Неувядаемая слава христолюбивого воинства



Nbsp;

Роль православия в защите Отечества

С первых годов введения христианства на Руси российское воинство и Русская Православная Церковь всегда были рядом. Церковь, провозгласив защиту Отечества священным делом каждого верующего, строила монастыри-крепости, способные выдержать длительную осаду, направляла в войска своих пастырей, укрепляла армию духовно. В годины тяжелых испытаний в ряды воинов становились священнослужители.

Стараниями православной Церкви русское воинство стало называться христолюбивым, чем подчеркивался тот главный источник, из которого оно веками черпало свои нравственные силы.

 

Священное Писание о войне

Отношение Церкви к войне и к воинскому служению вообще прошло сложный путь развития: от отрицания самой возможности военной службы для христианина в I—III вв. по Р.Х. до провозглашения защиты Отечества священным делом каждого верующего. В концептуальном виде христианское учение о войне и воинском служении сложилось в Средние века, когда возникла «убежденность, что война должна вестись по определенным правилам, что и сражающийся человек не должен терять своего нравственного облика, забывая, что его противник — такой же человек, как и он сам».

РПЦ, обратившись к христианскому учению о войне и воинском служении, традиционно выделяла из него следующие основные положения:

— войны являются злом, но злом неизбежным, они сопровождали всю историю человечества после грехопадения и будут сопровождать ее и дальше;

— насилие допустимо, если оно направлено на пресечение зла, а потому действующая власть обязана силой устранять зло из жизни общества;

— убийство врага на войне не противоречит учению Христа и является последней мерой в борьбе со злом;

— воинское служение является особым духовно-нравственным подвигом во имя ближнего, сопряженным с готовностью «положить жизнь за друзей своих».

Обосновывая неизбежность войн, Церковь, разумеется, опиралась на Библию: «Когда же услышите о войнах и о военных слухах, не ужасайтесь: ибо надлежит сему быть» (Евангелие от Марка. 13.7).Согласно Ветхому завету, войны начались с братоубийством Каина. И пока каиновы чувства в сердцах людей не исчезли, считает православная Церковь, пока будет существовать и господствовать на земле грех, пока живут и действуют в свободном человеке его страсти, будут и войны. Причем, когда перед концом мира грех достигнет наивысшего развития, войны будут очень велики, т.к. Христос сказал как-то: «Зрите не ужасайтесь, подобает бо всем сим быти. Восстанет бо народ на народ и царство на царство» (Евангелие от Матфея. 14. 6—7). А раз войны неизбежны, государству необходимо к ним готовиться: создавать армию, производить и запасать оружие, строить крепости и т.д. Только военная сила и постоянная готовность к отпору агрессора позволяют государству жить в мире.

Известный богослов середины XIX в. митрополит Московский Филарет (Дроздов) учил: «Бог любит добродушный мир, и Бог благословляет праведную войну. На земле всегда есть немирные люди, посему нельзя наслаждаться миром без помощи военной».По мнению православных богословов, Христос, проповедуя мир и любовь, терпение, послушание властям и перенесение личных обид, не отвергал возмездие за причиненное зло, в том числе и с использованием военной силы, «ибо все, взявшие меч, мечем погибнут» (Евангелие от Матфея. 26. 52). Прежде всего эти слова, сказанные им апостолу Петру, обозначают предостережение всякому, поднимающему меч на другого. Меч познается чрез меч — таков закон возмездия, считает Церковь.В Библии нет прямого запрета христианину употреблять насилие в земной жизни. Напротив, в словах Иисуса на суде Пилата: «...если бы от мира сего было царство Мое, то служители Мои подвизались бы за Меня» (Евангелие от Иоанна. 19.36—37), — ясно показано, что противление силой, самозащита есть дело естественное.По мнению богословов, насилие над противником, пришедшим поработить народ, уничтожить духовный оплот его жизни — православие, само по себе не может считаться аморальным, и только его безответственное, жестокое применение будет несомненным злом.

На войне, участвуя в боевых действиях, человек вынужден убивать врагов. В связи с этим перед православной Церковью возникла сложная нравственная задача — обосновать законность лишения жизни себе подобного, т.е. человека человеком. Определенно по этому поводу еще на заре христианства высказался учитель Церкви Афанасий Великий: «Непозволительно убивать, но убивать врагов на поле брани и законно, и похвалы достойно».Православные священники разъясняли солдатам, что одна из основных заповедей христианства не убий не отрицает и не осуждает противление злу силою: «Против шестой заповеди не грешит тот, кто убивает вооруженного неприятеля на войне, потому что, воюя, мы защищаем святую Веру, Государя и Отечество наше».

Опираясь на Новый завет, Церковь разъясняла, что христианин может быть воином и участвовать в войнах и это не противоречит учению Христа. В Библии нет ни одного осуждения Христом солдат, подобно тому, которое он изрек в отношении торгующих на территории храма (Евангелие от Иоанна. 2.16). Напротив, когда воины пришли к Иоанну Крестителю за советом, то он сказал им: «Никого не обижайте, не клевещите и довольствуйтесь своим жалованьем» (Евангелие от Луки. 3.14). То есть он не повелел им оставить армию, а дал понять, что они должны зарабатывать себе на пропитание ратным трудом, но без жалоб и претензий. Вместе с тем он призвал их к покаянию и запретил использовать оружие и власть в личных целях, например для вымогательства — практики, обычной для римских легионеров того времени.В своих проповедях православное духовенство постоянно подчеркивало богоугодность военной службы в условиях действия существующей власти. Солдатам разъясняли, что принятая ими военная присяга есть «клятва перед Богом служить верно Государю, Наследнику престола и Отечеству, хотя бы пришлось и умереть за них». При этом старались постоянно напоминать, «при какой обстановке получена была данная ими клятва, а именно христианам на Кресте Спасителя и святого Евангелия».

Православие традиционно истолковывало военную службу как особый вид христианского служения. В начале XX в. архиепископ Херсонский Иннокентий (Борисов) выразил отношение Церкви к воинскому труду в двух коротких, но емких фразах: «Доколь не водворятся на земле правда и истина, дотоль необходимы вооруженные защитники Церкви и Отечества» и «Звание воина, по самому существу своему, весьма близко к самой высокой степени совершенства христианского». Характеризуя личные качества христолюбивых воинов, он писал, что их отличает «правота побуждений, чистота намерений и прямота действий». Они, «смело поражая врагов веры, царя и отечества, обязываются не проливать крови понапрасну, не производить разрушения без цели и пользы; не нарушать уважение к тому, пред чем должны равно преклоняться и друзья и враги; быть кроткими к мирным жителям и великодушными к побежденным». Они должны «переносить труды и лишения без ропота, исправлять дело своего звания без лжи и неправды, воодушевляясь при сем не столько чаянием наград земных и отличий временных, сколько упованием венца небесного». Для них важно «уметь отражать не одних врагов отечества видимых, но и врагов своего спасения невидимых, кои суть наши злые пожелания и страсти; хранить в сердце веру в Царя небесного и верность Царю земному; послушание к начальникам и любовь ко всем». Воин, любящий Христа, должен быть «кротким, воздержанным, богобоязненным и правдолюбивым. Быть первым в трудах и последним у награды, подвизаться где можно и за других, но выставлять по окончании подвига не себя, а других». Он «не подвергает себя опасности и смерти без видимой нужды, по единой неразумной отваге или столь же непростительной беспечности, а сражается и умирает по-христиански, переходит на брани в другой мир с чувством смирения и покаяния».

 

Неувядаемая слава христолюбивого воинства

Слава Богу, благодаря нашим доблестным предкам, покрывшим себя неувядаемой славой на полях сражений, мы имеем величайшее богатство – историю государства Российского, изобилующую примерами подлинного героизма и самоотверженности русских солдат.

На протяжении столетий завоеватели мира с Запада и Востока стремились овладеть Русью, но их слава обращалась в позор, а огромные армии терпели поражение на Чудском озере, на Куликовом поле, на Бородинском поле, под Москвой, под Сталинградом и Прохоровкой, в других сражениях на русских просторах. Героические качества русских воинов во все века были предметом удивления и зависти чужеземцев. И дело здесь не в какой-то «загадочной русской душе», а в том, что духовной основой воинской доблести наших предков было Православие. Боевые качества русского солдата – стойкость, героизм, мужество и жертвенность были во многом связаны с православным воспитанием. Ведь Церковь всегда внушала своим чадам, что «нет больше той любви, как если кто положит душу свою за друзей своих» (Ин. 15, 13). Церковь стремилась вдохновить воинов, нравственно укрепить, воспитать в них чувство долга и личную ответственность за судьбу Отечества. Если Православная Церковь и армия едины – это сила необоримая. Вооруженные защитники Отечества во все времена воспринимали Православие как символ славных и святых свершений народа. Веками набатом звучал голос Церкви, призывая народ на защиту Земли Русской. Она благословляла дружины князя Святослава, полки князя Игоря, Владимира Мономаха, Александра Невского. Преподобный Сергий Радонежский, благословляя князя Димитрия Донского на битву, напутствовал его: «Иди! Бог правды дарует тебе победу и сохранит тебя для вечной славы, а многим из подвижников твоих готовы венцы мученические. Иди смело, князь, и надейся на помощь Божию». Своей мученической смертью Патриарх Гермоген придал силы Минину и Пожарскому в борьбе против польско-литовских захватчиков. С любовью к Отечеству и верой в Бога шли войска и ополчение против Наполеона.

Стоит отметить, что христианство и воинское служение вообще очень многое роднит. И христианину, и воину необходимы такие качества, как самоограничение, дисциплина и мужество. Великий проповедник христианства апостол Павел сравнивает христианскую жизнь с «бранью», т.е. сражением, войной против сил зла. В христианстве военные всегда пользовались исключительным уважением. Известный святитель Русской Православной Церкви, подвизавшийся на Тамбовской земле, епископ Феофан Затворник писал, что «военный путь самый хороший — чистый, честный, самоотверженный». С первых же дней существования христианской Церкви военные люди становились активными ее членами. Вспомним, что офицер-римлянин Лонгин сотник со своим семейством стал первым среди язычников, обратившимся в христианство. Среди христианских мучеников за веру особым почетом окружены имена Георгия Победоносца и 40 солдат севастийского гарнизона в Армении, а среди основателей монашества – ветеран римской армии святой Пахомий Великий. Эта общехристианская традиция получила свое развитие в русской церковной истории.

История России изобилует примерами блестящих воинских успехов. При тщательном рассмотрении военной истории нашей страны мы обнаружим, что практически все великие русские полководцы, с чьими именами связана слава русского оружия, были глубоко верующими христианами и вели подлинно благочестивую жизнь. Это святой праведный Феодор Ушаков, величайший адмирал, ныне прославленный в лике святых. Истинным христианином и настоящим праведником был Александр Васильевич Суворов. Под их руководством было выиграно множество сражений, но сами они свой успех объясняли помощью Божией. «Молись Богу – от Него победа», – наставлял своих солдат Суворов. Он был убежден, что только вера православная может быть основой победы над врагом. Другой великий полководец, ученик Суворова, генерал-фельдмаршал Михаил Илларионович Кутузов говорил: «Мы русские! Бог нам поможет». «Кто истинный сын Церкви, тот вместе и верный, доброжелательный сын Отечества», — учил святой праведный Иоанн Кронштадтский.

Среди святых Русской Православной Церкви было множество воинов и князей-полководцев, таких как святой равноапостольный князь Владимир, благоверные великие князья: Мстислав Удалый, Андрей Боголюбский, Александр Невский, Димитрий Донской, Олег Брянский, Георгий Владимирский, преподобный Илья Муромец, Александр Пересвет, Андрей Ослябя и многие другие.

Когда знакомишься с яркими примерами мужества солдат русской армии, возникает ощущение, что они защищали нечто гораздо большее, чем просто самих себя, свои семьи и свое имущество. Наши предки шли в бой, прежде всего, во имя духовных ценностей: за веру, царя и Отечество. Вдохновляемый Церковью, русский солдат шел в бой «не щадя живота своего», с верой в «жизнь будущего века». Православное воспитание удерживало воинов от жестокости в отношении противника. Они руководствовались христианской заповедью о любви к врагам, памятуя слова апостола Павла: «Если враг твой голоден, накорми его; если жаждет, напои его… Не будь побежден злом, но побеждай зло добром» (Рим, 12, 20-21) .

В дореволюционной России, где православная вера была основой общества, а Церковь и армия являлись частями единого государственного организма, сложилась органичная и цельная система духовно-патриотического воспитания русских солдат. Православие оказывало сильное влияние на становление и развитие вооруженных сил в России. В самом начале своего воинского служения солдат получал благословение Церкви на ратное дело. Непосредственно в частях воспитанием воинов занимались войсковые священники, которые следили за их духовным состоянием, заботились о нравственной чистоте, стремились предотвратить возможные негативные явления в армейской среде. Такое внимание к процессу воспитания приносило добрые плоды: русский солдат проникался глубокой религиозностью и отличался несокрушимостью воинского духа.

Роль священства на войне

По своему положению в Армии и на Флоте военные священники Русской Православной Церкви были не комбатантными, т.е. не принимали непосредственного участия в боях с оружием в руках. Их оружием было Божие Слово. Они занимались отправлением религиозных обрядов, нравственным воспитанием личного состава, просвещали молодое пополнение — помогали скорее вступить в строй, провожали увольняемых в запас, с должным почтением провожали в последний путь погибших за Отечество на поле брани. Тем не менее многие из военных священников настолько героически выполняли свой долг перед Богом, Царем и Отечеством в военное время, что удостоены были не только церковных наград. Высшей награды в русской армии — ордена Святого Георгия удостоены четыре военных священнослужителя. Это:

Отец Василий (Васильковский) — священник 19 егерского пехотного полка.

Отец Иов (Каминский) — священник Тобольского пехотного полка. Отличился в войне с турками. В 1729 г. вместе с войсками переправился через Дунай и с крестом в руках вступил на неприятельский вал. Был тяжело ранен.

Отец Иоанн (Пятибоков) — священник Могилевского пехотного полка. В 1854 г. воодушевлял воинов на штурм батареи, расположенной на Дунайском берегу.

Иеромонах Ионикий (Савинов) во время Севастопольской обороны ночью 11 марта вышел вперед, пел молитвы, призывал смело идти на врага. В итоге этой ночной атаки французы были отброшены.

Золотым наперсным крестом на Георгиевской ленте за военные подвиги до 1904 г. было награждено 111 священников. Геройский подвиг совершил отец Алексий (Конечников) с крейсера «Рюрик» в русско-японскую войну 1904–1905 гг. Во время боя он призывал воинов быть смелыми и мужественными, перевязывал раненных, исповедовал умирающих. К сожалению, бой был неравный, корабельное оружие у японцев было лучше нашего. Подбитый крейсер затонул. С оставшимися в живых матросами батюшка попал в плен. О чем думали пленные, о чем мечтали сообщить в Санкт-Петербург? Прежде всего о том, что наши взрыватели плохие, будучи установленными на снарядах, они не срабатывали в нужное время, в результате поразить броню японских кораблей практически было сложно. Конечников спрятал записку с этой информацией в свою рану и в конце концов доставил по назначению.

В годы первой мировой войны за мужество и героизм 227 военных священников были награждены золотым наперсным крестом на Георгиевской ленте, 228 — орденом Святого князя Владимира, 643 — орденом Святой Анны.

Генерал А. Брусилов, вспоминая о боевых действиях русской армии в 1915 году, писал: «В тех жутких контратаках среди солдатских гимнастерок мелькали черные фигуры — полковые батюшки, подоткнув рясы, в грубых сапогах шли с воинами, ободряя робких простым Евангельским словом и поведением… Они навсегда остались там, на полях Галиции, не разлучившись с паствой».

Но, пожалуй, не менее значимой для Отечества была служба военных священников после боя, после свершения подвигов, тогда, когда надо было отдать последние почести погибшим.

Исповедовавший христианскую мораль А. В. Суворов говорил: «Пока не захоронен последний солдат, война не закончена». Согласно существовавшему наставлению, священники обмывали убитого, одевали в чистое, ложили в гроб или саван, устанавливали крест, делали на нем соответствующую надпись несмываемой краской или посредством резьбы по дереву.

 


Дата добавления: 2018-02-28; просмотров: 122; ЗАКАЗАТЬ РАБОТУ