II. Св. Кнрилл и Мефодий и их прповедническая длительность у южных и западных славян.



   Св. Мефодий и Константин были родом из Солуня, македонского города, населенного преимущественно славянами; отец их Лев, правитель Солунской области, был по мнению некоторых ученых, славянин но происхождении своему, a по мнению других грек. Отличаясь богатыми дарованиями и любовью к наукам, Мефодий и Константина получили лучшее по своему времени образование. Мефодий, закончив образование в отечественном городе, поступил в военную службу, и скоро сделан был правителем славянской струмскоий области. Константин, не довольствуясь теми средствами к образованию, какие представляла Солун, был весьма рад тому, что его взял на воспитание в Константинополь знатный родственник великий логофет Феоктист, один из опекунов несовершеннолетнего греческого императора Михаила III-гo. Здесь он изучил высшие науки под руководством лучших наставников того времени – Льва, главного наставника высшей константинопольской школы, основанной правителем империи Вардою, и Фотия, бывшего впоследствии знаменитейшим из константинопольских патриархов. Особенное влечение имел Константин к высшим богословским наукам; его любимым чтением, после книг св. Писания, были творение Григория Богослова. Его покровитель Феоктист готовил ему блестящее придворное поприще и богатую женитьбу. Но Константин уклонился от брака и светской жизни, принял монашество и решился посвятить свою жизнь науке и служению Богу. Его сделали наставником и библиотекарем софийской библиотеки. Здесь он своею ученостью приобрел большую известность. Его прозвали философом, и правительство византийское стало поручать ему самые замечательные ученые и религиозные предприятие. Он прославился спорами с приверженцами еще оставшегося в Константинополе иконоборства. В 851 году, по приглашению митиленского эмира, он был посылаем греческим императором ко двору эмира, для рассуждений о вере с арабскими учеными, и здесь своею твердою защитою христианства так раздражил магометанских ученых, что они хотели даже умертвить его.
   Между тем к этому времени и старший брат Мефодий оставил мирскую жизнь, принял монашество на горе Олимпе и скоро приобрел известность своими аскетическими подвигами. Его хотели избрать митрополитом одной из почетнейших кафедр, но он уклонился от этой чести, и его едва убедили принять игуменство в монастыре св. Полихрония. Приготовив себя наукою и подвижническою жизнью к трудам миссионерским, св. братья выступили на свой апостольский подвиг.
   В 858 году было прислано в Константинополь посольство от южных пределов нынешней России, где на обширном пространстве, между Черным, Азовским и Каспийским морями, под управлением сильного тюркского племени хазар, жили различные, и между прочим славянские племена. Хазарский каган (хан) просил Византийского императора, чтобы ему прислали ученого мужа, который бы мог научить хазар и истинной вере. По предложению императора, к хазарам отправился философ Константин с братом своим Мефодием. Здесь они нашли довольно христиан греков и славян. На северных берегах Черного моря уже издавна были посеяны семена христианства – еще с того времени, как древняя Таврида была ссыльною колонию для римский империи, куда между прочим ссылали исповедников христианства, и где впоследствии образовались даже христианские епископства. Св. Константин нашел здесь между прочим какой-то перевод Евангелия, писанный росскими буквами.1 Для обращения в христианство господствующего племени хазар, нужно было показать им превосходство христианства пред учением магометанским и евреев, также домогавшихся обратить хазар к своей вере. Св. Константин, обличив магометанских и иудейских проповедников, склонил к крещению многих хазар. Успеху проповеди его способствовало между прочим чудесное открытие им у берега Черного моря мощей св. Климента римского, который еще в конце 1-го или в начале 2-го века во время императора Траяна был сослан сюда за исповедание христианской веры и здесь был утоплен в море дикими язычниками. Св. Константин, видя в обретенных им мощах знамение благословения Божия на его благовестнические труды, в последствии носил их с собою в своих дальнейших миссионерских путешествиях. Христианство у хазар после св. Константина держалось недолго; в 10 веке оно опять было вытеснено магометанством; тем но менее проповеди св. Константина и Мефодия конечно не осталась бесследною для славян, живших в южной России2.
   По возвращении от хазар, св. Константин и Мефодий стали распространять веру между своими единоплеменниками – славянами македонскими. Слыша проповеди. Евангелия от своих соотечественников па родном языке, славяне охотно принимали христианство; св. Кирилл в округе одного города Брегальницы (недалеко от Солуня) крестил 4.500 славян.
   Чтобы прочнее утвердить истины христианства между славянскими племенами, св. Константин предпринял великое дело дать славянам, доселе не имевшим своей азбуки и письменности, национальную письменность. Он составил славянскую азбуку по образцу греческой, прибавив к 24 буквам сей последней 14 новых знаков, соответствующих особенным звукам славянской речи (например для славянских звуков ж, ч, ш, щ, ы нет соответствующих знаков ни в греческой, ни в латинской, ин в другой какой европейской азбуке), и стал переводить священные книги на славянский язык. Первые слова, написанные св. Константниом, по преданию были: искони бе Слово, и Слово бе у Бога, и Бог бе Слово-Евангелие Иоанна 1-й стих3·
   К этому же времени стало утверждаться христианство в Болгарии. При самом дворе болгарского князя Бориса было много людей расположенных к христианству. Распространению христианства здесь много способствовали – проповедь пленного греческого монаха Куфары, и родная сестра царя Бориса, долгое время жившая в Константинополе заложницею и там сделавшаяся ревностной христианкой. Но князь Борис долгое время не хотел принимать христианства, может быть опасаясь еще довольно сильной языческой партии. Наконец различные политические неудачи, страшный голод и мор поколебали убеждение Бориса, и он по совету сестры призвал к себе проповедника св. Мефодия. Мефодий окончательно склонил Бориса к христианству. Борис принял крещение и христианское ими Михаила (по имени восприемника своего греческого императора Михаила III); вместе с Борисом крестились многие из болгарских вельмож и народа. В Болгарию прислан был из Константинополя епископ Иосиф со многими священниками, – и патриарх Константинополский Фотий принял болгарскую церковь под особенное свое попечение, и руководил Бориса своими советами в самом управление народом.
   В 862 году князья верхне-моравский Ростислав его племянник нижне-моравский Святополк и паннонский Коцел (Котел) прислали в Константинополь просить себе наставников в вере. Славяне моравские и паннонские были расположены к христианству, но не хотели принимать его от корыстолюбивых и притязательных немецких проповедников – с богослужением на непонятном языке. Поэтому они просили прислать им проповедников от греческой церкви, знающих славянский язык. Император Михаил и патриарх Фотий послали в Моравию Кирилла и Мефодия. Четыре года с половиной трудились здесь св. братья, переходя из одной области в другую с проповедью Слова Божия. Успеху их проповеди в особенности способствовало то, что у них в это время уже готовы были в славянском переводе необходимые для богослужения свящ. книги. Св. братья всюду вводили богослужение на славянском языке. И славяне моравские и паннонские с радостью принимали христианство, слыша величие Божие, возвещаемые на родном языке.
   Но успехи проповеди Кирилла и Мефодия и распространение славянского богослужения возбудили зависть и ненависть соседнего немецкого духовенства. Епископы зальцбургский и пассауский, имевшие притязание считать Моравию и Паннонию относящимися к их епархиальным округам, сделали на Кирилла н Мефодия донос в Рим в том, что они отторгают принадлежащие западной церкви славянской области от власти папской, и распространяют богослужение на новом – не священном языке. Вследствие этого Кирилл и Мефодий должны были отправиться в Рим для объяснения. В Италии они должны были выдержать жестокий спор с латинским духовенством о правоте своего дела. Приверженцы латинства говорили, что Слово Божие может быть возвещаемо только на тех трех языках, на которых Пилат сделал надписание па кресте Христовом – т.е. на еврейском, греческом и латинском. Св. братья, опровергая странное мнение этих триязычников, говорили, что как Господь всем людям дает дары Свои – свет солнечный, благорастворение воздухов и дожди плодоносные, так все народы должны славить Господа на своих наречиях; они доказывали свою мысль свидетельствами из священного Писания ветхого и нового завета, и издавна существующими в восточной церкви примерами, к которым все народы, обращающиеся в христианство имеют Слово Божие и богослужение на своих природных языках. Папа Адриан II, по издавна уже принятому папами правилу ласкать всех замечательных миссионеров, дабы привлекать под свое влияние обращаемые ими в христианство народы, принял в Риме св. братьев с большими почестями, – одобрил сделанный ими перевод священных книг, и осудил противников, препятствовавших их святому делу. Св. Константин заболел в Риме, принял схимну с именем Кирилла, и скончался на 42 году жизни 14 Февраля 869 г., завещав своему брату начатое ими вместе служение спасению ближних. А св. Мефодий, похоронивши своего брата при церкви св. Климента, которого мощи они вместе принесли в Рим, и получивши от папы сан епископа обращенной им в христианство страны4, отправился назад к славянам продолжать свое апостольское служение.
   Между тем в Моравии, интригами немцев во время путешествие Мефодия, Произведены были сильные политические волнения. Князь Ростислав, главный покровитель славянских проповедников был низвергнут с престола, заточен в тюрьму, и потом умерщвлен. Святополк, ставший в зависимость от немецкого императора Людовика, вместе с тем стал поддаваться и влиянию немецкого духовенства. Вследствие этого св. Мефодий, по возвращении из Рима, не мог найти себе места в Моравии. Он нашел па некоторое время приют себе у паннонского князя Коцела, который принял его с радостью и уважением. Но когда и Паннония должна была подчиниться власти Святополка и немцев, немецким епископам удалось наконец (872 г.) отправить Мефодия в заточение, и продержать его там два года с половиной. Одна-кож, когда папа Иоанн узнал об этом своеволии немецких епископов, он нашел свои побуждения заступиться за св. Мефодия, и стал грозить немецким епископам запрещением совершать богослужение – до тех пор, пока они не освободят Мефодия; он также написал в защиту Мефодия письма к самому императору Людовику и князю Святополку. В 874 г. св. Мефодий был освобожден из заточения, и объявлен моравским архиепископом, – чем уже преграждаем был немецким епископам всякий повод простирать свои притязание на Моравию. С этого времени деятельность св. Мефодия получила еще больший успех. Он ревностно заботился о приготовлении учеников, которые бы могли продолжать его дело после него, и всюду поставлял священников из природных славян, им самим образованных. К концу его жизни Моравия уже имела до 200 своих священников.
   Счастливые успехи славянской проповеди св. Мефодия в Моравии и Паннонии имели влияние и на соседние славянские страны. Богемский князь Боривой, отдавший за Святополка свою сестру в замужество, и вступивший с ним и в политический союз, призвал к себе св. Мефодия и крестился со своею женою Людмилою в 874 году. Вслед за князем крестилась значительная часть народа. Боривой и св. Людмила ознаменовали свое усердие к вере построением нескольких храмов, ревностными заботами о распространении христианства в народе, и окончили свою жизнь в монастырских подвигах.
   Языческий князь, владевший на Висле, ругался над христианством и теснил христиан. Св. Мефодий послал сказать ему, что хорошо бы ему было креститься по доброй воле на своей земле, чтобы попавшись в плен не быть принужденным креститься по неволе на чужой. Предсказание св. Мефодия исполнилось. Князь, образумленный тяжким пленом, призвал к себе учеников св. Мефодия, и они насадили вПольше православную веру с славянским богослужением. В последствии родственные и политические союзы польских князей с богемскими еще более содействовали распространению православие в Польши до тех пор, пока оно там не было подавлено латинством.
   В Далмации св. Мефодий утвердил православие и славянское богослужение по уставу восточной церкви во время своих путешествий в Рим.
   У сербов и хорватов также более утвердилось в это время православие и славянское богослужение. Стесняемые властью франкских государей, сербы и хорваты обратились к защите греческого императора Василия Македонянина. Василий Македонянин (славянин по происхождению) принял, их под свое покровительство; и вследствие этого те сербы и хорваты, которые оставались еще не окрещенными, приняли св. крещение, и все вместе – славянское богослужение в переводе Кирилла и Мефодия.
   Таким образом почти у всех славян южных и западных одновременно во второй половине IX века утвердилась православная вера и славянское богослужение, – и св. Кирилл и Мефодий поистине явились апостолами и просветителями славянского племени.
   Под конец жизни, св. Мефодию опять пришлось терпеть неприятности от немцев. Завидуя необыкновенным успехам проповеди Мефодия, немецкие епископы в 879 году сделали на него новый донос папе Иоанну VIII. К прежнему обвинению, что Мефодий распространяет славянское богослужение, присоединено новое, что он не исповедует исхождение Св. Духа от Сына, согласно с римскою церковью. Папа сам не был убежден в истинности этого догмата, и готов был отказаться от него (в письме к Фотию патриарху константинопольскому). Но опасаясь за свою власть над славянскими племенами, он наложил было запрещение на славянскую службу, и вновь потребовал в Рим на суд св. Мефодия. Св. Мефодий торжественно оправдал свое дело пред римским собором (880 г.), и папа еще раз подтвердил все предоставленный ему права и разрешил читать св. Писание и совершать богослужение на славянском языке.
   Тогда изобретательные враги св. Мефодия придумали новую интригу; пущена была молва, что в Константинополе император и патриарх негодуют на Мефодия за его сношение с Римом. Мефодий, хотя и уверенный в расположении византийского правительства, должен был одна кож, для рассеяния неблагоприятных толков, путешествовать в Константинополь. Император и патриарх приняли с величайшим уважением как самого св. Мефодия, так и принесенный им славянский перевод св. книг.
   Когда наконец ни в Риме, ни в Константинополе интриги врагов Мефодия не достигли своей цели, они сумели выставить ему соперника в самой Моравии. Под конец жизни Мефодия, папа, по ходатайству Святополка, действовавшего под влиянием немцев, дал ему в помощники по управлению моравскою церковью шваба Вихинга, епископа нитравского. Этот Вихинг с своею партию стал все более и более входить в расположение к князю Святополку и восстановлять его против Мефодия и его учеников. В тяжелой борьбе с такими интригами св. Мефодий и кончил свою жизнь 6 апреля 885 года в Велеграде, – передав свою власть над моравскою церковью ученику своему Горазду, родом моравцу.
   NB. Св. Кирилл и Мефодий, во время своей миссионерской деятельности, обращались к Риму и давали папам отчет о своей деятельности. Не следует ли из этого, что они были приверженцами папизма и латинства – римско-католиками? Западная церковь действительно считает их в числе своих святых. Западные ученые стараются доказать, что миссионерская деятельность св. Кирилла и Мефодия принадлежит Риму, а не восточной церкви. В новейшее время на западе иезуитами во имя св. Кирилла и Мефодия составляются общества и издаются книги в духе латинской пропаганды. Нельзя не заметить, что все это делается нарочно, с целью – обаянием имен, свято чтимых южными н западными славянами, лучше расположить их к латинству, уверив их, что та вера, которую первоначально насадили у славян св. Кирилл и Мефодий, была латинская, и сами они были латиняне. Но это есть явная и злонамеренная ложь. Св. братья были воспитаны в духе восточной церкви, и вышли на свое миссионерское дело от восточной церкви, по благословению константинопольского патриарха Фотия, которого паписты не без основания считают первым врагом своих притязаний, и у которого св. Константин Философ был ближайшим учеником. И когда св. Константин и Мефодий проповедовали в странах, прилежащих к округу константинопольского патриарха, – у хазар, в Македонии и Болгарии; – они обращались с отчетом о своей деятельности к константинопольскому патриарху. Но когда они перешли проповедывать в западные славянские страны, прилежащие к округу западного патриарха – римского папы, они естественно и по древним церковным правилам должны были сноситься с папою, и константинопольская церковь, не смотря на всю клевету, распускаемую немцами, за это не имела на них никаких притязаний, и относилась сочувственно к их подвигу, считая его своим родным, общим для всей православной церкви дорогим делом, хотя и в другом патриаршем округе. Св. Кирилл и Мефодий обращались к папе не как к главе отдельной от востока римско-католической церкви, а как к патриарху западного церковного округа, входящего в состав единой вселенской православной церкви,– находящемуся в общении со всеми другими восточными патриархами. Ибо тогда папы не считались еще главами римско-католической церкви, а только начинали стремиться к тому; все же христиан – считали их только старейшими епископами западной поместной православной церкви. Западная церковь считалась тогда еще православною церковью и на всем востоке, потому что не православные нововведение в церковном учении и устройстве в ней только что возникали и еще не выдавались резко. Разделение между востоком и западом тогда только начиналось в спорах между константинопольскими патриархами и папами; эти споры еще могли казаться только личными, а не обще-церковными спорами, и из-за них никакой православный христианин до соборного суда не имел права прерывать общение с римскою церковью. В проповедание же своем Кирилл и Мефодий следовали не папистическим, не римско-католическим, а чисто-православным началам. Об исхождении Св. Духа они учили согласно с восточною церковью, а не с западным нововведением; за это жаловались на св. Мефодия в Рим папе Иоанну VIII немецкие епископы; за это после смерти Мефодия, как увидим, они восстали против его учеников. Св. Кирилл в оставленном им исповедании веры оставил ясное свидетельство того, что в догмате об исхождении Св. Духа он следовал учению восточной церкви; в жизнеописании св. Мефодия также говорится, что он должен был во время своей проповеди бороться с ересью Иопаторскою (сыноотчеством,-так называлось здесь западное учение об исхождении Св. Духа от Отца и Сына, потому что в нем сливаются личныя свойства Отца и Сына). Обряды церковные св. Кирилл и Мефодий везде вводили восточные, а не западные; память об этом и следы этого, как увидим, долго сохранялись у всех славян, обращенных в христианство св. братьями, не смотря на все усилие латинства искоренить эти обряды. Богослужение у славян св. Кирилл и Meфодий везде вводили на народном славянском языке; это также прямо противоречило началу латинства, уже и тогда начавшему развиваться в западной церкви (из-за чего и происходили у св. братьев постоянные споры с западным духовенством), и еще более в последствии развившемуся и утвержденному самими папами. Наконец в том особенном миссионерском свойстве, существенно характеризующем деятельность первых славянских проповедников, что они везде для народов, обращенных ими в христианство, старались воспитывать пастырей и учителей – священников и епископов из среды их же самих, а не призывать готовых греческих или латинских, – что они во всякой народности, вновь присоединяющейся к христианству, старались образовать новую живую силу для развитие общехристианского содержания, а не новую только форму для принятие готового уже византийского или римского просвещение, – в этом также заключается существенное противоречие началам католицизма; ибо католическое духовенство и католические миссионеры в подобных случаях стараются действовать всегда наоборот вместе с распространением христианства налагая на одну народность нравственное господство другой народности (собственно римской, но иногда и немецкой – по отношению к славянским племенам). Таким образом имена св. Кирилла и Мефодия по справедливости должны служить для всех славян знаменем не сочувствия к католицизму, а предостережения и борьбы против католицизма. Паписты и сами это сознавали, и прежде всячески старались истребить у всех славян следы проповеди св. Кирилла и Мефодия и самую память о ней. Впоследствии уже, когда они заметили, что эти имена слишком дороги и незабвенны для славян, что на них так-сказать держится будущая судьба славянского мира, они всячески стали стараться присвоить себе эти святые имена, дабы чрез них удобнее привлечь к себе и всех славян.


Дата добавления: 2018-02-15; просмотров: 235;