Судебные системы отдельных штатов США



В каждом из американских штатов действует своя система судов. В большей части случаев отсутствие единой вертикальной структуры судов объясняется историческими условиями, в которых формировалась судебная система каждого отдельного штата. Чаще всего здесь работают состоящие из двух или трех ступеней системы общих судов, а дополняют их всевозможные суды со специальной или ограниченной юрисдикцией. В небольших штатах обычно работает двухступенчатая судебная система, подразумевающая наличие судов первой инстанции и высшего судебного органа. Трехступенчатая система с промежуточной и апелляционной юрисдикцией характерна для штатов с большой площадью и численностью населения.

Во главе судебных систем штатов стоят инстанции, называемые обычно верховными судами, однако в некоторых штатах они называются апелляционными. В состав данных судов входит 5-9 членов, из которых одного выбирают председателем. Данная судебная инстанция занимается, в основном, рассмотрением апелляций, подаваемых на решения нижестоящих судов.

Суды промежуточной инстанции занимаются рассмотрением жалоб на приговоры, вынесенные судами первой инстанции и прочими судебными учреждениями. В их составе обычно находится от 10 до 50 судей, а решения принимаются коллегиями из трех судей.

Основным звеном судебной системы каждого штата является суд общей юрисдикции. В нем рассматриваются по первой инстанции практически все уголовные дела, за исключением малозначительных, а также гражданские дела независимо от суммы иска, кроме тех дел, которые должны рассматривать специализированные суды.

 

 

  1. Общая характеристика мусульманской правовой семьи.

Понятие и источники мусульманского права.
Само понятие «мусульманское право» многозначно. В широком смысле под ним следует понимать комплекс тесно взаимосвязанных и дополняющих друг друга норм, относящихся к различным видам социальных регуляторов, включающих в себя нормы права и религиозно-нравственные правила поведения. Этот целостный механизм социального регулирования называется «шариат» – путь следования. В узком смысле мусульманское право – это система юридических норм, тесно связанных с религией, но выступающих в качестве правовых регуляторов, обеспечиваемых государственной властью. В составе мусульманского права выделяют две группы взаимосвязанных норм. К первой из них относятся:

1. Коран – священная книга ислама, в которой изложена его сущность;

2. Сунна – собрание имеющих юридико-нормативное значение преданий (хадисов) о жизни и высказываниях пророка Мухаммеда и его ближайших сподвижников.


Ко второй группе норм относятся:

1. Иджма – норм, сформулированных мусульманской правовой доктриной на основе «рациональных» источников, прежде всего единогласного мнения наиболее авторитетных правоведов (муджтахидов и факихов);

2. Кийас – суждение по аналогии при отсутствии обязательного правила.


Правила, указанные в Коране и суннах, носят казуистический характер. Искусство толкования священных текстов начало развиваться с 632 года (смерть Мухаммеда) до начала 8 века. Расширительное толкование и вынесение решения происходит после консультации с правоведами и наиболее уважаемыми богословами (решение принимается единогласно). Образуется прослойка профессиональных судей (кади). Каждый из сподвижников пророка Мухаммеда получил право на самостоятельное формулирование новых правил поведения на основе собственного усмотрения («высказывания сподвижников»).

Со временем этих источников права стало недостаточно для полноценного социального регулирования и разрешения возникавших споров. С 8 века основную роль в ликвидации пробелов и приспособлении действующих источников к реальной жизни начинают играть профессиональные правоведы, основавшие различные школы-толки мусульманского права. Прежде всего они ввели принцип «рай» – относительно свободное усмотрение, применяемое при толковании норм Корана и сунны и формулирование новых правил поведения в случаях молчания источников. По мнению самого Мухаммеда «Если судья вынес решение по своему усмотрению и оказался прав, то он должен быть вознаграждён вдвойне, а если он судил по своему усмотрению и ошибся, то ему причитается вознаграждение в однократном размере».

Первыми муджтахидами были судьи, однако постепенно функции введения новых норм в случаях молчания Корана и сунн перешли к учёным-правоведам. Доктринальное развитие мусульманского права долгое время оставалось на уровне индивидуального регулирования. Если правоведы сталкивались с отсутствием ответа на вопрос в Коране, суннах и высказываниях сподвижников пророка, то при рассмотрении конкретных дел решения формулировались с помощью различных рациональных приёмов. Постепенно были разработаны правила осуществления толкования. Возник иджтихад («настойчивость»). Правом пользоваться правилами иджтихада наделялись только учёные-правоведы. Они включали различные степени права толкования:

1. Высшие – основатели школ и сподвижники пророка (свободно оценивались все источники права);

2. Средние – могли выносить самостоятельные суждения лишь на основе источников, признаваемых отдельными школами мусульманского права;

3. Низшие – имели право выбрать одно из мнений правоведов первых двух степеней.


Расцвет использования доктрины пришёлся на 8-9 века. С 11 века мусульманское право развивается в рамках отдельных школ. Они делятся на следующие группы:

1. Суннитские толки (ханифиты, маликиты, шафииты и ханбалиты).

2. Шиитские толки (джафариты, исмаилиты и зейдиты).


Различия между школами заключаются в использовании методов толкования и привлечении дополнительных источников. Наиболее авторитетной признаётся ханафитская школа.

С 11 века единое мусульманское право перестало существовать. Теория и практика также сильно отличаются друг от друга. Усилилась правотворческая роль учёных-юристов (период «таклид» – традиции). Представители суннитских толков объявили о прекращении «абсолютного иджтихада». Шииты же продолжали выступать за свободу толкования.
Мусульманское государственное право исходило из того, что законодательная власть должна принадлежать только муджтахидам. Была разработана концепция «верховенства шариата». Она означала, что правитель в своих действиях связан нормами права. С этого момента в объективном смысле к мусульманскому праву стало применимо понятие «фикх». Судья принимает решение на основании сборников фикха (комментарии к священным текстам), имеющих силу закона. Мусульманское право практически сохранило казуистический характер. Судья не связан предыдущими решениями по аналогичным делам.
^ 2. Правовые системы мусульманских стран.
Мусульманская теория государства начала складываться в 11-14 вв. и развивалась в рамках доктринальной разработки мусульманского права. Теоретически считалось, что ни один поступок человека не остаётся без нормативной регламентации или хотя бы оценки его шариатом. Данное положение в определённых пределах распространялось и на деятельность государства. Самих норм Корана и сунны, регламентирующих вертикальные, властные отношения, очень немного. Основные понятия, используемые в данной сфере – «имамат» (руководство молитвой) и «халифат» (преемство). Они стали использоваться в значении государства.

Принципы организации и функционирования халифата были сформулированы учёными правоведами путём расширительного толкования норм Корана и сунны. За основу была взята практическая деятельность пророка Мухаммеда и четырёх «праведных» халифов. Со временем эта практика стала рассматриваться в качестве конституционных обычаев. Сущность государства была сформулирована в 11 веке учёным аль-Маварди: «Имамат – это преемство пророческой миссии в защите веры и руководстве земными делами». Следовательно, халифат представляет собой определённую функцию по осуществлению верховной светской политической власти и поддержанию веры на уровне мусульманской общины. Государство возникло для предотвращение и обуздания хаоса. Предание (хадис) гласит: «Имам-деспот лучше смуты». Верховным носителем суверенитета в халифате является Аллах, в мусульманское государство строится на основе поручения, данного им общине. От имени Аллаха всю полноту власти на земле осуществляет община, избирающая для этого правителя. Община не уступает своих прав халифу, а только поручает ему руководить собой. В реализации этого правомочия, так и в праве нормотворчества суверенитет общины ограничен только волей Аллаха. Община может законодательствовать по вопросам, не урегулированным Кораном и сунной. Подчинение общины власти халифа обусловлено его точным следованием предписаниям мусульманского права. Современные исследователи называют мусульманское правление консультативным и выделяют следующие его признаки:

· занятие поста главы государства (халифа) в результате избрания общиной;

· ответственность халифа перед общиной, являющейся источником его власти;

· обязанность халифа советоваться с представителями общины при решении важных вопросов;

· подчинение общины власти халифа, если он следует нормам мусульманского права.


Мусульманская политическая теория не знает строго определённого порядка замещения поста главы государства. По суннитской концепции халифами становятся не в порядке наследования верховной светской и религиозной власти или назначения предшественником, а в силу особого договора, заключаемого между общиной и претендентом на халифат. Наиболее соответствует духу такая форма, при которой общину представляет особая группа мусульман (муджтахиды), умеющих самостоятельно решать политико-правовых вопросов на основе толкования Корана и сунны. Никаких строгих правил по выбору этих лиц не существует. Выборы реально не проводятся, так как мудрецы заранее известны общине. Шиитские же мыслители утверждают, что имам не избирается общиной, а является простым представителем Аллаха и пророка. Пророк единолично должен назначить своего преемника, который, в свою очередь, передаёт власть следующему правителю из числа прямых потомков пророка по линии халифа Али (зятя пророка Мухаммеда).

Халиф несёт личную ответственность за осуществление власти перед общиной и вправе предпринимать любые меры для обеспечения её интересов при условии соблюдения общепризнанных норм, принципов и целей мусульманского права. Он вправе требовать полного повиновения. Договор с халифом является бессрочным и действителен до установления факта нарушения права. Муджтахиды имеют право контролировать действия халифа и требовать от него соблюдения всех обязательств. Во всех действиях глава государства связан мусульманским правом. При нём существует консультативный совет «ашшура». Если халиф сам является муджтахидом, то он не связан мнением совета, но обязан предварительно с ним ознакомиться, для принятия взвешенного решения. Следование мнению совета в таком случае рассматривается как предательство интересов всех мусульман, поскольку только халиф несёт ответственность за руководство общиной. Если же халиф не является знатоком права, то мнение совета для него обязательно. Согласно суннитской теории власть главы государства не абсолютна, халиф не пользуется привилегиями и иммунитетом и может быть наказан за любой проступок. Халиф не пользуется законодательной инициативой и может вводить новые нормы только, если является муджтахидом. Шиитская же традиция исходит из того, что имам не погрешим, а его личность свята.
Говоря о развитии права мусульманских стран, следует отметить тот факт, что его реформирование началось после второй мировой войны. В основном изменения затронули сферу семейно-брачных отношений и наследственное право. Право мужа на односторонний развод было ограничено рядом предварительных условий. Женщина получила право на развод. Были ограничены права родителей и опекунов в вопросе заключения браков между несовершеннолетними. Во многих странах была запрещена полигамия. Классические нормы мусульманского права, восходящие к Корану, позволяют мужчине иметь одновременно четырёх жён. В законодательстве некоторых исламских стран это правило сохранено, однако там, где традиции светского права менее сильны, закон вообще не устанавливает никаких ограничений для полигамии. Например, брачно-семейное законодательство Исламской Республики Иран не содержит специальных правил о многожёнстве. Вопрос о количестве браков, в которых одновременно может состоять мужчина, решается мусульманским судом в каждом конкретном случае с учётом материального положения мужа. Согласно формулировке закона, мужчина, состоящий в браке, имеет право вступить во второй брак только с разрешения суда, если имеется хотя бы одно из нижеперечисленных условий:

·
согласие первой жены;

· неспособность первой жены выполнять супружеские обязанности;

· непослушание первой жены;

· подверженность первой жены хроническому, неизлечимому заболеванию или психическому расстройству;

· осуждение первой жены на срок свыше пяти лет;

· подверженность первой жены вредным привычкам (наркомания, алкоголизм, азартные игры);

· отказ первой жены вести совместную семейную жизнь;

· бесплодие первой жены;

· признание первой жены безвестно отсутствующей.


Закон сохраняет за женой право требовать у суда разрешения на развод без каких-либо дополнительных оснований в случае заключения мужем другого брака. За вступление во второй брак без обращения в суд законом предусмотрена уголовная ответственность в виде лишения свободы на срок от шести месяцев до года.

Для рассмотрения бракоразводного дела суд назначает арбитров, представителей от каждой стороны, как этого требуют законы шариата, и определяет срок, в течение которого арбитры пытаются уладить семейный конфликт. По истечении этого срока третейские судьи письменно доводят до сведения суда результаты своих усилий, после чего суд выносит требуемое решение, если подтверждается наличие оснований для развода, предусмотренных законом. Закон «Об охране семьи» 1975 г. содержит следующий перечень этих оснований:

· обоюдное согласие супругов на развод;

· отказ или неспособность мужа нести расходы по содержанию жены;

· непослушание жены;

· недостойное поведение одного из супругов, делающее совместное проживание невозможным;

· заболевание супруга хронической, неизлечимой болезнью или психическим расстройством, создающими опасность для жизни другого супруга, когда невозможна отмена брака;

· невыполнение супругом решения суда о запрете заниматься деятельностью, угрожающей семейным отношениям или чести и достоинству другого супруга;

· осуждение супруга на срок свыше пяти лет или осуждение, связанное с совершением преступления, подрывающего честь и достоинство семьи;

· подверженность супруга вредным привычкам (алкоголизм, наркомания, азартные игры);

· заключение мужем другого брака, а также несправедливость в отношениях с несколькими жёнами;

· отказ супруга вести совместную жизнь;

· признание супруга безвестно отсутствующим.


Реформирование семейно-брачных и наследственных отношений наиболее радикально было осуществлено в Турции. В 1926 г. был полностью рецепирован ГК Швейцарии 1907 г. Также изменениям было подвергнуто процессуальное право. Законодатель получил возможность выбора между различными точками зрения школ права и предписывать судьям в форме закона, какой из них придерживаться. Например, Семейный кодекс Сирии 1953 г. ввел правило: второй брак возможен только при наличии условий для содержания второй жены, а Семейный кодекс Туниса 1956 г. постановил: второй брак невозможен, если не может быть гарантирована беспристрастность мужа. Во многих мусульманских странах осуществлена кодификация гражданского права на основе рецепции аналогичного законодательства Германии и Франции. Создана единая судебная система. Судьи получают образование в университетах и находятся на государственной службе (Египет, Тунис). Кроме шариата в мусульманских странах действуют многочисленные адаты (обычаи), которые не признаются в качестве источников права.

 

 

  1. Общая характеристика правовых систем стран Дальнего Востока.

К отличительным критериям, на основе которых можно определить, к какой правовой семье следует отнести ту или иную правовую систему, принадлежит также восприятие права как исключительно важного социального инструмента регулирования общественных отношений. В этом отношении страны Дальнего Востока принципиально отличаются от других правовых семей.

В регион, который называют Дальним Востоком, входит много стран, и в каждой из них развивалась своя цивилизация. Эти цивилизации испытывали взаимное влияние, но за всю историю развита) из-за недостатка контактов оно не переросло в культурное единство подобное тому, которое возникло в Западной Европе. Китайская и индийская цивилизации оказали особенно существенное влияние на другие дальневосточные цивилизации. Поэтому описание китайского и японского права позволит выявить некоторые важные и характерные элементы общей дальневосточной концепции права.

Правовую систему относят к той или иной семье правовых систем по ее отличительным чертам. Одной из этих черт может быть значение, которое данная система придает праву как средству упорядочения общественной жизни. В этом отношении правовые системы стран Дальнего Востока коренным образом отличаются от рассмотренных выше правовых семей и групп.

Все западные правовые системы независимо от того, относятся ли они к семье романо-германского или общего права, едины в том что важнейшие вопросы социальной жизни должны регулироваться преимущественно нормами объективного права, а не моральными нормами, обычаями и традициями. Закон и судебное решение обычно определяют условия, при которых все лица должны иметь определенные права, такие, как право исполнять договор, получать компенсацию убытков или развод, выплачивать алименты. Если права какого-то лица нарушены или ставятся под сомнение другими, то это лицо не только имеет право защищать и отстаивать их, но просто обязано поступать так. С этой целью используется такой механизм, как судебное разбирательство, в ходе которого судья рассматривает конкретное дело. Руководствуясь нормами закона, он выносит окончательное обязательное решение.

Достаточно беглого взгляда на правовые системы стран Дальнего Востока, чтобы убедиться в том, что этот метод – далеко не единственно возможный: в некоторых обществах юридические споры разрешаются способами, отличающимися от рассмотрения дел в суде. Подобная традиция продолжает существовать и в Китае, пользуется значительным влиянием в Корее и Индокитае, имеет огромное значение для китайцев, населяющих Гонконг, Индонезию и Малайзию, сказывается и на японском праве. Хотя Япония благодаря своему островному положению никогда не была под властью Китая, китайская культура с VI–VII вв. оказывала значительное влияние на Японию и тем самым на ее право.

Современная правовая система КНР развивается в русле общей концепции построения в стране социализма с «китайской спецификой». Ее создание с учетом уровня развития китайского общества и использования традиционного нормативного регулирования, соответствующего правосознанию народа, выражает сущность курса китайского государства на придание правовой системе страны национальной формы.

Годы социалистического развития Китая прошли под знаком практических испытаний различных моделей общества. В развитии китайского права можно выделить три этапа. Первый (1949– 1956гг.) –этап становления социалистического китайского права. Принятые временные конституционные акты определяли правовые основы государства. Вместе с тем в Китае 50-х годов отсутствовала целостная правовая система. На формирование системы права значительное влияние оказывали существовавшая тогда политическая и правовая культура общества и военно-командные методы руководства страной. Второй этап (1957–1976 гг.) – период «культурной революции» – характеризуется развитием правового нигилизма, приведшего к умалению роли законодательства в регулировании общественных отношений. Для данного этапа типичными были снижение роли, а затем и прекращение деятельности представительных органов, фактический отказ от соблюдения законности. В период «культурной революции», по существу, были разрушены начинавшие складываться правовые основы государства.

Одной из отличительных черт третьего этапа в правовом развитии Китая (с конца 70-х годов) является широкое развертывание законодательной деятельности. Важной вехой на этом пути стало принятие Конституции КНР 1982 г., которая почти полностью вернулась на позиции первой Конституции КНР (1954 г.). Активно проводимая хозяйственная реформа: возрождение многоукладной экономики, оживление гражданского оборота, повышение самостоятельности предприятий, широкое привлечение иностранного капитала – создала предпосылку для принятия многочисленных нормативных актов. Так, только по внешнеэкономическим вопросам принято более 50 различных актов. Приняты также Общие положения гражданского права, Гражданско-процессуальный кодекс, закон о предприятиях, основанных на капитале иностранных фирм, закон о хозяйственном договоре, закон о международных хозяйственных договорах, различные акты о совместных предприятиях. Полностью обновлено уголовное и уголовно-процессуальное законодательство. Специфика китайского уголовного законодательства состоит в отрицании принципа презумпции невиновности, допущении неравноправного процессуального положения профессиональных адвокатов и иных защитников обвиняемых, отсутствии четкого указания на основания для освобождения от уголовной ответственности, в сохранении практики показательных массовых судебных процессов и т.д. Внесудебные формы разбирательства дел связаны, с одной стороны, с сохранением традиций в этой области, а с другой – с острым дефицитом юридических кадров.

Нехваткой юридических кадров объясняется и необязательность участия народных заседателей в рассмотрении дел народными судами первой инстанции.

Современное право КНР – это сложный по содержанию, объективно обусловленный масштаб свободы, выражающийся, во-первых, через систему глубоко укоренившихся в сознании народа традиционных представлений о должном поведении, поддерживаемых силой моральной ответственности перед обществом, во-вторых, через систему общеобязательных формально определенных норм, поддерживаемых силой государственного принуждения.

 

  1. Общая характеристика российской правовой системы.

Для последнего десятилетия XX в. самым значительным в развитии основных правовых систем современности является почти полное исчезновение с юридической карты мира социалистического типа права. Одна из главных тенденций развития права в постсоциалистических странах – это сближение с другими правовыми семьями. Применительно к России эта особенность проявляется в сближении российского права с романо-германской правовой семьей. Если переход к рыночной экономике и многообразию форм собственности предопределил быстрое развитие институтов частного права, то формирование правовой государственности и политический плюрализм обусловили развитие публичного права.

В международно-правовом плане включение России в «общее европейское правовое пространство», в «Европу правовых государств» стало одним из важных условий развития российского права в русле мировых тенденций правового развития.

В эволюции современной правовой системы России прослеживаются две основные тенденции. Это, с одной стороны, исключение из действующего российского права принципов, норм и институтов, которые были призваны подчеркнуть принципиальное отличие советского социалистического права от права буржуазного, а с другой –-появление в российском праве принципов, норм, институтов и даже отраслей, которые ранее считались исключительным атрибутом буржуазного права (например, торговое право и т.д.).

По своим основным юридическим классификационным признакам российское право всегда относилось к романо-германской правовой семье и продолжает оставаться таковым. Об этом свидетельствуют кодификационный характер российского права, структура правовой нормы, принципы верховенства закона и соответствующая иерархия источников права, основные принципы судебной организации и судопроизводства.

Глубокие экономические и политические преобразования во всех сферах общественной жизни открыли широкие возможности к сближению российского права с романо-германской правовой семьей не только по внешней форме, но и по содержанию.

Возникновение частного и публичного права в России в значительной степени было обусловлено социально-экономическим и политико-правовым развитием общества.

Это нашло свое отражение в следующих направлениях в области частного права.

во-первых, в признании многообразия форм собственности и определяющего значения частной собственности. Развитие отношений собственности, и прежде всего частной, приводит к возрождению частного права в России;

во-вторых, в развитии и создании юридических основ свободного предпринимательства. Рыночные отношения, т.е. имущественные, товарно-денежные отношения плюс налоговые, финансовые, трудовые, социальные и др., являются важнейшим источником частного права в России в материальном смысле;

в-третьих, в появлении рада ранее отсутствовавших институтов торгового права.

В сфере публичного права утвердились такие основополагающие признаки демократического правового государства, как:

1) конституционное провозглашение и практическая реализация принципа разделения властей;

2) конституционное признание первостепенной роли публичных прав и свобод граждан;

3) введение и развитие судебного конституционного контроля. Благодаря этим и другим новейшим тенденциям традиционная

близость русского дореволюционного и современного российского права к романо-германской правовой семье становится существенным фактором, способствующим сближению рассматриваемых правовых моделей.

Видимо, все это будет предопределять особенности и приоритеты развития российской правовой системы в XXI в.

Унификация законодательства и правовых концепций в ее международно-правовых формах является наиболее известным способом сближения российского права с романо-германской правовой семьей. Однако, как показывает практика, унификация права, которая должна пониматься в широком смысле, начиная с унификации национального законодательства и кончая кодификацией незаконодательного характера юридической практики и обычаев, не есть самоцель, и она должна быть следствием практической потребности установления тесных контактов между государствами в сфере экономической, политической, культурной и социальной жизни.

Для формирования общего правового пространства не меньшее, если не большее, значение имеет такой путь сближения этих систем, как увеличение их общих черт, принципиальных установок, сходства правовых норм и соответственно судебной практики.

Интегрирование России в европейские юридические процессы, утверждение примата международного права ведут к тому, что в национальной правовой системе растет число единообразных норм и стандартов. Несмотря на это, правовое развитие России происходит преимущественно путем изменений национального права. При этом законодатель обращается не только к юридическому опыту романо-германской правовой семьи, но и к англо-американским правовым моделям. Заслуживает, в частности, особого рассмотрения вопрос о возможности использования в определенных пределах принципа прецедента. Однако, как правило, институты англо-американского права плохо вписываются в романо-германскую правовую систему. Действительно, как справедливо отмечает проф. У. Батлер, трудно принять дословно англо-американские концепции и советы, данные с благими намерениями представителями западных юридических кругов. Они просто непонятны принимающей их стороне, а западная сторона в свою очередь обычно не в состоянии понять правовую среду, в отношении которой она дает советы. Поэтому трудно согласиться на столь радикальные перемены правовой системы, в результате которых в России было бы «все, как в США и Великобритании», и установилась правовая семья общего права.

Учет зарубежного юридического опыта и сближение российского права с другими правовыми семьями не тождественны рецепции права, восприятию зарубежных правовых моделей. Они итог развития российского права в результате действия многих факторов, обусловливающих этот процесс в конкретно-исторических условиях России. Отсюда, в частности, возможность различной трактовки даже одноименных правовых институтов, отторжение практикой моделей, разработанных российским законодателем па основе зарубежного опыта. Впрочем, в советское время, в условиях централизованной плановой экономики и демократически неразвитой политической системы, основные правовые институты РСФСР при внешнем сходстве с институтами романо-германской правовой семьи существенно отличались от них. Отсюда можно сделать вывод, что сближение российского права с романо-германской правовой семьей не означает потери самобытности, особенностей, традиций, свойственных правовой системе России. Действительно, российское право, как и любая национальная правовая система, имеет свою специфику, и на нем не могли не отразиться политико-правовые события, происходящие в России; оно отвечает всем основным юридическим признакам романо-германской правовой семьи.

На наш взгляд, весьма спорен призыв выделить самостоятельную «славянскую правовую семью» и возвратиться, в частности, к правовой системе государств восточнославянской культуры. Самостоятельность традиций развития российской правовой системы, в том числе ее отличие от романо-германской правовой семьи, подчеркивает В.Н. Синюков. Он признает за Россией особую правокультурную самобытность, пытается вывести ее из «исконных культурно-правовых основ», из специфических особенностей «славянской правовой семьи», образованной странами славянского этнического происхождения. По его мнению, российская правовая система в будущем должна идентифицироваться в качестве основы правовой семьи как восточнославянских, так и тюркских народов бывшего Советского Союза. А обращение к мировому правовому опыту (который называется однозначно западным), к интеграционным процессам, происходящим в европейских и иных регионах, возможно только на условиях политического и культурно-правового «ассимилирования входящих в СССР регионов в западное сообщество». Такое возвращение восточноевропейских стран в мировую культурно-правовую цивилизацию автор расценивает как «противоестественное вмешательство в их историческую судьбу, чреватое элиминацией этносоциальной специфики правовой культуры». Близкую этому точку зрения высказал и Р.Б. Головкин, писавший, что внедрение в правовую систему России концепций, сформировавшихся в романо-германской и англосаксонской системах права, не учитывающих различий духовных и нравственно-этических традиций Запада и Востока, пока преждевременно.

Следует отметить, что даже в Западной Европе, где происходят процессы объединения различных по своим культурно-историческим, религиозно-этическим и морально-психологическим ценностям государств (сравним, например, Грецию и Ирландию, Испанию и Норвегию), эти государства отнюдь не теряют своей самобытности и складывавшейся веками правовой ментальное™.

Признавая справедливыми высказывания В.Н. Синюкова о реально существовавшей самобытной для России правовой системе восточнославянского типа, об особенностях состояния правосознания населения России, А.В. Мицкевич справедливо отмечает, что трудно увидеть те особенные формы законодательства или иных источников права, которые обеспечивали бы успешное развитие российской государственности в современных условиях. Россия вряд ли может избрать «самобытное», без ориентации на международный опыт развитие права, не рискуя снова (как это было совсем недавно) оказаться в международной изоляции. России предстоит жить не в «особой правовой семье», а в содружестве и взаимодействии со всеми правовыми системами мира.

Разумеется, что для этого российская правовая система должна идти своим путем, но вместе с основными правовыми системами современности. При этом не следует избегать ориентира на международно-правовые и передовые зарубежные юридические стандарты, в частности романо-германской правовой семьи.

Романо-германская правовая семья дает России не только исторически оправданный и упрочившийся выбор юридических конструкций (правопонимание, система и источники права, правоприменение), но и другие преимущества, вытекающие из признания общепризнанных принципов и норм международного права частью правовой системы России.

Все эти аргументы свидетельствуют о том, что романо-германская правовая семья в XXI столетии в основном остается правильным для России выбором.


Дата добавления: 2018-02-18; просмотров: 271; ЗАКАЗАТЬ РАБОТУ