ПРИЧАСТИЯ КАК КАТЕГОРИЯ ГИБРИДНЫХ ГЛАГОЛЬНО-ПРИЛАГАТЕЛЬНЫХ ФОРМ. ПРОЦЕССЫ ОКАЧЕСТВЛЕНИЯ ПРИЧАСТИЙ



§ 20. Приемы и принципы смешения грамматических признаков глагола и имени прилагательного в строе причастий

Качественность имени прилагательного вневременна. Категория времени может быть лишь синтаксически вовлечена в круг значений имени прилага­тельного. Краткие формы имен прилагательных, сочетавшись с категорией

227


времени, оказались в переходной грамматической зоне, смежной с глаголом. Между тем непосредственно от глагола шел поток форм, внедрявшихся в класс имен прилагательных. Это причастия, в которых глагольность выра­жается как окачествленное действие, приписанное предмету и определяющее его наподобие имени прилагательного. Естественно, что в причастии, которое не оторвалось от системы форм глагола, сохраняются основные семантиче­ские признаки глагольности, т. е. вид и залог. Принято также ду­мать, что в разных типах современных причастий — в соответствии с разли­чиями их глагольных основ и суффиксов — выражены значения настоящего и прошедшего времени (ср.: пекущий и пекший; пишущий и писавший; на­ деваемый и надетый; развертываемый и развернутый и т. п.). Итак, со сто­роны глагола в грамматическое строение причастий входят категории вида, залога и времени. Со стороны же имен прилагательных присоединяются сюда формы согласования в роде, числе и падеже, выражаемые аффиксами -ый, -ий, -ая, -яя, -ое, -ее и связанной с ними системой склонения. Так значение призна­ка — относительного или качественного — сталкивается и сочетается со значе­нием действия-процесса. Взаимодействие этих значений по-разному отражает­ся в структуре разных грамматических типов причастий *.

Словообразовательные типы причастий

Различия типов причастий обусловлены их глагольными свойствами, так как грамматические признаки имени прилагательного у всех причастий более или менее однородны. В причастиях система склонения подведена под обще­прилагательный знаменатель. В зависимости от разных комбинационных со­четаний форм вида, времени и залога различаются шесть основных типов причастий, с подразделениями:

1. Типы причастий без аффикса -ся: 1) с суффиксами -ащ- (-ящ-), -ущ-
(-ющ-)
от основ несовершенного вида; 2) с суффиксами: а) -вш- и б) -ш- от
основ как совершенного, так и несовершенного вида.

2. Типы причастий того же морфологического строения, но с конечным
аффиксом -ся (т. е. стыдящийся, стыдившийся, выдыхающийся, выдохшийся).

3. Типы страдательных причастий: 1) с суффиксами -м- (-им-), -ем-
(-ом-)
от основ несовершенного вида; 2) с суффиксами -нн- (-енн-, -анн-) и -т-
от основ как совершенного, так и несовершенного вида.

Вовлеченные в систему прилагательных, эти типы располагаются таким образом:

1. Действительные и возвратные типы причастий: 1) а) на -ущий
(-ющий), -ащий (-ящий)
и б) на -ущийся (-ющийся) и -ащийся (-ящийся); 2) а)
на -вший, -ший и б) на -вшийся, -шийся.

2. Страдательные причастия: 1) на -мый (-емый, -имый, -омый); 2) на
-нный (-анный, -енный) и на -тый.

Нестрадательные причастия сравнительно редко образуют краткие формы. Правда, в современном книжном языке, в стилях художественной ре­чи как будто начинают учащаться случаи употребления невозвратных прича­стий на -щий в краткой форме, например: «Штык его остр и предостерегающе (А. Н. Толстой); «Евграф Жмакин, учитель танцев, был неизменно весел и ле: тающ» (Леонов, «Барсуки»); ср. у Достоевского в «Идиоте»: «Взгляд... был что-то уж слишком пристален и испытующ»; у А. И. Левитова в отрывке «За­ведение мужской, дамской и детской обуви»: «Как ни был мал и дрожащ этот

• Причастие многими современными грамматистами совсем отделяется от форм глаго­ла, от его системы. Например, Hjebnslev L. Principes de grammaire generate. Kobenhavn, 1928, p. 308.

228


свет, в его мигании все-таки замечалось нечто утешительное, веселое».

Впрочем, причастные прилагательные на -щий (т. е. окачествленные при­частия) уже издавна обрастают краткими формами, но тоже главным обра­зом в книжном языке и преимущественно в его литературно-художественных стилях (ср.: знающ, цветущ и т. п.).

Напротив, краткие формы страдательных причастий широко употреби­тельны в самых разнообразных стилях литературной речи.

Итак, прежде всего обозначается различие между невозвратными (дей­ствительными), возвратными и страдательными причастиями.

§ 22. Процесс окачествленин возвратных и невозвратных причастий

В разряде нестрадательных причастий необходимо раньше всего выде­лить образования на -ся, возвратные формы причастий. Их резкое морфоло­гическое отличие от прилагательных (т. е. конечное -ся), их залоговые значе­ния служат препятствием к их окачествлению. Лишь полная грамматическая изоляция такого причастия от других форм того же глагола, включение его в круг чисто качественных значений могут повлечь за собой нейтрализацию его глагольных свойств (ср., например, выдающийся, опустившийся и особенно формы причастий с отрицанием не-, придающим слову ярко выраженный от­тенок потенциального качества: невытанцовавшаяся повесть, незадавшееся предприятие, неудавшийся актер; ср. неразорвавшаяся бомба; «В нем кипела молодая, неуходившаяся кровь» (Шеллер-Михайлов, «Гнилые болота»). Ср. роль отрицания не- в других типах причастий: немудрящий; неунывающий обыва­ тель; неприкрашенная нагота и т. п.).

Употребление причастий на -ся в страдательном значении способно лишь укрепить и подчеркнуть их глагольный характер (особенно форм прошедшего времени несовершенного вида на -вшийся, -шийся, так как соответствующие страдательные формы с суффиксами -нн-, -т- неупотребительны). Ср., напри­мер, воздвигавшееся горсоветом здание. Для суждения о силе глагольного на­чала в причастиях на -ся могут служить хотя бы такие примеры:

Немолчный, алчный, скучный хрип, Тоскливый лязг и стук ножовый, И сталкивающихся глыб Скрежещущие пережевы.

(Пастернак, «Ледоход»)

«Скорчившаяся, с поношенным и вылинялым лицом старушонка» (Гер­цен, «Былое и думы»).

Понятно, что причастия на -вшийся, -шийся особенно редко поддаются качественному преобразованию.

Причастия без -ся также ярче всего выражают и крепче всего сохраняют свою глагольность в формах на -вший. В этих формах ощутимо отношение к прошедшему времени (ср. минувший). Прошедшее время как сильное время глагола сохраняет свое значение и в глагольных образованиях смешанного типа. Отношение к прошлому, при ярко выраженных видовых оттенках значе­ния, усиливаемых приставками, устраняет возможность качественного пре­образования*-. Например: «Секретарь у фельетониста, пропотевшего до со-

* О значениях времени в формах причастий хорошо сказал С. И. Соболевский: «Русское причастие относительно обозначения времени, отчасти сходно с деепричастием, отчасти с изъя­вительным наклонением. Именно причастие настоящего времени но большей чисти означает действие, современное действию управляющего глагола, но иногда означает действие, современное моменту речи говорящего. Причастие прошедшего вре-

229


рочки, делает из пятисот — полторы строчки» (Маяковский, «Газетный день»); «В эту ночь, как нарочно, загорелись пустые сараи, принадлежавшие откупщикам» (Герцен, «Былое и думы»); «Поцеловав его наконец в покраснев­шее от наклоненного положения и сияющее нежностью лицо, девочка разняла руки и хотела бежать назад» (Л. Толстой). Ср.: «Круглое лицо его было из­зябшее и помятое» (А. Н. Толстой). По-видимому, причастия прошедшего времени на -вший, образующиеся от основ инфинитива на гласный (чита­ вший, написа-вший, усну-вший и т. п.), а также от единичных глагольных основ на -д-, чп- (упавший, напавший, приобревший, севший, укравший, евший от есть и некоторые другие, но ср.: расцветший, приведший и т. д.), выражают гла­гольные значения ярче, чем причастия прошедшего времени на -ший. В самом деле, большая часть окачествленных причастий прошедшего времени падает именно на формы с -ший от основ совершенного вида непере­ходных глаголов: сумасшедший, падший, умерший, арх. усопший, прошед­ ший, увядший (увядшее лицо), истекший (в истекшем году, за истекший день) и т. п. Ср.: «Рот его был приоткрыт, и с отвислых полей шляпы на промок­ шие плечи капала вода» (Федин, «Города и годы»); «Парень, лет 40, с ба­гровым, несколько опухшим и обрюзглым лицом» (Достоевский, «Бесы»). Причастия на -ший, образующиеся от глагольных основ на согласный (в инфинитиве), непродуктивны. Они прикреплены к строго ограниченному кругу глагольных основ. Они все более и более утрачивают соотносительность с формами деепричастия, так как в разговорной речи, а под влиянием ее и в стилях книжного языка, деепричастия на -ши становятся малоупотреби­тельными или вытесняются формами на типа привезя, выметя, сплетя, придя, унеся и т. п. Словом, эти причастия все больше обособляются от си­стемы других форм глагола; Это содействует их сближению с именами прила­гательными, превращению в отдельные слова с качественным значением.

мени недлительного вида по большей части означает действие, предшествующее моменту речи говорящего (разрядка наша. — В. В.), т. е. прошедшее. Впрочем, если уп­равляющий глагол поставлен в настоящем или прошедшем времени, то причастие прошедшего времени недлительного вида означает вместе с тем и действие, предшествующее действию упра­вляющего глагола. Но если управляющий глагол поставлен в будущем времени, то причастие прошедшего времени недлительного вида лишь в исключительных случаях может означать бу­дущее действие, но предшествующее будущему действию управляющего глагола, а нормально оно в этом случае означает действие прошедшее, предшествующее моменту речи говорящего. Причастие прошедшего времени длительного вида употребляется в обоих указанных значениях, а именно: при управляющем глаголе прошедшего времени оно может указывать на действие, современное его действию (наряду с причастием настоящего времени); но оно может указывать и на действие, предшествующее моменту речи говорящего; к какому бы времени ни относилось действие управляющего глагола»125. Примеры выражения одновременности с помощью формы причастия настоящего времени: Я вижу, видел, увидел, увижу мальчика, несущего молоко. «Но в предложении Я увидел или увижу мальчика, носящего нам молоко,— носящего уже не означает действия, современного прошедшему или будущему, означает действие, современное моменту речи говорящего, т. е. настоящее (в смысле постоянно совершающегося действия): Я (у)видел или увижу мальчика, который носит нам молоко. В предложении Я вижу или (у)видел, или уви­жу мальчика, принесшего нам молоко,— принесшего обозначает действие, предшествующее мо­менту речи говорящего, т. е. прошедшее: Я вижу или (у)видел, или увижу мальчика, который принес нам молоко. Также и в предложении Я вижу или (у)видел, или увижу молоко, принесенное нам мальчиком,— принесенное означает действие прошедшее: которое (было) принесено мальчи­ ком. Но в фразе Завтра мальчик принесет нам молоко, и я попробую принесенное им молоко -принесенное означает действие будущее: которое будет принесено мальчиком. Но это случай ис­ключительный : только из общего смысла фразы видно, что это действие предшествует действию управляющего глагола (попробую), но является будущим по отношению к моменту ре­чи говорящего. В предложении Я (у)видел мальчика, несшего молоко,— несшего обозначает дей­ствие, современное прошедшему (у)видел, и потому равно прошедшему: Я (у)видел мальчика, который нес молоко; здесь иесшего = несущего. Но в предложении Я вижу или увижу мальчика, несшего вчера молоко,— несшего не означает действия, современного настоящему или будущему, а означает действие, предшествующее моменту речи говорящего: Я'вижу или увижу мальчика,

230


Однако легко заметить, что качественные значения развиваются лишь в тех причастиях на -ший, которые образованы от основ непереходных глаголов совершенного вида {обрюзгший, иссохший, опухший, раскисший вид и т. п.). В причастиях категория времени тесно связана с категорией вида и до некоторой степени подчинена ей. Значение причастий видо-временное. Время причастий на -вший и -ший зависит не столько от времени основного глагола предложения, сколько от времени самого обозначаемого ими действия-каче­ства. Но употребление причастий прошедшего времени от основ несовершен­ного вида синтаксически ограничено. Причастия прошедшего времени несо­вершенного вида в современном языке чаще употребляются при наличии в предложении глагольной формы прошедшего времени любого вида или формы будущего времени совершенного вида в значении прошедшего вре­мени, реже — при наличии форм настоящего времени и простого будущего в прямом значении и совсем редко — при форме будущего времени несовер­шенного вида. Например: «В другой раз желчь хлынет к сердцу и поднимет со дна недавно бушевавшую там ненависть» (Гончаров, «Обыкновенная история»).

Причастия прошедшего времени совершенного вида обозначают ак­тивный признак как результат осуществленного, законченного действия. Вы­ражаемое этими причастиями действие-качество носит яркий отпечаток ре­зультативного значения совершенного вида. Вследствие этого причастия прошедшего времени совершенного вида могут свободно сочетаться с любым временем глагольного сказуемого127.

Понятно, что чем резче выражено в причастии на -вший переходное значе­ние, чем острее выступают в нем видовые оттенки действия, подчеркиваемые приставками и суффиксами, тем более преобладает в нем глагольность.

Глагольные значения очень сильно дают себя знать в причастиях на -вший даже от глаголов с непереходным значением и притом не осложненных количественными видовыми приставками и суффиксами (вроде -ну-). В прича­стиях же с переходным значением наличие объекта действия совершенно пара­лизует возможность развития качественных значении.

Понятно, что причастия прошедшего времени не имеют кратких форм. Прошедшие причастия не могут мириться с категорией времени в том ее вы­ражении, которое свойственно кратким формам имени прилагательного.

Совершенно иную картину представляют причастия на -ущий (-ющий) я-ащий (-ящий), образующиеся от 3-го лица множественного числа настояще­го времени (но с переносом ударения на -ащий (-ящий), соответственно ударе­нию инфинитива, кроме слов любящий, дышащий и прост.-област. служащий; но ср. также: могущий)*. При отсутствии резких количественно-видовых при­мет (например, суффиксов -ыва, -ива, особенно в сочетании с такими при­ставками, как под-, при-, по-: покашливающий, позевывающий, приторговываю­ щий и т. п.) причастия на -щий легко приобретают качественные оттенки

* В стилях книжного языка, особенно официально-канцелярских и научно-деловых, ко­торые склонны поддерживать прямолинейный логический параллелизм между употреблением причастных конструкций и употреблением личных форм глагола в относительных предложе­ниях, были попытки образования причастий от основ совершенного вида на -ющий, -ящий (■ющийся, -ящийся) для выражения оттенков будущего времени, а на -вший, -вшийся (-ший, -ший-ся) с частицей бы для выражения оттенков условного наклонения. Известно, что еще Гоголь пы­тался перенести такие формы из канцелярского языка на почву литературной речи. Проф. Д. Ку-дрявский писал во «Введении в языкознание» (1912, с. 95): «В настоящее время в русском языке, по-видимому, создается категория причастия будущего времени (совершенного вида); в языке оно уже нередко встречается, например:

Неумолима глубина

Под вами вскроющейся бездны». Однако форма причастия будущего времени в норму литературной речи не вошла.

231


значения. Ведь они, в сущности, лишены формы времени. Обычно говорится, что причастия на -щий выражают одновременность с действием основного глагола или в сравнительно редких случаях — расширенное значение настоя­щего времени (т. е. значение неопределенно длящегося промежутка времени). Но этот взгляд вытекает лишь из отрицательного свойства самой формы: причастия на -щий сами по себе ни на прошедшее, ни на будущее время указывать не могут, они обозначают лишь наличный процессуальный при­знак. Соотносительно с причастиями на -вший их значение кажется значением настоящего, т. е. непрошедшего, времени.

Особенно широко и свободно развиваются качественные значения в обра­зованиях на -щий с непереходным значением или при устранении переходного значения. Например: одуряющий запах; вызывающий вид; пронизывающий ве­тер; раздражающий тон; удручающее, ошеломляющее впечатление; блестя­щие способности; умоляющие глаза; угрожающее положение; испытующий взгляд; отталкивающий вид; ласкающие звуки; начинающий писатель; чарую­щая улыбка; волнующий (волнующие события, волнующий голос). Ср.: «Пи­кеты, разъезды, посты и отряды несут радостно свой блистательный, блестя­щий, блещущий долг» (К. Федин, «Братья»). Ср. у Тургенева в «Дневнике лишнего человека»: «Я вечно буду помнить это пожирающее внимание, эту нежную веселость, это невинное самозабвение, этот взгляд, еще детский и уже женский, эту счастливую, словно расцветающую улыбку, не покидавшую по­лураскрытых губ и зардевшихся щек».

От причастий этого типа при ярко выраженном качественном значении иногда образуются и краткие, нечленные формы*.

Близость причастий на -щий к имени прилагательному проявляется и в усиливающейся склонности книжного языка к образованию сложных при­частных слов с основой имени существительного в первой части, вроде това­ ропроводящая сеть; жаропонижающие, болеутоляющие средства; душеразди­рающий крик; хлеботоргующие организации и т. п. Ср. у Салтыкова-Щедрина: «скотоутучняющий характер цивилизации». Этот способ словообразования поддерживается в литературном языке влиянием специальных, профессио­нальных диалектов. В чисто глагольных формах словосложение в русском языке может быть явлением лишь вторичного происхождения: оно может или отражать метод точного морфологического калькирования чужого, например греческого, слова (ср.: благоволить, благоговеть и т. п.), или перейти из именных основ {благодетельствовать, руководить и т. д.), или возникнуть в результате превращения синтагмы в одно слово {заблагорассудиться).


Дата добавления: 2018-09-20; просмотров: 459; Мы поможем в написании вашей работы!

Поделиться с друзьями:






Мы поможем в написании ваших работ!