НОВОЕ, ОЧЕНЬ ПРИЯТНОЕ ЗНАКОМСТВО 8 страница



При подготовке собрания сочинений Чехов сократил рассказ и провел стилистическую правку. Были устранены некоторые злободневные детали: например, упоминание журнала «Ребус» и его издателя Прибыткова; написанный генералом трактат «Сверхчувственные идеи в связи с сверхъестественным в природе с точки зрения четвертого измерения» стал называться «И мое мнение». «Одиннадцать» лет — период, в течение которого расписывался Федюков в приемной генерала, исправлено на «тринадцать» — символическое число, придававшее бóльшую таинственность событию.

О рассказе «Тайна» А. С. Лазарев (Грузинский) писал Н. М. Ежову 3 и 12 апреля 1887 г. (ЦГАЛИ , ф. 189, оп. 1, ед. хр. 19, лл. 193, об. и 198). Во втором письме он так отзывался о рассказе: «Рассказ Чехова прелестен (Чехов не может написать „неудовлетворительно“)».

В анонимной рецензии журнала «Книжный вестник» на первый том собрания сочинений Чехова рассказ «Тайна» отмечался среди лучших в томе («Книжный вестник», 1900, № 3, отдел «Библиографический обзор», стр. 52).

При жизни Чехова рассказ был переведен на польский, сербскохорватский и словацкий языки.

 

Письмо

 

Впервые — «Новое время», 1887, № 3998, 18 апреля, стр. 2, отдел «Субботники». Заглавие: Миряне. Подпись: Ан. Чехов.

Под заглавием «Письмо» включено в сборник «Рассказы», СПб., 1888; перепечатывалось в последующих изданиях сборника.

Вошло в издание А. Ф. Маркса.

Печатается по тексту: Чехов , т. IV, стр. 225—238.

Первое упоминание о рассказе содержится в письме Чехова к А. С. Суворину от 18 марта 1887 г.: «Пасхальный рассказ постараюсь прислать». 30 марта Чехов писал Н. А. Лейкину: «Спешу писать покороче, ибо строчу в „Нов‹ое› время“». Рассказ был отослан в редакцию «Нового времени», вероятно, не позднее 1 апреля, так как 2 апреля Чехов уже выехал в Таганрог, чем и была вызвана спешка в работе над рассказом.

Первоначально, задумывая сборник «Рассказы», Чехов не включал в него «Письмо» (см. письмо к Ал. П. Чехову от 24 марта 1888 г.). Но так как присланного А. С. Суворину материала для книги в 20 печатных листов не хватало, 11—12 апреля 1888 г. были высланы дополнительно три рассказа — «Тина», «Тайный советник» и «Письмо».

При подготовке сборника Чехов существенно сократил рассказ. Примиряющий всех финал был зачеркнут. Доброта и сердечность отверженного, «грешного» человека подействовали на дьякона, и он «испортил» свое строгое письмо комической припиской. В результате отчетливее стало противопоставление непримиримого благочинного и отца Анастасия. Следствием измененного замысла явилось новое заглавие рассказа — «Письмо» вместо «Миряне».

При подготовке издания А. Ф. Маркса в рассказе было сделано еще два небольших сокращения, внесены стилистические поправки.

В анонимной рецензии газеты «Новое время» в разделе «Библиографические новости» «Письмо» было отнесено к «лучшим рассказам» сборника — наряду с такими, как «Счастье», «Свирель», «Степь», «Перекати-поле». Эти произведения, по отзыву рецензента, «носят бытовой характер и свидетельствуют, с какою любовью наш молодой талантливый беллетрист занимается изучением народных нравов. Его наблюдения в бытовой сфере отличаются замечательною тонкостию, не допускающею ни малейшей утрировки в передаче явлений народной жизни. Действующие в его рассказах лица всегда говорят языком, свойственным той среде, в которой они живут, и в их миросозерцании не заметно ничего искусственного, сочиненного самим автором» («Новое время», 1888, № 4420, 20 июня, стр. 3).

К. К. Арсеньев выделил из сборника рассказ «Письмо», обратив внимание на проявившееся в нем высокое мастерство Чехова: «На пространстве нескольких страниц нарисованы здесь три лица, соперничающие между собою по рельефности очертаний: отец благочинный, строгий, уверенный в себе, не знающий ни сомнений, ни колебаний; дьякон, стушевывающийся перед величием своего начальника, искренне поклоняющийся его уму, его талантам, и „запрещенный“ отец Анастасий, низко падший, но познавший в своем падении высокую цену милосердия и кротости». Критик находил «чрезвычайно естественным» решение, «на котором в конце концов останавливается дьякон». «Благодушнейшая приписка», под влиянием слов о. Анастасия, совершенно разрушает «эффект предшествовавших громов». «Всё в этом небольшом рассказе, — заключал Арсеньев, — дышит простой, неподкрашенной житейской правдой…» («Вестник Европы», 1888, № 7, стр. 261).

В. А. Гольцев характеризовал рассказ как выражение чеховского гуманизма: «А сколько теплого, горячего сочувствия людям в рассказе „Письмо“, где пьяненький, попавший под суд, священник уговаривает дьякона не посылать к сыну строго-укорительного письма. ‹…› Читаете вы этот маленький рассказ, и душа ваша наполняется умилением. Этот беспутный попик гуманнее, справедливее, поступает в данном случае более по-христиански, чем безукоризненный отец благочинный, который продиктовал дьякону грозное письмо к сыну. ‹…› Всегда и везде симпатии Чехова на стороне униженных и оскорбленных, на стороне искренности и правды, против условного лицемерия и фарисейского благочестия» («Русская мысль», 1894, № 5, стр. 43—44; то же в кн.: В. Гольцев . Литературные очерки. М., 1895, стр. 28—29).

Ф. Е. Пактовский указал па связь рассказа «Письмо» с предшествующим ему в сборнике рассказом «Кошмар»: «Переменены здесь имя и обстановка, но в лице его ‹о. Анастасия› невольно видится окончание истории о. Якова». Критик отмечал влияние на автора творчества Достоевского: «Трудно не видеть, чьи это заветы в поэзии Чехова, не трудно узнать здесь голос Ф. М. Достоевского с его любовью „к униженным и оскорбленным“». (Ф. Е. Пактовский . Современное общество в произведениях А. П. Чехова. Казань, 1901, стр. 21—22).

Огромное впечатление произвел рассказ на П. И. Чайковского. «Во время вечерних чтений, — вспоминал Н. Д. Кашкин, — мы прочли между прочим новый рассказ А. П. Чехова, помещенный в фельетоне „Нового времени“; названия рассказа я теперь не припомню, но действующими лицами в нем были священник и дьякон, а время действия — кажется, канун Пасхи. Рассказ, если не ошибаюсь, был прочитан два раза сряду, потому что чрезвычайно понравился нам обоим, а Петр Ильич не успокоился до тех пор, пока не написал к А. П. Чехову письмо, хотя он его лично не знал и нигде до того времени не встречал; письмо было адресовано в редакцию „Нового времени“ с передачей адресату ‹…› письмо, кажется, дошло по назначению» (Н. Кашкин . Воспоминания о П. И. Чайковском. М., 1896, стр. 138—139).

Письмо Чайковского до адресата не дошло. Об этом мы узнаем из письма М. И. Чайковского к Чехову от 11 ноября 1901 г. (ГБЛ ). Однако ведущая мысль первого письма П. И. Чайковского к Чехову известна в передаче М. И. Чайковского. По его словам, П. И. Чайковский «высказывал свою радость обрести такой свежий и самобытный талант» (Е. Балабанович . Чехов и Чайковский. М., 1973, стр. 64). Эта оценка Чехова-писателя П. И. Чайковским объединяется с тем, что писал он своему брату Модесту Ильичу на следующий день после прочтения вместе с Н. Д. Кашкиным рассказа Чехова «Миряне» («Письмо»): «Вчера меня совершенно очаровал рассказ Чехова в „Нов‹ом› времени“. Не правда ли, большой талант?» (П. Чайковский . Полн. собр. соч., т. XIV. М., «Музыка», 1974, стр. 95).

Рассказ Чехова пробудил живой интерес П. И. Чайковского к личности автора, и он обратился к знакомому музыканту и музыкальному критику М. М. Иванову, работавшему тогда в «Новом времени», где был опубликован рассказ, с просьбой сообщить, что известно о Чехове. 20 апреля 1887 г. Иванов отвечал: «Чехов — фамилия настоящая ‹…› В „Петербургской газете“ тоже помещаются его рассказы, преимущественно по понедельникам, под псевдонимом Чехонте ‹…›

Ваше мнение относительно его таланта есть в то же время и мое, как вместе с тем оно есть и мнение многих. Его рассказы обратили на себя общее внимание преимущественно людей с тонким, деликатным, развитым вкусом» (Е. Балабанович . Чехов и Чайковский. М., 1973, стр. 63).

О глубоком интересе П. И. Чайковского к Чехову-художнику говорит и более позднее письмо М. И. Чайковского (март 1890 г.) (ГБЛ ).

И. П. Чехов писал брату в Таганрог 23 апреля 1887 г.: «…что же касается до попов в „Новом времени“, то это восторг. Я ужасно хотел купить этот №, но нигде не нашел ни у одного разносчика, ни в одной будке, ни в магазине Суворина. Встретился я как-то с портным Белоусовым, и тот мне жаловался, что и он не мог найти этого №-ра. А Веревкин сказал Дюковскому: „Вы не читали рассказа Чехова? Прочитайте, очень хорошо. Знаете, он начал выписываться“» (ЦГАЛИ , фонд С. М. Чехова).

В. Билибин недоумевал, почему рассказ назван «Миряне» (письмо к Чехову от 27 апреля — 4 мая 1887 г. — ГБЛ ).

При жизни Чехова рассказ был переведен на венгерский, сербскохорватский и чешский языки.

 

Казак

 

Впервые — «Петербургская газета», 1887, № 99, 13 апреля, стр. 3, отдел «Летучие заметки». Подпись: А. Чехонте.

Переделано и было набрано для собрания сочинений, однако в издание не вошло. По гранкам было опубликовано в 1931 г. С. Д. Балухатым. Нынешнее местонахождение гранок неизвестно. В ПССП (т. VI, стр. 545) местом хранения гранок указан ЦГАЛИ . Однако там эти гранки не обнаружены.

Печатается по тексту: А. П. Чехов . Полн. собр. соч. под ред. А. В. Луначарского и С. Д. Балухатого, т. V. М. — Л., 1931, стр. 345—349, с исправлением по «Петербургской газете»:

Стр. 166 , строка 9 : затрещали кузнечики — вместо : закричали кузнечики.

Рассказ «Казак» написан Чеховым в первые дни его пребывания в Таганроге. 7 апреля 1887 г., поздравляя Н. А. Лейкина с праздником, он сообщал ему: «Написал в „Газету“ рассказ и сейчас повезу его на вокзал вместе с этим письмом».

Чехов намеревался включить рассказ в собрание сочинений, по-видимому, во второй том. По исправленному им тексту рассказ был набран, и гранки отправлены автору для просмотра. Однако 25 сентября 1899 г. он сообщал А. Ф. Марксу: «Сделайте распоряжение, чтобы были разобраны и совершенно исключены рассказы, поименованные в прилагаемом списке». Этот список не сохранился. 28 сентября 1899 г. Чехов писал Ю. О. Грюнбергу: «Если список рассказов для II тома затерян, то пошлите в типографию прилагаемый листок». В новом списке перечислены рассказы, которые должны были войти во II том сочинений; среди них нет рассказа «Казак».

21 октября 1899 г. в письме к Грюнбергу Чехов назвал этот рассказ в числе шести, которые не «войдут в полное собрание и должны быть разобраны». Это решение писатель подтвердил также в письме к А. Ф. Марксу от 18 июня 1901 г.

Для собрания сочинений Чехов переработал рассказ стилистически, сократил его, изменил конец.

Вся атмосфера рассказа соотносится с впечатлениями Чехова от первых дней пребывания в Таганроге (см. его письмо-дневник от 7 апреля 1887 г., адресованное родным, а также письмо к Н. А. Лейкину за тот же день).

В письме к брату от 23 апреля И. П. Чехов писал: «„Казак“ уж чересчур толстовистый» (ЦГАЛИ , фонд С. М. Чехова).

 

Удав и кролик

 

Впервые — «Петербургская газета», 1887, № 106, 20 апреля, стр. 3, отдел: «Летучие заметки». Подпись: А. Чехонте.

Сохранилась писарская копия с авторской пометой: «NB. В полное собрание не войдет. А. Чехов» (ЦГАЛИ ).

Печатается по тексту «Петербургской газеты».

«Удав и кролик» — переработка нескольких страниц шуточного «трактата» «К сведению мужей», который не был разрешен к печати в январе 1886 г. (см. т. IV Сочинений).

25—26 января 1886 г., когда выяснилось, что цензор не пропустил рассказ, Лейкин писал: «…статья у Вас не пропадет. Перепишите ее, пошлите ее в „Петерб‹ургскую› газету“, и там она будет напечатана» (ГБЛ ). Чехов вернулся к рассказу только в 1887 г. перед поездкой в Таганрог.

Хотя идея первоначального повествования в новой редакции в основном сохранена, в эстетическом отношении рассказ значительно выиграл. Чехов отсек начальную часть прежнего текста, в которой в виде шутки характеризовались разные «способы покорения чужих жен». Сердцевиной нового текста стал «Способ тонкий», завершавший трактат «К сведению мужей». Поэтому естественно изменение заглавия. Тексту придан характер живой беседы, оформленной в виде сценки.

В начале апреля «Удав и кролик» был уже в редакции «Петербургской газеты». Об этом 14—19 апреля 1887 г. Чехов сообщал родным.

В. Билибин в рассказе «Удав и кролик» узнал старый рассказ Чехова. Между 27 апреля и 4 мая 1887 г. он писал Чехову: «В „Пет‹ербургской› газ‹ете›“ ‹…› переделка из статьи Вашей, не пропущенной цензурой для „О‹сколко›в“ (тактика ухаживания)…» (ГБЛ ).

 

Критик

 

Впервые — «Петербургская газета», 1887, № 113, 27 апреля, стр. 3, отдел «Летучие заметки». Подпись: А. Чехонте.

Сохранилась писарская копия рассказа с авторской пометой: «NB. В полное собрание не войдет. А. Чехов» (ЦГАЛИ ).

Печатается по тексту «Петербургской газеты».

Рассказ, по-видимому, был написан Чеховым в Таганроге в апреле 1887 г. 14—19 апреля он писал родным из Таганрога, имея в виду, вероятно, рассказы «Казак», «Удав и кролик» и «Критик»: «В „Газете“ имеются 2 моих рассказа ‹…› Пошлю в апреле еще один».

В. Билибин в письме к Чехову в Таганрог между 27 апреля и 4 мая 1887 г. так отзывался о рассказе: «Слабо! Слабо!» (ГБЛ ).

 

Происшествие

 

Впервые — «Петербургская газета», 1887, № 120, 4 мая, стр. 3, отдел «Летучие заметки». Заглавие: В лесу (Рассказ ямщика). Подпись: А. Чехонте.

Включено с другим заглавием — «Происшествие» — в «Пушкинский сборник», СПб., 1899. Сохранился беловой автограф, посланный Чеховым для сборника (ЦГАЛИ , собрание Ю. Г. Оксмана).

Вошло в издание А. Ф. Маркса.

Печатается по тексту: Чехов , т. II, стр. 290—296, с исправлениями по «Пушкинскому сборнику» и автографу.

Рассказ был отправлен в «Петербургскую газету» 24 апреля 1887 г. из Новочеркасска, о чем Чехов сообщал родным в Москву 25 апреля («Вчера я послал в „Пет‹ербургскую› газету“ рассказ»).

В 1899 г., когда отмечалось столетие со дня рождения А. С. Пушкина, петербургский литератор К. К. Случевский обратился к Чехову с просьбой принять участие в юбилейном сборнике: «Может быть, к началу марта Вы все-таки дадите нам что-нибудь, хотя бы очень небольшое, но ведь у Вас и небольшое является перлом» (письмо от 11 февраля 1899 г. — ГБЛ ). В числе издателей «Пушкинского сборника» был П. П. Гнедич, писатель, переводчик, деятель театра. В письме из Ялты от 16 февраля 1899 г. Чехов сообщал ему, что не сможет дать что-либо новое и потому предлагает следующее: «Когда-то, в доисторические времена, я поместил в „Петербургской газете“ остов, или конспект, рассказа. Я мог бы теперь воспользоваться этим остовом, украсить его узорами до неузнаваемости и прислать для сборника. Я употребил бы все усилия, чтобы сделать этот рассказ мало похожим на остов». Гнедич телеграфировал Чехову 21 февраля: «Отлично присылайте…» (ГБЛ ). Рассказ был отправлен 12 марта 1899 г. с просьбой прислать корректуру (письмо Чехова от 12 марта 1899 г.).

При переработке рассказа для сборника Чехов изменил заглавие, сделал ряд дополнений, подверг текст существенной стилистической правке. Для собрания сочинений было сделано еще несколько небольших стилистических исправлений.

А. В. Ионов, изучивший маршрут чеховской поездки 1887 г. по донецкой степи, а также имея в виду подзаголовок («Рассказ ямщика»), предположил, что «подобный рассказ о разбойниках», кабаке и строительстве чугунки «Чехов мог услышать от кравцовского пастуха Никиты, когда тот отвозил его на станцию Крестную», по дороге в Новочеркасск. По свидетельству старожилов, в окрестностях Рагозиной Балки, т. е. как раз там, где останавливался Чехов на хуторе Г. П. Кравцова, когда-то «жили калмыки-разбойники», а «по дороге на станцию Крестную был кабак Мордина», где «пили и людей грабили» (А. В. Ионов . О писателях и книгах. Донецк, 1963, стр. 25).

При жизни Чехова рассказ был переведен на словацкий, сербскохорватский и чешский языки.

 

Следователь

 

Впервые — «Петербургская газета», 1887, № 127, 11 мая, стр. 3, отдел «Летучие заметки». Подпись: А. Чехонте.

Вошло в издание А. Ф. Маркса.

Печатается по тексту: Чехов , т. III, стр. 113—119.

Ал. П. Чехов в письме к Чехову от 25 мая 1887 г. советовал включить рассказ в сборник «В сумерках»: «Всех листов предполагается 19. Недурно было бы тебе прибавить материальцу на 20-й для круглого счета. Если ты не прочь — я поместил бы твоего „Следователя“ — очень милая вещица» (Письма Ал. Чехова , стр. 160—161). Чехов не согласился с этим: «Усматриваю в сей просьбе злой умысел сделать мою книгу дороже, а потому не позволяю», — писал он брату (между 26 мая и 3 июня 1887 г.).

Рассказ вошел в третий том издания А. Ф. Маркса со значительными изменениями и после стилистической правки. Чехов усилил неожиданность финала и сделал несколько сокращений в тексте.

При жизни Чехова рассказ был переведен на болгарский, венгерский, немецкий и чешский языки.

 

Обыватели

 

Впервые — «Петербургская газета», 1887, № 134, 18 мая, стр. 3, отдел «Летучие заметки». Подпись: А. Чехонте.

Сохранилась писарская копия с авторской пометой: «NB. В полное собрание не войдет. А. Чехов» (ЦГАЛИ ).

Печатается по газетному тексту.

В рассказе отразились впечатления Чехова от его южной поездки весной 1887 г. Апатию, лень, равнодушие, «небокоптительство» обывателей — жителей одного из южных губернских городов — Чехов наблюдал на своей родине, в Таганроге. «Такая кругом Азия, что я просто глазам не верю. 60 000 жителей занимаются только тем, что едят, пьют, плодятся, а других интересов — никаких», «жители инертны до чёртиков», — писал он Н. А. Лейкину 7 апреля 1887 г. и рассказывал о местном почтальоне, который, отдав письмо, садится в кухне пить чай, «нимало не беспокоясь об адресатах» (ср. в рассказе с поведением городского архитектора Финкса). Возможно, и в характере Ляшкевского, раздраженного на целый свет и считающего себя вправе всех поучать и распекать, отразились черты известного Чехову таганрогского священника о. Павла (ср. письмо-дневник от 10—11 апреля 1887 г.).

 

Володя

 

Впервые — «Петербургская газета», 1887, № 147, 1 июня, стр. 3, отдел «Летучие заметки». Заглавие: Его первая любовь. Подпись: А. Чехонте.

В другой редакции и с измененным заглавием («Володя») включено в сборник «Хмурые люди», СПб., 1890; перепечатывалось в последующих изданиях сборника.

Вошло в сборник «Проблески». М., «Посредник», 1895. Подпись: А. Чехов.

Вошло в издание А. Ф. Маркса.

Печатается по тексту: Чехов , т. V, стр. 36—51.

Сюжет рассказа (в его первой редакции), как об этом свидетельствует М. П. Чехов, дал В. П. Бегичев, бывший в 1864—1881 годах инспектором репертуара, а в 1881—1882 годах — управляющим московских императорских театров (см: М. П. Чехов . Об А. П. Чехове. — В кн.: О Чехове, М., 1910, стр. 253).

При подготовке сборника «Хмурые люди» особенно большой переработке подвергся этот рассказ. В первой редакции он кончался сценой возвращения Володи и его матери с дачи. Для сборника были написаны сцены ночного свидания и самоубийства героя. Тогда же была введена новая тема, связанная с детством Володи и с образом отца. Кроме того, были сделаны сокращения и проведена стилистическая правка.


Дата добавления: 2018-09-20; просмотров: 242; Мы поможем в написании вашей работы!

Поделиться с друзьями:






Мы поможем в написании ваших работ!