Ослепленные и окруженные: 1979-1992 30 страница



Кто-то из съемочной группы вызвал «скорую», но затем выяснилось, что машине «неотложки» не добраться до этого поля. Тогда Растон донес Оззи до своего квадроцикла и при­вез его в дом, стараясь как можно крепче держать безвольное тело музыканта. Затем Оззи отвезли в госпиталь и немедлен­но положили в реанимацию - сломанная ключица заблоки­ровала артерию, и, если бы ее вовремя не освободили, Оззи мог бы умереть от потери крови.

После операции Оззи подключили к аппарату вентиляции легких, без помощи которого восемь сломанных ребер превращали каждый вдох музыканта в непрекращающуюся аго­нию. Как только о происшествии сообщили Шэрон, она не­медленно вылетела из Америки, оставив шоу на сына Джека, который вел его в компании с приглашенными звездами вро­де Лэнса Баса из мальчиковой группы «N Sync». Кроме того, к Оззи сразу приехала Келли, которая в этот момент гастро­лировала по Великобритании со своим новым альбомом «Changes» (переизданной на лейбле «Sanctuary» версией ее первого диска «Shut Up»).

В этот момент Шэрон даже подумывала о самоубийстве: «Если бы Оззи ушел, я ушла бы вместе с ним. Я не хочу, да и не смогла бы прожить остаток своих дней без Оззи. Он - не просто любовь всей моей жизни, он и есть моя жизнь... Я бы выбрала путь трусливого бегства и приняла бы таблетки или еще что-нибудь. Я не из тех, кто способен застрелиться, - это слишком страшно. Определенно, я бы накачалась таблетками или алкоголем... Дети уже все выросли, у них своя жизнь, вокруг них много хороших людей. Они уже вполне способны идти своей дорогой и не нуждаются в моей помощи. Но я без Оззи не прожила бы ни дня».

Когда Оззи пришел в себя, он еще не мог двигаться, а ле­карства слегка туманили его сознание. Как вспоминает Шэ­рон, «через восемь дней Оззи вышел из комы, и мы смогли вздохнуть с облегчением. Я ужасно боялась, что он никогда не придет в себя: например, когда я ставила его самые люби­мые песни „Beatles", он вообще никак не реагировал. Когда он пришел в себя, его отключили от аппарата искусствен­ного дыхания, и он наконец стал дышать самостоятельно. Я могла лишь возблагодарить Господа. Сначала он время от времени просыпался, а потом снова погружался в кому. Первое время он был с нами только по паре часов в день».

Когда Оззи начал говорить, выяснилось, что у него не все в порядке с памятью. Шэрон: «Первые два дня, когда он про­сыпался, ничего не мог понять. Оззи вел себя как настоящий параноик, а в голове у него был полный кавардак. Он даже не понимал, что происходит, не мог отличить реальность оттого, что ему приснилось... Оззи упорно твердил мне, что в Уэльсе был взрыв. Мне пришлось терпеливо объяснять ему, что было на самом деле, а что - нет. Он даже заявил, что мы были в Букингемском дворце и встретили там принца Эдварда. Рассказывал, что Эдвард так стеснялся подойти и поговорить с нами, что прятался за спину брата Чарльза. Когда я сказала ему, что ни с одним из них мы даже ни разу не встречались, он мне просто не поверил».

Самому Оззи воспоминания об этом инциденте давались не без труда: «Я не знаю, где я был и сколько провел там вре­мени. Мне казалось, что прошли годы. Я был настолько рас­терян, что легко поверил бы, если бы мне сказали, что все это время я болтался вверх тормашками, одетый в килт! Я бы даже поверил в то, что успел потрепаться с королевой, стоя перед ней совершенно голым, - сам я не помнил ничего, только какие-то обрывки. Я то приходил в сознание, то снова его терял. Вот я куда-то иду по улице Бейконсфилд-Хай, а в сле­дующий момент я вдруг обнаруживаю себя в новозеландском Окленде. В другой раз я каким-то образом мгновенно пере­мещался из Монмутшира в гребаную Калифорнию. Я побывал везде: Швейцария, Амстердам... В какой-то момент мне по­казалось, что я нахожусь в Уэльсе с группой рыбаков из Азии. Ну не бред ли? Иногда это было просто странное сияние в тем­ноте, но там не было никаких гребаных ангелов, никаких фан­фар и уж точно ни одного существа с белой бородой».

Двадцать четвертого декабря Оззи, вопреки советам вра­чей, выписался из больницы, чтобы провести Рождество дома. Сначала он спал на специальной больничной койке, которую установили у него в комнате. Шэрон заметила: «Это должна была быть я, но в тот момент именно Оззи лежал на больнич­ной кровати. У нас как будто мода взялась держать их у себя дома. В этой семье мы прошли огонь, воду и медные трубы.

Мы столько пережили вместе с Оззи, что этот случай кажется всего лишь одной из последних неприятностей».

Когда Оззи выздоровел, он стал отзываться о пережитом на краю смерти с некоторой даже благодарностью: «Все, я близко теперь не подойду к этим гребаным мотоциклам. Я на­конец повзрослел. Эта чертова хрень чуть меня не угробила. Мне просто повезло, что я все еще жив и даже не парализо­ван... Если бы не Сэм, меня бы сейчас здесь не было... Он дважды спас мне жизнь. Эта авария была настолько серьез­ной, что я рад уже тому, что жив и могу ходить. Врачи говорят, что, если бы тогда на мне не было защитного воротника, я на всю жизнь остался бы паралитиком.

Этот случай можно считать чем-то вроде откровения, по­тому что прежде я всегда жил на пределе. Всю жизнь я рабо­тал, работал, работал. Я не мог себе признаться, что мне уже пятьдесят пять».

Позднее он посетовал, что управлял квадроциклом без шле­ма: «Эти мотоциклы - для детей и придурков, а я как раз придурок. Такие машинки - как газонокосилки с мощным автомобильным мотором, они созданы специально для сорев­нований и легко могут выжимать больше восьмидесяти миль в час. Они чертовски опасны, и мне следовало лучше это по­нимать. На них есть специальные наклейки, где написано, что всегда нужно надевать шлем, а я не обращал на них вни­мания... Умом я понимаю, что мне уже пятьдесят пять, но вот моя чертова задница считает, что мне все еще двадцать один. Я мог перепутать газ и тормоз. Так что если у кого-то из вас есть квадроцикл, никогда не забывайте надевать защиту... а луч­ше- сожгите адову машину».

Больничная жизнь казалась Оззи жуткой: «Ненавижу ощу­щение, будто моюсь в прозрачном душе посреди торгового центра. Я хотел домой. Меня тошнило от этих медсестер, док­торов, студентов и больных, которые постоянно меня окру­жали. Старался всех рассмешить - ну, кроме тех, кто умирал прямо у меня на глазах! А если говорить серьезно, то я не мог спокойно спать. Поначалу меня кормили через трубку. Но и когда я смог есть самостоятельно, то даже не притронулся к больничной еде. Я потерял вкус и обоняние, которые раньше меня никогда не подводили. Телевизор был размером с по­чтовую марку, и это тоже ужасно бесило. Доктора и медсестры проделали огромную работу, пытаясь вернуть меня к жизни, и я им благодарен за это, но в тот момент я хотел только вернуться домой, чтобы провести Рождество в кругу семьи».

Шэрон добавила: «Ни я, ни доктора не хотели, чтобы он выписывался. Когда Оззи объявил, что уходит, они были очень расстроены. Но никто ничего не мог с этим поделать. Он все равно не остался бы там. Я ужасно боялась, что дома он спот­кнется и что-нибудь себе сломает, или задохнется во сне - и я ничего не смогу сделать, я ведь не умею оказывать людям помощь в таких ситуациях. То есть с ребенком я бы справи­лась, но со взрослым человеком все намного сложнее».

 

Неудивительно, что грядущее турне (запланировано было двадцать концертов), которое уже дважды приходилось пере­носить в конце 2003 года (в первый раз - из-за поврежден­ной ноги, а во второй - из-за проблем с голосом), снова было отложено. В интервью каналу «MTV» Оззи сказалсле­дующее: «Я ужасно расстроен, но все это уже не в моей вла­сти. Сейчас я все свое время отдаю лечению, но, к сожалению, этот процесс невозможно ускорить». Несчастный случай ли­шил выступлений не только Оззи, но и Келли, которая долж­на была открывать шоу отца.

Следующий, 2004-й год мог быть только лучше, потому что хуже уже было некуда.

К счастью, в марте и апреле дело пошло на лад, причем не только у Оззи, а и у «Black Sabbath», которую официально объявили хедлайнером фестиваля «Ozzfest-2004». Поклонники уже заждались - со времени последних выступлении прошло уже два года, которые Тони Айомми, Гизер Батлер и Билл Уорд потратили на запись сольных альбомов и на обще­ние с семьями.

По уже устоявшейся традиции перед началом «Ozzfest» специально для поклонников группы был выпущен очеред­ной классический релиз группы - в этот раз им стал амери­канский бокс-сет, выпущенный компанией «Rhino», ответ­ственной за переиздания подразделением «Warner Brothers». Сет назывался «Black Box 1970-1978» и включал восемь студийных альбомов, записанных группой вместе с Оззи. Все альбомы были подвергнуты обработке и вышли в новом оформлении, а вот бонусов было не так много - в дополни­тельный DVD вошли всего четыре клипа. В Великобритании за эту коллекцию просили значительную сумму - 85.99 фунтов стерлингов.

Айомми, который провел эти два года практически неза­метно для вездесущих репортеров, снова активно стал по­являться на публике, не забывая рекламировать «Black Box»: «Если вы хотите понять, на что была похожа „Black Sabbath" времен Оззи, эта [коллекция] - то, что вам нужно... Нет, серьезно, никаких сомнений. То, что надо, чтобы окунуться в те годы». За время, прошедшее с последнего «Ozzfest», Айомми увидел, как Оззи становится телезвездой международного уровня. Музыкант смеется: «Я не знаю, как ему все это. В его доме уже несколько лет постоянно живут посторонние люди. Забавно, наверное... наконец-то все видят, чего мы добились за эти тридцать пять лет. Теперь они знают, о чем мы болтаем у себя на кухне».

Неожиданные помехи на пути очередного объединения «Black Sabbath» создал Билл Уорд. С помощью веб-мастера Джо Сиглера, отвечавшего еще и за сайт www.black-sabbath. com, музыкант опубликовал на своем сайте следующее со­общение: «Этим утром я узнал очень плохие новости. В качестве ударника „Black Sabbath" на „Ozzfest-2004" будет выступать Майк Бордин. „Black Sabbath" была, есть и останется одним из самых важных дел в моей жизни, и я поддерживаю решение Гизера, Тони и Оззи выступать на „Ozzfest-2004» без меня. Я понимаю, что, возможно, мое решение не особенно их об­радует, и всем сердцем хотел бы быть с ними. Ничто не могло бы обрадовать меня больше, чем возможность принять участие в шоу.

На прошлой неделе я получил предложение, которое прак­тически не оставило мне возможности выбора. С моей точки зрения, подобное предложение, ответом на которое могли быть только короткие „да" или „нет", изначально вело пере­говоры в тупик. Меня попросили ответить до пятницы, 14 мая. В четверг, 13 мая, я написал короткое ответное письмо, в ко­тором прямо ответил на предложение, а также написал несколько своих комментариев. Так или иначе, мне с сожале­нием пришлось его отклонить... Я верю в то, что, когда пись­мо дойдет до „Sabbath", реакция остальных участников будет адекватной. Я также понимаю, что многих мое решение рас­строит, и хочу попросить прощения у всех недовольных. Кроме того, я постараюсь поддержать „Ozzfest" всем, чем смогу.

Я уже прошел по этому пути, когда остальные участники „Sabbath", решив впервые выступить в классическом соста­ве, позвали не меня, а Майка Бордина. Я просто хочу дать вам понять, что не я в этой истории играю роль плохого парня. Я не пытаюсь выторговать побольше денег и не собираюсь менять свое решение, даже если менеджеры в ответ на это письмо попытаются уладить ситуацию.

Я готов, все еще способен и очень хочу дать жару. [Но] в этом предложении есть несколько деталей, которые меня не устраивают. Все, что я могу сейчас сказать, - эти детали яв­ляются принципиальными для обеих сторон».

Обратите внимание, что пишет Билл: «Я поддерживаю ре­шение Гизера, Тони и Оззи выступать на „Ozzfest-2004" без меня. Я понимаю, что, возможно, мое решение не особенно их обрадует...» Возможно, это намек на то, что решение при­нимали все же не они. В таком случае, его могли принять Оззи, Шэрон или кто-то еще из менеджеров. Однако, как и в случае с Джейсоном Ньюстедом, все было решено за кулисами, и ни одна из сторон так и не дала внятного объяснения тому, что все-таки произошло. Через пару дней Уорд написал следую­щее: «Я поговорил с Шэрон по поводу предложения об уча­стии в „Ozzfest", сделанного мне 11 мая 2004 года, и сегодня получил от нее подтверждение того, что она согласна [с мои­ми условиями]. Этот ответ я воспринимаю как серьезный шаг вперед. Этим сообщением я хотел бы поблагодарить всех, кто в эти дни так искренне поддерживал меня как участника „Sabbath". Я хочу сказать вам всем: спасибо!»

И наконец, он загадочно добавил: «Я прочитал новое за­явление организаторов „Ozzfest", в котором говорится, что на фестивале этого года „Sabbath" выступит в оригинальном со­ставе. Отвечу бессмертной фразой Бадди Холли: „Ну, так тому и быть". И чтобы разбавить пафосный стиль устроителей фе­стиваля, добавлю только: „Дадим, мать его, жару!"»

Еще один намек между строк, вполне в стиле «Black Sabbath»...

«Ozzfest-2004" стартовал 10 июля в Хартфорде, штат Коннектикут. К этому моменту Оззи полностью восстановился: перед фестивалем он даже нашел время поработать над мю­зиклом о Распутине. «Он очень трепетно относится к своей студии, - рассказала Шэрон, - вечно говорит: „Никогда не покупай ничего для моей студии. Это моя студия!" Он ужасный собственник. Запирает студию на кодовый замок, так что ни я, ни дети не имеем туда доступа. Это его собственность».

По словам Оззи, путь к выздоровлению был непростым: «Там сплошное слепое пятно. Когда я впал в кому, у меня в голове все перемешалось. Как будто я живу в параллельном мире. Все не так... Начинаешь думать, что ты псих и видел то, чего на самом деле не было. Я говорю Шэрон: „Помнишь, как мы были там-то и там-то?", а она мне отвечает, что мы там никогда не были. Я уже не могу отличить реальность от вы­думки... А все этот чертов бардак в голове». В это же время, но в другом интервью, он говорил: «Я стараюсь не строить планов на будущее, потому что все снова может пойти не так. Доктора делают все больше снимков. Торопиться нельзя, и сейчас я занимаюсь только текущими делами, шаг за шагом. Тем не менее я все еще с оптимизмом смотрю на мир. Не хочу называть конкретных дат, но мы обязательно вернемся, по­тому что я не могу без конца заставлять поклонников ждать. Когда придет время, я буду готов, но сейчас у меня пока еще слишком мало сил. Я пытаюсь бороться, но иногда делаю больше, чем могу. Сегодня я добрался до края поля, завтра зайду еще дальше, а послезавтра целый день пролежу в кровати, потому что накануне перестарался. Как сказала Энни Леннокс, „Умереть легко, жить - трудо". Я хочу бежать ма­рафон, а приходится плестись нога за ногу. Я мечтаю снова выступать, но, если состояние моего позвоночника ухудшит­ся, я закончу свои дни калекой».

При этом Оззи не забывает язвить: «Помаленьку я возвра­щаюсь в форму, потому что каждый день мне приходится со всех ног удирать от Шэрон с ее постоянной заботой. Я про­сыпаюсь - и у меня все болит, и не перестает болеть, даже когда я снова засыпаю. И все-таки я поправлюсь, во что бы то ни стало. Старина Оззи обязательно вернется. Но я не начну выступать и не буду строить никаких планов, пока доктора не скажут, что я в полном порядке. До этого случая я был фанатом здорового образа жизни, но в этом деле есть одна штука - если перестанешь поддерживать себя в форме хотя бы на не­делю, то все придется начинать заново. Вот и сейчас я начинаю все с нуля».

Подход, который он выбрал, - медленный, постепенный путь к выздоровлению - сработал на все сто: к лету Оззи был уже достаточно здоров, чтобы возглавить фестиваль миро­вого класса. Состав участников «Ozzfest» в этом году был просто феноменальным, а сам Оззи, пусть в этот раз и не ис­полнял собственные песни, сосредоточившись на репертуа­ре «Sabbath», зато позволил поклонникам сполна насладить­ся творчеством группы - впервые за много лет (не считая шоу 2001 года) музыканты решили исполнить полноценную программу. Что необычно, в качестве клавишника в этот раз фигурировал музыкант самого Оззи Адам Уэйкман (сын того самого Рика) - верный Джефф Николе по неназванным при­чинам не смог участвовать в турне.

На основной сцене фестиваль открывала группа Закка Уайлда «Black Label Society», после которой выступали «Superjoint Ritual» - новый хардкор-проект бывшего вокалиста «Pantera» Фила Ансельмо, и норвежская блэк-метал группа «Dimmu Borgig. За ними шли ветеран трэш-движения «Slayer» и специальный гость - пошедшая по пути «Sabbath» клас­сическая метал-группа «Judas Priest», которая снова собра­лась в оригинальном составе (не считая барабанщика), вер­нув вокалиста Роба Халфорда.

 Большой тройкой второй сцены стали «Slipknot», «Lamb Of God» (лидер движения НВАХМ - новой волны американского хеви-метала) и весьма уважаемая кроссовер-группа «Hatebreed». Кроме них там выступили несколько новичков, таких как «Bleeding Through», «Lacuna Coil» и «God Forbid» (каждая из этих групп на самом деле была уже достаточно известной, чтобы собирать залы средней вместимости).

Маршрут фестиваля, как и обычно, пролегал через всю Америку, с Восточного побережья на Западное и обратно, а завершилось турне тремя грандиозными шоу во Флориде. Двадцать шестого августа, на концерте в Кэмдене, Нью-Джерси, вместо Оззи, заболевшего бронхитом, в роли фронтмена «Sabbath» выступил Роб Халфорд. Эта комбинация - мечта для многих поклонников группы, ведь невероятный вокал Халфорда прекрасно сочетается с тяжелыми риффами «Sab­bath», - сработала на ура, пусть даже некоторые поклонни­ки и почувствовали себя обманутыми.

Недовольным Шэрон постаралась объяснить это решение: «Для всех, кто пришел двадцать шестого августа на фестиваль «Ozzfest» в Кэмдене, я хотела бы объяснить, почему „Black Sabbath" в этот раз вы­ступила с Робом Халфордом... Все дело в том, что Оззи слег с бронхитом. В день концерта он до самого полудня надеялся, что горло позволит ему хоть как-то выступить. К сожалению, днем доктора порекомендовали ему по возможности воздер­жаться от выступления. Так что вариантов у нас было два: в че­тыре часа дня объявить всем собравшимся, что „Black Sabbath" вообще не будет выступать - как вы понимаете, это могло повлечь за собой беспорядки, - или попросить одного из легендарных певцов, Роба Халфорда, о том, чтобы он в этот раз заменил Оззи. В этом случае люди, по крайней мере, по­лучили возможность увидеть выступление „Black Sabbath". Сам Оззи, конечно же, разочарован не меньше, чем его по­клонники, и ужасно сожалеет, что подвел стольких людей».

Шоу, намеченное на 4 сентября на арене «Sound Advice Amphitheatre» в Вест-Палм-Бич, Флорида, пришлось отменить из-за урагана, который должен был вот-вот обрушиться на штат. Как сообщалось на рок-портале «Blabbermouth», «со­гласно местным новостным агентствам, а также информации с сайта „www.ticketmaster.com", шоу „Ozzfest", назначенное на 4 сентября, было официально отменено. Концерт, который в эту субботу должен был состояться в Вест-Палм-Бич, Фло­рида, пришлось отменить из-за урагана „Фрэнсис", который, как ожидается, должен в выходные пройти по этой мест­ности».

С другой стороны, несмотря на эти неурядицы, «Ozzfest» проводился вот уже в девятый раз - такого масштаба не достигал ни один его аналог. На этот раз индустрия и пресса, нравилось им это или нет, были едины во мнении, что «Ozzfest» и связанные с ним бренды на тот момент оставались самой значительной силой в экстремальной музыке.

Но давайте отвлечемся от фестиваля. В это же время Тони Айомми готовил весьма интересный проект - официальный релиз своих студийных сессий 1996 года, с Пленном Хьюзом в качестве вокалиста. Альбом, объявленный как «The DEP Ses­sions» - по названию бирмингемской студии, в которой он и записывался, - был официально издан лейблом «Sanctuary» и вышел в свет 28 сентября 2006 года. Как и выпущенный четырьмя годами ранее «Iommi», он вызвал бурю восторгов. Изначально ударные были записаны бывшим барабанщиком «Judas Priest» Дэйвом Холландом, который в марте 2004 года сел в тюрьму за изнасилование студента. По этой причине их было решено перезаписать, что и сделал ударник Джимми Коупли. Вот что он говорит о работе с Айомми: «Не могу пере­дать, как здорово было поработать с Тони и Тленном. Я был просто потрясен тем, как энергично они работают. Я вошел в студию в среду, и все пошло так хорошо, что в пятницу к обеду мы все уже закончили, и это было просто отлично, ведь в субботу мне нужно было лететь в Россию... Тони заходил и говорил: „0 да!", „А ну-ка, попробуй вот так" или „Не хочешь пирога со свининой?". Мы съели столько сыра стилтон и пи­рога со свининой, что я про себя называл все это „Проект «Свиной пирог»". В общем, все было великолепно: прекрас­ная музыка, отличные люди».


Дата добавления: 2019-08-30; просмотров: 46;