II . Антиперестроечный фронт трудящихся.



 

Деградация личности, непримиримость, недоверие, страх, упаднические настроения широких слоёв населения стали зловещей реальностью наших дней. В результате оголтелой антикоммунистической и антисоветской пропаганды многие люди утратили идейные основания и политические ориентиры социально значимой деятельности, стали лёгкой добычей реставраторов и капитулянтов. Лишь немногие пока начинают осознавать утрату недавнего благополучия, стабильности и личной безопасности.

Только подыгрывая отсталым настроениям обманутых, прорвавшиеся к власти политики и идеологи необуржуазии, воспринимают инерцию и кажущееся простодушие трудящихся как их неспособность к осознанию своих интересов и отсутствие воли к решительным действиям по самозащите. Эта «социальная прострация» умело подпитывается средствами массовой информации. Превратив Советский Союз в арену политических торгов буржуазно-националистических и мафиозных кланов, главные дирижёры контрреволюции более всего боятся «силовой конфронтации» с трудящимися, которая, по их словам, представляет «смертельную опасность для неопытного класса» советских нуворишей.

Вместе с тем, прогорбачёвские перепуганные партократы предупреждают, что «отрезвление наступит после того, как значительная часть населения страны на личном опыте испытает страдания, вызванные разрушением социальных, производственных, государственных и культурных структур». Чтобы спасти совбуров, авторы одного из проектов Программы КПСС предлагали «собрать, сберечь и использовать накопленный в КПСС опыт работы в условиях кризиса», а также партийную «инфраструктуру», т. е. органы партийного руководства. Однако, Ельцин, а за ним и Горбачёв отказались от подобного заманчивого предложения, приостановив, а по сути запретив, деятельность КПСС.

Главную социальную опасность своей политике реставраторы видят в рабочем классе, который составляет 62% населения страны. Его прошлогодние выступления в шахтёрских регионах чуть было не сорвали горбачёвскую перестройку. Сегодня предпринимаются все усилия, чтобы расколоть рабочих, натравить их друг на друга, обвинить в трудностях и кризисе, внести в их среду вирус национализма. А если удастся, то подкупить их лидеров, вроде бывшего председателя ОФТ Яшина, которого включили в Президентский совет, поселили в шикарнейшей столичной квартире, сделав активным проводником реставраторской политики. Поощряется раскол в профсоюзном движении, преднамеренно разваливаются коллективы крупных предприятий и «оборонки», стимулируется переход высококвалифицированных рабочих в кооперативы. И на все лады третируется «гегемон» и «быдло».

Идеологи реставраторства наперебой утверждают, будто современный рабочий класс утратил свою прогрессивную роль и не имеет более исторической перспективы. На смену ему, якобы, приходят «головастики», «белые воротнички», которые и становятся основой общества в его постиндустриальной ипостаси. Смысл подобных утверждений – политически разоружить трудящихся, разобщить их на отдельные отряды, не допустить создания единого антиимпериалистического фронта в международном масштабе и свержения власти национальной буржуазии в отдельных странах. В стране же социализма – пробить реставраторскую брешь и «мягко» перевести их на рельсы капиталистической рыночной экономики и частной собственности.

На самом деле значение рабочего класса не только не снижается в современном мире, а, наоборот возрастает. При всех структурных изменениях, вызванных научно-технической революцией, рабочий класс растёт и качественно и количественно. И не столько «вымывается» на Западе в так называемый «средний класс», сколько переходит в сферу обслуживания. Сегодня по своему отношению к собственности и другим классово образующим признакам к рабочему классу примыкают сельские труженики, трудовая интеллигенция и другие слои населения, занятые по найму в общественном производстве и существующие за счёт своего производительного труда. Это укрепляет социальную базу рабочего класса, его возможности объединять самые различные слои населения, делая их своими союзниками.

Именно это сегодня и настораживает классовых противников, которые в перспективе не могут рассчитывать на поддержку обманутых масс, вынуждены делать ставку на наёмных сторожевых псов, а, главное, на продажных писак и вещателей, которые не только сбивают людей с толку, но и могут на какое-то время закупоривать целые слои трудящихся в социальных тупиках реставрации. Отсюда и лживый миф об «общечеловеческих ценностях», которые, якобы, гуманнее и шире общепролетарских. Однако совершенно очевидно, что за общечеловеческие ценности сегодня выдаются исключительно интересы эксплуататоров и обслуживающих их элитарных слоёв.

Главная трагедия трудящихся СССР ныне состоит в том, что рабочий класс лишился главенствующей роли в обществе, лишился своей политической организации. КПСС последние три-четыре десятилетия скатывалась к правому оппортунизму, увлекая за сбой и ряд братских компартий. В годы перестройки позиции оппортунистов трансформируются в социал-демократизм, меньшевизм и буржуазное реставраторство. КПСС как партия рабочего класса ликвидируется, а затем и вообще устраняется с политической арены. Однако вина за это ложится на оппортунистическое руководство ЦК КПСС 60-90-х годов, а не на миллионы коммунистов, которые первыми стали жертвами не виданного предательства. Большинство из них честно и самоотверженно трудилось, укрепляло и защищало социализм, и никому не дано бросать на них тень, зачисляя в оппортунисты и капитулянты. Коммунисты-ленинцы и сегодня возглавляют антиреставраторский фронт трудящихся, привлекая в свои ряды наиболее стойких защитников социалистического строя.

В наши дни тяжелейших испытаний на базе разваленной КПСС выделились и оформляются три основные социально-политические направления. Одно из них – антикоммунистическое (бывшее «демплатформовцы»), другое – социал-демократическое (бывшее «центристское») и третье – коммунистическое, ленинское. Борьба между ними, как мне представляется, в конечном итоге должна определить судьбу страны.

«Демплатформовцы» после августовских событий реорганизовались в Народную демократическую партию России. Можно полагать, что вслед за вице-президентом России Руцким в том же духе реализуют свои возможности Яковлев, Шеварднадзе и другие «демократические» реставраторы. Эти партии «среднего класса предпринимателей» призваны подпереть «непопулярные реформы» Ельцина и весь нынешний реставраторский авантюризм. Решительно отмежевавшись от политики и идеологии КПСС, они в то же время фарисейски заявляют, что «являются единственными законными правопреемниками собственности КПСС». И похоже, они её получат от благодарных президентов.

«Антикоммунисты из КПСС» сегодня пополнили ряды многочисленных партий и движений открыто буржуазного характера. Некоторые «демороссы» и «чистые демократы» с недоверием относятся к бывшим партбилетоносцам. Им уже приелась их беспардонность. Ревнители чистоты своих «демократических» рядов не без основания исходят из того, что предавшие раз, способны, следуя «плюрализму», предать много раз.

Пару лет назад один ветеран войны в своём письме рассказал мне случай, который всегда вспоминается, когда задумываюсь о сути нынешней деятельности Яковлева, Шеварднадзе, Ельцина, Руцкого и других бывших партбилетоносцев. В победном 1944-м, во время боевого затишья, ночью из охранения сбежал к немцам солдат одной из среднеазиатских национальностей. Причиной тому, у малограмотного, плохо говорящего по-русски бойца, был конфликт с сержантом. Утром на позиции поднялся переполох и стрельба. Со стороны немецких траншей, подгоняемый пулемётными очередями, бежал человек с фанерной доской на груди. На доске немцы написали: «Нам – не язык, вам – не вояка». С ней он и свалился в наш окоп. Военный трибунал без бюрократизма решил всё в считанные часы. Перебежчик пополнил число «жертв сталинских репрессий». Если тот несчастный солдат сегодня может вызвать какую-то жалость, то нынешние перебежчики из КПСС заслуживают лишь презрение.

Правоверные горбачёвские партократы, без звука сдавшие антикоммунистам всё имущество и финансы КПСС, ныне не только глухо поругивают Генсека, ожидая для себя новых президентских назначений, но и принялись сколачивать подручные партии, привлекая к их организации популярных у нынешнего обывателя деятелей. Так, недавно под негласным патронатом члена Политбюро ЦК КПСС Купцова и его коллег была создана Социалистическая партия трудящихся, которую возглавили депутаты, космонавты, бывшие партработники и «дессидентствующие марксисты». Докладчик – профессор-обществовед, бывший коммунист А. А. Денисов, призвал новоявленных социалистов отрешиться от «утопических марксистских и большевистских доктрин и стать партией здравого смысла». Упаковывая в профессорское лукавство свой махровый оппортунизм, народный депутат призвал к «мирному врастанию социализма в капитализм», ратовал за «засилие частного предпринимательства в сфере обслуживания» и призывал к сотрудничеству со всеми, кроме большевиков из «Единства» (!!).

Подобные партии «мелких предпринимателей» организуются и в республиках, где они имеют свой национальный колорит. Их идейно-политической базой являются выжимки из многочисленных вариантов проектов Программы партии, наработанных ещё прогорбачёвским ЦК КПСС. Цель создания этих социал-демократических, мелкобуржуазных организаций – нейтрализовать партийные массы, помешать их консолидации на позициях рабочего класса. Если «партия Руцкого» создана «под Ельцина», то партия «Роя Медведева – Денисова» - под самого Горбачёва, который предав и отказавшись от КПСС, лишился прямой партийной поддержки. Партократы, развившие активность по привлечению коммунистов в эту партию, наверное, надеются с её помощью возвратить утраченное влияние. Однако, как я думаю, у социал-демократических партий как правого, так и левого «центра», по большому счёту, будущего нет. Они наследуют от заражённой оппортунизмом КПСС все её хвори и слабости, которые их когда-нибудь и погубят. После того, как Марксистская платформа на правах фракции вошла в Социалистическую партию, коммунисты в нынешнем политическом спектре представлены Коммунистической инициативой и Большевистской платформой. Здесь закономерен вопрос: почему позиции коммунистов представляют два течения, формирующиеся в отдельные партии? Почему бы им не договориться об объединении сил? Об этом справедливо спрашивают сотни товарищей, что требует конкретного ответа.

Прежде всего, мы с самого начала стояли и стоим за такое единение и практически осуществляем единство действий. Более того, такие общественно-политические движения, как ОФЕ и «Единство», в дальнейшем ставшее базой Коммунистической инициативы и Большевистской платформы в КПСС, в начале 1989 года зарождались как одна организация. Но в самый последний момент будущие координаторы ОФТ по внушению Смольного отмежевались и заявили, что будут действовать отдельно от нас. И они до сих пор отказываются участвовать в наших конференциях, куда всегда персонально приглашаются. В то же время они постоянно затрудняют участие актива «Единства» в их мероприятиях, что даёт благодатную пищу «жёлтой» прессе.

Конечно, между нами имеются определённые различия, так сказать в политическом статусе, да и в программных подходах. Если, например, нас по официальному указанию «верхов» ЦК КПСС не допускали в партийную печать, то «инициативники», хотя и не часто, но попадали на её страницы. Более того, из кассы КПСС выделялись средства на их газеты, которые поразительно быстро обеспечивались всем необходимым. Наши же газеты издаются целиком на членские взносы и средства наших сторонников, испытывая часто неимоверные трудности с бумагой, типографиями и т. п. Если конференции и съезды ОФТ и «инициативы» проходили в солидных залах, принадлежащих КПСС, то «Единство» снимало далеко не равноценные помещения, оплачивая их аренду по коммерческим ценам.

В работе форумов «инициативников» принимали участие довольно видные партократы. На наши же встречи направлялись лишь отдельные партаппаратчики в качестве «наблюдателей» и «контролёров». Лидеры и пропагандисты «коминициативы» разъезжали по всей стране по командировкам партийных органов, о чём мы не смели и мечтать. И, наконец, в своих официальных выступлениях Горбачёв и Ко называли «Единство» и Большевистскую платформу своими первыми и главными противниками, что естественно, при сложившейся системе вызывало вполне определённую реакцию.

Мы не собираемся выяснять, как говориться, кто идеологически «марксистее». Марксизм-ленинизм, как известно, не набор готовых решений, застолблённых в цитатах, а метод и руководство к действию. Вместе с тем, многими признаётся, что идейные позиции Большевистской платформы более последовательны, определённы и радикальны. «Инициативники», как правило, с запозданием приходят к тем же оценкам и выводам, что и мы, ибо сама обстановка в стране «работает» на сближение наших позиций.

Главное наше теоретическое расхождение – это взгляд на социалистическое прошлое страны. Мы, например, не можем согласиться, что Конституция СССР 1936 года «законодательно отменила Советскую власть» и положила начало «протаскиванию парламентской системы», как утверждают теоретики «инициативы». Аргументированно выступая против такой оценки в нашей орловской газете «Единство», В. Коваль справедливо назвал её не только в корне неправильной, но и «практически опасной, ибо она, к удовольствию партийных чинуш и погромщиков социализма, маскирует истинные причины кризиса политической системы». Характерно, что В. Коваль пришёл в Большевистскую платформу из «инициативы» и остаётся горячим сторонником сотрудничества с нею.

Как уже отмечалось, перестройка легализовала и узаконила правый оппортунизм в КПСС, объективно поставила партийную политику под негласный контроль предпринимателей и бизнесменов. Конечно, в руководстве партии были тогда и «верные ленинцы», или «ортодоксы», вроде Лигачёва, Полозкова, Зюганова, Шенина, Белова и других партократов. Оппортунистическая верхушка Горбачёва-Яковлева-Шеварднадзе приспосабливалась к интересам внутреннего и иностранного капитала, а партократы и «верные ленинцы» приспосабливались к оппортунистам в интересах сохранения «мира и единства в партии». В результате в руководстве КПСС полностью возобладал оппортунизм, и цепь между политикой мирового капитала и политикой партократов-«ленинцев» замкнулась, миллионы советских коммунистов преданы и проданы, а страна очутилась в преддверии реакции и фашизма.

Представляется, что сложившаяся ныне ситуация в чём-то сходна с обстановкой в Германии начала 30-х годов. В драматической битве коммунистов-тельманцев с гитлеровским национал-социализмом немецкие социал-демократы кичились своим «центристским» положением, хотя устами Каутского заявляли, что коммунизм хуже фашизма. Тем самым сбивали с толку, раскалывали и разоружали рабочий класс, трудящихся. Думаю, что тогда Коминтерн и И. В. Сталин правильно характеризовали это предательство как «социал-фашизм». Правильно, несмотря на то, что после прихода к власти Гитлера социал-демократы так же, как и коммунисты, пошли в тюрьмы и концлагеря. Не хотелось бы, чтобы этот трагический урок истории запамятовали наши «демократические» интеллектуалы, склонные во всём обвинять коммунистов.

В этой связи меня озадачило недавнее заявление одного из лидеров «коминициативы» В. Тюлькина, который приветствовал образование Социалистической партии Роя Медведева-Денисова и выразил надежду, что «в будущем она станет добрым союзником коммунистов». Наверное, в этом заявлении отразилось сегодняшнее влияние прогорбачёвских партократов. Однако соглашательство с оппортунизмом ещё никогда и никому не приносило пользы, какими бы тактическими соображениями не прикрывался отход от стратегической линии ленинизма. Не хочется, чтобы и на этот раз соглашательство замкнуло цепь между оппортунизмом, необуржуазией и советскими коммунистами. Думаю, что лидеры «инициативы» явно преувеличили свои полемические возможности, надеясь переубедить социалистов на их съезде. Ведь сегодня речь идёт не о различиях взглядов и формулировок, а о коренной разнице пролетарской и мелкобуржуазной позиций.

Некоторые товарищи вопрос ставят так: почему мы не проводим съезд вместе с «инициативниками» в Свердловске? Да потому, что нас туда никто не приглашал, и мы узнали о нём из газет. После этого мы и определили время и место нашего съезда. Ряд наших товарищей с мест выдвинуты на съезд «инициативы» в Свердловск. Считаю полезным, если из их числа мы сформируем делегацию, которая от имени нашего съезда выразит «коминициативе» нашу братскую солидарность и готовность к совместным действиям.

И, наконец, когда ставят вопрос об объединении Большевистской платформы с Коммунистической инициативой, как правило, не уточняют, с кем именно объединяться. Известно, что «инициатива» расколота на два-три направления, имеет программы разного авторства и сама пока не может разобраться в своих собственных делах. Наше присоединение может лишь усилить неразбериху у них, породить новые трудности. Пожалуй, сегодня как никогда актуален ленинский завет: прежде чем объединяться, надо решительно размежеваться, выяснив до конца кто есть кто. Мне представляется, что сам факт наличия в политическом спектре страны самостоятельной партии большевистско-ленинского типа будет положительно воздействовать на колеблющихся и шатающихся коммунистов, радикализировать другие партии, возникающие на месте разваленной КПСС. Проблему же политической правоты сможет решить лишь историческая практика.

 


Дата добавления: 2019-02-22; просмотров: 18; ЗАКАЗАТЬ РАБОТУ