Ослепленные и окруженные: 1979-1992 34 страница



Несмотря на все, что выяснилось в ходе передачи, репу­тация Шэрон не пострадала. Наоборот, британская организа­ция «Фрименс» наградила ее почетным званием «Звездной мамы года» (предпочтя Шэрон таким женщинам, как топ-модель Кэти «Джордан» Прайс, Кейт Мосс и герцогиня Корнуолльская), что является очевидным показателем признания. Шэрон расчувствовалась: «Я ужасно рада, что стала „Звездной мамой", и эту радость только усиливает тот факт, что голосо­вали за меня простые люди. Последние несколько лет дались мне очень нелегко, и я хочу подчеркнуть, что все это время британцы очень поддерживали меня и семью. Видимо, они понимают, что в душе я - старомодная англичанка».

Еще одной причиной того, что столь консервативная ком­пания, как «Фрименс» (продающая одежду и продукты по каталогам), выдвинула Шэрон в качестве претендента на свою награду, было избрание супруги Оззи новым лицом сети универмагов эконом-класса «Асда». Основным принципом этой сети было совмещение истинно английских (хоть ее вла­дельцем и был американский концерн «Уолмарт») традиций шоппинга с реалиями двадцать первого века. Целый год Шэрон активно мелькала на телевидении в рекламе магази­нов «Асда», закрепляя тем самым славу узнаваемой в Англии знаменитости.

Так получилось, что все внимание прессы в то время было сосредоточено не на Оззи, а именно на Шэрон, и этому спо­собствовал ряд обстоятельств. В 2005-м Шэрон получила роль в спектакле «Монологи вагины»; правда, вскоре ей при­шлось отказаться от этой роли - в тот момент врачи сооб­щили ее старшей дочери Эйми о подозрении на рак груди, и Осборнам стало не до спектаклей. Тем не менее, когда про­блема с Эйми разрешилась, Шэрон все же вступила на теат­ральные подмостки - в театре «Мэйфлауэр» в Саутгемптоне. Как-то раз ей чудом удалось избежать увечий - некто, под­жидавший ее у входа в театр, попытался вылить на нее чашку кипящего супа (правда, промахнулся). По словам одного из свидетелей, «она уже собиралась подойти к нему, когда охранник резко потянул ее назад. К счастью, она отнеслась к си­туации с юмором, и продолжила раздавать автографы».

Пока Шэрон - по профессии менеджер и телеведущая - развлекалась игрой в театре, а ее дочь-певица Келли начала карьеру телевизионной актрисы, ее вторая дочь, Эйми (по про­фессии журналист), решила попробовать себя в роли певи­цы. На самом деле все Осборны по природе своей многоста­ночники, о чем еще раз напомнила одна компания, пожелавшая купить у Шэрон права на экранизацию ее книги «Экстрим». Однако та ответила довольно жестко: «Написать книгу было непросто. И я чувствую, что ее вполне достаточно».

Но давайте все же вернемся к рок-н-роллу. Примерно в это же время был назван состав участников «Ozzfest-2006», который должен был стартовать 29 июня. В отличие от предыдущих фестивалей, в этом году Оззи решил принять участие только в десяти шоу: «Я бы хотел в ближайший год поболь­ше времени провести в студии и поменьше - на гастролях. Прямо скажем, сейчас я уже не так часто выступаю, как раньше, но нужно принимать вещи такими, какие они есть... Я уже не столь молод. Когда в разгаре турне я вдруг заболеваю, это ужасно злит, к тому же моей заднице уже осточертело, что в нее постоянно приходится колоть витамины».

Пока разговоры о том, насколько серьезным будет участие Оззи в «Ozzfest», были в самом разгаре, стало ясно, что он все еще нервничает по поводу живых выступлений. Означало ли это, что в тот судьбоносный день Оззи вбил последний гвоздь в крышку гроба своей концертной деятельности?

В конце концов, это был не первый раз, когда Оззи сокра­щал свое концертное расписание. Взять хотя бы 1992 год - тогда он вообще отказался от гастрольной деятельности. Правда, потом он все же признал, что это решение было не­осмотрительным: «Знаете, я - один из тех людей, которые в неудачный день легко могут кому-нибудь сказать: „Пошел к черту, отвали!" Я перестаю себя контролировать. В тот раз я заявил Шэрон: „Я слишком долго этим занимался. У меня не было даже возможности насладиться плодами своей работы. Я хочу с этим завязать".

Она сказала: „Окей!" Ну и вот, мы вы­пустили „No More Tears" и назначили дату прощального турне, которое прошло на ура. Я отошел от дел, приехал домой и неожиданно подумал: „А дальше-то что?" Я понял одну про­стую вещь: уходить надо куда-то. Я ведь ушел не с опостылев­шей работы, которую ненавидел всеми фибрами своей души, сгорая от нетерпения, когда же наконец выйду на пенсию. После окончания прощального турне я вернулся домой, и мне стало так скучно! Я просыпался, открывал холодильник, за­крывал его, садился, снова вставал, чтобы его открыть... Как-то Шэрон спросила: „Да что с тобой происходит?", и я при­знался ей, что мне ужасно скучно. Она рассердилась: „Ты меня с ума сведешь со своими метаниями. Нельзя уволиться, а потом разуволиться обратно!" Я из тех, кто в дороге ужасно стремит­ся домой, но по возвращении меня снова тянет в путь. Поэтому меня вечно бросает из крайности в крайность. Чтобы отойти от дел, нужно твердо знать, чем собираешься заниматься на пенсии, - если каждый день просто сидеть и смотреть в окно, то так и помереть недолго».

Отношения Оззи с гастролями всегда были очень противо­речивыми - и в этом нет ничего удивительного, принимая во внимание его ужасную физическую форму и все иску­шения, которые сопутствуют жизни в бесконечных турне. В 1991-м, когда его впервые посетила мысль о «выходе на пенсию», Оззи размышлял так: «Когда я на сцене, улыбка не сходит с моего лица: я ловлю кайф от каждой секунды. Будто каждый зритель в зале - один из участников моей группы и вместе мы создаем весь этот праздник. Нет ничего лучше этого ощущения. С этим чувством, этой магией, которая бук­вально рвется из меня на сцену, не сравнится ни одно удо­вольствие в мире - ни женщины, ни наркотики - ничто. Эмоции, которые я читаю на лицах людей, возбуждают меня лучше любого „экстази". Уж поверьте, если бы можно было математически рассчитать процесс, ведущий к этому ощу­щению, каждый стал бы рок-звездой... Когда осознаешь, что аудитория у тебя в руках, уж поверьте, это круче, чем все, что можно себе только представить. Зато уж если что-то идет не так, то все с точностью до наоборот - хуже просто быть не может. Если по какой-то причине у меня ничего не получается, я начинаю чувствовать себя просто отвратитель­но. Мне нравятся мои музыканты - не представляю, как у них получается играть со мной, потому что у меня нет чувства гребаного ритма. В свое время я видел „Aerosmith" и „Motley Сгuе", и могу сказать, что на их концертах тоже возникает это волшебство. Но, как часто происходит с разными людьми, в силу всту­пает их „я", и это „я" начинает указывать, что им делать. И если начинаешь прислушиваться, к тому, что оно тебе говорит, те­ряешь чувство реальности. Я занимаюсь музыкой уже двад­цать четыре года, но так и не смог избавиться от впечатления, что в конце меня ждет полное фиаско. Я все еще боюсь сцены. Незадолго до начала шоу меня охватывает жуткий мандраж. На днях я выступал в Лонг-Бич - так вот, я дошел до того, что позвонил [жене] и стал кричать: „Это будет полный провал! Я не выступал со времен концертов в России! Мне нужно к врачу, кажется, с горлом не все в порядке..." Таков уж я есть. Перед выходом на сцену веду себя как капризный ребенок. Зато когда начинаю выступать, неожиданно мне становится гораздо лучше. Причем без всего этого я, наверное, перестал бы быть самим собой. Я искренне восхищаюсь спортсменами. Представьте себе, что такой человек должен принять участие в чемпионате по теннису. А ведь это жуткий стресс! Борьба один на один с соперником! Мне, чтобы избавиться от при­ступа паники, который охватывает меня на сцене, нужно спеть минимум полторы песни».

Вернемся же к «Ozzfest» 2006 года. В этот раз было объ­явлено, что «Black Sabbath» не примет участия в фестивале. По словам Айомми, «в этот раз мы никак не могли выступить в рамках „Ozzfest", потому что делали это два года подряд и нуждались в перерыве. Да и Оззи не оченьто настроен вы­ступать там в этом году, так что считайте, что мы решили взять тайм-аут. Думаю, что в следующий раз мы не откажемся поучаствовать. Сейчас мы легко играем свою программу на слух. В то время как другим перед гастролями нужно прорепети­ровать материал, мы просто собираемся и выступаем».

Закрытие фестиваля было назначено на 13 августа, а в список участников основной сцены вошли Оззи (выбравший десять конкретных дат для своих выступлений), «System Of A Down», «Disturbed», «Hatebreed», «Lacuna Gail» и еще одна, неизвестная на момент написания книги, группа (На самом деле целых две - « Avenged Sevenfold » и « Dragon - Force »).

На второй сцене в этот раз собралась целая плеяда известных групп второго эшелона, включая «Black Label Society», «Bleeding Through», «Strapping Young Lad» и «The Red Chord».

Естественно, из-за того, что Оззи был вовлечен в турне лишь частично, поползли слухи о том, что «Ozzfest» уже не тот и что скоро празднику конец. Масла в огонь подливала пресса, опубликовавшая сообщение, что группа «Korn» от­ветила отказом на предложение поучаствовать в фестивале: как сообщил журналу «Launch» гитарист группы Джеймс «Манки» Шэффер, «мы получали приглашение принять уча­стие в „Ozzfest", но быстро ответили отказом, потому что собираемся делать свой фестиваль. Думаю, сейчас самый подходящий момент подумать о собственном будущем, а это выступление могло помешать нашим планам. В смысле, все это, конечно, круто, просто сейчас нам нужно заняться собой и своими поклонниками». Стоит отметить, что раньше, в 1998 году, «Коrn» уже провела очень успешное турне под названием «Family Values» («Фамильные ценности») при под­держке «Rammstein», «Limp Bizkit» и Айс Кьюба.

К числу первых намеков на то, что могучий «Ozzfest» мо­жет сойти с дистанции, уступив другим место лидера, можно отнести и последние рассуждения Оззи и Айомми о современ­ном металле. Гитарист размышляет: «Теперь все совсем не так, как раньше, - я говорю о тех временах, когда мы сами только начинали, а... мы - одни из пионеров этой музыки. Но с тех пор появилось огромное количество новых групп, и стоит признать, что многие из них просто великолепны. Кое-кто из наших соратников по „Ozzfest" очень и очень не­плох. Но честно говоря, назвать кого-нибудь [уровня „Sabbath"] я не могу... Их слишком много, но, думаю, будущее все расставит по местам, отделив достойных. Так всегда быва­ет. История циклична, каждый год загораются новые звезды. Но станет ли кто-нибудь из них долгожителем, я сказать ие могу.

 Я не знаю, как это теперь происходит. Кажется, сейчас все развивается несколько быстрее, людям нравится то одно, то другое... Похоже, что сегодняшние группы только чудом смогут продержаться тридцать или там сорок лет». Оззи стойко защищает фестиваль: «„Ozzfest" - это что-то вроде безумного шапито, мать его. Это одна из тех вещей, которыми я по-настоящему горжусь. Этим чертовым детям реально больше негде играть, поэтому мы и дарим им воз­можность и место для выступлений... Именно „Ozzfest" стал стартовой площадкой для „System Of A Down" и целой кучи других команд. „Limp Bizkit", да этот чертов список можно продолжать до бесконечности. Даже „Korn" - и та взлетела на новый уровень».

По мнению Оззи, самой большой заслугой «Ozzfest» мож­но назвать побуждение молодых людей создавать собствен­ную музыку: «Мне нравится ощущение, что я несу этим детям факел, некий призыв взять в руки гитару или микрофон, со­брать группу и хорошенько повеселиться. Это здорово, хоть и изначально я к этому и не стремился. Ну, в смысле, я не к тому, что мне не нравится такое положение вещей. Наоборот, я считаю, что это круто. Я был бы идиотом, если бы сказал, что мне не по нраву зажигать других. В общем, я обожаю это чувство, просто, честно говоря, не знаю, что со всем этим делать».

Так что же с новым альбомом «Sabbath»? В конце концов, было бы просто стыдно, если бы эта невероятная группа за­кончила свою карьеру альбомом 1994 года «Forbidden».

Кстати, о «Forbidden». Недавно на заданный в чате фан-клуба «Sabbath» вопрос, почему же «Forbidden» все-таки получился таким слабым, Айомми ответил: «Я не в восторге от этого альбома. В качестве продюсера мы наняли Эрни Си, и это было не просто, потому что мне пришлось целиком от­дать запись ему на откуп, - за этим мы его и пригласили. Еще одной проблемой стало то, что в процессе создания диска мы ни разу не собирались вместе. Кози и Нил были связаны контрактом с другими людьми, так что сочинять, импровизи­ровать и отсеивать пригодные идеи пришлось мне. Тони Мартину и Джеффу Николсу. Кроме того, работа двигалась довольно быстро, и у нас толком не было времени на то, что­бы подумать, убедиться, что все песни подходят друг другу и что мы все сделали правильно... потому что у нас не было ударника. Кози был занят другими делами».

Однако многим начало казаться, что столь желанный но­вый альбом «Black Sabbath», похоже, никогда не появится на свет. Оззи: «Я обожаю ребят, мы славно повеселились и сно­ва стали друзьями. Но пришло время двигаться дальше. Я не хочу записывать еще один альбом „Sabbath" без уверенности, что он будет соответствовать уровню группы. Можно было бы выпустить что-то из той чепухи, которую мы придумали раньше, и я даже уверен, что она бы неплохо продавалась. Но зачем разрушать столь прекрасную легенду?»

Айомми в интервью журналу «Billboard» сказал следую­щее: «Мы несколько раз начинали разговор о новом альбо­ме, но сейчас я предпочитаю просто плыть по течению. Вообще, я был бы не против записать новый альбом, но это должна быть достойная работа, а не просто альбом ради альбома. Но пока мы еще даже близко не подошли к началу серьезной работы. На этом фронте сейчас затишье».

Забавно, что Томми, рассуждая об этом «затишье», похоже, совершенно забывает о том, что он, наряду с Оззи и Шэрон, является главной движущей силой группы. Кому, как не ему, делать в этом направлении какие-то шаги. С другой стороны, подобная нерешительность говорит об одном: возможно, Тони просто понял, что сделал все, что хотел. Его предыдущие вы­сказывания только подтверждают эту гипотезу: «Я не думаю, что меня ждут какие-то еще великие достижения. В смысле, в „Sabbath" я добился почти всего, о чем мечтал. Я сейчас не о деньгах - речь идет скорее о том, что я хотел совершить. Попадание в Зал славы стало для нас великой честью... По большому счету, больше мне не о чем особо мечтать. В данный момент я счастлив и вполне доволен своей жизнью и текущим состоянием дел».

Это не значит, что Айомми покинуло вдохновение. По его словам, «дома у меня полно пленок... целые ящики пленок с кучей риффов. Сам по себе рифф трудно запомнить - на пленках их записано по двести штук, - зато песня, в которой он звучит, может прочно засесть в голове. Ну, вы понимаете, о чем я, - кто упомнит, что это за рифф под номером двадцать пять на первой пленке? Как его описать? Это чертовски неудобно! Если бы кто-то придумал, как их сортировать, он бы меня очень выручил!»

Оззи добавил: «Все мы немного устали. Думаю, альбом либо появится, либо нет. В смысле, я, конечно, мог бы завтра двинуть с парнями в студию и выйти оттуда с альбомом, ко­торый сочинили именно мы - я. Тони Айомми, Билл Уорд и Гизер Батлер, но, если он не получится таким, как наши преж­ние работы, какой в нем будет, на хрен, смысл? Ведь на об­ложке будет написано: „Black Sabbath", а авторами музыки будут указаны Оззи, Тони, Гизер и Билл. Все это довольно слож­но, потому что теперь мы совсем другие люди. Каждый из нас долгое время шел своей дорогой, у всех у нас семьи, мы уже совсем не та четверка обозленных на весь мир парней. Я уверен, что мы способны записать альбом, но я не хотел бы его делать, если он будет не похож на то, что мы делали раньше. Мы пытались кое-что сочинить, и некоторые вещи получились очень даже неплохими...

В разных журналах я читал рассуждения типа: „Эй, парни, вам нужно избавиться от Оззи; с ним вы так и не соберетесь записать альбом". Да это просто какой-то бред. Если вам кажется, что, имея отличный готовый материал, я не стал бы записывать альбом с „ Black Sabbath", то вы явно под кайфом».

Обстановка вокруг «Sabbath» нагнеталась не только в свя­зи с новым альбомом, но и по поводу полного собрания ра­ритетов и классических работ группы. Айомми, номинально ответственный за всю дискографию, пожаловался на засилье различных бутлегов: «Мне передавали копии различных записей. Сам я не могу пойти в магазин, потому что меня тут же узнают и на вопрос: „А сколько у вас тут бутлегов «Sab­bath»?" - мне тут же ответят: „Да у нас их вообще нет!" Вот что мне во всем этом не нравится: ну пусть бы хоть один из этих бутлегов был хорошего качества, чтобы люди могли его купить и получить нормальный звук, а не то дерьмовое шипе­ние, что обычно можно слышать на этих пиратках... Мне нра­вится их слушать, вспоминать программу, которую мы испол­няли в то или иное время. Некоторые записи я храню уже долгие годы - в свое время я вообще старался получить запись каждого нашего шоу, - представьте себе тысячи, де­сятки тысяч кассет! Время от времени я их с удовольствием слушаю, вот только звук не радует».

Оззи рассказал «MTV», что, разбирая вещи, откопал целый архив записей «Sabbath»: «О, я кое-что нашел... Решил устро­ить уборку и выкинул тысяч пятьдесят всяких старых упако­вок от чизбургеров и прочего барахла. А под ним оказалась еще одна коробка, полная кассет. Я отнес их на восстанов­ление в одну лабораторию, прямо здесь, в Нью-Йорке. Просто удивительно, что сегодня могут сделать эти ребята! Они вос­становили все записи! Я не знаю, как это у них получилось, но вышло просто супер... Они все были в ужасном состоянии - совершенно спутанные. Я полдня потратил только на то, что­бы их распутать. Я понял, что они очень старые, потому что на коробке была надпись... в самом начале, когда мы толь­ко сменили название на „Black Sabbath", мы много экспери­ментировали с записью... ну там, всякие крутые штучки и прочее, - в конце концов, тогда мы были еще детьми. Ну так вот, открыл я эту коробку, а там все эти старые, покрытые пле­сенью пленки. И я подумал: „Опа! Что это?" Будто нашел Ноев ковчег или что-то типа того. Я обожаю эти записи. Мы все там такие - ну, не от мира сего, а я - больше всех. Так что теперь у меня есть куча забытых записей. Скажу больше - совсем недавно мы нашли еще одну коробку с какими-то кассетами. Я отнесу ее в лабораторию и посмотрю, что там. Думаю, что разные интервью или что-то вроде того».

Но, к сожалению, нет никакой возможности достоверно узнать, что с этими архивами будет дальше. Ведь непонятно даже, кто теперь будет ими заниматься.

Любопытно попытаться предсказать будущее каждого члена группы (даже если мы допустим, что «настоящей» «Black Sabbath» больше не существует, каждый из ее участ­ников все-таки занимается сольной карьерой). Скажем, Билл Уорд еще может удивить нас новыми работами. В интервью изданию «Shockwaves» он сказал: «Я чувствую себя гораздо более уверенно. Я ни в чем себя не сдерживаю - позволяю себе творить безо всяких ограничений. Взять стихи - я все время исследую новые темы: как и девятнадцать лет назад, я нахожусь в процессе самопознания. При этом я уже со­всем не тот, что тогда: вот уже девятнадцать лет я не пью, но чувствую, что духовно я вырос совсем чуть-чуть - как раз настолько, чтобы начать лучше себя понимать... Осуждать и критиковать легко... я был таким. Легко желать другому человеку зла, легко его осуждать. Очень легко, посмотрев на человека, сказать: „Ну что за урод! Как ему не стыдно?!" Все то, о чем я говорю, - негатив, который постепенно разру­шает душу и тело человека. Я знаю, что Генри Роллинз - большой фанат „Black Sabbath" и что он любит поговорить о своих взлетах и падениях. Если музыка, которую я сочиняю, каким-то образом может помочь людям, это меня только ра­дует. Если бы я сам судил о том, что я делаю... Вообще, конечно, не мне оценивать свои поступки. Мне пришлось прекратить это, потому что я чуть не съехал с катушек».


Дата добавления: 2019-08-30; просмотров: 50;