Глава 19. Конец и Начало 345 6 страница
Д.: Так оно и есть. Ведь находясь в состоянии регрессии, вы сообщили, что в этой области полностью отсутствует понятие формы. И это все, что вы запомнили из этого сеанса?
Е.: Я помню какие-то объекты, но они не имели строго очерченных форм — это как во сне. Если вы помните, в сновидениях предметы приобретают размытые по краям формы, то есть не имеют четких очертаний. Но я запомнила его глаза! Глаза необычайной красоты и силы, и их взгляд был устремлен прямо на меня, В то же время было такое ощущение, что они разговаривают не со мной, а с вами.
Д.: Как вы думаете, кому принадлежали эти глаза?
Е.: О! Я думаю, такие глаза могут принадлежать только Нострадамусу! Я имею в виду, что я знала: это был он. Нет, скорее, я была уверена, что это был именно он. За всю свою жизнь я не видела ничего более величественного, чем этот взгляд! Однако мне показалось, что он также пытался мысленно обратиться ко мне, давая понять, что предстоит очень важная работа.
Д.: (усмехнувшись) О да! Могу себе представить, какое это будет хорошенькое задание всем нам.
— Что, правда, то правда! - добавила Вал и тоже засмеялась.
Е.: Я вижу, вы оба собираетесь мне что-то сказать?
Должна признаться, что из всех проведенных мной сессий по регрессивному гипнозу эта была самой волнующей и странной. Я не говорю уже о Вал, для которой все это действительно было в диковинку. Кстати, она еле сдерживалась и спешила выплеснуть свои эмоции, рассказав подруге все, как было. Однако я попросила Вал подождать и дать возможность Елене высказаться первой. Я боялась, что, поделившись с ней нашими впечатлениями о происшедшем, мы, того не желая, можем спровоцировать Елену на излишнее разукрашивание деталей, что свело бы на нет подлинность ее повествования.
И только после того как Елена закончила свой рассказ, я позволила Вал выплеснуть все свои эмоции. Не заставляя себя долго упрашивать, она тут же с волнением принялась рассказывать Елене о результатах нашего сеанса. Я подключилась к разговору, и мы сообщили ей, что на нее действительно возлагается большая ответственность за успех мероприятия, и в связи с этим ей следует строго придерживаться определенных инструкций, поступивших от самого Нострадамуса. Однако, когда мы закончили, оказалось, что Елена не совсем разделяет наши эмоции. Она сидела, глубоко задумавшись, а затем сказала:
— Вы говорите, что он предлагает мне взяться за расшифровку определенных четверостиший, в которых содержится предсказание будущее нашего мира? Господи! Это же громадная ответственность! Я даже не знаю, справлюсь ли я с этим заданием и хочу ли я вообще этим заниматься.
— Что значит, не хочу, не знаю?! — подала голос Вал. — Он сказал, что ты должна это сделать, причем сделать это незамедлительно!
Также как и Вал, я была крайне удивлена безразличием Елены. Она говорила с неохотой и явно не разделяла нашего энтузиазма. И, в общем, ее можно было понять, так как для человека, только что вышедшего из состояния транса, такая новость действительно могла оказаться шокирующей. Лицо Елены выражало нерешительность, смущение и недоверие. Я знала, что она свободна в своем выборе, и в случае, если она решит не участвовать в этом мероприятии, я, безусловно, не пыталась бы действовать вопреки ее воле.
Согласно плану Нострадамуса, львиная доля работы возлагалась на плечи Елены. В состоянии медитации ей предстояло идентифицировать нужные катрены и затем транслировать их содержание. Моя часть работы заключалась в сопоставлении ее версии перевода с информацией, которая должна была поступить от Нострадамуса в следующем сеансе связи, и в этом усматривалась тоже большая ответственность.
— Вся эта затея сама по себе просто невозможна! — покачав головой, сказала Елена. — Это даже смешно: некоторые люди потратили годы своей жизни в безуспешной попытке разгадать загадку Нострадамуса, и тут являемся мы, не читавшие даже книгу его предсказаний и не имеющие ни малейшего представления об этом вопросе, и во всеуслышание заявляем, что в состоянии разрешить эту проблему Вот почему я пытаюсь дать вам понять, что вся эта идея нереальна.
—Да, - сказала я. — Возможно, идея и выглядит абсурдной, но зато в ней, на мой взгляд, есть много интригующего и важного!
Безусловно, было бы очень самонадеянно утверждать, что мы сможем разгадать тайну, которая будоражит умы человечества вот уже на протяжении более четырехсот лет. Однако, возможно, то, что мы являемся дилетантами, и есть наше преимущество. Ведь отсутствие профессионального опыта в анализе предсказаний Нострадамуса, фактически исключает подтасовку фактов, что является важнейшим критерием достоверности полученных результатов. Возможно, этим объяснялось, почему Нострадамус выбрал именно нас — людей, способных без предрассудков влить свежую струю в разгадку тайны его четверостиший. Теперь, в преддверии столь важного проекта, моя «блестящая идея» о зарисовке портрета Великого Пророка показалась мне ужасно блеклой. Возможность расшифровки предсказаний Нострадамуса была значительно более интересным и уникальным проектом, который бросал вызов лично мне, и перед которым мне совершенно не хотелось отступать.
Елена сказала, что на все это требуется время и ей надо подумать. Возможно, ей было необходимо подождать, чтобы первая волна шока отступила, и тогда она поняла бы всю глубину и важность этого эксперимента, а пока Елена с большой неохотой согласилась приобрести книгу предсказаний Нострадамуса, чтобы проверить, способно ли хоть какое- нибудь из них привлечь ее внимание. Она сообщила, что у ее подруги должен быть экземпляр нужной книги, и она постарается одолжить ее на время.
Когда я уходила, Елена продолжала сидеть в состоянии глубокой задумчивости и нерешительности, и, несмотря на это, в душе я все-таки продолжала надеяться, что она не отступит. Нострадамус говорил, что долго ждал этого момента, поэтому и настаивает на незамедлительном начале проекта, причем, в просьбе его сквозило столь сильное чувство неотложности, что я думаю, нам следовало бы подчиниться его требованиям. Теперь все зависело от реакции Елены - иными словами, от того, какое решение она примет. Я чувствовала, что в сложившейся ситуации, Елена незаменима, и без ее помощи осуществить проект будет практически невозможно. Нам предстояло провести захватывающий эксперимент, замысел которого сам по себе никогда не пришел бы мне в голову. Еще бы! Кто бы мог подумать, что у меня появится возможность беседовать с самим Нострадамусом! Шансы были столь мизерны, что и говорить не приходится! Елена явно была смущена и озадачена нашими комментариями, и поэтому, как бы это не звучало фантастически, мне показалось, что Нострадамус сам решил активизировать этот волнующий проект. Я думаю, идея пришла к нему спонтанно, когда он застал своего студента Дионисуса в состоянии транса, контактирующего с одним из своих далеких потомков, коим была Елена. В конце концов, почему все это обязательно должно выглядеть надуманным? Ведь Нострадамус сделал то, что сделал бы любой настоящий предсказатель, а именно: постарался предупредить человечество о надвигающихся бедах, чтобы у нас появилась возможность заблаговременно подготовиться к ним, то есть проявил элементарное чувство ответственности за наше будущее. Обладая выдающимися способностями, Нострадамус не мог не предвидеть, что даже в таком высокоорганизованном обществе как наше его предсказания будут истолкованы неверно - вот почему он решил вмешаться. При жизни Нострадамус умышленно завуалировал свои катрены, потому что таковы были рискованные обстоятельства его времени. Теперь стало очевидно, что он, по-видимому, «перестарался», так как даже в наше время мы не в состоянии понять их истинный смысл. Очевидно, Нострадамус, став свидетелем спонтанно возникшего контакта, решил воспользоваться им и предупредить нас о надвигающихся событиях, имеющих первостепенную важность для всего человечества. О чем же пытался сообщить Нострадамус? Поймем ли мы его? Да и прислушается ли упрямое человечество к его советам? Безусловно, это была интригующая загадка, и нам предстояло провести волнующий эксперимент. Мы не имели ни малейшего представления, куда все это приведет и что может произойти по ходу эксперимента. Как и следовало ожидать, во мне со страшной силой разгорелось жгучее любопытство, и я теперь знала, что уйти от него мне никогда не удастся. Успех этого грандиозного проекта теперь всецело зависел от Елены, потому что Дионисус, являлся единственным ключевым звеном в этой магической цепи связи с великим Нострадамусом.
ГЛАВА 5
Смещение Мира
Хотя Елена была человеком, которому, согласно указаниям Нострадамуса, следовало отыскать нужную книгу и изучить соответствующие четверостишья, я подумала, что было бы неплохо и мне в преддверии предстоящих экспериментов обзавестись нужным экземпляром и постараться вникнуть в суть его содержания. Я считала, что мне следует ориентироваться на вариант книги, который в настоящее время лежит на прилавках книжных магазинов, потому что будущему читателю тогда будет легче найти и сверить наши комментарии к предсказаниям, о которых идет речь. Также следовало найти издание книги, которое содержало бы оригинальный текст на французском языке. В то время у меня не было ни малейшего представления о том, как излишне усложнили все наши ретивые переводчики, пытаясь расшифровать работы Нострадамуса. Я всегда считала, что перевод с одного языка на другой не такая уж сложная вещь, если, конечно, не учитывать стилистику, потому что одно и то же слово может иметь лишь ограниченное количество значений. Однако в случае с Нострадамусом мы имеем усложненную ситуацию, связанную с завуалированностью основного текста. Сравнивая разные переводные работы, я обнаружила, что имеется несколько версий английского перевода четверостиший разными авторами. Безусловно, у этих переводов прослеживалось определенное сходство, однако очень часто расхождения были столь существенными, что изменялся даже первоначальный смысл предложения, а вместе с ним и смысл всего предсказания. Так как я не владела французским, а тем более древне-французским языком, я, естественно, не знала, что Нострадамус пользовался архаическими словами, а также время от времени заменял французские выражения латинскими. В дополнение ко всему, он широко пользовался анаграммами, то есть словами, образованными перестановкой букв, в результате чего слово приобретало иной смысл. Я остановила свой выбор на книге Эрики Читхэм, которая была опубликована совсем недавно и называлась «Предсказания Нострадамуса». И так как я не знала, на каком варианте перевода остановится Елена, я решила сохранить эту книгу, чтобы у меня всегда была возможность сравнить две версии перевода. Иными словами, мне предстояло выполнять функцию «контролера», следящего за правильностью перевода, который, согласно указаниям Нострадамуса, возлагался на плечи Елены. Когда я оценила масштаб работы, который нам предстояло проделать, я поняла, что в процессе сравнивания различных вариантов перевода мне придется переворошить огромное количество книг. Причиной тому было то, что на протяжении многих веков каждый новый автор старался расшифровать наследие Нострадамуса, руководствуясь своей идеей, что, естественно, порождало новую версию перевода. Однако жаловаться мне было не на что, так как исследовательская работа была привычной частью моей жизни.
Дома, за неимением времени, я быстро перелистала книгу и сразу поняла, что работа предстоит сложная. На первый взгляд, многие предсказания представлялись совершенно бессмысленными, и поэтому, не скрою, я была очень рада тому, что роль переводчика досталась Елене, а не мне — ведь правильная интерпретация даже отдельных предсказаний уже считалась чрезвычайно сложной задачей. Поэтому и сегодня я с особым восхищением продолжаю преклоняться перед упорством и настойчивостью миссис Читхэм, сумевшей дать рациональные пояснения к некоторым четверостишьям
Нострадамуса. И несмотря на это, многие катрены в этой книге совершенно не поддавались пониманию — настолько они были непонятными. Некоторые из четверостиший имели знак «F», означающий Future (будущее), что указывало на их принадлежность к будущим событиям.
«Да, добровольно на эту работу и силком не затянешь», - подумала я. И, положив книжку в свой чемоданчик с диктофоном, предназначенным для будущих рефератов, я еще раз поблагодарила Бога за то, что он снял с моих плеч ответственность за перевод основного текста. В то время я и не подозревала, что непредвиденные обстоятельства приведут в движение механизмы, которые полностью изменят первоначально выработанный план, после чего он приобретет такое немыслимое продолжение, которое не смогли бы описать в своих произведениях даже самые смелые писатели-фантасты, обладающие, как известно, богатым воображением.
К сожалению, несмотря на неотложность предстоящей работы, нам с Еленой удалось встретиться нескоро, и виной тому стали неожиданно нагрянувшие в ее дом гости, приехавшие из другого города. Это событие на некоторое время полностью поглотило внимание Елены. И если она действительно планировала уехать в июле, т. е. через два месяца, то это означало, что нам следовало торопиться. Так как мне все равно нужно было ехать в город на собрание нашей группы, я решила заскочить к ней, в надежде договориться о нашей следующей встрече. К сожалению, там меня ожидала шокирующая новость: едва открыв дверь, Елена сразу бросила с порога: «К сожалению, Долорес, у меня для вас плохие новости — я должна уехать в Калифорнию!» Естественно, я была удивлена, так как знала, что Елена уже ездила в Калифорнию проведать свою дочь, и это было всего лишь пару месяцев назад. Она сообщила, что собирается уезжать в субботу, то есть через 5 дней. Конечно, я была очень разочарована. Однако такие загвоздки происходили и раньше, когда мне приходилось несколько раз подряд откладывать наши встречи, и поэтому мне ничего не оставалось, как вновь приостановить наш проект до ее возвращения. Однако следующее ее заявление еще более потрясло меня. Я спросила Елену, когда она собирается возвращаться, на что она ответила, что уезжает навсегда и не думает в будущем возвращаться. Меня как будто оглушили, и я на миг онемела от неожиданности, не в состоянии найти нужных слов в ответ. Поэтому, ничего не сказав, я удалилась в полном смятении. Похоже было на то, что ее дочь собиралась разводиться и просила мать приехать, чтобы было кому присмотреть за детьми, и, будучи настоящей матерью, она, естественно, не смогла отказать. Я уже подчеркивала, что семья для Елены являлась главным смыслом жизни, а так как у нее было десять детей, всегда получалось так, что кому-то из них требовалась помощь, и тогда она мчалась туда, где в данный момент ее присутствие было необходимым. Во всяком случае, к этому ее призывал долг матери. Елена твердо решила не возвращаться, так как, прожив у дочери приблизительно месяц, она собиралась продолжить движение на север и обосноваться в Сиэтле, где планировала воссоединиться с остальными членами семьи. После чего им предстояло оставаться здесь, в то время как Елена, продав все движимое и недвижимое имущество, к июню должна была совершить «марш-бросок» на Аляску. Этот план, по разумению их семьи, был наиболее рациональным и не так сильно «бил по карману». Мои опасения подтвердились: очевидно, идея нашего проекта и, в частности, его поспешность напугали Елену и, кроме того, вступили в противоречие с ее личными планами. И тогда, после долгих размышлений, она осознала, что продолжение проекта сопряжено с большой ответственностью, которую ей не хотелось бы брать на себя. К тому же она не была уверена, хотелось ли ей вообще знать наперед, что нас ждет в будущем. И чем больше Елена думала о своем отношении к предстоящей работе, тем больше ей казалось, что она выступает в роли страуса, пытающегося уйти от всех мирских забот, запрятав голову в песок. С другой стороны, Елена понимала, что если ее вклад действительно поможет человечеству справиться с надвигающимися проблемами, то ей, безусловно, следовало бы согласиться на участие в этом проекте. Однако события последних дней, очевидно, заставили ее пересмотреть, казалось бы, уже принятое решение. В связи с этим я подумала: «А не является ли это «освобождением от обязанностей» негласным распоряжением, исходящим от НИХ»?
Покинув дом Елены, я решила не поддаваться панике и обдумать создавшееся положение. Конечно, в таких случаях воля субъекта была превыше всего, к тому же у меня уже были такие ситуации, когда интересное исследование по той или иной причине приходилось сворачивать. И все-таки мне было очень обидно: ведь этот эксперимент в корне отличался от всех предыдущих. Нострадамус сообщил нам, что необходим срочный и, главное, точный перевод его четверостиший, подчеркнув чрезвычайную важность закодированной в них информации. Как тут было не паниковать, когда в этой ситуации Елена наотрез отказывалась сотрудничать и собиралась уезжать, причем навсегда. Для меня было ясно одно: необходимо любыми путями заполучить эту информацию, но как? Елена сказала, что, возможно, переехав на Аляску, она попытается сама перевести часть четверостиший, а затем сообщит мне результаты, полученные в состоянии транса. Очевидно, с ее стороны это было жалкой попыткой успокоить меня и сделать мне приятное. Я отнеслась к этим заверениям довольно скептически, так как, исходя из практики, знала, что для получения систематизированной информации такого рода, необходим не поверхностный транс, а глубокий, сомнамбулический гипноз. Дело в том, что в состоянии простой медитации сознательная часть головного мозга субъекта, погруженного в регрессивный гипноз, продолжает все еще находиться в довольно активном состоянии, что препятствует обработке поступающей информации. Поэтому единственным для меня выходом из создавшегося положения являлась возможность склонить Елену к интенсивной работе над проектом в дни, оставшиеся до ее отъезда. С моей стороны, я должна была приложить все усилия для того, чтобы в столь сжатые сроки и при таких неблагоприятных условиях организовать как можно больше сеансов связи с великим Нострадамусом. К моей величайшей радости, Елена согласилась, и, конечно, не из-за своей заинтересованности в проекте, а, скорее, из-за желания хоть как-то умиротворить мою душу Однако найти свободное время Елене было непросто, ведь перед таким «капитальным» отъездом предстояло продумать все до мельчайших деталей, включая распродажу мебели, предметов домашнего обихода, а также части личного имущества. Поэтому мне представлялось реальным проведение лишь двух сеансов. Первая встреча с Еленой ожидалась вечером того же дня, после завершения заседания нашей группы. В этот день я собиралась задержаться надолго, надеясь, что наши усилия не пропадут даром — ведь следующая встреча с Еленой могла состояться только через два дня, то есть в четверг. В связи с этим мне приходилось соглашаться нa все, и я была благодарна любой возможности извлечь хоть какой-нибудь материал, надеясь, что из всего этого в итоге может получиться нечто стоящее.
Во время ужина с другими членами нашей группы у меня в голове возникли невеселые мысли. Я знала, что желаю Елене только хорошего, и если она решила уехать, мне не следовало бы противиться этому. С другой стороны меня волновало ее будущее. Дело в том, что подсознание Елены продолжало работать в режиме заданий Нострадамуса, и в случае, если она не попытается их выполнить, у нее вполне могли бы возникнуть психические расстройства, так как сила подсознания довольно велика. Иными словами, существовала большая вероятность того, что в результате отказа от предписанного Нострадамусом плана у Елены могут возникнуть серьезные проблемы со здоровьем. Кто знает, ведь его указания были высказаны в стиле, не терпящем возражений! Лично я видела лишь один выход из создавшегося положения, а именно: провести последние два сеанса, максимально загрузив их циклами вопросов и ответов. К моему удивлению, Вал высказалась в мою поддержку, неожиданно заявив, что Елену следует уговорить остаться. Она считала, что важность проекта не идет ни в какое сравнение с планируемой поездкой Елены. Вал просила меня переговорить с ней, чтобы Елена согласилась остаться еще на пару недель. Откровенно говоря, я не могла не согласиться с ней, потому что сама разделяла эти чувства, и у меня, так же как у нее, в душе дарило полное разочарование и уныние. Вместе с тем я считала в высшей степени неприличным вмешиваться в личную жизнь Елены, и если она чувствовала, что в данный момент ей важнее быть со своей дочерью, то проявлять в этой ситуации настойчивость было бы, по крайней мере, неэтично. Елена была очень волевой женщиной, и я знала, что с этим абсолютно ничего нельзя поделать.
В силу странного и совершенно непредвиденного совпадения, как раз в этот день на собрание нашей группы кто-то принес видеомагнитофон, планируя показать нам документальный фильм о Нострадамусе, который назывался «Человек, наделенный даром предвидения». Самое удивительное, что принесший эту кассету молодой человек не был постоянным членом нашей группы и, естественно, не мог иметь информацию о моем текущем проекте. На этот вечер пришла и Елена, чтобы проститься с товарищами. Она ничего не слышала об этом фильме, продюсером которого был Орсон Уэллс, и с нетерпением ожидала просмотра. Здесь была и Вал, которая не забыла шепнуть мне на ухо, что, возможно, это не случайное совпадение. В связи с этим у меня зародилась слабая надежда на то, что, просмотрев фильм, Елена, возможно, передумает и, поняв всю важность этого проекта, решит остаться еще на несколько недель. Однако, зная характер Елены, я перестала строить себе иллюзии, так как понимала, что она приняла окончательное решение. При просмотре фильма я с удивлением обнаружила, что в нем очень мало говорилось о личной жизни Нострадамуса, и ведущий телепередачи постоянно обращал внимание зрителя на его предсказания и прогнозы на будущее. У меня даже возникла дерзкая мысль, что, возможно, мы с Еленой знаем Смещение Мира о жизни Нострадамуса гораздо больше, нежели создатель этого фильма. На Елену передача произвела очень сильное впечатление, так как в ней Нострадамус был освещен как действительно выдающийся человек, о котором до показа фильма Елене было мало что известно. После собрания мы отправились к Вал, то есть опять туда, где условия для проведения наших сеансов представлялись наиболее подходящими.
Я знала, что вернусь домой не раньше двух часов ночи, но меня это не пугало, так как предстоящий сеанс стоил того. Этот сеанс приходилось вести среди разбросанных по всему дому коробок с вещами, потому что Вал тоже собиралась переезжать. Мне казалось, будто все вокруг меня расклеивается и находится в состоянии хаоса. Оказалось, что Елена, одолжив книгу Нострадамуса у своей подруги, уже успела выбрать два четверостишья и даже записать свои личные интерпретации к ним. Это были единственные катрены, которые ей удалось проработать. Нострадамус говорил, что один из них будет связан с Библейским открытием. Елена передала мне книгу и свои заметки к предсказаниям, но просмотреть их перед сеансом мне не удалось из-за нехватки времени. Я быстро пролистала книгу, которую принесла с собой и сделала соответствующие пометки в местах, где автор перевода предполагал связь данного предсказания с будущим человечества. К сожалению, у меня не было времени изучить эти катрены должным образом, тем не менее, я полагала, что наше внимание следует сосредоточить именно на них. Обычно перед каждым сеансом я тщательно готовилась, но на этот раз из-за моей плохой подготовки исход сеанса представлялся мне совершенно неопределенным. Итак, я погрузила Елену в глубокий сомнамбулический транс и затем направила ее, согласно указаниям Нострадамуса, в то необычное измерение, где, по словам Дионисуса, они вновь попытаются выйти на связь. Честно говоря, я не совсем была уверена, что все это сработает, однако, как всегда, надеялась на лучшее.
Д.: Один, два, три... Теперь вы находитесь в специальном месте, где мы вновь должны встретиться с Нострадамусом и возобновить нашу прерванную беседу. Ответь, там ли он?
Ел Да, мы здесь.
Я вздохнула с облегчением и только теперь поняла, в каком сильном напряжении находились мои нервы. Инструкция успешно сработала, и мы вновь находились в прямом контакте с Нострадамусом!
Д.: В последний раз Нострадамус говорил о четверостишьях, которые Елена была обязана найти и самостоятельно расшифровать. Он сказал, что они будут иметь отношение к тем частям Библейского писания, которые утеряны и которые нам еще предстоит обнаружить.
Ел Да, это правда.
Д.: Хорошо. Сейчас я прочту четверостишье, выбранное моим «носителем» (Центурия VII, Катрен 14), а также ее комментарии к нему (кстати, в книге Эрики Читхем это четверостишье расшифровано по-другому).
«Они неправильно интерпретируют топографию местности. Урны монументов должны быть вскрыты. Религиозные секты множатся, и святая наука — философия — должна принять черное за белое, а зеленое за золотое».
А вот, пояснения Елены:
«Это связано с открытием «Рукописей Мертвого Моря». Предсказание содержит также сообщение, адресованное различным историческим нишам, и предсказывает, что со временем будет обнаружен Ноев Ковчег. Выражение черное за белое характеризует фотографирование рукописей, а зеленое за желтое переход к новой, правильной версии Библии. Итак, что он думает по поводу ее пояснений?
Ел Нострадамус говорит, что первая часть расшифрована неправильно. Речь идет не о «Рукописях Мертвого Моря», а об утерянном манускрипте, который является органической частью той работы, которой вы сейчас занимаетесь и пытаетесь опубликовать.
Я была поражена! И, хотя перевод Елены оказался не абсолютно точным, тем не менее, среди тысячи предсказаний она выбрала наугад именно это, с вероятностью случайного совпадения 1:1000, и как раз оно оказалось связанным с Библией! Было ли ее подсознание своеобразным путеводителем в этом выборе? Думаю, что да. А возможно, Энди или Дионисус также принимали в этом участие. Не знаю. Во всяком случае, такое совпадение казалось не случайным.
Д.: Хорошо. Нострадамус также обещая сообщить нам информацию о местах захоронения этих бесценных рукописей.
Он говорил о каких-то древних географических картах, которые нам следовало бы начертить (на этот случай у меня уже был готов блокнот и маркер, и хотя Елена была неплохим художником, она честно призналась, что ей никогда не приходилось рисовать карты).
Е.: Подождите... (пауза, Елена слушала). Нострадамус говорит, что он вернется к этому вопросу позже. И это из-за опасений, что карта может быть использована злыми силами в корыстных целях. Безусловно, он не имеет в виду вас.
Я была разочарована.
Д.: Да, такая вероятность всегда существует. Наверное, он опасается охотников за сокровищами?
Е.: Именно так.
Д.: Будет ли ему удобно назвать страну, где эта карта будет обнаружена?
Е.: (длинная пауза и затем медленно) Он говорит, что это произойдет в окрестностях маленького городка, затерянного в горах, и он будет обнаружен человеком, выходцем с Кавказа, который обречет себя на духовное отшельничество.
Удивительно было то, что ответ поступил в форме четверостишья. Все это было произнесено Еленой очень медленно, с расстановкой слов, как если бы она внимательно слушала, а затем старалась аккуратно переводить. Нострадамус объяснил, что, из соображений безопасности, только что процитированное четверостишье не вошло в состав его «Центурий», И это все, что он сказал.
Эксперты, однако, давали другую расшифровку проанализированного Еленой предсказания, а именно: они связывали его с Лоренсом, белым человеком (Caucasian), который помог египетским арабам сбросить ярмо Оттоманской империи во время первой мировой войны. Фактически, он был первым европейцем, исследовавшим эти земли, и, естественно, был типичным представителем белой расы.
Примечание: в 1992 году, когда мы готовили к изданию переработанную версию этой книги, в газете появилась интересная заметка, цитирую: «Ученые сообщают, что, используя фотографии, полученные с помощью космического корабля «Челленджер», в отдаленном горном массиве удалось идентифицировать развалины древнего арабского города Убар... Руины этого небольшого города-оазиса были обнаружены под слоем песка неподалеку от колодца Шизр, находящегося в южной части Омана, именуемой из-за обилия в ней бесплодных земель «пустой четвертью» страны. Исследователи обнаружили город случайно, исследуя дороги, проложенные в пустыне путешественниками и запечатленные позже на снимках, полученных в 1984 году с помощью бортовых устройств космического корабля, в том числе радара и различных оптических камер.,. Результаты недавних раскопок указывают на то, что город был населен с 2 800 года до н. э. и по 100 год н. э. И если углеродный анализ найденных предметов подтвердит даты, то историкам придется сдвинуть время начала градостроительства в этом районе на тысячу лет назад... Покойный Т. Е. Лоренс, английский солдат Первой Мировой Войны, более известный историкам как Лоренс Египетский, называл Убар «Атлантидой Песков» — по ана- доски с легендарным затонувшим континентом* Согласно мритче, Убар, или Ирам — город башня, как он именовался в и с дамском святом Коране, — был разрушен во время стихийного бедствия приблизительно в 100 году н. э. и полностью погребен под слоем песка* Анализ данных указывает на то, что город провалился в глубокую впадину, образованную в результате коллапса подземной известковой каверны».
Е.: Нострадамус сообщил вам предварительную информацию. Остальную часть вы получите из другого источника.
Это было сюрпризом.
Д.: Другой источник? Мне хотелось бы узнать о нем подробней, однако, с его позволения, я спрошу об этом позже.
Это, безусловно, служило проблеском надежды, означавшим, что проект будет продолжен даже после отъезда Елены.
Дата добавления: 2015-12-16; просмотров: 26; Мы поможем в написании вашей работы! |
Мы поможем в написании ваших работ!