Переброска соединений фашистского блока на советско-германский фронт весной, летом и осенью 1942 г. 29 страница



 

С выходом фашистских войск на Дон встал вопрос об эвакуации материальных ценностей с Северного Кавказа. В короткий срок при активном участии населения было вывезено огромное количество народнохозяйственного имущества, оборудования промышленных предприятий и продовольствия. В первую очередь эвакуировалось оборудование нефтепромыслов и нефтеперегонных заводов. Оно отправлялось в Поволжье, Башкирию и Среднюю Азию для расширения добычи и перегонки нефти в этих районах. Сырая нефть из Майкопа транспортировалась на грозненские нефтеперегонные заводы, а оттуда готовая продукция шла непосредственно на фронт.

 

В труднейших условиях оказались нефтяники Баку. Вывоз нефти стал возможным только через Каспий. Но танкеров не хватало, и Каспийское пароходство не могло справиться с такой задачей. Не хватало и емкостей для хранения нефти. Несмотря на это, добыча ее продолжалась, лощины гор были превращены в своеобразные хранилища.

 

Работники сельского хозяйства самоотверженно трудились, чтобы своевременно убрать богатый урожай. Работы на полях не прекращались вплоть до подхода врага. Зерно отправлялось эшелонами в тыл страны, передавалось войскам Советской Армии и частично — рабочим и колхозникам. Создавались запасы хлеба для партизанских отрядов. Тракторы и комбайны, свободные от уборки урожая, перегонялись своим ходом в глубь Кавказа. Скот уводился в предгорья; конский состав отправлялся в основном на укомплектование кавалерийских, артиллерийских и тыловых частей Советской Армии.

 

Эвакуацию материальных ценностей осуществляли Каспийское торговое пароходство и корабли Каспийской военной флотилии. Основная масса грузов отправлялась через Махачкалинский, Бакинский, Астраханский порты в Гурьев и Красноводск. Однако из-за нехватки транспорта, постоянного воздействия авиации противника, а также быстрого его продвижения все вывезти не удалось. Оставшиеся материальные ценности уничтожались: выводились из строя моторы тракторов и комбайнов, сжигалось зерно на полях и в амбарах, разрушалось промышленное оборудование, приводились в негодное состояние нефтяные скважины, компрессоры перекачки нефти, железнодорожные депо и другие сооружения.

 

Приближавшаяся опасность сплачивала советских людей, вызывала у каждого стремление отдать все силы для разгрома врага. Под руко- [205] [254]

 


Глава девятая. Боевые действия Военно-Морского Флота, Военно-Воздушных Сил и Войск ПВО страны

 

1. Борьба Военно -Морского Флота на коммуникациях

 

В течение весеннего и летне-осеннего периодов 1942 г. Военно-Морской Флот Советского Союза участвовал в совместных операциях

 

с сухопутными войсками на приморских направлениях (при обороне Крыма, Кавказа, Ленинграда, Заполярья) и выполнял самостоятельные задачи на Баренцевом, Карском, Балтийском, Черном, Азовском и Каспийском морях, Ладожском и Онежском озерах.

 

Одной из основных стратегических задач флота являлась защита своих и нарушение вражеских коммуникаций. Она решалась напряженной повседневной боевой деятельностью различных родов сил флота, путем организации и проведения специальных операций подводных сил Балтийского флота на коммуникациях врага, Северного флота по проводке союзных и арктических конвоев и Черноморского флота по обеспечению морских перевозок.

 

Обстановка, в которой начинали весной 1942 г. борьбу на коммуникациях Северный, Балтийский и Черноморский флоты, была следующей. Несмотря на крушение фашистского блицкрига в 1941 г. и провал расчетов гитлеровских стратегов уничтожить советский Военно-Морской Флот как боевую силу путем захвата всех его военно-морских баз с суши, борьба за приморские плацдармы и на морских коммуникациях продолжала усиливаться. Особенно напряженной она была за Крым, Новороссийск, Туапсе и за внешнюю северную морскую коммуникацию.

 

Напряженной была обстановка на крайнем северном участке фронта, где линия боевого соприкосновения войск сторон проходила всего в 40 — 50 км от Кольского залива и Мурманска — основного пункта приема союзных конвоев. Ожесточенная борьба развернулась против конвоев на переходе морем. Благодаря активности Северного флота противник не смог осуществить запланированное наступление своих войск на мурманском направлении.

 

В 1941 г. противник стремился уничтожить советский флот на Балтийском море. Но хотя флот и понес значительные потери в кораблях, он сумел сохранить свое боевое ядро. Особенно осложнилось к весне 1942 г. базирование флота. Единственная его база — Кронштадт — находилась в зоне действий вражеской артиллерии. В 100 км западнее Кронштадта силы флота удерживали острова Сескар, Пенисари и Лавенсари, являвшиеся передовыми пунктами базы. Они прикрывали подступы к Кронштадту и Ленинграду и обеспечивали выход подводных лодок в Балтийское море. [254]

 

В Финском заливе из-за чрезвычайно опасной минной обстановки использование кораблей было сильно затруднено. Для действий в Балтийском море могли быть использованы только подводные лодки, а в восточной части Финского залива — боевые катера. Крупные надводные корабли, береговая артиллерия, авиация, части ПВО и морской пехоты решали совместно с Ленинградским фронтом общую задачу по защите блокированного города.

 

Огромное значение имело Ладожское озеро, по которому шло снабжение населения, промышленности и войск Ленинградского фронта и Балтийского флота. Главную роль здесь играла Ладожская военная флотилия.

 

Корабли Балтийского флота угрожали свободному плаванию немецкого транспортного флота в Балтийском море. Враг решил блокировать советские подводные лодки минными заграждениями, кораблями и авиацией. Главнокомандующий финскими вооруженными силами К. Маннергейм, в соответствии с планом блокадных действий, в конце марта организовал захват важных островов в средней части Финского залива — Гогланда и Большого Тютерса, на линии которых с освобождением залива ото льда была оборудована противолодочная блокадная позиция.

 

Черноморский флот участвовал в напряженной борьбе за Крым и препятствовал перевозкам противника в западной части Черного моря.

 

В стратегических планах сторон на летне-осенний период 1942 г. боевым действиям на море отводилось значительно больше внимания, чем это было в минувшем году. Так, в директиве ОКБ № 41 задачи германского флота определялись следующим образом: «На Черном море главная задача военно-морского флота, насколько это позволяют имеющиеся в распоряжении боевые и сторожевые корабли, а также тоннаж грузовых судов, состоит в том, чтобы частично взять на себя подвоз снабжения для сухопутных сил и авиации.

 

Ввиду того что русский Черноморский флот еще сохранил свою боеспособность, особенно важно быстрое приведение в боевую готовность легких боевых кораблей, переводимых в Черное море.

 

Безопасность плавания в Балтийском море должна быть обеспечена путем блокады русских военно-морских сил во внутренней части Финского залива».

 

Однако главная цель стратегического использования флота Германии в борьбе против Советского Союза состояла в сосредоточении основных усилий на срыве англо-американских поставок оружия и материалов, нанесении ударов по конвоям, направляемым в северные порты СССР из Великобритании.

 

Избранное гитлеровским командованием направление главного удара в летней кампании 1942 г. на Восточном фронте примыкало к Черному морю. Поэтому, естественно, что задача перевозки грузов для сухопутных войск по морю встала перед противником как первоочередная. Он увеличивал здесь количество транспортных судов и эскортных сил. Еще в декабре 1941 г. в директиве № 39 Гитлер приказал во все возрастающем количестве строить на территории самой Германии, в союзных ей и оккупированных странах малые корабли, предназначенные для перевозки военных грузов, в особенности на Черном и Эгейском морях. Однако враг не имел возможности сосредоточить на Черном море достаточные морские ударные силы. Борьба с боевыми кораблями советского Черноморского флота возлагалась на авиацию, которая должна была действовать в тесном взаимодействии с военно-морским флотом.

 

Большое внимание уделяло гитлеровское командование Волге и Каспийскому морю. В июле 1942 г. в директиве № 45 была поставлена задача парализовать движение судов по Нижней Волге и Каспийскому морю, [255] чтобы нарушить воинские перевозки и транспортировку нефтепродуктов, а также связь СССР с союзниками через Каспийское море и Иран. Было приказано перевезти на Каспийское море малые боевые корабли.

 

Поскольку боевая деятельность советских флотов на всех трех основных морских театрах проходила в рамках совместных операций с сухопутными войсками и авиацией и самостоятельно на огромных по протяженности коммуникациях, управление ими имело свои особенности: все флоты находились в двойном подчинении — командующих войсками фронтов, действовавших на приморских направлениях, и народного комиссара Военно-Морского Флота.

 

В боевой готовности находился и Тихоокеанский флот. Тем не менее Государственный Комитет Обороны весной 1942 г. счел возможным передать из состава этого флота несколько эскадренных миноносцев и подводных лодок для усиления Северного флота, а также направить около ста тысяч офицеров и матросов для использования на сухопутном фронте.

 

С большим напряжением действовал морской транспортный флот СССР. В течение первого года войны пароходства Балтийского и Черноморско-Азовского бассейнов потеряли больше половины своего тоннажа. К маю 1942 г. морской транспортный флот состоял из 519 судов грузоподъемностью около 1,3 млн. тонн{269}, Для внешних перевозок использовалось до 90 судов.

 

Транспортные связи со странами антигитлеровской коалиции осуществлялись: через Тихий океан в дальневосточные порты; через Персидский залив, Иран и Каспийское море; через Северную Атлантику — в северные порты СССР. Последний путь был короче других. Порты разгрузки находились сравнительно близко от фронта, и доставленное оружие быстро доходило до войск. Но самый короткий путь был и самым опасным: здесь действовали крупные силы флота и авиации противника. Транспортировка грузов через Тихий океан требовала много времени (учитывая перевозки железнодорожным транспортом по территории США и Советского Союза). Еще более неудобным был путь через Персидский залив и Иран. Переход судов из США в Иран занимал более 70 суток. Затем следовала транспортировка к месту назначения с несколькими промежуточными перегрузками.

 

Для доставки грузов из США и Великобритании в северные порты СССР и порты Персидского залива использовались главным образом суда союзных стран, а через Тихий океан — в основном советские суда.

 

Северный флот под командованием вице-адмирала А. Г. Головко после стабилизации линии фронта на мурманском направлении основные усилия направил на обеспечение морских перевозок и нарушение коммуникации противника вдоль берегов Северной Норвегии. Часть сил флота оказывала содействие сухопутным войскам, поскольку существовала угроза Мурманску и базированию кораблей в Кольском заливе.

 

В обороне Мурманска и Кольского залива большое значение имели полуострова Средний и Рыбачий. Не случайно противник готовил специальную операцию «Визенгрунд» («Луг») по захвату полуострова Рыбачий, о чем Ставка 10 июня предупредила Военный совет Северного флота. Для обороны этих полуостровов по распоряжению Ставки от 12 июля был создан Северный оборонительный район (СОР) под командованием генерала С. И. Кабанова, в состав которого вошли усиленный укрепленный район, две бригады морской пехоты, артиллерийский дивизион, истребительная авиаэскадрилья и группа кораблей Северного флота.

 

Северный оборонительный район сыграл важную роль в обороне Заполярья, и прежде всего пункта приема конвоев — Кольского залива. [256]

 

В то же время артиллерийские батареи, располагавшиеся на полуострове Средний, огнем перекрывали вход в залив Петсамо и затрудняли противнику использование прифронтового порта.

 

Не сумев захватить Мурманск сухопутными войсками, гитлеровское командование главные усилия флота и авиации направило на нарушение северной морской коммуникации, по которой осуществлялась связь СССР с Великобританией и США. 5-й воздушный флот под командованием Х.-Ю. Штумпфа получил задачу разрушить Мурманск до основания. С апреля массированные налеты на город совершались в среднем через день. Наибольшее число их пришлось на июнь, когда авиация бомбила Мурманск по два-четыре раза в сутки. Так как постройки в городе были в основном деревянные, Мурманск пострадал не столько от прямых попаданий бомб, сколько от пожаров.

 

Еще в начале года по решению ГКО для обеспечения приема союзных конвоев и грузов были построены дополнительные причалы и склады. Из разных концов страны для работы в Мурманском порту прибыло 3500 рабочих. Из личного состава флота и местного населения создавались разгрузочные команды. Работы по расширению арктических портов и увеличению их пропускной способности возглавил уполномоченный ГКО известный полярник дважды Герой Советского Союза И. Д. Папанин.

 

Государственный Комитет Обороны дополнительно предоставил Мурманскому дивизионному району ПВО страны и частям ПВО Северного флота зенитную артиллерию и самолеты-истребители. Была усилена противовоздушная оборона Архангельска и Иоканги. Форсировалось строительство аэродромов в восточной части Кольского полуострова. Как только позволила ледовая обстановка, значительную часть судов, приходивших из Великобритании, стали направлять в Архангельск. В результате разгрузка их происходила в сравнительно спокойных условиях.

 

Основная опасность подстерегала конвои в море: немецкое командование проводило против них операции с привлечением подводных лодок, авиации и крупных надводных кораблей. В Северной Норвегии находились новейший линейный корабль «Тирпиц», тяжелые крейсеры «Адмирал Шеер», «Лютцов», «Хиппер», легкий крейсер «Кёльн», две флотилии эскадренных миноносцев и другие корабли. Там же базировались 20 подводных лодок и крупные силы вражеской авиации. Сосредоточивая в этом районе основные силы надводного флота и 5-го воздушного флота, гитлеровское командование в то же время стремилось прикрыть свой северный стратегический фланг и предотвратить возможную высадку десанта в Северной Норвегии. В директиве Гитлера от 10 января 1942 г. говорилось:

 

«Целевой установкой на будущее остается по-прежнему развертывание военно-воздушных сил и военно-морского флота для борьбы против англосаксонских держав. Этот принцип должен учитываться при всем планировании вооружений...

 

В рамках выделенного количества сырья главное направление дальнейшего вооружения состоит в сосредоточении усилий на строительстве и содержании подводных лодок.

 

Наряду с этим остаются важными задачами: обеспечение службы конвоев и обороны Норвегии, а также всей прибрежной полосы...»{270}

 

Передислокация крупных надводных кораблей немецкого флота из атлантических портов Франции и портов Германии в шхеры Северной Норвегии облегчила англо-американскому командованию решение задачи по защите коммуникаций в Атлантике. «Мы и наши американские союзники, — писал У. Черчилль, — были очень рады, что к напряжению подводной [257] войны в самый ее смертоносный период не прибавился такой фактор, как крупные рейды быстроходных германских военных кораблей»{271}.

 

Следует заметить, что оперативные планы, разработанные перед войной, не предусматривали использования советского Северного флота вдали от своих берегов и в океане. Поэтому его силы и боевые возможности не полностью соответствовали тем задачам, которые встали перед ним в развернувшейся войне. Весной 1942 г. в его состав входило 7 эскадренных миноносцев, 21 подводная лодка, 27 сторожевых кораблей, 6 торпедных катеров, 4 минных заградителя, 20 малых охотников, свыше 50 тральщиков и катеров-тральщиков и около 150 боевых самолетов. Государственный Комитет Обороны в течение лета усилил Северный флот несколькими подводными лодками, 10 сторожевыми катерами и 10 тральщиками, что позволило восполнить боевые потери. Количество самолетов в течение лета было почти удвоено.

 

Обеспечение конвоев и борьба с морскими силами Германии являлись общей задачей трех основных государств антифашистской коалиции — СССР, Великобритании и США. Транспорты с грузами союзников для СССР формировались в конвои в Исландии. Обратные конвои с экспортными товарами выходили из Мурманска и Архангельска. Охранение союзных конвоев возлагалось на флот Великобритании. Северный флот должен был создавать благоприятные условия плавания в своей операционной зоне — восточнее меридиана 20° (Тромсё) и усиливать здесь непосредственное охранение конвоев. Для успешного решения этих задач Ставка Верховного Главнокомандования передала Северному флоту 95-й истребительный авиационный полк в составе 20 дальних истребителей Пе-3, которые могли встречать конвои на удалении 200 миль от побережья, а с мая 1942 г. на время операций по прикрытию конвоев — авиацию Карельского фронта и Архангельского военного округа, а также часть бомбардировочной авиации резерва Верховного Главнокомандования и Мурманского дивизионного района ПВО. В директиве Ставки от 19 июня 1942 г., адресованной наркому ВМФ, командующему ВВС Северного флота, командующему Карельским фронтом, командующему Военно-Воздушными Силами, командующему Войсками ПВО страны, командующему Архангельским военным округом, указывалось:

 

«Первое. Передать в полное подчинение ударную авиагруппу тов. Семенова (полковник П. А. Семенов — командир авиагруппы резерва Ставки. — Ред.) с перебазированием ее по указанию командующего ВВС Северного флота.

 

Второе. Командующему Карельским фронтом с 25.6.42 г. привлечь для обеспечения операции все авиачасти, принимавшие участие в прикрытии конвоя с 22 по 31.5.42 г., и подчинить их командующему ВВС Северного флота.

 

Третье. Командующему АрхВО всю истребительную авиацию округа перебазировать на аэродром Поной и подчинить ее командующему ВВС Северного флота.

 

Четвертое. Командующему войсками ПВО территории страны привлечь авиацию ПВО Архангельск и Мурманск для прикрытия караванов на подступах и в портах Архангельск, Мурманск по плану командующего ВВС Северного флота.

 

Пятое. Командующему ВВС Красной Армии укомплектовать авиагруппу тов. Семенова самолетами до штатных норм. Пополнение закончить не позднее 21.6.42 г.

 

Шестое. Руководство и ответственность за проводимые операции по обеспечению проводки караванов судов в Баренцевом море возлагается [258] на командующего ВВС Северного флота генерал-майора авиации т. Кузнецова, которому и подчиняется вся авиация, выделенная для проведения указанной операции»{272}.

 

Чтобы обеспечить переход союзных конвоев (одного — идущего в СССР и другого — возвращающегося в это же время в Исландию), Северный флот проводил операцию, в которой участвовали почти все его силы и приданная ему авиация.

 

После получения через посольство Великобритании информации о направлении очередного конвоя в Советский Союз Ставка незамедлительно давала указания наркому Военно-Морского Флота адмиралу Н. Г. Кузнецову, как обеспечить переход, прием и разгрузку судов союзников. На основании этих указаний командование флота планировало операцию и согласовывало вопросы взаимодействия советских и союзных сил с британской военно-морской миссией в Мурманске.


Дата добавления: 2021-04-07; просмотров: 44; Мы поможем в написании вашей работы!

Поделиться с друзьями:






Мы поможем в написании ваших работ!