VI. Заключение: курс на демократический баланс



Выводы данного анализа состоят в том, что демократическую волну и производимую ей во власти смуту следует должным образом смягчить. Можно уверенно утверждать, что это должно быть сделано для того, чтобы избежать ее вредных последствий и восстановить баланс между жизнеспособностью и управляемостью демократической системы.

Эл Смит заметил однажды, что «единственное лекарство от болезней демократии — больше демократии». Наш анализ говорит о том, что в настоящее время применение такого лекарства сродни подбрасыванию дров в огонь. Напротив, некоторые проблемы управления в Соединенных Штатах сегодня происходят от избытка демократии — «избытка демократии» практически в том же смысле, в каком Дэвид Дональд применял этот термин к последствиям «Джексоновской революции», способствовавшим приближению Гражданской войны. Необходима большая степень регулирования демократии.

На практике такое регулирование имеет два основных направления применения. Во-первых, демократия это только один путь формирования власти, и совсем не обязательно он является универсальным. Во многих ситуациях требования компетентности, опыта, стажа (в оригинале — seniority. — Прим. перев.), особых способностей могут перевешивать требования формирования власти демократическим путем. Однако в период волны 1960-х демократический подход был распространен на многие институты, в которых он мог, в конечном итоге, лишь помешать выполнению стоявших перед ними задач. Университет, в котором предметы и объем преподавания определяют студенты, может быть, и более демократический, но вряд ли лучший. Армии, в которых на приказы офицеров могли наложить свое коллективное вето их подчиненные, неизменно терпели катастрофу на поле битвы. Словом, сферы, где демократические процедуры приемлемы, ограничены.

Во-вторых, эффективная работа демократической политической системы обычно требует некоторой степени апатии и безучастности со стороны определенных субъектов и групп. В прошлом всякое демократическое общество имело в своем составе маргинальный слой, большего или меньшего размера, который не участвовал активно в политике. Сама по себе маргинальность некоторых групп в обществе носит, безусловно, недемократический характер, но она была одним из факторов, которые позволяли демократии эффективно работать. Маргинальные общественные группы сейчас становятся полноправными участниками политической системы, как это сделали черные. Существует опасность перегрузки политической системы требованиями, которые расширяют ее функции и подрывают авторитет. Снижение маргинальности некоторых общественных категорий приходится компенсировать большим самоограничением со стороны остальных групп.

Греческие философы утверждали, что наилучшее государство должно сочетать в своей конституции разные принципы правления. Составители Конституции 1787 года очень хорошо это понимали. Однако на протяжении многих лет американская политическая система формировалась как сочетание главным образом демократических институтов с демократической системой ценностей. Демократия в Соединенных Штатах в большей степени угроза сама себе, чем в Европе или Японии, где еще сохранились остатки традиционных или аристократических ценностей. В Соединенных Штатах отсутствие таких ценностей приводит к недостатку баланса в обществе, который, в свою очередь, ведет к раскачиванию между идейным энтузиазмом и идейной пассивностью. Политическая власть никогда не была сильна в Соединенных Штатах, и она особенно ослабевает в периоды идейного энтузиазма, горячей приверженности демократическим и эгалитаристским ценностям. Здесь сила демократии создает проблемы с ее управляемостью так, как это не встречается больше нигде.

Таким образом, уязвимость демократической системы в Соединенных Штатах происходит в первую очередь не от внешних угроз, хотя они реальны, не от внутреннего противодействия слева или справа, хотя и там, и там оно присутствует, а из внутренней динамики самой демократии в рамках высокообразованного, мобильного, участвующего в политике общества. «Демократия не длится долго, — заметил Джон Адамс. — Она скоро растрачивается, истощается и убивает себя. Еще не было демократии, которая не покончила бы с собой». Это самоубийство происходит, скорее, от бесконтрольности, чем от каких-либо еще причин. Вещь, сама по себе хорошая, необязательно становится лучше, когда разрастается до крайности. Мы уже пришли к пониманию, что потенциально существуют оптимальные границы экономического роста. Точно так же существуют и оптимальные границы роста политической демократии. Демократия сможет жить долго, если будет необходимым образом сбалансирована.

[29] Tax Foundation, Inc., Unions and Government Employment (New York, 1972), стр. 29, 39-41.
[30] Huntington, Common Defense, стр. 271-75.
[31] University of Michigan, Survey Research Center, surveys 1958, 1964, 1966, 1968 and 1970, on black and white «Attitudes Toward Government: Political Cynicism»; John E. Mueller, War, Presidents, and Public Opinion (New York: John Wiley, 1973), стр. 140-48.
[32] Yankelovich, Changing Youth Values, стр. 9.
[33] Anne Foner, «Age Stratification and Age Conflict in Political Life», American Sociological Review, 39 (April 1974), стр. 190.
[34] Samuel P. Huntington, «Postindustrial Politics: How Benign Will It Be?», Comparative Politics, 16 (January 1974), стр. 177-82; Louis Harris, The Anguish of Change, (New York: W. W. Norton, 1973), стр. 35-52, 272-73.
[35] Verba and Nie, Participation in America, стр. 251-59.
[36] Nie and Anderson, Journal of Politics, 36 (August 1974), стр. 570-71.
[37] Samuel P. Huntington, «Paradigms of American Politics: Beyond the One, the Two, and the Many», Political Science Quarterly, 89, (March 1974), стр. 18-22.

 


Дата добавления: 2019-02-22; просмотров: 31; ЗАКАЗАТЬ РАБОТУ