КОМИССАР неожиданно бьёт СТАРИКА сапогом в грудь и выхватывает у того автомат. ЛЕГИОНЕРЫ пятятся.



СТАРУХА. Ванечка, тебе больно? Поднимайся, поднимайся, вредно лежать на холодном полу.

КОМИССАР. Значит так, щенки недоношенные! Во-первых, достаём телефоны… Достаём, достаём, дружнее… (Показывает на ЛЕГИОНЕРШУ.) И у неё поищите. Смелее, смелее… Ничего, что в крови… Больше он ей не понадобится… Теперь кладите вот сюда, на пол… Красивые какие… Дорогие… Отошли на три шага назад… (С остервенением топчет сапогами смартфоны.) Вот так-то лучше будет, так будет лучше…  

ОБЕР-ЛЕЙТЕНАНТ. Всё. Уходим.

КОМИССАР. Тебе слово не давали, Коцюбинский.

ОБЕР-ЛЕЙТЕНАНТ. Опять раскомандовался?

МЕДСЕСТРА. Не надо ссориться. Андрей Петрович знает, что делать. Он прирожденный руководитель, у него есть план.

ЛЕГИОНЕРША (очнулась). Больно, больно-то как… Я чувствовала, я знала…

ЦЕНТУРИОН (покрывает лицо ЛЕГИОНЕРШИ поцелуями). Маргоша, не умирай… Я тебя люблю, кошечка моя… Не плачь, маленькая, кишки вываливаются…

МЕДСЕСТРА. Я ничем не могу ей помочь, бедненькой.

ОБЕР-ЛЕЙТЕНАНТ. Ага, всё идёт по плану, я вижу. Четыре трупа пишем, один в уме.

ЦЕНТУРИОН. Ты чё сказал, урод? (Вскакивает, но его удерживает ТРЕТИЙ ЛЕГИОНЕР.)

ТРЕТИЙ ЛЕГИОНЕР. Остынь.

ЦЕНТУРИОН. Я вас, уродов, за Марго буду убивать. (КОМИССАРУ.) А тебя, морда толстая, буду особенно долго резать – по маленькому кусочку буду отрезать. И собакам скармливать. Ты еще позавидуешь тем бомжам, которым мы башку проломили.

КОМИССАР. Какой смельчак! А ну, на колени! Резать он меня будет! Молитесь перед смертью.

ЛЕГИОНЕРША. Не сметь нас трогать… (Из последних сил бросает нож в сторону КОМИССАРА. Нож нелепо падает на пол.)

КОМИССАР. Недолёт.

МЕДСЕСТРА (тихо). Андрей Петрович, вы это понарошку, Андрей Петрович?

КОМИССАР. Когда ты уже угомонишься? (ЛЕГИОНЕРАМ.) Помолились? Жаль, нет рядом батюшки. А комиссары, как известно, грехи отпускают весьма своеобразным способом. На колени не станете? – Гордые? Ну, как знаете. Увы, вся кинотехника погибла, заснять вашу героическую смерть невозможно. (КОМИССАР направляет ствол автомата на ЛЕГИОНЕРОВ.) Встретимся на том свете.

Начинается невообразимая сцена.

СТАРИК (встаёт и делает движение в сторону КОМИССАРА). Не сметь!

СТАРУХА (бросается на пол и хватает СТАРИКА за ноги). Не пущу!

ОБЕР-ЛЕЙТЕНАНТ (хватает за плечи КОМИССАРА). Ах ты, сучий потрох!

МЕДСЕСТРА (виснет на ОБЕР-ЛЕЙТЕНАНТЕ). Андрей Петрович, сзади!

ТРЕТИЙ ЛЕГИОНЕР (ЦЕНТУРИОНУ). Не спи, замёрзнешь! (Бросается в гущу событий, хватается за ППШ.)

ЦЕНТУРИОН. Мочи уродов! (Кидается на подмогу.)

После короткого рукопашного боя автомат оказывается в руках ТРЕТЬЕГО ЛЕГИОНЕРА.

ЛЕГИОНЕРША. Убейте, расстреляйте этих животных…

ЦЕНТУРИОН. Маргошечка, крошечка моя, тебе сейчас нельзя напрягаться, кишки вываливаются. Побереги силы, помолчи, мы знаем, что делать. Отсюда они живыми не выйдут. (ТРЕТЬЕМУ ЛЕГИОНЕРУ.) Заканчивай эту волокиту. Как меня всё это зае…ло. (Пьёт кока-колу.)

ТРЕТИЙ ЛЕГИОНЕР. А меня как зае…ло! Прощаться перед смертью будете?

ОБЕР-ЛЕЙТЕНАНТ (едва не плачет). Нет, всё-таки есть на земле проклятые места. Зачем я перебрался в эту страну! Зачем я не поехал вчера на рыбалку! Всё из-за тебя, сука-Петрович, вояка хренов! Автомат удержать не может! Но за Бяшу ты мне на том свете, подлец, ответишь. Лично в ад попрошусь, чтобы тебя там разыскать – петарду в жопу засунуть за Бяшу.

ТРЕТИЙ ЛЕГИОНЕР. Какие еще пожелания?.. Или последнее слово?.. Ну, тогда… (Направляет ствол на РЕКОНСТРУКТОРОВ.)

МЕДСЕСТРА. Андрей Петрович! Андрюша! Я вас люблю, я тебя так люблю!

ОБЕР-ЛЕЙТЕНАНТ. Здрасьте!

КОМИССАР. Слушай, Наташка, иди ты на х…й! Нашла время.

ОБЕР-ЛЕЙТЕНАНТ. Настоящий Ромео.

СТАРУХА. Не позволю! (Бросается в гущу событий, но СТАРИК преграждает дорогу.)

ТРЕТИЙ ЛЕГИОНЕР. Пора заканчивать этот спектакль. (Нажимает на курок, но автомат молчит.) Заело что-то… (Трясёт ППШ, передёргивает затвор, снова нажимает на курок – автомат не стреляет.)

ЦЕНТУРИОН. Что за хрень?

ТРЕТИЙ ЛЕГИОНЕР. А я откуда знаю? (Снимает диск, изучает содержимое.) Патроны кончились.

БОЛЬШАЯ ПАУЗА. Головы всех присутствующих постепенно поворачиваются в сторону СТАРИКА.

КОМИССАР. Ах ты, мудак старый …

ЦЕНТУРИОН. Так это выходит, что...

ОБЕР-ЛЕЙТЕНАНТ. Ёптыбля! Похоже, еще не всё потеряно…

МЕДСЕСТРА. Мамочки… Так это что получается?.. Андрей Петрович!

КОМИССАР. Да помолчи ты, дай мысли до кучи собрать.

ЛЕГИОНЕРША. Почему так тихо? Я уже умерла?

ЦЕНТУРИОН. Марго, ты не умрёшь, я тебе не позволю. (Склоняется над ЛЕГИОНЕРШЕЙ.)

ТРЕТИЙ ЛЕГИОНЕР. Но кое-кто прямо сейчас отправиться к предкам. Преждевременно, но вполне заслужено.

КОМИССАР. Столько времени под прицелом, а в автомате – шиш…

МЕДСЕСТРА. Там патронов не было, я правильно поняла?

КОМИССАР. Коцюбинский, ответь ей, а то я как отвечу!

МЕДСЕСТРА. Да поняла я, поняла. Что я, дура тупая? (Расплакалась.)

ОБЕР-ЛЕЙТЕНАНТ. Нет, конечно. Кто такое говорит, Наталка?

ТРЕТИЙ ЛЕГИОНЕР. Да… Железные у тебя нервы, старик. Вот что значит, сталинская закваска.

СТАРИК. Прошу оставить Сталина в покое, это во-первых. А во – вторых, я при Малиновском и Гречко служил.

ТРЕТИЙ ЛЕГИОНЕР. Не знаю таких. Это кто – соратники Суворова?

КОМИССАР. Здравствуй, племя молодое, незнакомое…

ТРЕТИЙ ЛЕГИОНЕР. Мы с тобой потом отдельно побеседуем, пухляк. Пока помолчи там в углу. (Поворачивается к СТАРИКУ.) Боишься?

СТАРИК. Нет.

ТРЕТИЙ ЛЕГИОНЕР. А я приказал тебе бояться. Ох, упрямые вы, старики, твёрдоёбнутые. И за жизнь-то как цепляетесь! Сколько тебе лет? По виду лет 100.

СТАРУХА. Неправда, он всегда выглядел моложе своих лет. Ему всего 80.

СТАРИК. Помолчи.

ТРЕТИЙ ЛЕГИОНЕР. Интересно, в 80 лет страшнее умирать, чем в 100?

СТАРИК. Что ты знаешь про смерть, мальчик?

ТРЕТИЙ ЛЕГИОНЕР. Я? (Рассмеялся.) Всё! (Резко обрывает смех.) Сколько народу ты отправил на тот свет, старик?

СТАРИК. Не считал. Ракетчик – не снайпер.

ТРЕТИЙ ЛЕГИОНЕР. Значит, не знаешь. Ракету пустил – и дело с концом. Да, это не рукопашный бой. А хочешь знать, сколько бомжей я вот этими руками...  

СТАРИК. Не хочу.

ТРЕТИЙ ЛЕГИОНЕР. А я всё-таки скажу. На ушко. Не люблю публичности и дешёвой славы. (Наклоняется на ухо к СТАРИКУ, шепчет.)

СТАРИК. Ты – грязный убийца. Вы – хуже фашистов.

ТРЕТИЙ ЛЕГИОНЕР. Только без лирики, только без старомодной лирики! Я – чистильщик. Я очищаю землю от таких, как вы… И если бы ты нам тогда не помешал, была бы очень круглая цифра. Впрочем, зачем я повторяюсь? Говорить с тобой – что с глухим. Будем заканчивать?

СТАРИК. Попробуй.

СТАРУХА. Ты говорил, что это твой знакомый. Почему он тебе угрожает?

ТРЕТИЙ ЛЕГИОНЕР. Что, бабулька, зажилась на этом свете?

СТАРУХА. Ваня, кто это?

СТАРИК. Убийца.

ТРЕТИЙ ЛЕГИОНЕР. Ой, ой, как грубо! Слушай сюда, бабка. Я – ассенизатор. Убираю дерьмо. Очищаю страну от бомжей, алкашей и прочего биомусора. Как же вы, старики, засрали эту землю! Как мозги наши засрали! Оставьте нас в покое, новое поколение само разберётся, как жить и что делать. Так нет, вы цепляетесь за жизнь, вы пердите и пердите, отравляя воздух. Когда вы все передохните? Как же я вас ненавижу!

ОБЕР-ЛЕЙТЕНАНТ (тихо). Что делать будем? Надо спасать деда.

КОМИССАР. Это не наше дело, сиди, пока цел.  


Дата добавления: 2019-07-17; просмотров: 15; ЗАКАЗАТЬ РАБОТУ