Тема в когнитивной психологии 43 страница



Я не настолько наивен, чтобы предпо­ложить, что это полностью решает пробле­му субъективного и объективного, свобо­ды и необходимости. Тем не менее это имеет для меня значение, потому что чем больше


человек живет хорошей жизнью, тем боль­ше он чувствует свободу выбора и тем больше его выборы эффективно воплоща­ются в его поведении.

Творчество как элемент хорошей жизни

Мне кажется, совершенно ясно, что человек, вовлеченный в направляющий процесс, который я назвал "хорошей жиз­нью", — это творческий человек. С его вос­приимчивой открытостью миру, с его верой в свои способности формировать новые от­ношения с окружающими он будет таким человеком, у которого появятся продукты творчества и творческая жизнь. Он не обя­зательно будет “приспособлен” к своей культуре, но почти обязательно не будет конформистом. Но в любое время и в лю­бой культуре он будет жить созидая, в гармонии со своей культурой, которая не­обходима для сбалансированного удовлет­ворения его нужд. Иногда, в некоторых си­туациях, он мог бы быть очень несчастным, но все равно продолжал бы двигаться к тому, чтобы стать самим собой, и вести себя так, чтобы максимально удовлетворить свои самые глубокие потребности.

Я думаю, что ученые, изучающие эво­люцию, могли бы сказать про такого чело­века, что он с большей вероятностью адап­тировался бы и выжил при изменении окружающих условий. Он смог бы хорошо и творчески приспособиться как к новым, так и к существующим условиям. Он пред­ставлял бы собой подходящий авангард человеческой эволюции.

Основополагающее доверие к человеческой природе

В дальнейшем станет ясно, что другой вывод, имеющий отношение к представлен­ной мной точке зрения, заключается в том, что в основном природа свободно функци­онирующего человека созидательна и дос­тойна доверия. Для меня это неизбежное заключение из моего двадцатипятилетне­го опыта психотерапии. Если мы способ­ны освободить индивида от защитных ре­акций, открыть его восприятие как для широкого круга своих собственных нужд, так и для требований окружения и обще­ства, можно верить, что его последующие


220


действия будут положительными, созида­тельными, продвигающими его вперед. Нет необходимости говорить, кто будет его со­циализировать, так как одна из его соб­ственных очень глубоких потребностей — это потребность в отношениях с другими, в общении. По мере того как он будет все более становиться самим собой, он будет в большей мере социализирован — в соот­ветствии с реальностью. Нет необходимос­ти говорить о том, кто должен сдерживать его агрессивные импульсы, так как по мере его открытости всем своим импульсам его потребности в принятии и отдаче любви будут такими же сильными, как и его импульс ударить или схватить для себя. Он будет агрессивен в ситуациях, где на самом деле должна быть использована аг­рессия, но у него не будет неудержимо ра­стущей потребности в агрессии. Если он движется к открытости всему своему опы­ту, его поведение в целом в этой и других сферах будет более реалистичным и сба­лансированным, подходящим для выжи­вания и дальнейшего развития высокосо-циализированного животного.

Я мало разделяю почти преобладаю­щее представление о том, что человек в основе своей иррационален и, если не кон­тролировать его импульсы, он придет к разрушению себя и других. Поведение человека до утонченности рационально, когда он строго намеченным сложным путем движется к целям, которых стре­мится достичь его организм. Трагедия в том, что наши защитные реакции не дают нам возможность осознать эту рациональ­ность, так что сознательно мы движемся в одном направлении, в то время как организмически — в другом. Но у наше­го человека в процессе хорошей жизни число таких барьеров уменьшается, и он все в большей степени участвует в раци­ональных действиях своего организма. Единственный необходимый контроль над импульсами, существующий у такого че­ловека, — это естественное внутреннее уравновешивание одной потребности дру­гою и обнаружение вариантов поведения, направленных на наиболее полное удов­летворение всех нужд. Очень уменьшил­ся бы опыт чрезвычайного удовлетворе­ния одной потребности (в агрессии, сексе и т. д.) за счет удовлетворения других нужд (в товарищеских отношениях, в не-


жных отношениях и т. д.), который в боль­шей мере присущ человеку с защитными реакциями. Человек участвовал бы в очень сложной деятельности организма по саморегуляции — его психическом и фи­зиологическом контроле — таким обра­зом, чтобы жить во все возрастающей гар­монии с собой и другими.

Более полнокровная жизнь

Последнее, о чем бы я хотел упомя­нуть, — это то, что процесс хорошей жиз­ни связан с более широким диапазоном жизни, с ее большей яркостью по сравне­нию с тем “суженным” существованием, которое ведет большинство из нас. Быть частью этого процесса — значит быть вовлеченным в часто пугающие или удов­летворяющие нас переживания более вос­приимчивой жизни, имеющей более ши­рокий диапазон и большее разнообразие. Мне кажется, что клиенты, которые зна­чительно продвинулись в психотерапии, более тонко чувствуют боль, но у них также и более яркое чувство экстаза; они более ясно чувствуют свой гнев, но то же можно сказать и о любви; свой страх они ощущают более глубоко, но то же проис­ходит и с мужеством. И причина того, что они таким образом могут жить более полноценно, с большей амплитудой чувств, заключается в том, что они в глубине уверены в самих себе как надежных ору­диях при встрече с жизнью.

Я думаю, вам станет понятно, почему такие выражения, как “счастливый”, “до­вольный”, “блаженство”, “доставляющий удовольствие", не кажутся мне полностью подходящими для описания процесса, ко­торый я назвал “хорошей жизнью”, хотя человек в процессе хорошей жизни в оп­ределенное время и испытывает подобные чувства. Более подходящими являются такие прилагательные, как “обогащаю­щий”, “захватывающий”, “вознаграждаю­щий”, “бросающий вызов", “значимый". Я убежден, что процесс хорошей жизни не для малодушных. Он связан с расшире­нием и ростом своих возможностей. Что­бы полностью опуститься в поток жизни, требуется мужество. Но более всего в человеке захватывает то, что, будучи сво­бодным, он выбирает в качестве хорошей жизни именно процесс становления.

221


Р.Л. Солсо

[ВВЕДЕНИЕ

В КОГНИТИВНУЮ

ПСИХОЛОГИЮ]1

Когнитивная психология изучает то, как люди получают информацию о мире, как эта информация представляется че­ловеком, как она хранится в памяти и преобразуется в знания и как эти знания влияют на наше внимание и поведение. Когнитивная психология охватывает весь диапазон психологических процессов — от ощущений до восприятия, распознава­ния образов, внимания, обучения, памяти, формирования понятий, мышления, вооб­ражения, запоминания, языка, эмоций и процессов развития; она охватывает все­возможные сферы поведения. Взятый нами курс — курс на понимание приро­ды человеческой мысли — является од­новременно амбициозным и волнующим. Поскольку это требует очень широкого круга знаний, то и диапазон изучения будет обширен; а поскольку эта тема пред­полагает рассмотрение человеческой мыс­ли с новых позиций, то вероятно, что и ваши взгляды на интеллектуальную сущ­ность человека изменятся радикально.

Эта глава названа “Введение"; однако, в некотором смысле вся эта книга есть введение в когнитивную психологию. В этой главе дана общая картина когнитив­ной психологии, а также рассмотрена ее история и описаны теории, объясняющие, как знания представлены в уме человека.

Прежде чем мы коснемся некоторых технических аспектов когнитивной пси-


хологии, будет полезно получить некото­рое представление о тех предпосылках, на которых мы, люди, основываемся, когда обрабатываем информацию. Чтобы про­иллюстрировать, как мы интерпретируем зрительную информацию, рассмотрим при­мер обычного события: водитель спраши­вает у полицейского дорогу. Хотя участву­ющий здесь когнитивный процесс может показаться простым, на деле это не так.

Водитель: Я не из этого города; не мог­ли бы вы мне сказать, как попасть в “Пла­ти-Пакуй"?

Полицейский: А Вам нужны хозяйствен­ные товары или спортивные? У них тут два разных магазина.

£:А-а, м-м-м...

П: Вообще-то это не важно, поскольку они оба находятся напротив друг друга че­рез улицу.

В: Я собственно ищу сантехнику — но­вое сиденье для унитаза.

П: Ну, тогда это у них в хозяйственном.

В: В хозяйственном.

П: Да, в отделе сантехники. Так что... Вы знаете, где цирк?

В: Это то здание с чем-то вроде конуса или это то, которое...

П: Нет, это там, знаете, — эта самая выс­тавочная площадка; ну, помните, там про­ходила “Экспо-84”.

В: А, да, я знаю, где эта выставка.

П: Ну вот, это там, на месте Экспо. Вооб­ще отсюда туда трудно попасть, но если Вы поедете отсюда вниз, проедете по этой улице один светофор, а потом до сигнальной мач­ты, повернете направо один квартал до сле­дующего светофора, а затем налево через железнодорожный переезд, мимо озера до следующего светофора рядом со старой фаб­рикой... Знаете, где старая фабрика?

В: Это та улица через мост, где указа­тель одностороннего движения до старой фабрики?

П: Нет, там двухстороннее движение.

В: А, это значит другой мост. Ладно, я знаю, какая улица.

П: Вы можете узнать ее по большому плакату, где написано “Если вы потеряли драгоценность, вы никогда ее не возмести­те”. Что-то в этом роде. Это реклама ноч­ного депозитного отделения. Я его называю “Бозодеп”, потому что это в Бозвелловском банке. Короче, Вы едете мимо старой фаб­рики — это где железные ворота — и пово­рачиваете налево — нет, направо — потом один квартал налево и Вы на Благодатной.


222


Благодатную улицу вы не пропустите. Это будет по правой стороне на этой улице.

В: Да Вы шутите. Я же остановился в мотеле на Благодатной.

П: Да-а?

В: Я поехал не в ту сторону и теперь я на другом конце города. Подумать только, два квартала от моего мотеля! Я мог туда пешком дойти.

П: А в каком Вы мотеле?

В: В Университетском.

П: Ах в Университетском... Что же, Вы не нашли места поприличней?

В: Нет. Но зато там совершенно замеча­тельная библиотека.

П: Хм-м.


Весь описанный эпизод занял бы не более двух минут, но то количество информации, которую восприняли и про­анализировали эти два человека, просто поражает. Как должен психолог рас­сматривать такой процесс? Один выход — это просто на языке “стимул-реакция” (S—R): например, светофор (стимул) и по­ворот налево (реакция). Некоторые пси­хологи, особенно представители традици­онного бихевиористского подхода уверены, что всю последовательность событий мож­но адекватно (и гораздо более детально) описать в таких терминах. Однако, хотя


 


Характеристика


Тема в когнитивной психологии


 


Способность обнаруживать и интерпретировать сенсорные стимулы

Склонность сосредотачиваться на некоторых сенсорных стимулах и игнорировать остальные

Детальное знание физических характеристик окружения


Обнаружение сенсорных сигналов

Внимание

Знания


 

Способность абстрагировать некоторые элементы события и объединять эти элементы в хорошо структу­рированный план, придающий значение всему эпизоду Распознавание образов
Способность извлекать значение из букв и слов Чтение и переработка информации
Способность сохранять свежие события и объединять их в непрерывную последовательность Кратковременная память
Способность формировать образ «когнитивной карты» Мысленные образы
Понимание каждым участником роли другого Мышление
Способность использовать «мнемонические трюки» для воспроизведения информации Мнемоника и память

Тенденция хранить языковую информацию в общем виде

Способность решать задачи

Общая способность к осмысленным действиям


Абстрагирование речевых высказываний

Решение задач

Человеческий интеллект


 


Понимание, что направление движения можно точно перешифровать в набор сложных моторных действий (вождение автомобиля)


Языковое / моторное поведение


 


Способность быстро извлекать из долговременной памяти конкретную информацию, нужную для применения непосредственно в текущей ситуации


Долговременная память


 


Способность передавать наблюдаемые события на разговорном языке


Языковая переработка


 


Знание, что объекты имеют конкретные названия


Семантическая память


 


Неспособность действовать совершенным образом


Забывание и интерференция


223


эта позиция и привлекает своей просто­той, она не в состоянии описать те когни­тивные системы, которые участвуют в по­добном обмене информацией. Чтобы это сделать, необходимо определить и проана­лизировать конкретные компоненты ког­нитивного процесса и затем объединить их в большую когнитивную модель. Имен­но с такой позиции исследуют сложные проявления человеческого поведения ког­нитивные психологи. Какие конкретно компоненты выделил бы когнитивный психолог в вышеприведенном эпизоде и как он стал бы их рассматривать? Мы можем начать с некоторых предположе­ний относительно когнитивных характе­ристик, которыми обладают полицейский и водитель. В левой части таблицы 1 при­ведены соответствующие положения, а в правой — темы когнитивной психологии, связанные с этими положениями.

Информационный подход

Приведенные положения можно объе­динить в более крупную систему, или ког­нитивную модель. Модель, которой обыч­но пользуются когнитивные психологи, называется моделью переработки инфор­мации.

ции,

С самого начала нашего изучения ког­нитивных моделей важно понять их ог­раничения. Когнитивные модели, опира­ющиеся на модель переработки информа-

 

это эвристические построения,

используемые для организации существу­ющего объема литературы, стимуляции дальнейших исследований, координации исследовательских усилий и облегчения коммуникаций между учеными. Суще­ствует тенденция приписывать моделям большую структурную незыблемость, чем это может быть подтверждено эмпиричес­кими данными.

Модель переработки информации по­лезна для вышеперечисленных задач; од­нако, чтобы лучше отразить достижения когнитивной психологии, были разрабо­таны и другие модели. С такими альтер-


нативными моделями я буду знакомить вас по мере необходимости. Модель пере­работки информации предполагает, что процесс познания можно разложить на ряд этапов, каждый из которых представляет собой некую гипотетическую единицу, включающую набор уникальных опера­ций, выполняемых над входной информа­цией. Предполагается, что реакция на событие (например, ответ: "А, да, я знаю, где эта выставка") является результатом серии таких этапов и операций (напри­мер, восприятие, кодирование информации, воспроизведение информации из памяти, формирование понятий, суждение и фор­мирование высказывания). На каждый этап поступает информация от предыду­щего этапа, и затем над ней выполняют­ся свойственные для данного этапа опе­рации. Поскольку все компоненты модели переработки информации так или иначе связаны с другими компонентами, трудно точно определить начальный этап; но для удобства мы можем считать, что вся эта последовательность начинается с поступ­ления внешних стимулов1.

Эти стимулы — признаки окружения в нашем примере — не представлены не­посредственно в голове полицейского, но они преобразуются в значимые символы, в то, что некоторые когнитологи называ­ют “внутренними репрезентациями”. На самом нижнем уровне энергия света (или звука), исходящая от воспринимаемого стимула, преобразуется в нервную энер­гию, которая в свою очередь обрабатыва­ется на вышеописанных гипотетических этапах с тем, чтобы сформировать “внут­реннюю репрезентацию” воспринимаемо­го объекта. Полицейский понимает эту внутреннюю репрезентацию, которая в сочетании с другой контекстуальной ин­формацией дает основу для ответа на вопрос.

Модель переработки информации по­родила два важных вопроса, вызвавших значительные споры среди когнитивных психологов: какие этапы проходит ин­формация при обработке? и в каком виде


1 Можно, конечно, утверждать, что эта последовательность преобразований начинается со знаний субъекта о мире, которые позволяют ему избирательно направлять внимание на отдельные аспек­ты зрительных стимулов и игнорировать другие аспекты. Так, в приведенном примере полицейс­кий описывает водителю дорогу, останавливаясь преимущественно на том, где водителю придется проезжать, и не обращает внимания (по крайней мере активного) на другие признаки: дома, пеше­ходов, солнце, другие ориентиры.

224


информация представлена в уме челове­ка? Хотя на эти вопросы нет легкого от­вета, данная книга по большей части по-священа им обоим, так что их полезно не упустить из виду. Среди прочего когни­тивные психологи пытались ответить на эти вопросы путем включения в свои ис­следования методов и теорий из конкрет­ных психологических дисциплин; некото-рые их них описаны ниже.

Сфера когнитивной психологии

Современная когнитивная психология заимствует теории и методы из 10 основ-ных областей исследований (рис. 1): вос­приятие, распознавание образов, внимание, память, воображение, языковые функции, психология развития, мышление и реше-ние задач, человеческий интеллект и ис­кусственный интеллект; каждую из них мы рассмотрим отдельно.


Дата добавления: 2018-04-04; просмотров: 82;