А- Ориентации относительно политического режима, включающие в себя оценку и реакцию индивида на государственные институты, официальные нормы и символы, на официальных лиц.



В- Ориентации относительно “входов” и “выходов” политической системы, включающие оценку и реакцию на решения государственных властей, на различные требования по отношению к ним. Таким образом этот тип включает в себя удовлетворенность (или неудовлетворенность) политикой, представления о том, какие требования человек может выставить по отношению к властям, насколько и как, по его мнению, может быть эффективной государственная политика.

2. Ориентации относительно “других” в политической системе.

А- Политическая идентификация, то есть осознание принадлежности к какой-либо группе, политическому образованию (нация, государство, город, район, политическая партия и т.д.).

В- Политическая вера , то есть убежденность индивида в том, что другие акторы политической жизни означают для него нечто хорошее (или плохое), готовность сотрудничать с различными группами или наоборот противостоять им

С- Ориентации относительно правил игры, включающие в себя представления о том, какие правила игры должны соблюдаться в политической жизни, отношение к правам и обязанностям, к политическим мнениям, к диссидентам и т.п.

3. Ориентации относительно своей собственной политической деятельности

А- Политическая компетентность, то есть ориентации на регулярное или нерегулярное участие в политической жизни (частота участия в выборах и других видах политической активности, знание о политических событиях, интерес к политике)

В- Политическая действенность, то есть представления о степени ответственности власти за свои действия, о важности гражданской активности и участия в политической жизни, о возможности оказывать влияние на политические решения посредством участия

Важным показателем, характеризующим структуру национальной политической культуры является степень ее однородности. Во всех странах под влиянием социально-культурных условий складывают не только общие для всей нации черты политической культуры, но и групповые типы политической культуры, характерные для отдельных социальных, этнических, конфессиональных и т.п. образований и групп. Такие особые типы, характеризующиеся специфической совокупностью политических ориентаций на политическую систему, органы власти и их представителей, на определенные формы политической активности, называются субкультурами.

Политические субкультуры есть во всех странах. Вместе с тем, в некоторых из них они сосуществуют относительно бесконфликтно, что является показателем однородности политической культуры. В других же между представителями различных субкультур существуют серьезные противоречия, расколы. Наличие сильных, во многом самостоятельных субкультур, часто антисистемных, отсутствие политического консенсуса между представителями различных субкультур, значительный раскол в политических ориентациях, неравномерность развития отдельных субкультур являются показателями неоднородности политической культуры.

Данная характеристика политической культуры, наряду с некоторыми другими показателями, легла в основу типологии политических систем, предложенной Г. Алмондом и С. Вербой. Более поздние исследования (в частности анализ функционирования демократии и демократического строительства в многосоставных обществах, предпринятый А.Лейпхартом[75]) показали продуктивность использования данного критерия.

Типы политической культуры

В современном мире наблюдается большое разнообразие национальных типов политических культур. В целях их исследования и классификации необходимо иметь адекватный инструмент, то есть некую идеальную модель (или модели) политической культуры. Из чего же она должна состоять? Напомним, что Г.Алмонд и С.Верба, которым принадлежит авторство одной из «классических» типологий политической культуры, считали, что такая модель состоит из определенной совокупности различных ориентаций (установок) на политические объекты. Принимая во внимание основные положения структурно-функционального подхода к анализу политических систем, Г.Алмонд и С.Верба в качестве основных объектов ориентаций выделили политическую систему в целом, ее «вход» и «выход» (то есть требования и поддержку, а также реакцию на принимаемые решения и их реализацию), индивида как политического актора. По их мнению, каждой модели политической культуры (каждому «идеальному типу») соответствует своя комбинация ориентаций на эти объекты.

Исходя из этих посылок, Г.Алмонд и С. Верба выделили три основных модели («идеальных типа») политической культуры:

n «парохиальная» (parochial culture) политическая культура (иногда ее называют приходской, традиционной, патриархальной). Этот тип политической культуры характеризуется полным отрывом населения от политической системы, полным отсутствием знаний о ней. В таких обществах отсутствуют специализированные политические роли, основные акторы (вожди, шаманы и др.) реализуют одновременно и политические и экономические и религиозные функции. Кроме того, никак не отделяются друг от друга политические, экономические и религиозные ориентации населения. Преобладает территориальная и социально-культурная идентификация: человек идентифицирует себя, в первую очередь, как часть локального сообщества (рода, деревни и т.п.).

n «подданическая» политическая культура (subject culture). Этому типу политической культуры свойственно пассивное политическое поведение, ориентация на господствующие официальные ценности и нормы, отсутствие самостоятельного осмысления этих ценностей. В целом у людей преобладает своего рода потребительско-патерналистское отношение к политической системе: члены сообщества либо ожидают благ, либо боятся наказания. Такой тип политической культуры можно встретить в обществах, где отсутствует четкое выделение входных каналов политической системы, а индивиды не рассматривают себя в качестве политических акторов.

n «партисипаторная» политическая культура (participant culture) или культура участия (активистская политическая культура). «Партисипаторному» типу политической культуры свойственно активное участие индивидов в политической жизни, основанное на достаточно высокой политической грамотности граждан и их убежденности в способности повлиять на процесс принятия политических решений посредством собственного участия. Такие общества характеризуются относительно высокой степенью функциональной дифференциации: различные сферы общественной жизни относительно автономны, а подсистемы достаточно развиты и разветвлены (в частности политическая подсистема).

Данную типологию можно представить в виде таблицы, в которой отмечено наличие (+) или отсутствие (-) ориентаций на основные политические объекты.

Таблица . «Идеальные» типы политических культур как комбинация ориентаций на политические объекты.

  Восприятие политической системы в целом Ориентации на «вход» системы Ориентации на «выход» системы Самовосприятие человека как актора политического процесса
Парохиальная - - - -
Подданическая + - + -
Партисипаторная + + + +

В современном мире эти типы политической культуры в чистом виде отсутствуют. В частности в демократических странах невозможно в чистом виде найти партисипаторный тип политической культуры: “граждане демократических стран редко живут в соответствии с этой моделью. Их нельзя назвать ни хорошо информированными, ни глубоко включенными в политику, ни особо активными, а процесс принятия электоральный решений является чем угодно, только не процессом рационального расчета”[76].

В действительности национальные политические культуры сочетают в себе различные типы, то есть являются смешанными. Комбинации этих типов могут быть разные. Г. Алмонд и С. Верба при сравнительном изучении политических культур задались вопросом, существует ли демократическая политическая культура, то есть некий набор ориентаций, который благоприятствует стабильности демократии, то есть “подходит” демократической системе.

Их основной вывод заключался в том, что наиболее оптимальным для стран стабильной демократии является смешанный тип политической культуры, выявленный в Великобритании и США – гражданская политическая культура (или политическая культура гражданственности). В рамках этой культуры “многие граждане могут быть активными в политике, но многие другие играют более пассивную роль подданных…даже у тех, кто исполняет гражданскую роль, качества подданных и прихожан не полностью вытеснены… Это означает, что активный гражданин сохраняет свои традиционалистские, неполитические связи, равно как и пассивную роль подданого… Политическая деятельность представляет собой лишь часть интересов гражданина, причем, как правило, не очень важную их часть. Сохранение других ориентаций ограничивает степень его включенности в политическую деятельность и удерживают политику в надлежащих рамках. Более того, ориентации прихожанина и подданного не просто сосуществуют с ориентациями участника, они пронизывают и видоизменяют их. Так, например, первичные связи важны в становлении типов гражданского влияния. Кроме того, взаимопроникающие структуры общественных и межличностных связей имеют тенденцию воздействовать на характер политических ориентаций – делать их менее острыми и разделяющими”[77].

Согласно Г. Алмонду и С. Вербе, для гражданской культуры характерны два “противоречия”: между высокой оценкой своей потенциальной влиятельности на политические решения и более низким уровнем реального влияния, между степенью распространения вербального признания обязательности участия граждан в политической жизни и реальной значимостью и объемом участия. Эти два противоречия, по мнению авторов “Гражданской культуры”, помогают понять, каким образом в странах стабильной демократии разрешается дилемма, оптимальное сочетание сторон которой крайне важно для поддержания стабильности: между активностью и влиятельностью неэлитных групп и их пассивностью и невлиятельностью, между властью правящей элиты и ее подконтрольностью и ответственностью. С одной стороны, бездеятельность обыкновенного человека помогают обеспечить правящие элиты властью в той мере, которая необходима для эффективного решения проблем. С другой стороны, роль гражданина, как активного и влиятельного фактора, обеспечивающего ответственностью элит, поддерживается благодаря его приверженности нормам активного гражданства и его убежденностью, что он может быть влиятельным политическим актором.

Таким образом, гражданин в стране с гражданской политической культурой является потенциально активным. Он не выступает как постоянный участник политического процесса, редко активен в политических группах, но при этом обладает резервом потенциальной влиятельности. То есть он считает, что в случае необходимости может мобилизовать свое социальное окружение в политических целях. Гражданин, живущий в такой стране, в большей степени склонен поддерживать на высоком и постоянном уровне политические связи, входить в какую-либо организацию и участвовать в неформальных политических дискуссиях. Эти виды деятельности сами по себе не указывают на активное участие в процессе принятия политических решений, но делают такое участие более вероятным.

Каждый из предложенных Г. Алмондом и С. Вербой идеальных типов политической культуры на практике, как считали авторы типологизации, отражает специфику той или иной субкультуры. Особое сочетание этих субкультур обуславливает национальные особенности политической культуры в той или иной стране. На основе анализа результатов социологических исследований, они сделали попытку описать примерные пропорции, в которых сосуществуют субкультуры, соответствующие идеальным типам, в национальных политических культурах. Примерная “формула” гражданской культуры выглядела следующим образом: 60% “участников”, 30% “подданных” и 10% “парохиалов”. Были также выделены и другие “формулы”, соответствующие авторитарной переходной системе, “демократической” доиндустриальной системе и т.д.

Приведенная “классическая” типология политической культуры и идея гражданской культуры вызвала серьезную критику со стороны различных исследователей. В частности критику вызвали методы измерения наличия или отсутствия гражданской политической культуры. Например, во время социологического исследования респонденту предлагалось отметить черты его страны, которыми он гордится, поскольку Г. Алмонд и С. Верба выдвинули гипотезу, что гражданская культура предполагает высокий уровень гордости населения за свою страну и в особенности за ее политическую систему (один из показателей легитимности). Наиболее высоким уровень был в Великобритании и США. Вместе с тем авторы не учитывали разные исторические и общекультурные традиции различных стран, а также смысловую нагрузку тех или иных выражений, используемых при выработке инструмента (в частности, например, то, что слово “гордость” имеет несколько разное значение в рамках различных культур).

О несовершенстве предложенной типологии и исследовательского инструмента свидетельствует и тот факт, что модель гражданской политической культуры, результаты операционализации этого понятия и применения предложенного инструмента приводили порой к парадоксальным выводам. В частности, по мнению некоторых советологов, они во многом отражали советскую реальность. Политическая культура США и Великобритании оказывалась во многом идентичной политической культуре СССР. Вместе с тем сам подход к анализу политической культуры, основанный на сравнении «реальных» политических культур с идеальными типами, следует признать достаточно плодотворным.

Г. Алмонд предложил и другую типологию политической культуры, а точнее выделил два “полярных” типа политической культуры, основанных на дополнительном критерии (наличие или отсутствие консенсуса). По этому критерию политические культуры можно разделить на поляризованный тип и консенсусный тип (большинство национальных культур можно расположить на оси от поляризованного к консенсусному типу).

В поляризованной политической культуре преобладает крайние право- и леворадикальные ориентации. К центру относятся только 25% населения в то время как к крайним – около 45%. Нет согласия большинства по поводу приоритетных ценностей развития. Консенсусная политическая культура базируется на согласии большинства. В ней превалируют центристские, умеренные ориентации (примерно 55%), лишь около 10% граждан занимают радикальные позиции.

В настоящее время использование данного критерия (наличие или отсутствие консенсуса) является достаточно распространенным и дает неплохие результаты. Вместе с тем, типологическая схема, основанная на выделении различных совокупностей политических ориентаций также получила дальнейшее развитие.

Так, например, голландские исследователи Ф. Хьюнкс и Ф. Хикспурс в середине 1990-х годов пытались усовершенствовать типологию политических культур Алмонда и Вербы, дополнив ее новыми типами: “гражданская партисипаторная культура” ( civic participant culture), “клиентелистская культура” ( client culture), “протестная культура” ( protest culture), “àâòîíîìíàÿ êóëüòóðà” ( autonomus culture) и “культура наблюдателей” ( spectator culture)[78]. Эти типы политической культуры также необходимо рассматривать как идеальные типы, отражающие основные характеристики субкультур, представленных в рамках национальных культур.

Исходя в целом из заданной Г. Алмондом и С. Вербой схемы операционализации понятия “политическая культура”, Ф. Хьюнкс и Ф. Хикспурс предложили следующую совокупность индикаторов измерения этого явления. В качестве индикатора ориентации в отношении политической системы в целом (про- или антисистемной) они рассматривали интерес индивидов к политике. В качестве индикатора ориентации относительно “выхода” системы использовался показатель доверия к государственным институтам и управленческому аппарату. Индикатором ориентации относительно собственной политической компетентности выступала оценка возможности личного участия в политической жизни и воздействия на политику. Каждый их выделенных типов политических культур описывался особым сочетанием значений данных индикаторов.

Таблица . Типы политических культур (Ф. Хьюнкс и Ф. Хикспурс) (- - отсутствие или слабо выраженная ориентация, + - присутствие ориентации).

Наименование типа

Ориентации на объекты

Ориентации на систему

Ориентации на “выход”

Ориентации в отношении собственной политической компетентности

Индикаторы ориентаций

Интерес к политике

Политическое доверие

Участие в политических акциях

Высокий Средний Низкий Высокое

Низкое

Высокое Низкое

Пассивные культуры

Парохиальная - - + -

+

- +
Подданическая - - + +

-

- +
Наблюдателей 4 - + - -

+

- +
Наблюдателей 3 - + - +

-

- +
Наблюдателей 2 + - - -

+

- +
Наблюдателей 1 + - - +

-

- +

Активные культуры

Протестная - - + -

+

+ -
Клиентелистская - - + +

-

+ -
Автономная - + - -

+

+ -
Гражданская - + - +

-

+ -
Партисипаторная + - - -

+

+ -
Гражданская партисипаторная + - - +

-

+ -
                 

Как видно из таблицы, все представленные типы политических культур делятся на две группы: пассивные и активные. Такое разделение проведено в соответствии со значениями уровня ориентации индивидов на самих себя как акторов политического процесса, измеряемого в рамках социологического исследования посредством вопроса о готовности принять участие в различных политических акциях, в том числе и протестных, и о реальном участии в таких акциях.

Уровень интереса к политике и политического доверия использовался для выявления различных типов внутри этих двух больших групп политических культур. Обосновывая расширенную типологию, авторы указывали на существование различных типов политических культур внутри западного общества, а также отмечали необходимость пересмотра “классической” типологии Г.Алмонда и С.Вербы в связи с произошедшими за последние тридцать лет изменениями внутри национальных политических культур.

Рассмотрим отличия выделенных групп и типов. Во второй группе политических культур люди убеждены в своей возможности влиять на политические решения и высказывают намерение участвовать в политических акциях. В первой группе, напротив, граждане не считают, что могут оказывать влияние на политику и не желают участвовать в политических акциях. Для первой группы политических культур в целом характерна политическая апатия, а для второй группы активизм как доктрина или жизненная ориентация на прямое действие, позволяющее достичь определенных позитивных политических или общественных результатов. Политические культуры первой группы наиболее характерны для динамичных, развивающихся обществ (по мнению авторов, западных обществ), в то время как политическое культуры второй группы – для стагнирующих, застывших обществ.

Политическая апатия типична для подданнической политической культуры, где сочетаются доверие к чиновникам, минимальные знания о системе и правительственном курсе. Также типична она и для парохиальной культуры, в которой характеризуется отсутствием доверия к государственному аппарату и интереса к политической системе. Группа политической культуры “наблюдателей” также характеризуется политической апатией, хотя и отличается более высоким по сравнению с парохиальной и подданнической культурами уровнем интереса к политике.

Ф. Хьюнкс и Ф. Хикспурс, вслед за Г. Алмондом и С. Вербой, предприняли попытку описания национальных политических культур и их динамики с помощью выявления совокупности субкультур (идеальных типов политических культур), характерной для той или иной страны.

Результаты расчетов, проведенных по данным опросов 1990-1991 гг. свидетельствуют, что в современных западных обществах наиболее распространены субкультуры из группы “активных политических культур”.

Таблица Характеристика национальных политических культур в 1990-х гг. (в %).[79]

Типы политической культуры

Страна

США

Великобритания Западная Германия Италия

Мексика

Россия

1990

1990 1990 1990

1990

1996
Парохиальная 3

3

4

9

12 9
Подданическая 4

2

3

6

5 5
Наблюдателей 3

2

5

1

3 56
Гражданская 26

16

16

5

8 2
Гражданская партисипаторная 8

5

9

1

1 1
Партисипаторная 7

7

14

5

6 5
Клиентелистская 17

20

8

15

13 0
Автономная 16

19

24

16

19 22
Протестная 16

26

17

42

33 0
                 

Анализ соотношения особенностей национальных субкультур за три десятилетия (конец 50-начало 60-х гг. – начало 90-х гг.) позволил сделать следующие выводы относительно их динамики в западных странах. “Гражданская” культура, для которой характерны относительно высокий уровень доверия населения к представителям власти, относительно высокий интерес к политике, осталась важным типом политической субкультуры в Великобритании и США, а также широко распространилась и в Германии. В англо-саксонских странах по сравнению с 60-ми гг. стала менее распространенной “гражданская партисипаторная” субкультура, для которой характерно отсутствие доверия к государственным служащим в сочетании с высоким уровнем интереса к политике.

В западных странах появилась и сохраняется “автономная культура”, для которой характерно отсутствие доверия властям при невысоком интересе к политике. Наряду с этим в этих обществах постепенно исчезают пассивные типы политической субкультуры (парохиальная и подданическая).

Ф. Хьюнкс и Ф. Хикспурс показали, что распространенность отдельных субкультур среди различных социальных групп неодинакова и зависит от социально-демографических и социально-статусных характеристик. В частности гражданская субкультура имеет достаточно широкое распространение только среди высокостатусных категорий населения, автономная и партисипаторная субкультуры также широко представлены среди представителей высших социальных групп, а также лиц с высшим образованием и мужчин, клиентелистская, парохиальная и подданическая в наибольшей степени распространены среди представителей низкостатусных групп.


Дата добавления: 2019-02-26; просмотров: 50; ЗАКАЗАТЬ РАБОТУ