КРАСНОЕ ПЯТНЫШКО НА РОДИТЕЛЬСКОМ ПОДКЛЮВЬЕ



По-другому и, несомненно, правильнее истолковал поведение хайнротовских птенцов Гете (Goethe, 1937). По полевым наблюдени­ям он знал, как серебристые чайки кормят птенцов, и, заметив, что птенцы довольно метко целятся в красное пятнышко на под-клювье взрослой птицы, пришел к выводу, что тенденция клевать красные предметы в действительности представляет собой реакцию не на корм, а на красное пятно у кончика клюва. Для проверки он придумал довольно простой опыт. Он поднес к птенцу голову взрослой серебристой чайки примерно в том же положении, в каком чайка держит ее, когда кормит птенцов. Птенец клюнул, словно это был кто-то из родителей. Тогда Гете взял дру­гую голову и закрасил красное пятнышко желтой краской. Теперь птенец хотя и клевал клюв, но много реже.

Гете использовал в этом опыте двух птен­цов, взятых из гнезда сразу же после их появ­ления на свет. Оба птенца вместе клюнули "нормальную" голову 66 раз, а голову без красного пятнышка за тот же срок всего 26 раз. Затем, чтобы полностью удостовериться, что такое предпочтение красного цвета носит абсолютно врожденный характер, Гете повто­рил тот же опыт с искусственно выведенны­ми птенцами. Инкубаторные птенцы, разуме­ется, никогда прежде не видели других серебристых чаек, но они клюнули "нормаль­ную" голову 181 раз, а голову с чисто жел­тым клювом 58 раз.

Такая особая чувствительность к красно­му цвету подтверждалась еще и реакцией на красные предметы, по внешнему виду доволь­но-таки заметно отличавшиеся от клюва се­ребристой чайки, например, на вишни и на красные подметки пляжных сандалий.


Изучая мир птенца                                                                   157


Мы решили, что этой проблемой стоит за­няться поглубже. В том, что птенцы реагируют на красное пятнышко, сомневаться не при­ходилось. Но поскольку клюв без красного пятнышка все-таки вызывал некоторые ре­акции, оставалось предположить, что роди­тельский клюв обладает еще какими-то каче­ствами, которые воздействуют на птенца. Кроме того, нужно было объяснить тенден­цию клевать сверху вниз. Интерес к вишням и к пляжным сандалиям явно свидетельство­вал о том, что изготовить модели, способные стимулировать реакции, будет не так уж труд­но. А тот факт, что реакции на самые прими­тивные модели не были редкими, говорил, что мир птенца заметно отличается от наше­го — ведь нам бы и в голову не пришло, что сандалия, да еще пляжная, способна отрыг­нуть корм.

МЕТОДИКА ЭКСПЕРИМЕНТОВ С МОДЕЛЯМИ

Поэтому летом 1946 года я забрал своих студентов-зоологов на двухнедельные прак­тические работы в колониях серебристых чаек на одном из Фризских островов. Мы привезли с собой множество довольно причудливых моделей, изображавших серебристую чайку, и начались исследования, которые мы с ув­лечением вели четыре следующих сезона. Ре­зультаты этой работы я опишу подробно, по­тому что, как мне кажется, мы избрали идеальный объект для исследований подоб­ного рода. Отыскивать каждый день только что появившихся на свет птенцов было сравни­тельно несложно, и они отлично реагирова­ли на большинство моделей. Птенцы сохра­няют эту врожденную реакцию довольно долго, и хотя в процессе научения их поведе­ние несколько меняется, избегать таких кам­ней преткновения обычно бывает нетрудно. В итоге мы смогли получить неплохие статис­тические данные об относительной эффек­тивности различных моделей. Всего мы заре­гистрировали свыше 16 000 клевков и в некоторые дни наблюдали более 500 реакций.

КРАСНОЕ ПЯТНЫШКО ВОЗДЕЙСТВУЕТ ЦВЕТОМ И КОНТРАСТНОСТЬЮ

В первую очередь нам следовало установить, обязательно ли пятнышко должно быть крас­ным или сойдет любое пятно другого, более


 

темного, чем клюв, цвета. На это нас натолк­нуло равнодушие насиживающих птиц к цве­ту яиц, в чем мы уже успели убедиться. Мы изготовили из картона серию плоских моде­лей головы серебристой чайки в натуральную величину. Одну модель мы покрасили в естественный цвет, хотя и довольно прибли­зительно. Клюв был желтым, без каких-либо деталей, кроме красного пятнышка. Другие модели отличались от этой только цветом пятнышка: одно было черным, другое — си­ним, а одно — так даже белым. Ну, и конеч­но, на одной модели пятнышка не было вовсе. Вооружившись таким пособием, мы взяли не­сколько птенцов, только что вышедших из яйца. Поскольку вылупившихся птенцов ро­дители греют, пока они не высохнут, мы не сомневались, что еще не обсохший птенец не успел узнать на опыте, чем является для него родительский клюв.

Сначала мы предлагали птенцам наши модели прямо в гнезде. Кое-какие реакции мы получили, но очень мало, так как птенцы прижимались к стенкам гнезда и замирали — вероятно, потому, что взрослые птицы, кру­жась у нас над головами, непрерывно испус­кали "крики тревоги". Тогда мы решили заб­рать птенцов в какое-нибудь спокойное место за пределами колонии. А чтобы пролетающие чайки своими криками не мешали нашей ра­боте, мы поставили палатку, где и располо­жились со всеми удобствами. <...>

И вот мы предложили птенцу одну из на­ших моделей. Чтобы стимулировать побужде­ние клевать, мы всегда начинали эксперимент с того, что трижды испускали мяукающий крик взрослой чайки. Затем модель подноси­ли к птенцу и чуть-чуть покачивали. Один наблюдатель следил за временем и сообщал нам, когда истекали тридцать секунд, другой записывал число клевков. Затем птенца воз­вращали приемной матери, которая тут же выдавала нам следующего птенца, и ему предъявлялась другая модель. Потом наступа­ла очередь третьего птенца и так далее, пока каждый из них не получал возможности про­демонстрировать свою реакцию на каждую модель. Когда работа шла с тремя птенцами и шестью моделями, это означало серию из 48 экспериментов по 30 секунд каждый. Непре­рывная смена моделей была необходима, по­тому что лучше всего птенцы реагировали при первой пробе, затем реакция становилась все более вялой. Позже, проголодавшись, они вновь начинали реагировать лучше. Таким об­разом, если бы мы предъявляли всем птен-


158

цам при первой пробе одну и ту же модель, она получила бы больше реакций, чем того заслуживала. А потому нам приходилось тща­тельно следить за тем, чтобы шансы у всех моделей были равны.

Смотреть, как птенцы клюют модели,— занятие чрезвычайно увлекательное. Они долго следили глазами за ее движениями и вдруг клевали. Иногда они сжимали клювиком кон­чик клюва модели, и слюна портила наших картонных чаек. Иногда же, не удержавшись от соблазна, мы проводили одновременно и другие опыты, например подражали крику "хахаха". При этом птенцы припадали к зем­ле или отбегали к какому-нибудь укрытию и прижимались там. Пугливостью они не отли­чались и в качестве укрытия обычно избира­ли кого-нибудь из нас. До тех пор пока их дер­жали в тепле и уюте, они не испражнялись. Но когда с ними начинали работать, иной раз случались мелкие неприятности. Мы об­наружили также, что можем подозвать птен­цов, имитируя мяукающий крик. Несколько раз мы заставляли их бегать из угла в угол, мяукая по очереди. Удивительно интересны­ми были эти крошки!

После того как они вносили свою — и весь­ма существенную! — лепту в наши исследо­вания, их возвращали в родные гнезда, где


 

Н. Тинберген

они скоро получали сытный обед.

Реакции на модели первого набора разде­лились, как показано на рис. 1. Первый вывод был просто подтверждением работы Гете -модель с красным пятном вызывала гораздо больше реакций, чем модель с чисто желтым клювом. Но и другие цвета вызывали много реакций — черный, синий и даже белый! Это показывает, что птенца стимулирует контраст между пятном и общим цветом клюва. Одна­ко, если бы воздействовал только контраст, черное пятно получило бы больше реакций, чем красное, так как черный цвет контраст­нее по отношению к желтому, чем красный. И мы были вынуждены прийти к выводу, что красное пятно воздействует и своим цветом, и своей контрастностью. <...>

ЦВЕТ КЛЮВА ИГНОРИРУЕТСЯ

Что важен был именно красный цвет, ста­ло ясно, когда мы решили определить воз­действие окраски клюва. До сих пор мы со­средоточивали внимание только на воздействии пятнышка. Но произойдут ли ка­кие-нибудь изменения, если клюв будет не желтым? Мы изготовили серию моделей с клювами разного цвета — красным, желтым,


Красный Черный

Синий Белый


100


86


71


50


__25



Рис.1. Количество клевков, стимулированных моделями клюва с пятнышками разного цвета


Изучая мир птенца                                                                    159


белым, черным, зеленым, синим. Пятнышка на этих моделях не было, потому что оно вне­сло бы меняющийся фактор различий кон­траста между его оттенком и общим тоном клюва. Результаты этой серии опытов очень интересны. Желтый клюв получил не больше реакций, чем черный или зеленый, зато крас­ный клюв получил их вдвое больше, чем лю­бой из остальных. Это убедительно доказыва­ет привлекательность именно красного цвета. И тут мы получили первое указание на огра­ниченность сенсорного мира птенца. Хотя насыщенный желтый цвет клюва и объектив­но, и на взгляд человека характерен и заме­тен не менее, чем красный цвет пятна, птен­цу было совершенно все равно, желтый ли перед ним клюв, черный, синий или белый.

В качестве своего рода зигзага в сторону мы решили сравнить модель "естественной" расцветки с моделью, клюв которой был чи­сто красным. Как мы и ожидали, вторая мо­дель получила несколько меньше реакций, чем первая. Это, несомненно, объяснялось тем, что у первой модели не только цвет был правильным, но и имелся контраст между пятном и клювом.


 

недостаточно развиты и они просто не спо­собны ничего видеть, кроме красного пят­нышка у самых их головок. Может быть, они чрезвычайно близоруки и видят только пред­меты, находящиеся совсем рядом. А может быть, их поле зрения ограничивается лишь маленькой центральной областью. Однако дру­гие наблюдения свидетельствовали, что это не так. Довольно часто птенец клевал что-ни­будь, что находилось много дальше от него, чем кончик клюва, например, основание клю­ва или даже глаз родителя. Изготовив моде­ли, где красное пятнышко было нанесено не на клюв, а на лоб, мы обнаружили, что птен­цы делят клевки между кончиком клюва, его основанием и красным пятнышком. Отсюда следовало, что зрение у них вовсе не такое уж плохое. И опять-таки мы были вынужде­ны прийти к заключению, что направленность реакций только на красное пятнышко на кон­чике клюва не имеет никакого отношения к возможностям зрения, а связана с возмож­ностями нервной системы.

Глаз получает достаточно детализирован­ное изображение (в какой степени детализи­рованное, нам не известно), а выбор или от­сеивание сигнального стимула производится в центральной нервной системе.


ЦВЕТ ГОЛОВЫ

Убедившись, что цвет клюва, по-видимо­му, не оказывает на птенцов ни малейшего воздействия, мы решили проверить, не име­ет ли какого-нибудь значения цвет головы. А потому у наших следующих моделей головы были разноцветные, а клювы одинаковые — желтые с красными пятнышками. Результаты мы получили довольно нечеткие — по-види­мому, сказалась разная степень контрастнос­ти между клювом и головой. Однако было ясно, что воздействие белой головы не пре­вышает воздействия черной или зеленой. Сле­довательно, цвет головы никакой роли не играл, то есть важен был только цвет кончи­ка клюва и его непосредственного окружения

 Результаты нас поразили. Хотя при иссле­дованиях других животных мы постоянно стал­кивались с подобной избирательной воспри­имчивостью лишь к очень немногим "сигнальным стимулам", тем не менее каж­дый новый случай подобной "слепоты" ко множеству других особенностей окружающей среды вызывает невольное удивление. И ес­тественно, у нас зародилось подозрение, что, может быть, глаза наших крохотных чаек еще


 

ФОРМА ГОЛОВЫ

До сих пор мы изучали только воздействие цвета. Но мы обнаружили, что птенец реаги­рует, хотя и менее интенсивно, также и на модель без пятнышка. Это означало, что он руководствуется какими-то особенностями формы, поскольку желтый цвет клюва ника­кого воздействия не оказывал. А потому наши следующие опыты должны были выяснить эти особенности формы. Для начала мы изгото­вили модель нелепой формы — большую яй­цеобразную "голову" с примерно правильной расцветкой (рис.2) и сравнили ее воздействие с нормальной моделью. Она получила мень­ше реакций, чем "стандартная" модель, но значительно больше, чем голова с желтым клювом. Но, может быть, яйцеобразная голо­ва уступала нормальной из-за каких-то недо­статков клюва или самой головы? Чтобы проверить это, мы создали "петушиную" го­лову, показанную на рис. 3. И оказалось, что эта голова, несмотря на все свои отклонения от нормы, по воздействию почти не уступала стандартной голове. Отсюда следовало, что важна форма клюва, а форма головы ника-


160                                                                                   Н. Тинберген


100

91

100

92

94

кой или почти никакой роли не играет. Это хорошо согласовывалось с результатами цвето­вых опытов — не только цвет головы, но и ее форма птенцов не интересовали. Тогда мы сде­лали несколько более смелое предположение:

что, если голова вообще никакого значения не имеет? Что, если птенцу будет достаточно одного клюва? Тот факт, что мы не ограни­чились сравнением полной головы и отдель­ного клюва, но, как свидетельствует рис. 4, создали еще и промежуточную модель, показывает, что мы сами не решались серь­езно отнестись к своему предположению. Но птенцы отнеслись к нему вполне серьезно, и клюв без головы собрал немногим меньше ре­акций, чем целая голова.

Рис. 2. Сравнение воздействия красного пятнышка и формы клюва.

Рис. З. Воздействие формы головы. Стрелка указывает направление некоторых клевков


 

Рис. 4. Наличие головы практически роли не играет


Дата добавления: 2019-07-15; просмотров: 18;