Глава 3: Сейрун. Мы ввязались в семейную ссору 6 страница



— Хмм... — произнёс Гаурри, размышляя. — Может быть...

— Что «может быть»?

— Может быть, он просто пытался пригласить тебя на свидание?

Я застонала.

— Он не в моём вкусе.

— Было бы неплохо, если бы ты смеялась над моими шутками. Хотя бы иногда, Лина.

— Я бы смеялась, если бы они были смешными.

Я вздохнула и скрестила руки.

— Может быть, я была просто приманкой, — через мгновение предположила я, — и меня атаковали, чтобы отвлечь тебя и других стражников от Фила. В таком случае наш противник мог легко до него добраться, верно?

В тот же момент я мысленно опровергла своё же предположение. Использование меня в качестве приманки не отвлекло бы достаточно много стражников.

— Хмм... знаешь, — сказал Гаурри, и я приготовилась к очередной «колкости».

— Да?

— Когда на тебя напали, ни один из стражников и ухом не повёл. Ты заметила это?

Вот чёрт! В корень зришь!

— Зачем, по-твоему, это было нужно? — спросила я. Признаться, он меня заинтриговал.

Восприятие Гаурри было на грани фантастики, обычному человеку такое и не снилось. Так что вовсе неудивительно, что он смог почувствовать врага, чьё присутствие даже я ощущала с трудом. Но никто из стражников, защищавших Фила, не обнаружил его. Никто из тех, кого враг больше всего хотел бы отвлечь. Моя теория о приманке сдулась как воздушный шарик.

Из перехода мы видели, что стража заполонила весь дворец также плотно, как и в тот день, когда мы с Гаурри проникли в него. Пробравшись во дворец, Зуума убил нескольких стражников. Но сигнала тревоги не было. Он был, кажется, незаметнее призрака.

Но почему он пришёл за мной?

 

***

— Доброе утро, — потирая сонные глаза, я вяло поприветствовала Клоуфелла и Амелию, которые шагали по лужайке мне навстречу. Я надеялась, что крепкий чёрный чай, выпитый мной, прогонит сон на время, достаточное для связного разговора. После моей стычки с Зуумой прошлой ночью сон казался мне непозволительной роскошью. Мой разум был затуманен, и веки стремились сомкнуться с такой силой, будто на них висело с десяток троллей.

 



 

После лечебных процедур в храме мы с Гаурри вернулись в мою комнату и перевернули её вверх дном, полагая, что в ней могло быть что-то нужное Зууме. Иначе зачем ему было так бесцеремонно вламываться в комнату невинной девушки, да ещё и пытаться убить её? Но, увы, рассвет мы встретили с пустыми руками. К тому же и нагромоздили кучу вещей поверх общего беспорядка.

Если Зуума пришёл за чем-то (или, возможно, кем-то) в этой комнате, то объект его поиска должен был появиться здесь недавно. Почему? Всё просто. Мне сказали, что эта комната пустовала очень, ОЧЕНЬ долгое время, прежде чем я поселилась в ней.

— Доброе утро, госпожа Лина! — Это была Амелия. Мне не нужно было поворачивать голову, чтобы удостовериться в этом. Никто другой просто не мог звучать так живо столь ранним утром. — Беспокойная выдалась ночка, да?

Милая моя, ты даже не представляешь себе, насколько!

Она элегантно держала чашку в одной руке и беззаботно помахала мне другой. Амелия относилась к разряду людей, жизнерадостных от природы. Бесят! Они действуют мне на нервы и могут в течение секунды легко вывести из себя. К счастью для неё, я слишком устала, чтобы раздражаться.

— Давайте присядем, — предложила она. — Вы, должно быть, вымотались после прошлой ночи.

Амелия взяла меня за руку и подвела к одному из маленьких столиков у газона. Кстати, Клоуфелла освободили, это радует. Он задумчиво сидел за нашим столиком, наливая в мою чашку ароматный чай.

— Господин Гаурри с отцом? — спросила Амелия. Я же находилась в лёгкой прострации.

— Э-э… ага, — ответила я, отпив немного чая. Народ, я действительно была сама не своя, но крепкий сладкий чай немного взбодрил меня.

Конечно же, все мои мысли обратились к предмету нашей текущей миссии. То, что я отделалась от ассасина однажды, совершенно не означало, что он не намеревался вернуться. Рано или поздно я определённо увижу Зууму вновь. Сложность состояла в том, как схватить его или кого-нибудь ещё из вражеского лагеря и наконец узнать, кто стоял за всем этим.

Я сидела здесь в такую рань потому, что занималась своего рода слежкой — мне нужно было приглядывать за каждым в Королевском Дворце и понемногу сужать список подозреваемых.

Мне не слишком улыбалось быть целью ассасина, но, видимо, иного выбора у меня не было. Единственное, что я могла сейчас сделать, — это избежать следующей атаки заговорщиков и добраться до них до того, как дело примет действительно скверный оборот. Так как охранять принца было нашей главной задачей, я сказала Гаурри держаться поближе к Филу, пока великая Лина Инверс в одиночку будет «избавляться от мусора»... А, ну и ещё служить приманкой для убийцы.

— Хотелось бы мне знать, почему они выбрали целью Вас, — произнесла Амелия, добавляя большой кусок сахара в чай, налитый Клоуфеллом.

— Забавно. Мы говорили с дядей Кристофером о том, что Вы были атакованы прошлой ночью, и он выглядел так же удивлённо, как и все мы.

— Правда? — спросила я. Я думала, что уж кто-кто, а Кукловод Кристофер точно не будет встревожен этими новостями. — Ты серьёзно?

Амелия беспечно пожала плечами.

— В том то и дело, — сказала она. — На притворство это совсем не походило. Он просто бросил салфетку на стол, встал и ушёл. Было заметно, что он потрясён.

Я опустила глаза и уставилась на свою чашку, пытаясь переварить информацию.

Может быть, проделки Зуумы были импровизированной попыткой захватить власть кем-то из ближайшего окружения Кристофера. Честно говоря, первым (и единственным), на кого я тогда могла подумать, был Канзель. Ну, кем бы ни был этот загадочный организатор, одно я могла сказать точно: ситуация не так плоха, как кажется! Наши враги дезорганизованы, что не может не радовать. Мало того, они ещё и столкнулись с серьёзными проблемами в вопросе главенства.

Пришло время начать пробираться ближе к окружению Кристофера и посмотреть, что я смогу нарыть. Его сын, Альфред, неплохо подходил на роль первой цели — и нет, не потому, что он был достаточно красив. Я хотела узнать, на чьей он стороне. Может быть, воспользовавшись своим природным обаянием, я бы смогла выведать у него что-нибудь важное.

— Позволь спросить тебя об Альфреде, — сказала я, бросая пробный камень. — Какой он?

Амелия начала обводить пальцем воображаемый узор на скатерти.

— Ну, — произнесла она, — почему бы тебе самой его не спросить?

— И я смогу сам ответить, — произнёс голос позади меня. Я повернула голову и увидела Альфреда. Он стоял так, будто позировал для портрета.

Как долго он тут? Бьюсь об заклад, он мог стоять так весь день в своей накидке, держа руку на бедре, и ловить восхищённые взгляды всех придворных дам.

— Где мои манеры? — пропищала я. — Не хотите ли присоединиться к нам?

Альфред разгладил складки на своей шёлковой рубашке, сбросил накидку с плеч и вальяжно направился к нам. Он сел на стул рядом со мной.

— Так о чём ты хотела меня спросить? — сказал он слащавым голосом, отправив в рот виноградину. Затем он уставился на серебряную супницу, стоявшую на нашем столике, и поправил свои густые волосы. Мы с Амелией переглянулись, но Альфред не обратил на это никакого внимания.

Он это серьёзно?

Для Альфреда существовало простое определение: законченный нарцисс. Он был из тех ребят, которые всё время говорят, но не делают ровным счётом ничего. А когда дело принимает скверный оборот, поджимают хвосты и бегут, оставляя за собой след из проклятий. Но, с другой стороны, такие нарциссы, как Альфред, обычно легковерны и легко контролируемы.

Хорошо, ликбез окончен.

— Ну, — произнесла я, — мне было интересно, как такой чуткий человек, как Вы, воспринимает всё происходящее во дворце.

Он глубоко вздохнул и откинулся на спинку стула. Затем с важным видом оглядел парк, прежде чем наклониться ко мне.

— Раз уж ты спросила, — сказал он с притворной важностью, — мне всё это совершенно не нравится.

Он смахнул пылинку с рукава.

— Даже несмотря на то, что мой отец стоит за всем этим.

Я чуть не рухнула со стула.

Он только что?..

Не думаю, что выдавать подобные заявления, пусть даже ненамеренно, было хорошей идеей, особенно учитывая текущие обстоятельства. Я бросила взгляд на Клоуфелла, который смотрел по сторонам, чтобы удостовериться, что никто не подслушивает. К счастью, подслушивающих не было, по крайней мере, поблизости.

— Ох, да ладно! — усмехнулся Альфред. — Любой, у кого есть мозги, понимает, что это мой отец стоит за всем этим. Я прав? — Для того, кто обвиняет собственного отца в заговоре против наследника престола, Альфред говорил невероятно беззаботно.

— Поверьте, — продолжил он, — я пытался отговорить отца, и не один раз. Но не имело значения, что я говорил, он всегда отвечал: «Это во имя королевства»!

Альфред сжевал ещё пару виноградин. Мы же просто молча смотрели на него.

— Я думаю, он действительно верит, что действует во благо королевства, а не ради себя. Но, знаете, я не одобряю его действий.

Амелия внезапно встала и собралась уходить. Альфред неожиданно вскочил и схватил её за руку.

— Амелия, пожалуйста!

Он сжимал её руку так, будто от этого зависела его жизнь.

— Я пришёл сюда этим утром, чтобы попросить тебя об одолжении. Об одном единственном одолжении. Я думаю, было бы лучше, если бы дядя Фил и мой отец решили свои разногласия путём мирных переговоров.

Амелия не ответила, лишь неловко моргала.

— Поможешь ли ты мне заставить их сесть и поговорить друг с другом? Я думаю, если дядя объяснит свою позицию, мой отец непременно поймёт!

Альфред пристально смотрел в глаза Амелии, пока говорил. Не поймите меня неправильно, но он выглядел чертовски искренним. Конечно, такие люди могут хорошо разыграть представление, если это даст им то, чего они хотят. Мне было интересно, думала ли Амелия о том же?

Её губы были плотно сжаты, пока она размышляла. Наконец, к моему удивлению, она согласилась:

— Хорошо. Я попытаюсь убедить отца встретиться с дядей.

— Чудесно! — воскликнул Альфред, как будто с его плеч только что свалилась целая гора. — Спасибо тебе, Амелия!

Он мигом обогнул столик и крепко обнял её.

— Ты поговоришь со своим отцом, а я — со своим. Да здравствует дипломатия! — С этими словами Альфред развернулся и рванул к центральному дворцу.

Амелия, Клоуфелл и я неподвижно сидели на своих стульях и провожали его взглядом. Мы потрясённо переглянулись. Было совершенно непонятно, размотался ли клубок проблем, или всё запуталось ещё сильнее.

Я решила нарушить тишину.

— Итак? Что ты думаешь о его истории, Амелия?

Она задумалась на мгновение.

— Ну, он несколько озадачил меня, — Она быстро покачала головой, а затем посмотрела на меня и неуверенно улыбнулась. — В любом случае, ставки повышаются. Но, знаете, — добавила она, всё с той же странной улыбкой, — мне ужасно не нравится то, что я не могу доверять даже членам собственной семьи.

Возможно, мне просто показалось, но в тот момент за маской напускного оптимизма я почувствовала великую печаль в Амелии. В этой девочке было гораздо больше, чем было видно глазу.

 

***

— Устала.

Вернувшись в свою комнату, я рухнула на мягкую, словно пух, кровать. Вздохнув, я закуталась в одеяло и с наслаждением заметила, как же хорошо оказаться в постели и расслабить уставшие ножки.

Гаурри нахмурился.

— Лина, — предупредил он, — тебе лучше не засыпать.

— Я просто проверяю товар, приятель. Расслабься.

Я зевнула и потянулась. Затем привела себя в сидячее положение и попыталась разбудить мозг. Обычно, чтобы проснуться, я хлопаю себя по щекам. К сожалению, этот метод имеет тенденцию беспокоить окружающих, но Гаурри уже привык к сему действу. Он просто стоял, прислонившись к прикроватному столику, пока я не закончила.

Нам с Гаурри нужно было провести серьёзный мозговой штурм, чтобы продумать план дальнейших действий. Однако в тот момент я могла думать лишь о том, чтобы залезть в тёплую ванну, поглощая шикарный ужин, а потом завалиться спать и ни в коем случае не вставать денька эдак два. Но Гаурри был прав — спать совершенно некогда. У нас были неотложные дела.

— Знаешь, — осторожно произнёс Гаурри, — ты будто не в своей тарелке в последнее время.

Я зевнула.

— Ну да. Вся эта напыщенность выбивает меня из колеи.

Гаурри кивнул в ответ на мои слова.

— Ещё бы. Ты ведь всегда действовала по-своему, невзирая на мнение окружающих, — пробормотал он.

—Тебя это волнует? — не сдержавшись, выпалила я, чувствуя лёгкое головокружение.

— Раз уж ты спросила… — ответил Гаурри. — Да. Меня это очень волнует.

Я нахмурилась.

— Так почему же ты не поднял этот вопрос раньше?

Но Гаурри не ответил. Он лишь молча смотрел на противоположную стену комнаты.

— Если ты не заметил, — сказала я многозначительно, — мы в Королевском Дворце. Здесь все принадлежат к знати, что неслабо так связывает нам руки, и мы должны работать с учётом этого. Здесь совершенно иной мир. Это там, за стенами ты можешь сразиться с противником лицом к лицу и победить его раз и навсегда, — Мне не хотелось быть грубой с ним, но я должна была твёрдо стоять на своём. — Мы обязаны действовать тонко, Гаурри. Если я немного не в своей тарелке, это лишь потому, что работаю по новым правилам.

Гаурри пожал плечами.

— Вроде ничего особенного, а столько проблем.

Я вскочила с кровати.

— Не думай ты об этом, — сказала я ему. — А теперь вернёмся к делу. Есть ли у тебя какая-нибудь новая информация?

Гаурри хмуро покачал головой.

— Не-а.

— Прям совсем? — спросила я. — Никаких слухов или сплетен?

— Ничегошеньки.

Я вздохнула.

— Ну... я, вроде как, стала свидетелем чего-то интересного.

Я вкратце поведала Гаурри, что произошло этим утром. Рассказала, что встретила Альфреда и тот признал преступления отца, а, кроме того, ещё и предложил Амелии вариант решения конфликта братьев-наследников.

— И каковы твои ощущения? — спросила я Гаурри, закончив повествование.

— Ощущения?

— Ну, знаешь… Как, по-твоему, это ловушка или всё же искренний поступок?

Гаурри усмехнулся.

— Конечно, ловушка! — ответил он. — Это не может не быть ловушкой!

Ладно, может быть, я заслужила это, но этот вопрос стоило задать.

— Ловушка это или нет, я считаю, что мы должны согласиться с любым предложением Альфреда, что бы он ни придумал. Это может повернуть дело в нашу пользу. Ну а вдруг? Как знать?

Гаурри поднял бровь.

— Значит, за недостатком лучших идей, ты просто хочешь позволить Альфреду контролировать ход событий, надеяться, что Фила не убьют, и молиться, что всё само собой разрешится?

Когда он это произнёс, идея прозвучала очень сомнительно. Стоит признать, Гаурри меня подловил. Но не обязательно было это делать таким, кхм… нехорошим образом.

 

***

Следующее утро казалось похожим на любое другое обычное утро во дворце. На первый взгляд всё выглядело абсолютно нормально: стража бдит, а королевские служащие суетятся, словно муравьи. Ну просто идеальный день в идеальном замке. Однако стоит копнуть чуть глубже, как сразу становится ясно, что со вчерашнего дня произошло множество изменений.

— Интересно, что там со встречей? — рискнула я спросить Гаурри за обедом, сидя в маленькой столовой. Мы были одни, если не считать официанта, который казался таким нервным, что я даже удивилась, как он не умер от шока, пока подавал нам тушёного кальмара.

— Какой встречей? — спросил Гаурри, опустошив кружку, а затем смачно рыгнув.

Я на мгновение была так ошарашена, что уронила ложку в рагу.

«Какой встречей?» Как этот парень штаны-то по утрам надевать не забывает?!

— Ты идиот! — пробубнила я, стараясь не повышать голос, чтобы официант не смог меня услышать. Он из последних сил справлялся с нашими заказами. Для него наступили трудные времена. — Ты что, прошлой ночью заткнул уши своими сосискообразными пальцами?! Ну встреча... ты знаешь, кого и с кем.

Гаурри на секунду задумался.

— Ах, это, — он вернулся к своему рагу. — Сразу бы сказала. Ты могла говорить о какой угодно встрече, Лина.

Он ведь шутит, да?

— О какой ещё встрече я могла говорить? Подумай, Гаурри! — разочарованно вздохнула я. — Я не знаю, когда именно они должны встретиться, но сейчас-то хоть какая-нибудь информация должна до нас дойти, не думаешь?

Я сосредоточилась на мясе. Ложка, которую я уронила в тарелку, полностью утонула и скрылась из виду.

— Превосходно, — проворчала я. Я попыталась выудить её вилкой, но внезапно проткнула что-то под поверхностью рагу… А затем из тарелки вырвался кровавый фонтан. Ну, может, не фонтан, но в любом случае… Моё тушёное мясо начало буквально истекать кровью! И это вовсе не шутка.

В полнейшем шоке, я машинально отшатнулась, Гаурри в свою очередь вскочил со стула с выпученными глазами. После чего мы в унисон закричали.

Ну, я могу многого не знать. Но я твёрдо уверена, что, если из вашего обеда толчками бьёт кровь, с ним определённо что-то не так.

Десятки длинных щупалец с пурпурными и коричневыми прожилками выскочили из тарелки. Мы с Гаурри пригнулись, тем самым избежав удара. Мы были слишком растеряны, чтобы предпринять что-либо ещё.

— Л-л-лина! — прокричал Гаурри. — Если это розыгрыш, то он не очень смешной!

— Ты видишь, чтобы я смеялась?! — крикнула я в ответ. — К тому же ты ведь знаешь, что я не заказываю настолько непрожаренное мясо!

Щупальца, к сожалению, всё удлинялись и удлинялись — теперь они могли бы разрушить банкетный стол. Жареный цыплёнок сделал ситуацию ещё более жуткой, внезапно разделившись на две половинки. Я увидела, как его внутренности обнажились, и из них показалась пара извивающихся конечностей. Гаурри, кажется увидел то же самое, значит, это не галлюцинация из-за недосыпа.

Клянусь, если бы я до этого откусила хоть кусочек от данного цыпленка, я бы поймала повара и лично зажарила бы его на вертеле до хрустящей корочки. Если и существует что-то, что я ненавижу больше, чем отвратительную еду и ужасное обслуживание, так это повара, которые пихают кошмарных монстров в мой заказ.

Какое-то мясное существо с щупальцами показалось из моей тарелки и плюхнулось на стол. Я не могу описать его тело лучше, чем «большой шар со множеством узловатых щупалец, которые выглядели, как лоснящиеся скользкие древесные корни». А из моего цыплёнка вылезло что-то, напоминающее деформированного гуманоида, обмотанного морской растительностью, буду звать его Человеком-водорослем.

— Я-я клянусь, я не заказывал такого! — заикаясь, произнёс Гаурри.

— Охотно верю! — крикнула я. — А теперь… БЕЖИМ!

В любой непонятной ситуации — ноги в руки и бежать. Это была единственная мысль, которая пришла мне на ум. Я бросилась к ближайшей двери и распахнула её, но замерла на месте, увидев, что за ней. Гаурри врезался мне в спину и чуть не сбил с ног.

Комната по другую сторону двери выглядела до боли знакомой. Я увидела банкетный стол, уставленный экзотической едой, но джунгли из извивающихся щупалец и водорослевый монстр делали её довольно неаппетитной. Точные копии меня и Гаурри стояли прямо перед нами с выпученными глазами и пялились, как идиоты.

Заклинание отзеркаливания.

— Гаурри! — провозгласила я. — Ты понимаешь, что это значит?


Дата добавления: 2018-11-24; просмотров: 91;