Стелла-5. Светило. Ад. Изольда 33 страница



— Я что-то придумала! — уже по-старому радостно прошептала Стелла. — Мы можем сделать его счастливым!.. Надо только кое-кого здесь поискать!..

— Ты имеешь в виду его жену, чтоли? У меня, признаться, тоже была такая мысль. А ты думаешь, это не рано?.. Может, дадим ему сперва здесь хотя бы освоиться?

— А ты бы не хотела на его месте увидеть их живыми?! — тутже возмутилась Стелла.

— Ты, как всегда, права,— улыбнулась подружке я.

Мы медленно «плыли» по серебристой дорожке, стараясь не тревожить чужую печаль и дать каждому насладиться покоем после всего пережитого в этот кошмарный день. Детишки потихонечку оживали, восторженно наблюдая проплывавшие мимо них дивные пейзажи. И только Арно явно был от нас всех очень далеко, блуждая в своей, возможно очень счастливой памяти, вызвавшей на его утончённом и таком красивом лице удивительно тёплую и нежную улыбку...

— Вот видишь, он их наверняка очень сильно любил! А ты говоришь — рано!.. Ну, давай поищем! — никак не желала успокоиться Стелла.

— Ладно, пусть будет по твоему,— легко согласилась я, так как теперь уже и мне это казалось правильным.

— Скажите, Арно, а как выглядела ваша жена? — осторожно начала я. — Если вам не слишком больно об этом говорить, конечноже.

Он очень удивлённо взглянул мне в глаза, как бы спрашивая, откуда вообще мне известно, что у него была жена?..

— Так уж получилось, что мы увидели, но только самый конец... Это было так страшно! — тутже добавила Стелла.

Я испугалась, что переход из его дивных грёз в страшную реальность получился слишком жестоким, но «слово не птичка, вылетело — не поймаешь», менять что-то было поздно, и нам оставалось только ждать, захочет ли он отвечать. К моему большому удивлению, его лицо ещё больше осветилось счастьем, и он очень ласково ответил:

— О, она была настоящим ангелом!.. У неё были такие дивные светлые волосы!.. И глаза... Голубые и чистые, как роса... О, как жаль, что вы её не увидели, мою милую Мишель!..

— А у вас была ещё дочь? — осторожно спросила Стелла.

— Дочь? — удивлённо спросил Арно и, поняв, что мы видели, тутже добавил. — О, нет! Это была её сестра. Ей было всего шестнадцать лет...

В его глазах вдруг промелькнула такая пугающая, такая жуткая боль, что только сейчас я вдруг поняла, как сильно страдал этот несчастный человек!.. Возможно не в силах перенести такую зверскую боль, он сознательно отгородилсебя стеной их былого счастья, стараясь помнить только светлое прошлое и «стереть» из своей памяти весь ужас того последнего страшного дня, насколько позволяла ему это сделать его раненая и ослабевшая душа...

Мы попробовали найти Мишель — почему-то не получалось... Стелла удивлённо на меня уставилась и тихо спросила:

— А почему я не могу её найти, разве она и здесь погибла?..

Мне показалось, что нам что-то просто мешало отыскать её в этом «этаже» и я предложила Стелле посмотреть «повыше». Мы проскользнули мысленно на Ментал... и сразу её увидели... Она и вправду была удивительно красивой — светлой и чистой, как ручеёк. А по её плечам золотым плащом рассыпались длиннющие золотые волосы... Я никогда не видела таких длинных и таких красивых волос! Девушка была глубоко задумчивой и грустной, как и многие на «этажах», потерявшие свою любовь, своих родных, или просто потому, что были одни...

— Здравствуй, Мишель! — не теряя времени, тут же произнесла Стелла. — А мы тебе подарок приготовили!

Женщина удивлённо улыбнулась и ласково спросила:

— Кто вы, девочки?

Но ничего ей не ответив, Стелла мысленно позвала Арно...

Мне не суметь рассказать того, что принесла им эта встреча... Да и не нужно это. Такое счастье нельзя облачить в слова — они померкнут... Просто не было наверное в тот момент счастливее людей на всём свете, да и на всех «этажах»!..И мы искренне радовались вместе с ними, не забывая тех, кому они были обязаны своим счастьем... Думаю, и малышка Мария, и наш добрый Светило были бы очень счастливы, видя их сейчас, и зная, что не напрасно отдали за них свою жизнь...

Стелла вдруг всполошилась и куда-то исчезла. Пошла за ней и я, так как здесь нам делать больше было нечего...

— И куда же вы все исчезли? — удивлённо, но очень спокойно, встретила нас вопросом Майя. — Мы уже думали, вы нас оставили насовсем. А где же наш новый друг?.. Неужели и он исчез?.. Мы думали, он возьмёт нас с собой...

Появилась проблема... Куда было теперь девать этих несчастных малышей — я не имела ни малейшего понятия. Стелла взглянула на меня, думая о томже самом, и отчаянно пытаясь найти какой-то выход.

— Придумала! — уже совсем как «прежняя» Стелла, она радостно хлопнула в ладошки. — Мы им сделаем радостный мир, в котором они будут существовать.А там, гляди, и встретят кого-то... Или кто-то хороший их заберёт.

— А тебе не кажется, что мы должны их с кем-то здесь познакомить? — пытаясь «понадёжнее» пристроить одиноких малышей, спросила я.

— Нет, не кажется,— очень серьёзно ответила подружка. — Подумай сама, ведь не все умершие малыши получают такое... И не обо всех здесь, наверное, успевают позаботиться. Поэтому будет честно по отношению к остальным, если мы просто создадим им здесь очень красивый дом, пока они кого-то найдут. Ведь они втроём, им легче. А другие — одни... Я тоже была одна, я помню...

И вдруг, видимо вспомнив то страшное время, она стала растерянной и печальной...и какой-то незащищённой. Желая тутже вернуть её обратно, я мысленно обрушила на неё водопад невероятных фантастических цветов...

— Ой! — засмеялась колокольчиком Стелла. — Ну, что ты!.. Перестань!

— А ты перестань грустить! — несдавалась я. — Нам вон, сколько ещё всего надо сделать, а ты раскисла. А ну пошли детей устраивать!..

И тут совершенно неожиданно, снова появился Арно. Мы удивлённо на него уставились... боясь спросить. Я даже успела подумать— уж не случилось ли опять чего-то страшного?.. Но выглядел он «запредельно» счастливым, поэтому я тутже отбросила глупую мысль.

— А что ты здесь делаешь?!.. — искренне удивилась Стелла.

— Разве вы забыли — я ведь детишек должен забрать, я обещал им.

— А где же Мишель? Вы чтоже — не вместе?

— Ну почему не вместе? Вместе, конечно же! Просто я обещал... Да и детей она всегдалюбила. Вот мы и решили побыть все вместе, пока их не заберёт новая жизнь.

— Так это же чудесно! — обрадовалась Стелла. И тутже перескочила на другое. — Ты очень счастлив, правда же? Ну, скажи, ты счастлив? Она у тебя такая красивая!!!

Арно долго и внимательно смотрел нам в глаза, как бы желая, но никак не решаясь что-то сказать. Потом, наконец, решился...

— Я не могу принять у вас это счастье... Оно не моё... Это неправильно... Я пока его не достоин.

— Как это не можешь?!. — буквально взвилась Стелла. — Как это не можешь — ещё как можешь!.. Только попробуй отказаться!!! Ты только посмотри, какая она красавица! А говоришь — не можешь...

Арно грустно улыбался, глядя на бушующую Стеллу. Потом ласково обнял её и тихо, тихо произнёс:

— Вы ведь несказанное счастье мне принесли, а я вам такую страшную боль... Простите меня милые, если когда-нибудь сможете. Простите...

Стелла ему светло и ласково улыбнулась, будто желая показать, что она прекрасно всё понимает и что прощает ему всё, и что это была совсем не его вина. Арно только грустно кивнул и, показав на тихо ждущих детишек, спросил:

— Могули я взять их с собой «наверх», как ты думаешь?

— К сожалению — нет,— грустно ответила Стелла. — Они не могут пойти туда, они остаются здесь.

— Тогда мы тоже останемся... — прозвучал ласковый голос. — Мы останемся с ними.

Мы удивлённо обернулись — это была Мишель. «Вот всё и решилось» — довольно подумала я. И опять кто-то чем-то добровольно пожертвовал, и снова побеждало простое человеческое добро... Я смотрела на Стеллу — малышка улыбалась. Снова было всё хорошо.

— Ну что, погуляешь со мной ещё немножко? — с надеждой спросила Стелла.

Мне уже давно надо было домой, но я знала, что ни за что её сейчас не оставлю и утвердительно кивнула головой...

Изидора

Настроения гулятьу меня, честно говоря, слишком большого не было, так как после всего случившегося состояние было, скажем так, очень и очень «удовлетворительное»... Но оставлять Стеллу одну я тоже никак не могла, поэтому, чтобы обеим было хорошо хотябы «посерединушке», мы решили далеко не ходить, а просто чуточку расслабить свои почти уже закипающие мозги и дать отдохнуть измордованным болью сердцам, наслаждаясь тишиной и покоем ментального этажа...

Мы медленно плыли в ласковой серебристой дымке, полностью расслабив свою издёрганную нервную систему и погружаясь в потрясающий, ни с чем не сравнимый здешний покой... Как вдруг Стелла восторженно крикнула:

— Вот это да! Ты посмотри только, что же это там за красота такая!..

Я огляделась вокруг и сразу же поняла, о чём она говорила... Это и, правда, было необычайно красиво!.. Будто кто-тоиграясь сотворил настоящее небесно-голубое «хрустальное» царство!..Мы удивлённо рассматривали невероятно огромные, ажурные ледяные цветы, припорошенные светло-голубыми снежинками; и переплёты сверкающих ледяных деревьев, вспыхивающих синими бликами при малейшем движении «хрустальной» листвы и высотой достигавших с наш трёхэтажный дом... А среди всей этой невероятной красоты, окружённый вспышками настоящего «северного сияния», гордо возвышался захватывающий дух величавый ледяной дворец, весь блиставший переливами невиданных серебристо голубых оттенков...

Что это было?! Кому так нравился этот холодный цвет?..

Пока почему-то никто нигде не показывался, и никто не высказывал большого желания нас встречать... Это было чуточку странно, так как обычно хозяева всех этих дивных миров были очень гостеприимны и доброжелательны, за исключением лишь тех, которые толькочто появились на «этаже» (тоесть, толькочто умерли) и ещё не были готовы к общению с остальными, или просто предпочитали переживать что-то сугубо личное и тяжёлое в одиночку.

— Как ты думаешь, кто живёт в этом странном мире?.. — почему-то шёпотом спросила Стелла.

— Хочешь — посмотрим? — неожиданно для себя, предложила я.

Я не поняла, куда девалась вся моя усталость, и почему это я вдруг совершенно забыла данное себе минуту назад обещание не вмешиваться ни в какие, даже самые невероятные происшествия до завтрашнего дня или хотя бы уж, пока хоть чуточку не отдохну. Но,конечноже, это снова срабатывало моё ненасытное любопытство, которое я так и не научилась пока ещё усмирять,даже и тогда, когда в этом появляласьнастоящая необходимость...Поэтому, стараясь, насколько позволяло моё измученное сердце, «отключиться» и не думать о нашем неудавшемся, грустноми тяжёлом дне, я тутже с готовностью окунулась в «новое и неизведанное», предвкушая какое-нибудь необычное и захватывающее приключение...

Мы плавно «притормозили» прямо у самого входа в потрясающий «ледяной» мир, как вдруг из-за сверкавшего искрами голубого дерева появился человек... Это была очень необычная девушка — высокая и стройная, и очень красивая, она казалась бы совсем ещё молоденькой, почтичто ребёнком, если бы не глаза... Они сияли спокойной, светлой печалью и были глубокими, как колодец с чистейшей родниковой водой... И в этих дивных глазах таилась такаямудрость, коей нам со Стеллой пока ещё долго не дано было постичь...

Ничуть не удивившись нашему появлению, незнакомка тепло улыбнулась и тихо спросила:

— Что вам, малые?

— Мы просто рядом проходили и захотели на вашу красоту посмотреть. Простите, если потревожили... — чуть сконфузившись, пробормотала я.

— Ну, что вы! Заходите внутрь, там наверняка будет интереснее... — махнув рукой вглубь, опять улыбнулась незнакомка.

Мы мигом проскользнули мимо неё внутрь «дворца», не в состоянии удержать рвущееся наружу любопытство, и уже заранее предвкушая наверняка что-то очень и очень «интересненькое». Внутри оказалось настолько ошеломляюще, что мы со Стеллой буквально застыли в ступоре, открыв рты, как изголодавшиеся однодневные птенцы, не в состоянии произнести ни слова...

Никакого, что называется, «пола» во дворце небыло... Всё, находящееся там, парило в искрящемся серебристом воздухе, создавая впечатление сверкающей бесконечности. Какие-то фантастические «сидения», похожие на скопившиеся кучками группы сверкающих плотных облачков, плавно покачиваясь, висели в воздухе, то, уплотняясь, то, почти исчезая, как бы привлекая внимание и приглашая на них присесть... Серебристые «ледяные» цветы, блестя и переливаясь, украшали всё вокруг, поражая разнообразием форм и узорами тончайших, почти что ювелирных лепестков. А где-то очень высоко в «потолке», слепя небесно-голубым светом, висели невероятной красоты огромнейшие ледяные «сосульки», превращавшие эту сказочную «пещеру» в фантастический «ледяной мир», которому, казалось, не было конца...

— Пойдёмте, гостьи мои, дедушка будет несказанно рад вам! — плавно скользя мимо нас, тепло произнесла девушка.

И тут я, наконец, поняла, почему она казалась нам необычной — по мере того, как незнакомка передвигалась, за ней всё время тянулся сверкающий «хвост» какой-то особенной голубой материи, который блистал и вился смерчами вокруг её хрупкой фигурки, рассыпаясь за ней серебристой пыльцой...

Не успели мы этому удивиться, как тут же увидели очень высокого, седого старца, гордо восседавшего на странном, очень красивом кресле, как бы подчёркивая этим свою значимость для непонимающих. Он совершенно спокойно наблюдал за нашим приближением, ничуть не удивляясь и не выражая пока что никаких эмоций, кроме тёплой, дружеской улыбки. Белые, переливающиеся серебром, развевающиеся одежды старца сливались с такими же, совершенно белыми, длиннющими волосами, делая его похожим на доброго духа. И только глаза, такие же таинственные, как и у нашей красивой незнакомки, потрясали беспредельным терпением, мудростью и глубиной, заставляя нас ёжиться от сквозящей в них бесконечности...

— Здравы будете, гостюшки! — ласково поздоровался старец. — Что привело вас к нам?

— И вы здравствуйте, дедушка! — радостно поздоровалась Стелла.

И тут впервые за всё время нашего уже довольно-таки длинного знакомства я с удивлением услышала, что она к кому-то, наконец, обратилась на «вы»...

У Стеллы была очень забавная манера обращаться ко всем на «ты», как бы этим подчёркивая, что все, ею встреченные люди, будь то взрослый или совершенно ещё малыш, являются её добрыми старыми друзьями, и что для каждого из них у неё «нараспашку» открыта душа... Что, конечно же, мгновенно и полностью располагало к ней даже самых замкнутых и самых одиноких людей, и только очень чёрствые души не находили к ней пути.

— А почему у вас здесь так «холодно»? — тут же, по привычке, посыпались вопросы. — Я имею в виду, почему у вас везде такой «ледяной» цвет?

Девушка удивлённо посмотрела на Стеллу.

— Я никогда об этом не думала... — задумчиво произнесла она. — Наверное, потому, что тепла нам хватило на всю нашу оставшуюся жизнь? Нас на Земле сожгли, видишь ли...

— Как — сожгли?!. — ошарашено уставилась на неё Стелла. — По-настоящему сожгли?..

— Ну, да. Просто там я была Ведьмойведаламногое... Как и вся моя семья. Вот дедушка — он Ведун, а мама, она самой сильной Видуньей была в то время. Это значит — видела то, что другие видеть не могли. Она будущее видела так же, как мы видим настоящее. И прошлое тоже... Да и вообще, она многое могла и знала — никто столько не знал. А обычным людям это видимо претило — они не любили слишком много «знающих»... Хотя, когда им нужна былапомощь, то именно к нам они и обращались. И мы помогали... А потом те же, кому мы помогли, предавали нас...

Девушка-ведьма потемневшими глазами смотрела куда-то вдаль, на мгновение не видя и не слыша ничего вокруг, уйдя в какой-то, ей одной известный далёкий мир. Потом, ёжась, передёрнула хрупкими плечами, будто вспомнив что-то очень страшное, и тихо продолжила:

— Столько веков прошло, а я до сих пор всё чувствую, как пламя пожирает меня... Потому,наверное, и «холодно» здесь, как ты говоришь, милая, — уже обращаясь к Стелле, закончила девушка.

— Но ты никак не можешь быть Ведьмой!.. — уверенно заявила Стелла. — Ведьмы бывают старые и страшные, и очень плохие. Так у нас в сказках написано, что бабушка мне читала. А ты хорошая! И такая красивая!..

— Ну, сказки сказкам рознь... — грустно улыбнулась девушка-ведьма. — Их ведь именно люди и сочиняют... А что нас показывают старыми и страшными — то кому-то так удобнее, наверное... Легче объяснить необъяснимое, и легче вызвать неприязнь... У тебя ведь тоже вызовет большее сочувствие, если будут сжигать молодую и красивую, нежели старую и страшную, правда ведь?

— Ну, старушек мне тоже очень жаль... только не злых, конечно — потупив глаза, произнесла Стелла. — Любого человека жаль, когда такой страшный конец — и, передёрнув плечиками, как бы подражая девушке-ведьме, продолжала: — А тебя правда-правда сожгли?!. Совсем-совсем живую?.. Как же,наверное, тебе больно было?!. А как тебя зовут?

Слова привычно сыпались из малышки пулемётной очередью и, не успевая её остановить, я боялась, что хозяева под конец обидятся, и из желанных гостей мы превратимся в обузу, от которой они постараются как можно быстрее избавиться.Но никто почему-то не обижался. Они оба и старец, и его красавица внучка дружески улыбаясь, отвечали на любые вопросы, и казалось, что наше присутствие почему-то и вправду доставляло им искреннее удовольствие...

— Меня зовут Анна, милая. И меня «правда-правда» совсем сожгли когда-то... Но это было очень-очень давно. Уже прошло почти пять сотен земных лет...

Я смотрела в совершенном шоке на эту удивительную девушку, не в состоянии отвести от неё глаза и пыталась представить, какой же кошмар пришлось перенести этой удивительно красивой и нежной душе!..

Их сжигали за их Дар!!! Только лишь за то, что они могли видеть и делать больше, чем другие! Но как же люди могли творить такое?!. И хотя я уже давно поняла, что никакой зверь не в состоянии был сделать то, что иногда делалчеловек, всё равно это было настолько дико, что на какое-то мгновение у меня полностью пропало желание называться этим же самым «человеком»...

Это был первый раз в моей жизни, когда я реально услышала о настоящих Ведунах и Ведьмах, в существование которых верила всегда... И вот, увидев наконец-то самую настоящую Ведьму наяву, мне, естественно, жутко захотелось «сразу же и всё-всё» у неё расспросить!!! Моё неугомонное любопытство «ёрзало» внутри, буквально визжа от нетерпения, и умоляло спрашивать сейчас же и обязательно «обо всём»!..

И тут, видимо, сама того не замечая, я настолько глубоко погрузилась в столь неожиданно открывшийся мне чужой мир, что не успела вовремя правильно среагировать на вдруг мысленно открывшуюся картинку... и вокруг моего тела вспыхнул до ужаса реальный по своим жутким ощущениям, пожар!..

Ревущий огонь «лизал» мою беззащитную плоть жгучими языками пламени, взрываясь внутри и почти что лишая рассудка... Дикая, невообразимо жестокая боль захлестнула с головой, проникая в каждую клеточку!.. Взвившись «до потолка», она обрушилась на меня шквалом незнакомого страдания, котороеневозможно было ничем унять, ни остановить. Ослепляя, огонь скрутил мою, воющую от нечеловеческого ужаса сущность в болевой ком, не давая вздохнуть!.. Я пыталась кричать, но голоса не было слышно... Мир рушился, разбиваясь на острые осколки, и казалось, что обратно его уже не собрать... Тело полыхало, как жуткий праздничный факел... испепеляя сгоравшую вместе с ним мою израненную душу. Вдруг, страшно закричав... я, к своему величайшему удивлению, опять оказалась в своей «земной» комнате, всё ещё стуча зубами от так неожиданно откуда-тообрушившейся нестерпимой боли. Всё ещё оглушённая, я стояла, растерянно озираясь вокруг, не в состоянии понять, кто и зачто мог что-то подобное со мной сотворить...


Дата добавления: 2018-02-15; просмотров: 339; ЗАКАЗАТЬ РАБОТУ