и исследовать их внутренние взаимосвязи и взаимопрев­ращения.

II. Гипотеза

<...> Мы видели, что с метафизических позиций проблема генезиса психики не мо-жет быть поставлена на почву конкретно-го научного исследования. Психология до сих пор не располагает сколько-нибудь удовлетворительным прямым и объектив­ным критерием психики, на который она могла бы опираться в своих суждениях. Нам пришлось поэтому отказаться от тра-диционного для старой психологии субъек­тивного подхода к этой проблеме и поста-вить ее как вопрос о переходе от тех простейших форм жизни, которые не свя­заны необходимым образом с явлениями чувствительности, к тем более сложным формам жизни, которые, наоборот, необхо-димо связаны с чувствительностью, со спо-собностью ощущения, т. е. с простейшей зародышевой психикой. Наша задача и заключается в том, чтобы рассмотреть обе эти формы жизни и существующий меж-ду ними переход. <...>

Возникновение жизни есть прежде все-го возникновение нового отношения про-цесса взаимодействия к сохранению суще-ствования самих взаимодействующих тел. В неживой природе процесс взаимодей­ствия тел есть процесс непрерывного, ни на одно мгновение не прекращающегося то более медленного, то более быстрого изме-нения этих тел, их разрушения как тако-вых и превращения их в иные тела.

“Скала, — говорит Энгельс, — подверг-шаяся выветриванию, уже больше не ска-ла; металл в результате окисления пре­вращается в ржавчину”2. Взаимодействие


 


1 Маркс К., Энгельс Ф. Соч. Т. 20. С. 624.

2 Там же. С. 83.


305


неорганических тел является, следователь­но, причиной того, что они "перестают быть тем, чем они были”1. Наоборот, прекраще­ние всякого взаимодействия (если бы это было физически возможно) привело бы неорганическое тело к сохранению его как такового, к тому, что оно постоянно оста­валось бы самим собой.

Противоположное этому отношение процесса взаимодействия к сохранению существования взаимодействующих тел мы находим в органическом мире. Если всякое неорганическое тело в результате взаимодействия перестает быть тем, чем оно было, то для живых тел их взаимо­действие с другими телами является, как мы видели, необходимым условием для того, чтобы они продолжали свое суще­ствование. <...>

Таким образом, переход от процессов взаимодействия в неорганическом мире к процессам взаимодействия как форме су­ществования живых тел связан с корен­ным изменением принципиального отно­шения между процессом взаимодействия и сохранением существования взаимодей­ствующих тел. Это отношение обращается в противоположное. Вместе с тем то новое отношение, которое характеризует жизнь, не просто, не механически становится на место прежнего. Оно устанавливается на основе этого прежнего отношения, которое сохраняется для отдельных элементов живого тела, находящихся в процессе по­стоянного разрушения и возобновления. Ведь живое взаимодействующее тело ос­тается как целое самим собой именно в силу того факта, что отдельные его части­цы распадаются и возникают вновь. Зна­чит, можно сказать, что то новое отноше­ние, которое характеризует жизнь, не просто устраняет прежнее отношение меж­ду процессом взаимодействия и существо­ванием взаимодействующего тела, но диа­лектически снимает его.

Это коренное изменение, образующее узел, скачок в развитии материи при пере­ходе от неорганических ее форм к органи­ческим живым ее формам, выражается еще с одной, весьма важной стороны.

Если рассматривать какой-нибудь процесс взаимодействия в неорганическом мире, то оказывается, что оба взаимодей-


ствующих тела стоят в принципиально одинаковом отношении к этому процес­су. Иначе говоря, в неорганическом мире невозможно различить, какое тело явля­ется в данном процессе взаимодействия активным (т. е. действующим), а какое — страдательным (т. е. подвергающимся действию). Подобное различение имеет здесь лишь совершенно условный смысл. Так, например, когда говорят об одном из механически сталкивающихся между со­бой физических тел как о теле движу­щемся, а о другом — как о теле непод­вижном, то при этом всегда подразумева­ется некоторая система, по отношению к которой только и имеют смысл выраже­ния “движущийся” или “неподвижный”. С точки же зрения содержания самого процесса тех изменений, которые претер­певают участвующие в нем тела, совер­шенно безразлично, какое из них являет­ся по отношению к данной системе дви­жущимся, а какое — неподвижным. Такое же отношение мы имеем и в случае хи­мического взаимодействия. Безразлично, например, будем ли мы говорить о дей­ствии цинка на серную кислоту или о действии серной кислоты на цинк; в обо­их случаях будет одинаково подразу­меваться один и тот же химический про­цесс:

Zn + H2S04 = ZnS04 + H2

Принципиально другое положение мы наблюдаем в случае взаимодействия орга­нических тел. Совершенно очевидно, что в процессе взаимодействия живого белко­вого тела с другим каким-нибудь телом, представляющим для него питательное ве­щество, отношение обоих этих тел к са­мому процессу взаимодействия будет раз­личным. Поглощаемое тело является предметом воздействия живого тела и уничтожается как таковое. Разумеется, оно, в свою очередь, воздействует на это живое тело, элементы которого также претерпевают изменения. Однако, как мы видели, живое тело сохраняет при этом в нормальных случаях свое существование и сохраняет его именно за счет измене­ния отдельных своих частиц. Этот спе­цифический процесс самовосстановления


1 Маркс К., Энгельс Ф. Соч. Т. 20. С. 83.

306


не является уже процессом, одинаково принадлежащим обоим взаимодействую­щим телам, но присущ только живому телу. <...>

Можно сказать, что процесс жизни, представляющий собой процесс взаимодей­ствия и обмена между телами, принадле­жит, однако, как процесс самовосстановле­ния, т. е. как жизненный процесс, только живому телу, которое и является его дей­ствительным субъектом.

Таким образом, тот процесс, к кото­рому в неорганическом мире участвую­щие в нем тела стоят в принципиально одинаковом отношении, превращается на ступени органической жизни в процесс, отношение к которому участвующего в нем живого тела будет существенно иным, чем отношение к нему тела неживого. Для первого его изменение есть активный по­ложительный процесс самоохранения, ро­ста и размножения; для второго его из­менения — это пассивный процесс, которому он подвергается извне. Иначе это можно выразить так: переход от тех форм взаимодействия, которые свойствен­ны неорганическому миру, к формам вза­имодействия, присущим живой материи, находит свое выражение в факте выделе­ния субъекта, с одной стороны, и объек­та — с другой. <...>

Рассматривая процессы, осуществляю­щие специфические отношения субъекта к окружающей его предметной действи­тельности, необходимо с самого начала от­личать их от других процессов. Так, на­пример, если поместить одноклеточную водоросль в достаточно концентрирован­ный раствор кислоты, то она тотчас же погибает; однако можно допустить, что сам организм при этом не обнаружит по отношению к данному воздействующему на него веществу никакой активной ре­акции. Это воздействие будет, следователь­но, объективно отрицательным, разруша­ющим организм, с точки зрения же реактивности самого организма оно мо­жет быть нейтральным. Другое дело, если мы будем воздействовать сходным обра­зом, например, на амебу; в условиях при-ливания в окружающую ее воду кисло­ты амеба втягивает свои псевдоподии, принимает форму шара и т. д., т.е. обна­руживает известную активную реакцию. Таковы же, например, и реакции выделе-


ния слизи у некоторых корненожек, дви­гательная реакция инфузорий и т.д. Та­ким образом, в данном случае объектив­но отрицательное воздействие является отрицательным также и в отношении вызываемой им активности организма. Хотя конечный результат в обоих этих случаях может оказаться одинаковым, однако сами процессы являются здесь глубоко различными. Такое же различие существует и в отношениях организмов к объективно положительным воздейст­виям.

Необходимость этого различения при­ходится специально отмечать потому, что вопреки очевидности оно далеко не всегда учитывается. Ведь именно этому обязаны своим появлением крайние механические теории, для которых тот факт, что орга­низм, повинуясь силе тяготения, движется по направлению к центру земли, и тот факт, что он активно стремится к пище, суть факты принципиально однопорядковые.

Те специфические процессы, которые осуществляют то или иное жизненное, т.е. активное, отношение субъекта к действи­тельности, мы будем называть в отличие от других процессов процессами деятель­ности.

Соответственно мы ограничиваем и понятие предмета. Обычно это понятие употребляется в двояком значении: в бо­лее широком значении — как вещь, стоя­щая в каком-либо отношении к другим вещам, т.е. как “вещь, имеющая сущест­вование”, и в более узком значении — как нечто противостоящее (нем. Gegenstand), сопротивляющееся (лат. objectum), то, на что направлен акт (русск. “предмет”), т.е. как нечто, к чему относится именно жи­вое существо, как предмет его деятель­ности — безразлично, деятельности внеш­ней или внутренней (например, предмет питания, предмет труда, предмет раз­мышления и т.п.). В дальнейшем мы будем пользоваться термином предмет именно в этом более узком, специальном его значении.

Всякая деятельность организма направ­лена на тот или иной предмет; непредмет­ная деятельность невозможна. Поэтому рассмотрение деятельности требует выде­ления того, что является ее действитель­ным предметом, т.е. предмета активного отношения организма. <...>

307


Итак, основной “единицей" жизненно­го процесса является деятельность орга­низма; различные деятельности, осуще­ствляющие многообразные жизненные отношения организма к окружающей дей­ствительности, существенно определяют­ся их предметом; поэтому мы будем раз­личать отдельные виды деятельности по различию их предметов.

Главная особенность процесса взаимо­действия живых организмов с окружаю­щей их средой заключается, как мы виде­ли, в том, что всякий ответ (реакция) организма на внешнее воздействие явля­ется активным процессом, т. е. совершает­ся за счет энергии самого организма.

Свойство организмов приходить под влиянием воздействий среды в состояние деятельности, т. е. свойство раздражимос­ти, есть фундаментальное свойство всякой живой материи; оно является необходи­мым условием обмена веществ, а значит, и самой жизни.

Что же представляет собой процесс жизни в его простейших, начальных фор­мах?

Согласно современным научным пред­ставлениям, примитивные, первые жизне­способные организмы представляли собой протоплазматические тела, взвешенные в водной среде, которая обладает рядом свойств, допускающих наиболее простую форму обмена веществ и наиболее простое строение самих организмов: однород­ностью, способностью растворения веществ, необходимых для поддержания простей­шей жизни, относительно большой тепло­устойчивостью и пр. С другой стороны, и сами эти примитивные организмы также обладали такими свойствами, которые обеспечивали возможность наиболее про­стого взаимодействия их со средой. Так, по отношению к первоорганизмам необ­ходимо допустить, что они получали пи­щевые вещества из окружающей среды путем прямой адсорбции; их деятельность выражалась, следовательно, лишь в форме внутренних движений, обслуживающих процессы промежуточного преобразования и непосредственного усвоения ассимили­руемых веществ1. А это значит, что в нор­мальных случаях и диссимилятивные про­цессы происходили у них лишь в связи с


такими воздействиями, которые способны сами по себе определить положительно или отрицательно процесс ассимиляции, процесс поддержания жизни.

Таким образом, для того чтобы жизнь в ее простейшей форме могла осуществ­ляться, необходимо и достаточно, чтобы живое тело было раздражимо по отноше­нию к таким воздействующим веществам или формам энергии, которые в результате ряда последующих преобразований внутри организма могли бы привести к процессу ассимиляции, способному компенсировать распад (диссимиляцию) собственного веще­ства организма, за счет энергии которого протекает реакция, вызываемая самими этими воздействиями.

Иначе говоря, чтобы жизнь простейше­го протоплазматического тела — первобыт­ной коацерватной капельки или “протаме-бы” — могла осуществляться, необходимо, чтобы оно могло усваивать из окружающей среды соответствующее вещество или энер­гию. Но процесс ассимиляции осуществля­ется лишь в результате деятельности само­го организма. Безразлично, протекает ли эта деятельность организма в форме толь­ко внутреннего или также и внешнего дви­жения, но она всегда должна быть и она всегда происходит за счет частичного рас­пада и падения энергетического потенциа­ла составляющих его частиц, т. е. за счет диссимиляции. Ведь всякий раз, когда мы имеем некоторое внешнее воздействие, при­водящее к ассимиляции, мы также имеем и некоторую диссимиляцию, связанную с деятельностью организма, вызываемой дан­ным воздействием. Если при этом ассими­ляция будет превышать диссимиляцию, то мы будем наблюдать явление роста и пос­ле известного предела — явление размно­жения. Если же, наоборот, диссимиляция не будет компенсироваться ассимиляцией, то мы будем наблюдать явление распада организма, так как недостаток ассимилян-тов, поступающих извне, будет в этом слу­чае покрываться за счет процесса “само­потребления” организма.

Можем ли мы допустить в качестве необходимых для простейшей жизни так­же такие виды деятельности, при которых энергетические траты организма, связан­ные с процессами, вызываемыми тем или


308


иным воздействием, ни в какой степени не могут быть восстановлены за счет данного воздействующего свойства (вещества или энергии)? Разумеется, нет. Более того, та­кую деятельность в условиях простейшей жизни мы не можем считать и сколько-нибудь устойчиво возможной.

Таким образом, мы можем прийти к следующей весьма важной для нас конста­тации: для осуществления жизни в ее наи­более простой форме достаточно, чтобы организм отвечал активными процессами лишь на такие воздействия, которые спо­собны сами по себе определить (положи­тельно или отрицательно) процесс поддер­жания их жизни.


Дата добавления: 2018-04-04; просмотров: 71;